Должник

— О ком вы? — крайне удивился доктор. — О маме… Я хотела пойти в клуб, стала краситься. А она не пускала. Начала кричать, хватать за руки… вот и переборщила… — растеряла уверенность Лера. — Во-первых, вы не слишком похожи на любительницу ночных клубов, тем более по средам, — покачал головой хирург. — Во-вторых, ваша мать без волнения оставила нас наедине — значит, не боится ответов на каверзные вопросы. Странное поведение для той, кто сломала дочери руку, пусть и случайно. И в-третьих, не нужно иметь мой опыт работы с людьми, чтобы по вербальным и невербальным признакам понять — вы нагло врёте. Валерия, кого вы покрываете ценой репутации собственной матери? — Зачем вам это? Заявление в полицию поломает ему жизнь… — Поэтому сначала мне интересно узнать вашу версию. Девушка опустила голову ещё ниже. Она не может выдать настоящую причину нападения. За теми хулиганами наверняка стоят очень серьёзные люди, которые разрушат жизнь Алтуфьевых, если не выполнить условие. — Это Миша, — наконец, пробормотала Лера. — Мой одноклассник и сосед. У нас даже репетиторы рядом… Вот и сегодня я вышла после английского, у него — физичка в соседнем доме. Мы болтали, кружились, а когда я поскользнулась, он не смог меня удержать, хоть и пытался. — И оставил вас валяться на льду? — осуждающе сдвинул брови врач. — Нет, он помог мне набрать маме, был рядом до её появления. А потом я сама попросила уйти, чтобы у мамы не было к Мише вопросов. Он точно не специально! Если бы не держал меня за руку, может, я бы упала ещё сильнее! — Георгий Григорьевич, по-моему, сыграл роль «фактор зимы», — подключилась медсестра, сочувствуя растерянной девушке. — И в переломе, скорее, виноваты коммунальщики, которые вовремя не убрали лёд. Так зачем же пареньку страдать? — Сначала вам «случайно» руки ломают, потом «случайно» восемь раз натыкаетесь лицом на угол кухонного шкафа, потом дети «случайно» без мам остаются. Так и живём! — ворчал и вздыхал доктор, фиксируя ненасильственный характер травмы. Короткий допрос казался Лере худшим моментом во всей процедуре. Результатом осталась довольна, так что спокойно восприняла наложение гипса, который предстояло носить месяца полтора. — Как удачно ты год назад прошла онлайн-курс амбидекстров! — приободрила мама на обратной дороге. — Я его бросила после второго занятия — скучным показался, — призналась девушка, запоздало пожалев о таком решении. — Правда? Ну ничего! «Галочки» в репетиционном ЕГЭ будешь левой ставить, а ко времени самого экзамена успеешь восстановиться, — не теряла оптимизма Анна. — Я уже переговорила с начальником: возьму работу на дом, чтобы быть рядом с тобой. — А папа не звонил? — Звонил, конечно — с чего бы ему нарушать традицию? После долгого трудового дня я не стала расстраивать его твоей травмой. Сказала, что ты просто устала и легла спать пораньше. — Спасибо, мам! — улыбнулась Лера. — Завтра утром сама с ним созвонюсь. Девушка надеялась, что убедит папу вернуться из командировки до понедельника, и уже на месте раскроет правду о нападении в арке и об условиях. Сообщать такое по телефону девушка опасалась. Вдруг отец не поймёт всей серьёзности угрозы и пойдёт наперекор тем опасным людям? Страшно представить, на что они решатся в следующий раз, если первая беседа обернулась переломом… Телефон тренькнул уведомлением три раза подряд. Копошиться левой рукой в сумке, чтобы достать его, было неудобно, но Лера не могла терпеть до дома. Вдруг сообщения поступают от той банды и новая угроза поджидает их с мамой у подъезда? Худшие опасения не оправдались: всего-то Миша прислал фото готового домашнего задания по физике. Девушка решила, что друг станет первым, кому она откроет правду о переломе, пригласив к себе завтра после уроков. Может, его математический