Найти, спасти — уничтожить

Уилтшир, Великобритания. 2 июля 1997 Драко с трудом поднялся с постели. Он почти не спал этой ночью — много думал, слушал, как застучали тёплые дождевые капли около часа ночи по окну в его комнате, как грохочет в небе гром. Примерно в тот же день и время семь лет назад, когда Малфою было всего десять лет, тоже была гроза, и он напуганно пришлёпал к родителям в комнату. Отец учил его определять, как далеко от них ударила молния по промежутку времени между вспышкой и звуком. Драко хорошо это запомнил, поэтому с тех пор каждый раз, когда вспыхивает молния, неосознанно начинает считать. Тогда ве́сти о возвращении Воландеморта в этом доме не освещались, а в огромном особняке было уютно и пустынно. Поэтому гроза казалась маленькому Драко самым ужасным и пугающим, что может с ними произойти. Парень встал посреди комнаты и прислушался — тихо. Он понятия не имел, в котором часу проснулся, но точно знал, что ещё довольно рано: семь часов или около того. Слизеринец высунулся в коридор и беззвучно прошёл немного по коридору в сторону приоткрытой двери в спальню родителей на противоположной стороне от его комнаты, заглянул внутрь, прислонился к дверному проёму. Бело-золотое покрывало на широкой и высокой кровати, верно, с утра идеально было постелено, пока мать не решила снова прилечь — это видно по тому, как ровно покрыта отцовская половина. Нарцисса стояла напротив каменного подоконника лицом к огромному окну, изрешечённому тонким готическим переплётом, и очарованно перебирала руками пышный букет из клематиса и роз в прозрачной вазе. Она обернулась на звук шагов. — Доброе утро, дорогой. — миссис Малфой тепло улыбнулась сыну. Драко глубокого вздохнул. Он совсем недавно поднялся с постели, а уже чувствовал такую жуткую усталость, какую испытывал разве что только после утренних тренировок по квиддичу на голодный желудок перед важными матчами. — Доброе. — Думаю, можно попросить эльфов уже накрыть на слол. — Нарцисса снова повернулась к цветам. — Ты голоден? — Пожалуй, — вяло ответил Драко. — А папа не присоединится к нам сегодня за завтраком? Женщина замерла и задумчиво посмотрела в окно. — Нет, твой отец занят сегодня. — Понятно. — Малфой развернулся. — Я буду у себя. — Постой, — остановила его мать подобрала подол своего длинного строгого платья и приблизилась к прикроватной тумбе. — Драко, подойди. Парень вошёл в комнату и зашлёпал босыми ногами по деревянному паркету в сторону кровати. Он заломил руки за спину и заинтересованно взглянул на женщину. Та достала палочку, отворила магический замок на второй полке, вытащила из неё небольшую шкатулку, обтянутую тёмно-бордовым, почти чёрным бархатом, и передала её сыну в руки. Тот аккуратно отстегнул крышку и вытянул оттуда небольшую подвеску, состоящую из обратно каплевидной формы склянки с какой-то плескающейся в ней тёмно-красной жидкостью, обплетённой ветвящейся серебристой нитью, и небольшого шипа на конце. — Этот кулон я получила от твоей бабушки, когда ещё жила в доме Блэков. В нём находится сильнейший яд наравне с уидосоросом или даже ядом стрел Пакваджи. — Нарцисса крепко сжала руку сына. — Теперь я хочу, чтобы он был у тебя, Драко. Парень посмотрел на кулон в своей руке, потом в водянисто-голубые глаза матери и утвердительно кивнул. — Спасибо. Рядом с ними раздался хлопок, и из ниоткуда посреди спальни возник домовой эльф. Кровать тут же стала сама по себе заправляться. — Филис услышала, что хозяйка желает завтракать? — пропищал домовик, и её длинные уши затряслись, когда она активно закивала головой. — Да, — ровно произнесла Нарцисса. — Через десять минут к нашему появлению должно быть подано. — Как хозяйке угодно. Эльф растворился в воздухе.

