Забудь о мирском и смотри на меня

      Истошный крик, граничащий с хрипом от срывания голоса, нарушил аномальную тишину леса. Но через секунду она возобновилась. Келус щелкнул зубами, чуть не прикусив себе язык, до этого изредка посвистывая придуманную на ходу мелодию. Он бросил взгляд на Дань Хэна, тот кивнул в ответ, и они одновременно побежали вперед.       Насколько знал Дань Хэн, в этом лесу не водилось монстров, умеющих имитировать звуки. Источники могли ошибаться, однако есть шанс, что в этот момент умирали люди. Дань Хэн был уверен, что хватало глупцов, которые лезли на территорию монстров для доказательства своей силы или чего-то подобного. Для Келуса и Дань Хэна же это был самый короткий путь до города. Келус неоднократно ругался на невозможность пролететь на мече над лесом из-за концентрации темной энергии и уверял Дань Хэна в том, что он точно сходит с ума и на самом деле они ходят кругами. На протяжении нескольких дней они просто шли вперед, и Дань Хэн мог опровергнуть слова Келуса лишь положением звезд.       Вскоре они почувствовали слабое присутствие других людей. После в поле зрения показался тусклый свет. Дань Хэн увидел тело, неподвижно лежащее возле дерева. Чуть дальше было еще одно. Под ними образовались лужицы крови, быстро окрасившие траву в коричневый. У них не хватало конечностей, бок одного из них был будто откушен, как и часть плеча у другого. Рядом валялись обрывки их одежды с еще не засохшей кровью.       Свет дрожал, словно в любой момент мог погаснуть. На самом же деле дрожал не он, а руки человека, что сжимали порванный фонарик. Мужчина сидел у другого дерева, весь сжался, пытаясь стать меньше, и не отрывал взгляда от двух тел. На носке его сапога образовалась дыра, а рядом валялся обрывок ткани, весь порванный в клочья, со странно-ровными дырами. Кажется, раньше это был плащ.       Как только мужчина заметил приблизившиеся фигуры, он зажал рот рукой и резко дернул фонариком в их сторону, чуть не выронив его. Он попытался отползти подальше, но тут же врезался спиной в ствол. Келус вздернул руки вверх, пытаясь показать, что они не опасны, и беспомощно улыбнулся.       - В-вы люди? – мужчина встрепенулся, широко раскрыл глаза.       - Они самые.       Мужчина вновь почти выронил фонарик. С подозрением и страхом осмотрел Келуса и Дань Хэна, а после начал лихорадочно рыться по карманам. Через несколько секунд он дрожащими руками вытянул небольшой мешочек и кинул им.       - З-защищайте меня! Выведете из этого чертового леса! – мужчина почти сорвался на крик. Если это были не монстры, значит заклинатели. Он на собственной шкуре убедился, что обычные люди здесь не выживут. Но если они окажутся монстрами, то он в любом случае обречен на смерть.       Келус ловко поймал мешочек. Мельком заглянув, он тут же довольно спрятал его за пазуху и улыбнулся шире. В мешочке было золото. А настоящее золото от подделки Келус мог отличить с первого взгляда. Он шагнул вперед, к мужчине.       - Как вас зовут, господин?       - Я Уоллес Кембридж Лаймштейн. Сын благородного рода Лаймштейн! – Уоллес по-прежнему дрожал, но во время представления в его голосе появилась практически инстинктивная твердость, которую он отрабатывал годами. Уоллес аккуратно встал, опираясь на ствол дерева.       - Меня зовут Келус, а его Дань Хэн. Рады знакомству, господин Уоллес. Обещаем, мы выведем вас из леса невредимым, - Келус склонился в небольшом поклоне, сложив руки перед собой, доказывая искренность своих слов.       В то же время Дань Хэн легко кивнул и присел на корточки, чтобы осмотреть тела. Его брови были сдвинуты к переносице, пальцы аккуратно приподнимали порванную ткань для осмотра повреждений.       - Что здесь произошло?       На вопрос Дань Хэна Уоллес побледнел еще сильнее, чем до этого, он снова закрыл рот рукой, но теперь уже, чтобы сдержать рвотный рефлекс.       - Н-на нас напали… Эт-то были т-тени. Они пытались с-сожрать нас. Подползали все ближе и ближе…       Ноги Уоллеса подкосились. Келус тут же подхватил его, не давая упасть.       Тени, пожирающие людей? Как бы Дань Хэн ни пытался вспомнить, в голову не приходило ничего подобного. Тем более среди монстров этого леса. Это мог быть какой-то мутировавший вид, который водится только здесь. Люди редко рисковали даже подходить к этому лесу, потому Дань Хэн был уверен, что он кишит неизвестными монстрами.       Дань Хэн порылся в рукаве и достал небольшую пилюлю. Протянул ее Уоллесу, все еще стоящему только с поддержкой Келуса.       - Вот. Она поможет успокоиться.       Уоллес с опаской принял пилюлю. Когда он наконец смог стоять без помощи, они втроем отправились подальше от этого места. Стоило, конечно, похоронить трупы или хотя бы забрать с собой, но сейчас это могло быть опасно.       