склад ума позволит иначе взглянуть на ситуацию. Такси припарковалось возле дома — мама галантно открыла дверь и помогла дочери выйти, чем отвлекла от ещё одного важного для неё сообщения. Только дома, умаявшись вечерними процедурами, отяжелёнными гипсом до локтя, Лера, наконец, снова зашла в мессенджер. Вместо банального «Спокойной ночи!» с сердечками и цветочками Дима обычно присылал голосовое сообщение или мелодию, собственноручно исполненную на гитаре. Сейчас у неё не было сил ответить, а завтра она поторопит этого романтика с личной встречей. Раз сама с переломом, ему тем более нечего стесняться внешнего несовершенства. Дима не прислал ничего нового. Лера пролистала ленту — вдруг случайно пометила уведомление прочитанным. Вниз до самого Нового года, ещё раз вверх — весь диалог с тайным поклонником оказался удалён. Дыхание перехватило от нового потрясения. — Моя судьба Мне неподвластна. Любовь моя, Как смерть, опасна… — пробормотала девушка строки из той песни, которую Дима исполнял с особым надрывом. — Слышу, сама себе колыбельные поёшь? Давай лучше я тебе что-нибудь спою! — заглянула в комнату мама с двумя чашечками пряного горячего шоколада, покрытого шапкой взбитых сливок. Любимый зимний напиток Алтуфьевых, который они позволяли себе нечасто из-за высокой калорийности. «Лишь бы ночью кошмары не снились — днём с ними легче разобраться», — думала Лера, наслаждаясь ароматным лакомством и маминой поддержкой — лучшими успокоительными в конце сумасшедшего дня. *** «Ничто так не успокаивает, как дети, красиво расставленные по углам», — тем временем про себя ворчал Андрей Неверов, которому за вечер предстояло разобрать косяки двоих детей. Нет, даже троих. И это не считая Святослава! Бросил раздражённый взгляд на экран смартфона, хотя обычно не клал его рядом во время домашней трапезы. От старшего сына звонков и сообщений не поступало. Предчувствие подсказывало: тот молчал, потому что всё по плану, а не потому, что не в состоянии обратиться за помощью. Андрей ощутил, как Адриан хотел было съязвить насчёт телефона за столом, но не решился, улавливая настроение отца. Семья давно поужинала и помыла посуду, но не спешила расходиться, хотя повод для собрания был не из радостных. Даже Тая оставалась за столом, словно желала поддержать сестрёнку и братиков. К ней как к источнику спокойствия стеклись оба питомца: Мэри тёрлась спинкой о ножку стула, более смелый и подвижный Вольдемар потеснил девочку на сидении. Мурчание котов стало самым громким звуком в помещении. — Андрюш, надеюсь, ты не в полицию звонишь? — попыталась разрядить обстановку Валерия. — Ещё чего! Рано в полицию! — отпрянул он от телефона как ошпаренный. Вдруг понял, что их с женой мысли о разных делах разных детей, и строго посмотрел на дочь. — А вот была бы ты на три года старше, Кира, без привлечения полиции твоё воровство бы не обошлось! — Пап, да не воровала я! — откликнулась девочка чуть ли не со слезами. — Это был эксперимент! Я уже маме всё объяснила… — А теперь снова повтори при всех. — Мы с Лилей и Глашей после художки заспорили, есть ли чип возле кассы в магазине. То, что он есть на входе-выходе, бесспорно — мимо кассы с товаром в кармане не проскользнёшь. А если несколько товаров пробить, а какую-нибудь мелочь спрятать? Мы с Глашей говорили, что чип где-то есть и обязательно запищит. А Лиля утверждала, что нет, иначе откуда в магазинах недостачи. Чтобы не поссориться, мы решили провести эксперимент: купить по шоколадке, а жвачку спрятать в куртке. Жребий выпал мне… — А ты, Рома, что делал в это время? — нахмурился Андрей. — Я не вмешивался в спор девчонок… — тяжело вздохнул он. — То есть позволил своей сестре пойти на преступление. Или сам не понимал опасность содеянного? — Нуу… — задумчиво протянул третий