***

«В Йоркшире, в третьем по величине городе Великобритании Лидсе за последние несколько дней участились нападения на маглов. Несколько групп тёмных магов рассредоточены и активно устраивают беспорядки в немагической Великобритании. Нередки также массовые убийства. Люди напуганы, Мракоборческий центр, по всей видимости, не имеет влияния на ситуацию. Волшебники почти утратили надежду на Избранного...» — Вещал «Пророк». Дальше читать не было смысла. Дальше были обвинения Гарри Поттера в бездействии и лицемерии (удивительно, что без остальных гадостей), и о его «подружке маглорождённой Грейнджер». На странице между текстом крупно вклинивалось фото Люциуса Малфоя и белого от вспышки камеры лица Драко за его плечом в тёмном холле Министерства магии. — С ума сойти, — изумился Рон, держа в руках свежую газету, которую прихватил со скамьи в трактире. — Свыше полусотни маглов в Йоркшире убиты, и это только за какие-то несколько дней. И кто возглавляет Пожирателей — Малфои. Ты глянь. Уизли протянул Гарри газету и указал на живое изображение с лицами Люциуса и Драко под вспышкой камеры. Поттер выхватил бумагу из рук друга и быстро пробежался по заголовку. — Меня больше удивляет бездействие Ордена, — не отрываясь от газеты, пробубнил гриффиндорец. — Мы же не можем одновременно защищать маглов и искать крестражи. Мы и так почти не продвигаемся. — Гарри, армия Тёмного лорда огромна, — нахмурилась Гермиона. — После смерти Грюма и полного захвата Министерства магии Пожирателями Ордену приходится скрываться. Посмотри хоть даже на семью Рона. Всем сейчас нелегко. — Да. — Гарри зажмурился и помолчал.— Да, я знаю, ты права. Но я на взводе. У нас нет никаких зацепок. Я думаю обо всём этом каждый день: о смертях маглов и волшебников, о крестражах, о Полумне, об этом дурацком символе. — А ты считаешь, что мы не думаем? — встрял Рон. — Конечно, не считаю. — Тогда перестань вести себя как истеричка и соберись. — Да? — взорвался Поттер. — Может тебе... — Прекратите! — вскрикнула Гермиона и встала между ребятами. Повисла тишина. Гарри первым нарушил её и устремился прочь из палатки. — Я побуду снаружи. Проветрюсь. И исчез на улице. — Я поговорю с ним. — Нет, — остановила Уизли Гермиона. — Дай ему остыть. Рон послушно уселся на койку рядом с девушкой. — Конечно, мне тоже не дают покоя эти бесконечные убийства. Более того, я жутко переживаю за свою семью. Я ведь даже не знаю, где они сейчас находятся, в безопасности ли. Но я ведь не устраиваю истерики на ровном месте. — Ты как всегда не понимаешь, — тяжело вздохнула Грейнджер. — Гарри ощущает груз ответственности на своих плечах за всё то, что происходит сейчас. Возможно, он даже в какой-то степени испытывает чувство вины. На него давит со всех сторон. Просто нужно иногда послушать его «истерики» и не комментировать их. Гарри, я думаю, и сам понимает, что нагнетает, просто ничего не может с собой поделать. — Думаю, в этом есть какая-то правда. Но иногда, бывает, я его совсем не понимаю.

