Макалаурэ Феанарион "Lúmequentalёnya"

      Жена?.. Моя супруга… О да, у меня была жена! Даже если многие не замечали её присутствия, она ни на день не покидала меня с тех пор, как я обучился искусству пения и игры на арфе. Она сопровождала меня повсюду. Ради неё я забывал о важных делах, о моих обязанностях сына и брата, переносил встречи с друзьями. Я наслаждался её обществом в Амане, где она представала под причудливым узорным покровом — сочетанием блаженной неги и изысканно печальной красоты. Она же разделила со мной и тяготы пути в Эндорэ, и лишения первых дней жизни в этой огромной, но чужой и враждебной земле. И когда сам Кирдан Корабел заслал к нам сватов, предлагая мне в жены одну из своих прекрасных родственниц, которая, как меня уверяли, влюбилась в рассказы о моем голосе, я велел передать ему, что уже обвенчан с Печалью и, хотя эта супруга бесплодна, я все же предпочитаю ее Красоте. Ответ этот, отосланный Кирдану в первые годы нашего пребывания в Эндорэ, стоил мне и братьям королевского расположения владыки Дориата, а нашим квенди — возможности свободно говорить на родном языке и беспрепятственно передвигаться по землям Белерианда. Позже это усугубилось ещё и тем, что Среброманту стало известно о том, как именно нам пришлось добывать корабли для долгого путешествия. Но все же я, после нашего с братьями отъезда из Хитлума острее прежнего тосковавший по родному дому, не изменил решения. Напротив — моя приверженность Ниэнне лишь усилилась. И в ночные часы я, уединяясь с лютней посреди скалистых холмов, опускался на колени и звал: «Мельдонья… Мельда…» Я и сам не мог сказать и не знал, к кому обращал мои призывы. Должно быть, мой воспаленный ум воображал её, мою супругу, величественную и скорбную, обьятую горем из-за нашей бесконечной разлуки. Дева, что владела моим сердцем и помыслами, если и существовала, то никогда не предстала мне и не дала о себе вести. Возможно, я неосознанно искал её здесь, в Белерианде. Но не находил, и от этого печаль еще больше овладевала моим сердцем. Последняя моя надежда в том, что в Арде Возрожденной наша встреча станет возможна и наконец свершится.