Запоздалое наследие (Delayed Heritage)

      Единственное, о чем думал Джон, следуя за Шерлоком на место преступления, так это о том, как он был благодарен, что газеты еще не связали Джона Брэндона, графа Андершоу, с Джоном Уотсоном, бывшим военным врачом и блогером. До сих пор ему удавалось скрывать от газет свою фотографию, поэтому, за исключением нескольких человек, его титул все еще оставался секретом для людей, с которыми он работал.              И поэтому он вошел в ресторан с уверенностью, что, по крайней мере, здесь он сможет сосредоточиться на текущей работе (то есть, прикрывать спину Шерлока, чтобы убедиться, что тот не наделает какой-нибудь неисправимой глупости). На самом деле, это была приятная перемена после скучной бумажной работы, которой они с Дэвидом занимались последние несколько дней.              — Шерлок, Джон, — приветствовал их Лестрейд, когда они нырнули под полицейскую ленту. — Ситуация немного необычная. У нас есть подозреваемый под стражей и комната, полная свидетелей, но один из них... расстроен.              — Неужели?              — Ну, то, что у тебя на глазах кого-то пырнули ножом, — это не то, чего ты действительно ожидаешь в таком высококлассном месте, как это. Она немного расстроена — не говоря уже о том, что ей удалось пару раз выпить, чтобы успокоить нервы, прежде чем мы прибыли. Сюда, — Лестрейд провел их через вестибюль. — Я полагаю, это — единственное возможное объяснение, поскольку она попросила о встрече с вами.              — Со мной? — спросил Шерлок, приподняв брови.              — Я же сказал, что она в растрепанных чувствах, верно? — с усмешкой спросил Лестрейд. — Но, на самом деле, она попросила Джона.              Ну, это совсем другое дело, подумал Джон: — Она сказала, почему? Кто она, кто-то, кого я знаю?              — Я сомневаюсь в этом, очевидно, она дочь графа, некая Гарриет Брэндон. Она обедала с жертвой — репортером из «The Sun», — когда официант напал на него с ножом с разделочной доски. С тех пор она была немного истерична. Я предполагаю, что она читает ваш блог, Джон.              Последнее было сказано с еще одной усмешкой, но Джон не смог заставить себя ответить. Его сестра оказалась свидетельницей убийства?              — Джон? Вы все-таки ее знаете? — Лестрейд выглядел обеспокоенным, и даже Шерлок теперь наблюдал за Джоном.              Джон на мгновение запнулся, а затем сказал: — Э-э, да. Да.              Он подумал о том, чтобы добавить больше, упомянуть их настоящие отношения, но к тому времени он уже слышал Гарри впереди: — Слушайте, мне просто нужно выпить. Мне нужно. Даже мой брат на этот раз понял бы.              — Так и есть, но это не значит, что это хорошая идея, — сказал Джон, когда толкнул дверь, обнаружив, что Гарри практически умоляет Донован о выпивке. — Ты и так хорошо справляешься, Гарри.              — Джон! — Гарри практически бросилась на него, не обращая внимания на свою забрызганную кровью одежду. — Почему ты так долго?              Он схватил ее за руки, пытаясь удержать. Теперь он был чем-то вроде эксперта по пятнам крови, но предпочел бы избежать их, если мог: — Почему ты не позвонила мне, Гарри?              — Я пыталась уважать твое прикрытие, разве ты не этого хотел? — спросила она дрожащим голосом.              — Прикрытие? — переспросила Донован, внезапно заподозрив неладное. — Какое прикрытие?              — Она преувеличивает, — ответил Джон, — потому что ей нравится драматизировать, не так ли, Гарри? Но ты в порядке? Не пострадала?              — Не пострадала? Посмотри на меня! — она указала на кровь на своей одежде. — Все испорчено!              — Если ты беспокоишься о своей одежде, я предполагаю, что ты цела и невредима, — сказал ей Джон. — Что случилось, Гарри?              — У меня было интервью с милым мистером Робинсоном, который пишет для «The Sun». Он хотел знать все о... о... — она замолчала, глядя на него широко раскрытыми глазами.              — О твоем брате графе, верно, — спокойно сказал Джон, игнорируя вопросительные взгляды Лестрейда и Донован.              — Правильно. О моем брате, — энергично кивнула Гарри, и Джон вздохнул, задаваясь вопросом, сколько ей удалось выпить, прежде чем Донован перекрыла такую возможность. — Но пока мы разговаривали, подошел официант... или я подумала, что официант... но у него в руке был огромный нож, и, прежде чем я даже поняла, он ударил его! Снова и снова! Повсюду была кровь, и я просто закричала...              Она вздрогнула, голос затих, когда Джон потянул ее вниз, чтобы усадить на пустой стул, присев рядом с ней: — Что было потом?              — Это была худшая часть. Он просто стоял там, выглядя гордым. Он даже не пытался сопротивляться, когда один из других официантов подошел и набросился на него. Но бедный мистер Робинсон...              Джон взглянул на Лестрейда, занятого записями. Детектив махнул ему, чтобы он продолжал, поэтому Джон снова посмотрел на Гарри: — Он что-нибудь сказал?              — Мистер Робинсон?              — Нет, официант. Он что-нибудь сказал перед нападением?              — Он сказал что-то вроде «это за мою сестру», — сказал Гарри. — Я помню, потому что на секунду мне почти польстило, что он имел в виду меня, что я напомнила ему о его сестре, но потом я увидела нож и...              Джон поглаживал ее колено по кругу: — Он все это время был вашим официантом? Или это был первый раз, когда вы его увидели?              — В первый раз, — сказала она, голос был решительным. — Я бы запомнила. Он напомнил мне Иэна, помнишь его? Иэн Блэквелл? Сходство было поразительным... до всей этой крови.              — Хорошо, я уверен, что это очень полезно, — он посмотрел на Лестрейда. — Есть еще вопросы, на которые вам нужны ответы прямо сейчас? Если нет, я бы хотел вернуть ее домой.              — Ну, нам нужно официальное заявление...              — Но ваше дело довольно простое, не так ли, инспектор? Много свидетелей, подозреваемый под стражей? Нет причин, по которым Гарри не может хотя бы пойти домой и переодеться?              Он увидел, как нахмурился лоб Лестрейда: — Я полагаю... хотя я был бы счастлив получить полное заявление, прежде чем... — Он сделал приглашающий жест рукой, и Джон вздохнул.              Кивнув, он поднял Гарри на ноги: — Ладно. Ты пойдешь в туалет и помоешь руки, а затем сержант Донован отвезет тебя в участок, чтобы ты могла сделать свое заявление красиво и официально. Потом я могу сходить к тебе домой, чтобы принести сменную одежду. Или, если ты предпочитаешь, я могу кому-нибудь позвонить, чтобы тебе что-то принесли, и я поеду с тобой, чтобы составить компанию.              Гарри подняла на него глаза, слегка затуманенные, но полные тоски, которую он не видел годами: — Ты поедешь со мной?              — Конечно, — ответил он. — Иди, помой руки. Я буду здесь, когда ты выйдешь.              Он уже держал свой телефон в руках, набирая номер дома Гарри, поднимая руку к вопрошающим лицам перед ним: — Клара? Это Джон. Гарри нужно переодеться… Нет, на этот раз это не ее вина. Она — главный свидетель убийства и немного... забрызгана кровью. Сейчас мы направляемся в Ярд, но ей действительно нужно... ты будешь? Блестяще. Что? Ну, да, немного. Хотя на этот раз я могу это понять. Верно. Хорошо. Увидимся там.              Он отключился и повернулся к остальным: — Клара встретит нас там со сменной одеждой. Гарри будет намного спокойнее, если она почувствует, что выглядит презентабельно — это первое, что нужно о ней знать. Всегда следить за тем, чтобы она была довольна тем, как выглядит, когда это возможно.              