***

Рон сделал большой шаг вперёд по присыпанной снегом поляне и вполголоса проговорил: — Пророк пишет о том, что Воландеморт приказал устраивать беспорядки и убивать маглов... Через несколько секунд его окружили егеря. Около шести человек. Парень попятился назад. — Так-так, — заговорил один из них. Струпьяр. — Кто это у нас тут? — Случайно вырвалось, — Рон поднял руки вверх. — Честное слово, я... — Кто таков? — егерь опасно приблизился. — Билл Пикс, чистокровный, — быстро затараторил гриффиндорец. — У меня ещё младший братишка есть — Джимми. Славный малый. У нас с ним разный цвет волос, но у нашего дальнего родственника рыжие волосы. Представляете как бывает? Знаете о квиддиче? Так мой брат загонщик в сборной... — Правду говоришь? — Струпьяр вскинул одну бровь и переглянулся с остальными. — Совершенно. — Схватить его. Группа егерей тут же бросилась его скручивать. Рон был выше большинства на полголовы. — Но я же сказал, кто я. — слабо затрепыхался он. — Стойте! Я знаю, где находится Гарри Поттер. Возня тут же прекратилась. Егерь заинтересованно всмотрелся в веснушчатое лицо Уизли. — Гарри Поттер, говоришь? — Да. Парень громко сглотнул. — Ну и где же он? — Я стану говорить только с приближенными к Тёмному лорду. Струпьяр хохотнул. Он сложил руки на груди и с ног до головы осмотрел гриффиндорца. — Да он по любому прикидывается, — заговорил крепкого телосложения бородатый мужчина позади него. — Я таких, как он, каждый день по дюжине встречаю. — Барди, и сколько из этой дюжины говорят тебе о том, что знают, где находится Гарри Поттер? Егерь обернулся к товарищу и всплеснул рукой. Барди поскрёб в затылке, нахмурился. — И зачем тебе встречаться с Пожирателями? — Хочу получить достойную награду. Вся свора по-гиеньи загоготала. — А он не прост. Не хочешь, чтобы кто-то присвоил себе твою славу? Рон с вызовом посмотрел на Струпьяра. — Именно так. — В какой руке ты держишь палочку? Если я отрублю тебе правую руку прямо сейчас, твой язык развяжется? Уизли сглотнул. — Отрубай. Я всё сказал. — А вдруг он правду говорит? — Да, послушай бородатого, а то вы так и будете искать Поттера ещё полвека как проклятые. Струпьяр долго посмотрел на Рона, подозрительно сощурился, раздражённо пожевал челюстью, а потом сдался. — Будь по-твоему. — он развернулся на одной ноге. — Держим путь к Малфоям. Двое мужчин крепко подхватили Уизли за руки, и они исчезли, подняв в воздух рассыпчатую снежную крошку, покрывающую всю лесную дорогу. Гарри и Гермиона не без опаски вышли из своего укрытия и осмотелись по сторонам. — Ты дала ему заглушки? — Да. Три штуки. Сказала бросить у ворот и на входе в особняк. А третью пусть оставит на всякий случай. — Отлично, — закивал Поттер. — Пора за ними. Грейнджер твёрдо кивнула, хватаясь за лямку бисерной сумки на своем плече, взяла Гарри за руку, и они трансгрессировали вслед за егерями. Из-за жуткой трясучки во всем теле и волнения вместо территории вокруг поместья, Гермиона представила один из коридоров особняка, который, как и Хогвартс, по всей видимости, был блокирован для аппарации в него посторонних людей кровной магией, поэтому перемещение вышло не из самых приятных. Грейнджер потеряла концентрацию и отпустила руку Гарри, из-за чего они оба оказались дезориентированы и отброшены друг от друга на несколько метров. На пару мгновений дыхание болезненно перехватило, но вскоре они приземлились где-то в совершенно, на первый взгляд, незнакомом месте. Гриффиндорка жадно глотнула холодного воздуха, что вихрем крутился вокруг неё, поднимая над землёй ко́лющие щёки и шею ледяные кусочки снега. Она