сын. — Он шёл позади нас и вряд ли что-нибудь слышал, — прикрыла близнеца Кира. — В общем, эксперимент показал, что мы с Глашей правы. — А для чего вам выяснять, есть ли чип возле кассы? Воровством промышлять планировали? — не сбавлял строгий тон отец. — Ну что ты, пап! Просто… исследовательский интерес, — надула губы Кира и посмотрела на него жалобно, но с капелькой обиды за гадкие подозрения. — Только вот администратор магазина не оценила порыв «юных натуралистов», вызвала меня и заставила заплатить за жвачку в пять раз больше стоимости, чтобы не давать ход делу, — подытожила мать. — Что ж, Кира, умножим уплаченную мамой сумму на три и на эти деньги уменьшим твои карманные в этом месяце, — решил Андрей. — Пусть будет «золотая» жвачка. — А если бы я так сделал, меня бы ты ремнём отлупил! — фыркнул Адриан. — Вот видишь, сынок, ты это осознаёшь, поэтому не ввязываешься в подобные эксперименты. — Тебя за другое отлупить не мешало бы! — подключилась Валерия. — Сегодня контрольные однокласснику за деньги решаешь — завтра устроишь в школе тотализатор. — Мам, как можно сравнивать!.. — попытался возразить подросток. — Эти действия схожи в своей противоправности, — перебил отец. — И мне неясно, зачем ты давал списывать однокласснику, да ещё за деньги. Разве тебе мало карманных? — Я хотел заработать свои. Самостоятельность, так сказать. — Намерение благое. А путь с такими намерениями известен, — ухмыльнулся Андрей и почесал за ушком Мэри, которая подошла к любимому хозяину. — А потому иди в свою комнату. Возьми деньги, что получил от одноклассника, и отдай маме. Будет ей компенсация за Кирину жвачку. А потом в угол. Кира и Рома — по пятнадцать минут, Адриан — тридцать. — Ромку-то за что? — возмутилась дочь. — Чтобы впредь был неравнодушен к делам братьев и сестёр. Второй сын немного поворчал насчёт наказания для малышей, но всё же занял угол между гостиной и кухонным шкафом. Близнецы не стали оспаривать решение и разошлись по другим углам. Тая из солидарности присоединилась к Адриану и несколько минут простояла, обнимая его за талию. Потом всё же оставила на попечение Вольдемара, который свернулся клубком у ног хозяина. Андрей переживал, поглядывая то на детей, то на экран, где по-прежнему не было сообщений от Святослава. Когда прозвонил первый пятнадцатиминутный таймер, он обнял за плечи Рому и Киру, усадив на диван по обе стороны от себя. — Папулик, ты простил меня? Больше не сердишься? — ластилась дочь, видно, осознав серьёзность последствий проступка, которых вовремя удалось избежать благодаря маме. — Конечно, простил, Кирёныш! Хотя уменьшение карманных в силе. Пойми, наказание такое строгое, чтобы ты впредь даже не думала о сомнительных экспериментах. Не все из них заканчиваются удачно. А если с тобой что-то случится, я буду очень переживать. — Знаю, пап, — улыбнулась она, крепко обняв отца. — А за Святика ты больше переживаешь? — Нет, за тебя сильнее, — признался Андрей. — Свят почти взрослый. Если что, сможет за себя постоять… Не успел он договорить, как почувствовал вибрацию смартфона, вслед за которой прорвалась мелодия. Звонили с незнакомого номера, но не скрытого, как, например, у полиции. Предчувствие подсказало Неверову ответить. — Здрасьте, Андрей… эээ… извините, забыл ваше отчество… — раздался бодрый мужской голос. — Я Влад, друг Свята. — Зачем звоните?! — прошипел тот, за раздражением пряча тревогу. — Мы тут к дому вашему подъехали, и Святу… эээ… плохо стало. Таксист говорит, чистку салона оплатить надо. — Свят… я могу его услышать? — потребовал Андрей, стремительно направляясь к шкафу с верхней одеждой. Не успел Влад что-либо ответить, как на заднем плане послышался голос старшего сына. Усталый, хриплый, возможно, даже нетрезвый, но родной: — Да пошёл он к лешему!