Культисты смеются последними

Дело культа давно было одним из самых неясных и загадочных, но от того не менее интересующего полицейских. Дело загадочного общества притягивало. По большей части только Джон проникся всей ненавистью к культу и интересом к расследованию, жаждя наконец разобраться, чтобы расквитаться за старые потери. В прошлый раз кровавое общество отобрало у него коллегу, и шериф не сомневался, что им ничего не стоит сотворить что-то более ужасное, чем убийство. Да и поквитаться за старое хотелось. Все же, это был первый напарник Джона, которого тот очень ценил и уважал. Настолько, что повторял за ним все - даже вредную привычку курить. Джек, в свою очередь, хоть и не имел личных мотивов, но хотел поддержать своего напарника, поэтому активно принимал участие в расследовании.  К сожалению, оно, по-большей части, не двигалось с места - культисты тщательно заметают следы. Найти хотя бы зацепки, не говоря уже про их преступления и имена участников, было весьма проблематично. Поэтому любые документы с упоминанием культа были на вес золота. Джек сразу же отвлекся на счастливый крик Джона: - О, отлично! И что же там? Шериф быстро просматривал бумагу глазами. В пелене, по-большей части зачёркнутого, печатного текста, Джон заметил не только упоминание культа, но и место, где, возможно, они собирались на самом старте. - Сегодня нам предстоит легкая летняя поездка в чащобы. - ответил на интерес Джека шериф, находясь в преподнятом расположении духа. - На, глянь. Джон протянул документ юноше. Тот быстро глянул текст. И вправду, странно, помимо чернил, указано место - заброшенный дом в глубине леса. Джеку показалось это довольно подозрительным. - Слушайте, а вам не кажется, что это выглядит довольно... не правдоподобно? - он неуверенно  высказал свои предположения товарищу. - Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, что культа не существует? - Нет-нет, просто, может, это ловушка? - Если не хочешь ехать - так и скажи. - обидчиво сказал Джон. Когда дело касалось культа, он не мог отступить. Да и шериф сам по своей натуре довольно упрям и уверен, поэтому такое пренебрежение его лишь раздражало. Джон сам осознавал все риски, но отказаться от такой подачки судьбы было бы попросту глупо. - Серьезно, я и сам до последнего не верил в существование культа. Если ты боишься, то не переживай, я сам справлюсь. - мужчина возмутился, а затем уверенно направился  к машине. Джон был упёртый, упёртый до невозможности, особенно в такие моменты. Переубеждать шерифа бесполезно, он вечно упрямо стоит на своем. Особенно сейчас, когда затронута столь животрепещущая тема культа. Поэтому юноше ничего не оставалось как смирится и стать неким гарантом безопасности для своего шефа. - Я еду. - кратко сказал Джек, быстро догнав напарника. Джон был за рулем, а Джек расположился на сиденье рядом. В душе мужчина жалел, что так получилось, ведь откровенно - водила из Джона так себе. Но ничего не оставалось, так что шериф курил сигарету, опираясь на приоткротое окно транспорта, смотря вперед, на дорогу. - Слушай, насчёт вчерашнего.. Так что, ты решил? - начал разговор Джон, все еще переживая на этот счет. Шериф решил не тянуть - спросил сразу прямо, в лоб. В душе он смирился с отказом, но все же не хотелось терять надежды и на согласие. Хотя согласие в таком случае, было бы скорее проявлением жалости, чем искренние чувства, ведь всегда фраза "Я подумаю" - лишь способ тактично избежать прямого отказа, но, по факту, она подразумевает его. - Ну, я думаю мне нужно еще время. - неопределённо ответил Джек. - Мм,ну, не стоит тянуть с этим. Кто знает, может я сегодня умру? Ха-ха. Юноша медленно повернул голову в сторону Джона, а затем осуждающее посмотрел на того, не оценив мрачную шутку. - Что?!  - шериф с наигранной наивностью произнес вопрос, а затем вздохнул. - Такая у нас работа. - Ты прав, но тебе стоило бы переживать по этому поводу хоть немного. Все же, есть те, которые будут переживать, если ты умрешь. - Да ну, я же всего лишь пошутил! Было бы эгоистично брать и помирать вот так. Мне же еще дочку и племянников воспитывать. - о своих родственниках Джон говорил с заметной теплотой, поэтому тактично переключал тему на более светлую. - Мм, мрачноватый разговор получается, а хочешь, расскажу про недавний случай, который приключился вместе с моей дочуркой? - Вопрос, на который я не могу ответить нет? Джон проигнорировал такое замечание, поэтому начал рассказ. А потом и еще один. И еще. Шериф мог нескончаемо рассказывать о своей семье с трепетом и нежностью в голосе, ведь очень любил ее и дорожил всеми моментами, проведенными с ними вместе; салон транспорта наполнялся теплотой душевных воспоминаний, а Джек лишь молчаливо и покорно слушал. Но вот город постепенно заканчивался. Освещения фонарей становилось все меньше и теперь полицейский транспорт был полностью поглащен в объятия мрака. Дорога ровная, кругом лес, все бы ничего, как тут навстречу им показалось другая машина, ярко простреливая ночь фарами. Джон крепко схватился за руль и резко завернул, стараясь избежать столкновения. Чужой транспорт проехал мимо - хорошо. Вот только вырулить из такого маневра для шерифа было проблематично, поэтому тот нервно крутил руль, теперь уже моля бога о том, чтобы не врезаться в какое-либо препятствие. Джек, сидевший спокойно, зашевелился и стал беспокоиться. Хотел было уже положить свои руки к рулю, чтобы помочь выровнять ситуацию, но Джон лишь окатил его гневным секундным взглядом, а потом продолжил мучаться. Но бог довольно жесток, или шериф слишком самоуверенный водитель, поэтому машина с лязгом въехало в ближестоящее дерево,так и не сумев нормально вырулить на дорогу. Передняя часть машины была покалечена и помята со страшным хрустом. Но травма железяки - не важно, зато водителю явно досталось. Подушки безопасности конечно слегка смягчили ситуацию, но поднявшись, Джек с волнением смотрел на Джона, который явно обошёлся чем-то большим, чем парочкой переломов. Раны не смертельны, но медицинская помощь была необходима. Юноша вышел из машины, затем аккуратно вытаскивая своего контуженного напарника, на случай, если машина вдруг решит воспламениться, ведь все же капот повреждён. Джек с заботливой печалью смотрит на побледневшего Джона, который издавал сдавленные стоны. Каждый тяжёлый вздох напарника тревожил его, поэтому тот быстро находит телефон в своем кармане, дрожащими руками набирает скорую. - Не переживай, врачи скоро будут, только держись! - утешал Джек, не ясно кого, себя или раненного шерифа. Санитары прибыли относительно скоро, смотря на то, что полицейские были у черта на куличках. В больницу они добрались благополучно. Джек с тяжестью смотрел, как его напарника отвозили в операционную. Ему бы тоже не помешало подлечиться, но юноша решил чуть переждать с лечением переломов, лишь бы побыть ещё пару минут с Джоном, убедится, что все будет хорошо. В палату его не пускали, поэтому тот лишь проводил своего напарника печальным и виноватым взглядом, а затем все же отправился на осмотр. Прошло время. И каждый день проводился в мучительном ожидании. Каждый день Джек переживал и ждал, когда же наконец ему разрешает посетить напарника. По-началу все было совсем плохо, состояние шерифа лишь только ухудшилась и тот впал в кому на несколько дней. За все это время на душе юноши скребли кошки, словно, он мог на что-то повлиять, но беспросветно потерял этот шанс и теперь вынужден был наблюдать за страданиями друга. Ночью Джек не мог заснуть, смотря в потолок и коря себя за случившееся. Ведь Джон мог бы и умереть, хотя тогда, наверное, юношу отпустило бы быстрее. В любом случае стресса натерпелся Джек достаточно. Он, как верный пёс, ожидавший своего хозяина, каждый день приходил к палате шерифа, но санитары лишь говорили о том, что посещать больного еще нельзя. И каждый раз молодой полицейский понуро уходил, потом бесполезно бродя по коридорам. Джек не считал сколько прошло времени. Все дни слились в одну единую кашу, наполненной переживаниями и иногда врачебными процедурами. Все это время он провел в больничных стенах, получив небольшую травму шеи, пару царапин и ушибов на лице и перелом руки. Но физические травмы не имели веса. На душе молодого полицейского был тяжёлый камень вины, который нескончаемо отяжелял все те дни, проведённые в больнице. Джек не понимал, почему Джон, почему именно он? Ведь шериф такой чудесный человек, который заслуживает только лучшего, но почему все складывается именно так? Почему он, а не я? Юноша часто задавал такие вопросы. Но не мог найти на них ответа. Впиваясь ногтями в руки от стресса, проводя бессонные ночи Джек ждал. Ждал и ждал. Ожидание длилось до ужаса долго. Но, наконец, этот день настал. Врачи разрешили посещать Джона.