села на коленях и посмотрела на свои все в снегу и грязи исцарапанные руки. Видимо, за что-то схватилась, когда приземлялась. — Гермиона! — сквозь шумящий вокруг ветер услышала Грейнджер и, подняв глаза, увидела как в её сторону сквозь метель ковыляет напуганный Гарри в разбитых очках. — Гермиона, ты в порядке? Что произошло? — Это... — девушка запиналась, всё ещё отходя от шока. — это я. Я растерялась. Прости. Её растрёпанные кудри намокли и были облеплены снегом с той стороны, которой она приземлилась на землю, но шум в ушах и испуг были такими сильными, что девушка не замечала то, как её медленно заметает снегом, а волосы превращаются в сосульки. — Ладно, главное, что целы. — Гарри огляделся по сторонам и сквозь снег присмотрелся вдаль на две высокие башни. — Мы недалеко от поместья. Парень подхватил Грейнджер подмышками и стал поднимать её на ноги. — Вставай, Гермиона, — звал он. — Там Рон. Нам нужно поторопиться. — Да. — девушка растерянно похлопала себя по карманам, нащупала палочку и, сощурившись, посмотрела на расположение башен. Всё плыло перед глазами, но она списала это на усилившийся снегопад. Живая изгородь из высокого и густого тиса была одинаково длинной в обе стороны. — Я думаю, вход должен быть справа. Гриффиндорцы стали пробираться сквозь метель к высокой зелёной стене боскета, окружающего небольшие групповые посадки деревьев и кустарников. Они шли очень близко, почти вплотную к стене и быстро настолько, насколько это возможно. Гарри взял главенство на себя, шёл впереди, удерживая Гермиону за руку, чтобы та не отставала, и напряжённо держал палочку перед собой на случай, если они кого-то встретят. Его тёмные волосы уже были покрыты густой снежной шапкой. Грейнджер была уверена, что сама выглядела не лучше. В лицо бил ветер со снегом, и она прикрывала глаза рукой. Вот они приблизились к острому скосу изгороди, за которым был проход к большим железным воротам. Прежде чем повернуть, Гарри предупреждающе посмотрел на Гермиону и аккуратно выглянул, но тут же дёрнулся назад, когда увидел Фенрира Сивого, расхаживающего недалеко от ворот. Едва не попался. — Империо. — Поттер направил на него палочку. Грейнджер вздрогнула то ли от произнесённого им заклинания то ли от холода, а, может, от всего сразу. Сивый развернулся и твёрдо зашагал в лес на противоположной стороне. Когда оборотень скрылся за деревьями, Гарри дёрнул девушку за руку, и они рванули по широкой подъездно́й дороге к воротам. Не спешив проскакивать через них, Гермиона наложила на себя чары разочарования и стала искать по снегу маленький почти незаметный медалевидной формы камешек — так называемую «заглушку», которая должна была ослабить защитные чары в определённом месте, чтобы изгородь беспрепятственно пропустила Поттера с Грейнджер на территорию поместья. Девушка уже начала бояться, что у Рона не получилось, но тут она с облегчением нащупала то, что искала, под тонким слоем снега. Гермиона нашла у себя во внутреннем нагрудном кармане пальто палочку и направила на камешек. — Деструэ Па́ртэм Тот тут же задрожал и нагрелся, снег вокруг него растаял, создавая тёмный ореол. Девушка, затаив дыхание, медленно вытянула руку к воротам, и железо тут же растворилось под её прикосновением в воздухе, создавая небольшой проход. Гарри ахнул. — Гермиона, ты — гений, — шёпотом восхитился он. За густой изгородью ветер уже почти не дул, поэтому слышно было хорошо, но невидимая Грейнджер промолчала, проползла в проход и поднялась на ноги. — Когда окажемся в доме, разделимся, — поговорила она. — Я иду за Полумной, а ты найди Рона. Поттер