Одна семья

Надо сказать, что друзьями Лиза и Женя всё-таки не стали. Патин даже не узнал, зачем именно девушка хотела освоить искусство шитья. Ибо в выпускном классе, та оставила свою страсть позади. За лето ей удалось избавиться от изрядной части прыщей. Не от всех, но результат был достаточен, чтобы мальчики начали проявлять к ней интерес. И потому Лизе в новом учебном году стало не до иголок с нитками. У неё появился парень. Она ничего объясняла своей Мастерице, всё и так было понятно. Не до того! А ещё, тусоваться с Женей теперь было чревато. А ну как молодой человек начнёт ревновать? Тут ведь не только ей, но и Патину достанется. Общение и уроки сами собой прекратились. Только вот юношу это совершенно не расстроило. Ровно наоборот, опыт общения с Лизой показал ему, что истинная его природа вовсе не обязательно означает, что Жене всю жизнь предстоит быть изгоем. Ученица его не отвергла. Узнав про него почти всё, она сразу не сбежала. Значит, в жизни всё будет вовсе не так уж и плохо. И это странным образом воодушевляло Патина. Давало ему такую целеустремлённость, какую он раньше, и представить себе не мог. Хотя саму цель, конечную и самую высшую, он не вполне понимал. Но теперь у него были кое-какие идеи, касательно собственной жизни. Для начала, ему совершенно необходимо окончить школу. Закончить как можно лучше, с хорошими оценками за ЕГЭ. С помощью этих оценок поступить в институт. Во-первых, образование в любом случае будет не лишним, уж эту мысль ему впихивали почти все: от отца до самого последнего одноклассника. А во-вторых, парню категорически не хотелось идти в армию. Как и двум его братьям, к слову, после рассказов самого старшего. И, наконец, Женя, посетив парочку университетов, понял, что кое-какие специальности позволят ему заниматься любимым дело, и при этом на куда более высоком уровне. Не зарабатывать гроши на мелких заказах, как делала его мама, но заняться, например, моделированием одежды или обуви. А при случае, и её изготовлением. Кто знает, куда эта дорожка заведёт… Но чтобы пройти по ней, ему определённо понадобится институт. Да, Женя решил поступить. И не абы куда, да ещё, очень желательно, на бюджет. Именно этому дело посвятил он весь выпускной класс. Что, впрочем, не так уж и сильно сказалось на его образе жизни. Просто теперь, сидя в своей комнате, Патин всё чаще склонялся не над очередным своим изделием, а над учебником. А в остальном всё было точно также. Даже его внешний вид. Упорство и трудолюбие может приносить потрясающие результаты. А может и крайне посредственные, как показал Жене пример Лизы. Однако Патин и до того учился неплохо. Не хуже прочих, так сказать. Глупым парень бездарем явно не был. И потому года целеустремлённых усилий ему всё-таки хватило, чтобы поступить… Ну, не прямо ровно туда, куда ему хотелось, но достаточно близко и именно на бюджет. Отныне Патину предстояло изучать изделия из декоративного текстиля и всяческие авторские костюмы, чего бы это ни значило. Особо воодушевляло то, что на эту специальность кроме него не поступило вообще ни одного парня. Может на дополнительном экзамене их не пропустили, кто знает. Но как бы там ни было, Женя, придя в сентябре на первую пару, почувствовал какое-то небывало счастливое воодушевление. Его как будто приняли в закрытый женский клуб, и он сразу же почувствовал, что в этом клубе ему самое место. Хотя поначалу, смотрели на него не очень приветливо. Но негатив быстро ушёл. Будто бы испарился. Патин действительно был среди своих, и вскоре это стало ясно не только ему. Девушки поняли, что с ним можно обсуждать на равных многие вещи. Но не все. Тут, надо сказать, у Жени случился небольшой диссонанс. И, дабы быть наравне со своими новыми подругами, парень стал изучать некоторые вопросы. Очень многие. Благо теперь у него, наконец, появился дома интернет. Не очень быстрый, глючной, но