На мгновение воцарилась тишина, а затем Шерлок (естественно) заговорил первым: — Клара? Но я думал...              — Они пытаются снова, — отозвался Джон.              — Итак... Ты встречаешься с нашим свидетелем, Джон? — спросил Лестрейд. — Вы двое, очевидно, знаете друг друга.              Донован добавил: — Она немного не в вашей лиге, не так ли, доктор?              — Не встречаюсь, и нет, я бы так не подумал, — ответил им Джон, сдерживая свой гнев, — учитывая, что она — моя сестра. Вот почему мы так хорошо друг друга знаем. Клара — ее бывшая жена.              — Но подождите. Она сказала, что у нее берут интервью по поводу… ее брата-графа? — когда Джон кивнул, Лестрейд продолжил: — У... у вас есть другие братья и сестры, Джон?              — А вот и второй ботинок, — пробормотал Шерлок, который с большим интересом наблюдал за происходящим.              — Нет, только я и Гарри, — сказал Джон. — И да, наш отец был графом, вплоть до того, как несколько месяцев назад погиб в автокатастрофе.              Донован выглядела ошеломленной: — Итак, если ваш отец был графом, и он мертв, это делает вас?..              — Графом Андершоу, — сказал Джон, кивнув. — Да.              — Но… это было во всех новостях. Наследник пропал без вести или что-то в этом роде, в армии... — голос Лестрейда затих. — Но фамилия была не Уотсон.              — Нет, — Джон выпрямился и отвесил короткий поклон. — Джон Хэмиш Уотсон Брэндон, граф Андершоу, к вашим услугам. Я еще не привык к титулу — единственное, к чему я привык, — это капитан и доктор, так что я все еще адаптируюсь. А, вот и Гарри. Идем?              Он шагнул вперед, чтобы предложить руку своей сестре, а затем повернулся к двери, игнорируя отвисшие челюсти и пустые взгляды. Если бы он так не беспокоился о Гарри, когда она, дрожа, схватила его за руку, то, вероятно, наслаждался бы этим. Он оглянулся на единственного человека, которого сюрприз не застал врасплох, и с облегчением увидел, что Шерлок выглядит скорее заинтригованным, чем скучающим. — Ты не хочешь взглянуть на место преступления, прежде чем мы уйдем?              Шерлок махнул рукой: — В этом нет необходимости. Помимо твоей сестры есть достаточно свидетелей, чтобы прояснить, что произошло. Предположительно, жертва подверглась нападению из-за его клеветнических статей. Действительно, учитывая все обстоятельства, твоей сестре повезло, что она не смогла закончить свой рассказ. Робинсон был одним из худших репортеров таблоидов.              Гарри подняла голову: — Мистер Робинсон был замечательным, — сказала она. — Он был таким забавным во время обеда и так интересовался тем, что я хотела сказать.              — Ну, потому, что это была его работа, — сказал ей Джон. — Он должен был быть очаровательным, чтобы получать хорошие истории, но он был не совсем тем человеком, которому ты хотела бы рассказать историю своей жизни. Или, что более важно, моей.              — Ты преувеличиваешь. Я просто пыталась помочь.              — Конечно, — сказал Джон, направляя ее на улицу, когда Шерлок поднял руку, чтобы поймать такси. — Я думал, мы это уже обсуждали.              — У меня уже была назначена встреча, — пробормотала она. — Мне показалось грубым не прийти.              Джон только покачал головой: — И все же, посмотри, насколько лучше было бы, если бы ты не пришла. Ты не стала бы свидетелем убийства и не засветила бы семью в газетах еще более шокирующим образом, чем раньше.              — Шокирующим, Джон? — вставил Шерлок. — Я вряд ли думаю, что это соответствует...              — Заткнись, Шерлок. Это достаточно близко. Мало того, что газеты сошли с ума из-за смерти моего отца и моего собственного... воскрешения... теперь мы в буквальном смысле вовлечены в кровавое убийство. Если они узнают об этом...              