уверенно кивнул. Они направились к большим дверям, и беспрепятственно вошли внутрь. — Гермиона, — шёпотом окликнул Гарри. — Мантия. Девушка порылась в сумке и кинула вещь прямо в руки парня — тот тут же исчез. Раздались быстрые шаги, и они бросились врассыпную по разным сторонам: Грейнджер — направо, Поттер — налево в обход. Сердце гриффиндорки билось как ненормальное, она боялась сделать лишний шаг, чтобы не шуметь, но при этом действовать и идти быстро. Голова всё ещё слегка кружилась, наверное, от волнения, ноги и руки после холода были онемевшими, а волосы, точно сосульки, мазали её по шее и лицу. Что, если она встретит домовых эльфов? А вдруг Сивый очнётся, вернётся обратно, увидит следы и что-нибудь заподозрит? Или Гермиона вообще не найдёт спуск в подземелья? Последнее опасение не оправдалось, и совсем скоро Грейнджер шагала вниз по уже знакомой лестнице. Она спустилась к решётке и заглянула внутрь. На первый взгляд ей показалось, что подвал пуст. — Полумна? — вполголоса позвала гриффиндорка, и из-за стены аккуратно высунулась Лавгуд, вся в каких-то ссадинах и грязной одежде. Длинные её белые волосы были спутаны в хвостике. — Гермиона? — пролепетала когтевранка. — Я узнала тебя по голосу. Грейнджер возникла перед ней, когда она подошла к решётке. — Ты не ранена? — быстро заговорила девушка, а потом обратила внимание на седого мужчину, сидящего в углу подвала. — Ты не одна? — Гермиона, у тебя кровь. Гриффиндорка посмотрела на спокойную Лавгуд во все глаза. Откуда быть крови? — Вот здесь. — Лавгуд указала куда-то на своё ухо. Грейнджер прижала руку к шее в том месте, где она показала, и с ужасом почувствовала ею тонкую, уже остывшую полоску крови, протянувшуюся откуда-то с макушки до ключиц. Девушка быстро вытерла окровавленную руку о серое пальто. — Ты пробовала атаковать замо́к? — Нет. Изнутри подвал оснащен антимагической защитой. Да и палочку у меня забрали. Гриффиндорка, поднялась на несколько ступеней вверх, достала свою палочку и прицелилась к замку́ — Портоберто. Замочная скважина за считанные секунды превратилась в большую дымящуюся дыру. Грейнджер опасливо протянула руку к решётке и толкнула её. Та легко поддалась. — Выходи, — она обратилась к мужчине в глубине комнаты. — вы тоже. Старик тяжело поднялся на ноги, вышел на свет и приблизился к Гермионе. — Мистер Олливандер? — удивилась она. — Ваша виноградная лоза, — произнёс Гаррик, близко взглянув на её палочку. — 10¾ дюйма и сердечная жила дракона. Мисс Грейнджер. Сверху раздался крик: «Гарри Поттер!». Грохот, а за ним следом страшный лязг. Гриффиндорка поняла, что пора вернуться к ребятам. — Поднимитесь наверх, а потом, не сворачивая, идите по коридору до холла к большой двери. Сейчас все Пожиратели будут сосредоточенны вокруг Гарри, поэтому, возможно, это самый удачный момент для пленников, чтобы бежать. Девушка рванула вверх по лестнице, бегом преодолела длинный коридор по прямой мимо холла до дверей в большой зал. — Остолбеней! — выкрикнул Гарри в сторону одного из егерей, и тот повалился навзнич. Он применил как минимум три оглушающих проклятия, только одно из которых угодило в цель. — Инкарцеро! — Протего! Гарри и Рон были окружены. Это был неравный бой: восемь на двоих. Гермиона быстро выловила среди незнакомых голов беловолосую Малфоя-младшего, и её сердце болезненно сжалось. Но, стоило ей заметить Струпьяра, что подходил к Поттеру со спины, она тут же отмерла с места и вскинула палочку: — Петрификус Тоталус! — и попала точно в цель. Егерь громко рухнул на пол. Однако, чары разочарования спали, и теперь все присутствующие