всё-таки. Это позволяло читать о чём угодно. И именно в этот момент Женя понял, что на самом-то деле его ситуация не так уж и неразрешима. Что он вовсе не обязан всю жизнь посвятить попыткам забыться, отвлечению от главной своей проблемы. Ибо эту самую проблему можно исправить. Это будет дорого, это будет непросто, но вполне возможно. Патин узнал о таких штуках как смена пола и гендерный переход. И теперь уже именно они стали для него главной целью. А дома у него, между тем, творились всякие странные дела. Фактически, он почти опустел. Витя и Дима съехали. Старший из братьев так и вовсе обзавёлся семьёй. Возвращаться ни тот ни другой не собирались. А Эдик… Эдик бросил институт не доучившись ровно один курс. У младшего из Меньшовых появились свои собственные планы на жизнь. Он отправился-таки в армию, и назад возвращаться не собирался. Не то чтобы он там остаться навсегда хотел (хотя, кто его знает), просто с отчим домом он своё будущее никак не ассоциировал. В отсутствии сыновей, отец впал в лёгкую апатию. Не уныние, но скорее дурную скуку. Жизнь казалась ему завершённой, будто никому он не нужен. Вырастил сыновей – и те разбежались. Скоро Женя учёбу закончит, и тоже сбежит… А вот Патин взял, и преподнёс папаше сюрприз. Да такой, что к Виктору Петровичу вся жизнь мигом вернулась. Довольно жёсткий метод помощи оказался, но действенный. Будто за ворот угля горячего насыпали, а на голову ушат ледяной воды вылили. Как оказалось, младший-то сын не так прост… И собирается такие безобразия творить, то и подумать страшно. Не то чтобы отец от него чего-то сильно мужественного ожидал. С мальчиком было что-то не так, и Виктор Петрович давно это понял. Но чтобы настолько… Уже пожилой мужчина даже и не знал, что есть такая штука как смена пола. Может где-то и слышал, да только всерьёз не воспринял. А вот оно как оказывается… Перед несчастным отцом встал выбор: что же делать в такой ситуации? И вроде бы всё это так странно и неправильно. А вроде бы… вроде бы посмотришь на Женю, и будто мать его видишь. Может, в этом и вправду есть смысл? Тем более парень-то настроен всерьёз. И ему очень нужна помощь. Виктор Петрович в этом даже себе не признался, но именно это его и подкупило. Ему захотелось быть нужным. Очень нужным. И потому, он пообещал Жене, что будет помогать. Ну, может не всеми способами. Но деньгами если надо поможет. Благо, на пенсию Меньшов ещё не вышел, а трат у него поубавилось. Время, поддержка – это всё тоже в распоряжении Жени. Хотя, чтобы тот не обольщался, папаша добавил: – Всё равно я это не понимаю! И, наверное, не пойму уже. – Пап, ты и так очень многое делаешь, – ответил ему Патин. – Пока обещаю, а не делаю. – Уже делаешь, – возразил Женя. – Ты готов принять и помочь. Это уже куда больше, чем… – Плохого же ты мнения о своём старике! – усмехнулся Виктор Петрович. Хотя сам себе признался, что будь в его доме ещё кто-то из других сыновей, такого добродушия не было бы и в помине. Отчасти им двигали обида и разочарования. Ведь если все трое сыновей куда-то сбежали… Может нежданно-негаданно возникшая дочь всё-таки своего отца не бросит? Виктор Петрович очень боялся одиночества и собственной ненужности. – Так, что от меня требуется-то? – спросил он у Жени. – Пока ничего. Сперва прикину, что да как. Это ведь не за один месяц всё будет, и даже не за год. Отец заметил, что в глазах у сына горит мрачная решимость. Что-то подобное он уже видел в глазах его матери. Ровно в тот момент, когда они решали по поводу ребёнка. Тут Виктор Петрович вспомнил про старое проклятье, и усмехнулся. «Видимо, даже злая магия шагает в ногу со временем…» – подумал он. А потом вдруг испугался. А что если… Меньшов ещё не знал всех деталей грядущих перемен. Даже представить себе не мог. В том числе то, что рождение ребёнка для Жени станет совершенно невозможно. Иначе бы так не волновался.