Глава 8
8 ноября 2013 г., 00:15
Ребекка нашла Елену в небольшом сквере за углом соседнего дома. Не то чтобы она всерьез переживала за нее, но все же…
— Вот ты где, — она остановилась напротив хрупкой фигуры, сжавшейся на самом краю скамьи.
Елена не шелохнулась. Пальцы с силой сжимали выкрашенную грязно-белым рейку. Наконец, глубоко вздохнув, она подняла взгляд и в упор посмотрела на Ребекку.
— Просто не могла больше оставаться… в том доме, — она моргнула, отгоняя подступившие слезы. — Я уезжаю.
— Уже поняла по собранным вещам.
Елена не ответила. В голове стоял гул, лишь слегка поутихший на свежем воздухе.
— Что ты делаешь? — спросила Ребекка.
Не сразу поняв суть вопроса, Елена проследила за взглядом Древней и посмотрела на свои руки. Все это время она бессмысленно теребила кольцо на пальце, продвигая тонкий ободок почти к самому ногтю и надевая обратно.
Елена пожала плечами.
— Пытаюсь понять, что делать дальше, — сказала она бесцветным голосом.
Она уже не думала о том, что Ребекки это не касается. В конце концов, если бы не помощь Древней, она бы никогда не справилась с Клаусом. Теперь Елена жалела о том, что не всадила гибриду кол в сердце своими руками. А еще — что его слова оказались ложью, и их дальним предком был Элайджа.
Но тогда она жила верой в то, что ей есть к кому возвращаться.
— Почему ты не позволила ему убить меня? — вдруг спросила она.
Елена уже не раз задавалась этим вопросом, но отчего-то не решалась спросить напрямую. Но сейчас ей было все равно, кого и о чем спрашивать.
— Три — три, — спокойно ответила Ребекка.
— Что? — не поняла Елена.
— Трижды я желала тебе смерти. И трижды спасала. Мы квиты, — Ребекка пожала плечами.
— Но ведь он…
— Для Клауса так будет лучше, — оборвала Елену Ребекка, но на имени брата ее голос дрогнул. — Я должна в это верить, — прибавила она, помолчав. — Иногда если любишь кого-то, его нужно отпустить.
Елена подняла глаза к небу.
— Господи, до чего же это тяжело... — прошептала она, — отпускать. Особенно когда у тебя больше никого нет.
— У тебя есть Кэролайн, — возразила Ребекка, — а у меня — Элайджа.
— И у всех нас есть Кэтрин Пирс, — у Елены вырвался истерический смешок.
Но как ни крути, так оно и было. Стихли отголоски сражений. Потери подсчитаны, счета уплачены. Конец игры. Всему конец.
— Я думаю, что ты поступила правильно, — сказала Ребекка.
— Нет, не поступила, — горько улыбнулась Елена.
— Однако ты уезжаешь, а он остается.
Елена не ответила, поднялась и молча пошла в сторону дороги, но, дойдя почти до конца аллеи, обернулась:
— Ты идешь?
Ребекка фыркнула, пробормотала что-то себе под нос, но последовала за ней.
— Ты ведь не сняла бы кольца, верно? — спросила она, когда они вышли на тротуар и зашагали вдоль оживленных улиц.
С непонятным для себя беспокойством Ребекка ожидала ответа. И облегченно выдохнула, когда Елена отрицательно покачала головой.
— Это как будто сдаться, да? — тихо произнесла Древняя.
Елена внимательно посмотрела на нее, а затем кивнула и спрятала лицо в воротник пальто.
Ей нельзя сдаваться. Он ведь просил ее. И она сдержит слово, чего бы это ни стоило. Однажды, в один из очень далеких дней, обязательно проснется счастливой…
***
Кейт нажала кнопку звонка, не решаясь открыть своим ключом. Его позднее сообщение удивило и обрадовало ее. На ее памяти Грег ни разу не ложился спать раньше полуночи, считая ночь самым «плодотворным» временем суток, однако в такие минуты он предпочитал оставаться один. — Открыто, — раздалось из-за двери. Его рассеянный голос всегда безошибочно подсказывал ей, чем он занимается. Скинув плащ, она на цыпочках подкралась к Грегу и обняла сзади за талию. — Как тебе? — спросил он, кивая на установленную на мольберте картину. — Это же ты, — изумилась Кейт, разглядев знакомые черты лица мужчины, который вел в танце статную девушку в алом платье. — Только какой-то другой ты, — заметила она, выходя из-за его спины и продолжая вглядываться в рисунок. Кейт перевела взгляд на незнакомку — теперь она была изображена со спины, и ее лицо невозможно было разглядеть. — Нашел решение? Грегори кивнул. — Ты вспомнил, кто она? — набравшись смелости, спросила Кейт. Он покачал головой. — Зато вспомнил кое-что другое. — И что же? — Кейт затаила дыхание. — У меня был брат. Он погиб, — глухо произнес Грег. — Мне очень жаль, — прошептала она. Он кивнул. — Похоже, это случилось много лет назад, так что… — он замолчал, не договорив, и Кейт крепко обняла его. — Это все, что удалось вспомнить? — спросила она, помолчав. Грегори отрывисто кивнул и взглянул на картину. — Как прошла встреча? — стараясь не выглядеть слишком заинтересованной, спросила Кейт. Целый день она не находила себе места, задаваясь одним и тем же вопросом: не был ли ее отказ опрометчивым? Кто знает, какие намерения могли быть у этой внезапно объявившейся соседки... — Давай не будем об этом, — попросил он. Грегори не оставляло неприятное чувство, будто он потерялся где-то в этом дне, забыл что-то очень важное. Не хватало еще, чтобы его болезнь прогрессировала. В попытке отвлечься он взял в руки кисть. И хотя то, что получилось, по-прежнему не отражало чего-то глубоко запрятанного в нем самом, это больше не беспокоило как прежде. — Как скажешь, — Кейт отвернулась. — Наверняка ты опять ничего толком не ел за весь день? — она попыталась скрыть кольнувшее изнутри разочарование и вздрогнула, когда Грегори поймал ее за локоть и развернул лицом к себе. — С этим нужно что-то делать, — серьезно сказал он. — С чем? — Кейт сглотнула. — С моим рационом, — его губы дрогнули в улыбке. — Что ты имеешь в виду? — Думаю, тебе будет легче присматривать за мной, когда мы снимем квартиру побольше. Вместе. Ее лицо просветлело. — Ты серьезно? Грегори крепко прижал Кейт к себе, прошептав в самое ухо: — Серьезнее некуда.