видели Гермиону. Особенно выделились Малфои и Лестрейндж: Нарцисса замерла, шокированно раскрыв рот, лицо Драко исказила гримаса ужаса, светлые глаза его широко распахнулись, кожа побледнела, а Беллатриса выглядела так, будто сейчас же взорвётся. Все замерли на месте, устремив взгляды на девушку, стоя́щую в дверном проёме. — Ты должна быть мертва, грязнокровка! — зарычал Джагсон, опережая визг Лестрейндж. — Я сам отправил тебя на дно, помнишь? — Инсендио! — взревел Рон, и мантия Пожирателя в одно мгновение вспыхнула, точно спичка. Он превратился в высокую полыхающую фигуру и, вскинув руки, стал неконтролируемо кружиться и сновать по левой половине зала. Нарцисса с ужасом воззрилась на горящего Пожирателя, надвигающегося на неё. Она не успела ничего сделать, как сын заслонил её собой: — Аква Эрукто, — произнёс Драко, но волшебный огонь потушить едва удалось, тогда он ещё раз взмахнул палочкой: — Эверте Статум! И горящее тело, вращая, отбросило на несколько метров в коридор. Грейнджер не сводила глаз с ведьмы Беллатрисы. Та была задержана между двумя тёмными магами и целилась в голову Гарри. Когда гоблин Крюкохват вытащил из брошенной Гермионой бисерной сумки в коридоре меч Годрика Гриффиндора, очевидно, в попытке стащить, Лестрейндж побледнела и завизжала: — Откуда... — Инкарцеро! — Рон с Гермионой выкрикнули одновременно, пользуясь замешательством женщины, и её скрутили по бокам жёсткие металлические верёвки. Ведьма рухнула с каменной ступеньки на пол и возмущённо взревела. Остались пять Пожирателей, из которых двое — Малфои, против троих друзей. Через несколько минут Гарри ранили рассекающим проклятьем в плечо, а Рон выбился из сил. Он выкрикнул последнее: — Экспульсо! Пожиратель отразил эту атаку, и она срекошетила прямо в Малфоя-младшего. Раздался взрыв. Парня отбросило на несколько метров к камину. — Драко! Мать бросилась к нему и упала на колени. Она протянула руки но остановилась, потому что не знала, где могла к нему прикоснуться. Его одежда в месте удара обгорела, рукава и подол пиджака опалились, от грудины до пупка зиял огромный багровый ожог, а левое предплечье, которым он пытался заслониться, то ли тоже обожжено, то ли рассечено в мясо. Драко растянулся на полу, не шевелился, но был в сознании. Руки Нарциссы, вытянутые к его лицу, крупно дрожали. Грейнджер не выдержала и дёрнулась в их сторону, пригибаясь от метающихся по воздуху проклятий. — Драко, — пролепетала Гермиона, когда опустилась рядом с Малфоем и вблизи оценила пугающую обширность его ожогов и ранений. Парень распахнул глаза, услышав её голос. Грейнджер ужаснулась от того, насколько обезумевшим и напуганным был взгляд слизеринца, и аккуратно прикоснулась к его голове, на лбу которой образовалась холодная испарина. Драко болезненно зажмурился. Гриффиндорка в спешке выхватила из бисерной сумки пузырёк с зельем и сунула его в руки онемевшей от испуга Нарциссы. — Позаботьтесь о нём. Ему нужно... — Остолбеней! — отскочило от Гарри. — Ему нужно в больницу. — Гермиона, пора уходить! — в сторону девушки, пригнувшись бежал Рон. Девушка в последний раз взглянула на страшно бледного Драко и вскочила на ноги. — Гарри! Вдруг возникшее сильное головокружение почти сбило её с ног. Она, с трудом сохраняя равновесие, схватила сумку и выбежала из зала следом за друзьями. Бесконечный коридор, холл, дверь, широкий заснеженный партэр — всё смешалось в одно большое пятно. Ноги стали ощущаться ватными и тяжёлыми, но они бежали, не останавливаясь, до самых ворот, туда, где ждали их Полумна с Олливандером. Все пятеро схватились за руки и переместились.