Едва он успел произнести эти слова, как ему в лицо ударила вспышка фотоаппарата.              — Мистер Холмс! Можете ли вы рассказать нам, что произошло? Почему вы здесь?              — О, боже, — пробормотал Джон, пытаясь не поднимать голову, сосредоточившись на том, чтобы довести Гарри до машины. Когда, черт возьми, Шерлок стал для прессы таким популярным? И бог знал, что последнее, что ему нужно, это чтобы они узнали Гарри — с ее недавним количеством статей для прессы (не говоря уже о личности жертвы), им было бы слишком легко ее идентифицировать, а тогда…              — Мисс Брэндон? Гарри Брэндон! Можете ли вы рассказать нам, что произошло? Вы были там? Почему вы вся в крови?              Прежде чем Джон смог ее остановить, Гарри подняла голову: — Да, это было ужасно! Я никогда раньше не видела, как кого-то убивают. Я была так расстроена, что, естественно, позвонила своему брату, чтобы он пришел на помощь.              Черт.              Черт возьми.              Черт!              Джон наблюдал, как репортер автоматически посмотрел на Шерлока, высокого и элегантного в своем пальто, а затем увидел, как его глаза вернулись к Гарри... и Джону. Репортер моргнул, очевидно, смакуя сенсационную новость всей своей жизни, и немедленно повернулся к Джону: — Доктор Уотсон, верно? Или... мне следует называть вас мистер Брэндон? Лорд Андершоу?              Джон подтолкнул Гарри вперед, в приготовленное Шерлоком такси, и попытался не думать об аудитории: — Я здесь с Шерлоком, чтобы помочь в расследовании. Мисс Брэндон совершенно обезумела, и я здесь только для того, чтобы помочь.              Он старался не обращать внимания на вспышки, когда делались снимки — когда вообще прибыли фотографы? Он скользнул в машину рядом с Гарри, когда Шерлок перешел на другую сторону, лицо нейтральное, поскольку он также игнорировал зрителей. Джон смотрел прямо перед собой, когда такси влилось в поток машин, и пытался удержаться от соблазна оглянуться, уступив только тогда, когда такси свернуло за угол. Он мог видеть Лестрейда и Донован на тротуаре с разинутыми ртами, пока нетерпеливый репортер торопливо говорил в свой телефон.              — Господи, — сказал Джон. — Что только что произошло?              — Тебя только что раскрыли, как графа Андершоу, — сказал ему Шерлок с ухмылкой. — Или практически это сделали, во всяком случае. Если у этого репортера есть хоть какой-то талант, он и его газета начнут копаться в твоей истории еще до того, как мы окажемся в Ярде.              Джон кивнул, бросив взгляд на Гарри, которая оцепенело сидела в середине сиденья: — Тебе просто нужно было продать свою историю прессе, да? Хотя я и говорил тебе этого не делать. И с твоей всегда невероятной удачей, ты просто случайно выбрала день, когда был убит репортер «The Sun», что, естественно, привлекло к месту происшествия всех его коллег, как саранчу, как раз вовремя, чтобы увидеть, как мы уходим, и ты упомянула, что я являюсь твоим братом. Я имею в виду, действительно, Гарри!              — Это не моя вина, — проскулила она. — На самом деле, Джонни, я сделала это не нарочно.              Джон уставился в окно: — Я знаю. Если бы ты запланировала хоть что-то из этого, ты настояла бы на том, чтобы переодеться перед тем, как предстать перед прессой.              — Честно говоря, — сказал Шерлок с другой стороны машины, — на самом деле она не сказала, что ты — ее брат, просто сказала, что позвонила своему брату. Репортер сделал свои собственные выводы.              — Это не помогает, — отозвался Джон. — Если только ты не хочешь выдать себя за ее брата?              Шерлок с отвращением посмотрел на Гарри: — Нет, спасибо.              — В любом случае, это было бы неправдоподобным, — сказал Джон со вздохом, доставая телефон, чтобы позвонить Дэвиду. — Привет, Дэвид? Это Джон. У нас непредвиденная ситуация...