Дань Хэн понял, что уже стемнело. Почему-то он не заметил, как солнце садилось, но мог объяснить это сосредоточенностью на другом. Стоило устроить ночлег и передохнуть. Уйдя на достаточное расстояние, они развели огонь и поставили барьер. Келус тихо говорил с Уоллесом, порой отпускал глупые шутки и посмеивался. Уоллес успокаивался. Дань Хэн в разговор не вмешивался, его навыки общения с другими людьми были плохи, так что оставить разговор чрезмерно болтливому Келусу было более удачным решением. Между шутками Келус задавал наводящие вопросы, а Уоллес охотно жаловался на ублюдка, который обманул его. Он рассказал, что уже довольно долго вел переписку с одним человеком. Они оба использовали псевдонимы и имен друг друга не знали. Псевдонимом того человека был "Холодный дракон". Дань Хэна от этого имени передернуло. Уоллес тихо добавил, что считал его другом. Его плечи опустились, на несколько секунд лишаясь вновь вернувшейся статной осанки. Но вскоре в его голос вернулась злость, тот человек предложил им лично встретиться. В деревне за лесом. На этих словах Келус и Дань Хэн переглянулись. Деревня была, но не контактировала с внешним миром уже долгое время. Дань Хэн сомневался, что о ней сейчас вообще кто-то помнил. Могла ли быть еще одна деревня?       В порыве негодования, Уоллес так же рассказал, что в какой-то момент его охранники внезапно начали утверждать, что был день, но Уоллес отчетливо осознавал, что стояла ночь. А после они чуть не поругались из-за того, что один говорил про странный рассвет. Мол, только солнце встало, как тут же снова наступила темнота, хотя облаков видно не было.       Вскоре Уоллес заснул беспокойным сном. Келус и Дань Хэн некоторое время наблюдали за ним, но после Келус пересел к Дань Хэну ближе, стараясь не спускать глаз с Уоллеса. Костер тихо потрескивал, больше ничего слышно не было. Его свет почти не спасал. Дань Хэн пытался сделать его ярче разными способами, однако это было бессмысленно. И очень странно. Он не мог перестать настороженно осматривать беспросветную тьму леса.       Келус достал из-за пазухи мешочек, который ранее получил от Уоллеса. Он быстро пересыпал ровно половину в свой кошелек, а остальное кинул Дань Хэну.       Дань Хэн всегда дежурил первым. Как и сейчас. Келус лежал рядом, его спина почти касалась колена Дань Хэна. Они всегда спали близко. Это помогало чувствовать себя в безопасности как от внешних опасностей, так и друг от друга. По силе они были примерно равны, оба обладали очень чутким сном. Дань Хэн неоднократно просыпался ночью от почти бесшумных бормотаний Келуса о тоске по мягкой кровати. Как ни странно, это помогало Дань Хэну спать спокойней. Кошмары стали мучить его реже. Но в тоже время он каждый раз боялся, что Келус может увидеть его в жалком состоянии из-за этих кошмаров. Дань Хэн не хотел показывать слабость перед человеком, который в любой момент мог оказаться врагом. Но что бы Келус не видел за ночи, проведенные рядом, он никогда ничего не говорил.       Иногда Дань Хэн замечал, что Келус не спит. Он не знал, страдает ли тот от бессонницы, как и сам Дань Хэн, или же просто наблюдает за ним.       Когда Дань Хэн проснулся в этот раз, он не мог не нахмуриться из-за темноты, встретившей его. Он всегда спал мало, но все равно обычно просыпался после рассвета. Однако небо определенно было ночным. Дань Хэн поднял взгляд на Келуса. В одной руке он держал ветку, которой ковырялся в еле горящем костре, а другой почти касался огня, будто пытаясь согреться. Заметив, что Дань Хэн проснулся, Келус одними губами сказал "Что-то не так". Подозрения Дань Хэна тут же подтвердились. Он поднялся и взглядом указал на костер. Келус покачал головой. Как бы он не пытался, сделать его сильнее не выходило.       - Ни звезд, ни луны, ни солнца.       Дань Хэн понимающе кивнул. Он пытался быстро сообразить, что происходит, пока расталкивал посапывающего Уоллеса. Это могла быть ловушка, проклятье. Возможно, они видят галлюцинации. Но когда их наложили? Или, может, это была целая область, вызывающая галлюцинации при нахождении в ней? Это объяснило бы несоответствие в словах охранников и Уоллеса. Но что если причиной галлюцинаций был сам Уоллес?       Уоллес испуганно озирался, рефлекторно стараясь привести себя в более надлежащий вид.       - Нужно уходить, - Дань Хэн потушил костер и создал небольшой шарик света. Но он был в разы тусклее, чем обычно. Келус тоже попытался, результат не изменился.       - Что случилось? – Уоллес непонимающе переводил взгляд с серьезного Келуса на не менее серьезного Дань Хэна и обратно. В ответ те лишь покачали головами, сами не совсем понимая происходящее.       Дань Хэн взвалил Уоллеса на спину, чтобы они могли передвигаться быстрее. Он бежал впереди, Келус внимательно наблюдал за происходящим позади. Дань Хэн успел рассказать ему о своих догадках, пока они поспешно сворачивали небольшой лагерь.       Они бежали вперед несколько часов. Определять направления, не видя даже звезд, было сложно, но Дань Хэн был уверен в том, что они двигались правильно.       - О, светлеет!       Внезапный вскрик Келуса заставил его спутников поднять головы. Однако они оба не увидели даже малейших признаков начала рассвета.       - Я ничего не вижу.       - Вот! Это то же самое, о чем я вам рассказывал!       Верно, Уоллес уже говорил, что он и охранники видели разное. Дань Хэн сильнее уверился в свою теорию про галлюцинации. Однако он по-прежнему не мог понять, был ли Уоллес их причиной.       Внезапно Уоллес вцепился в Дань Хэна крепче.       - К-куда он делся?!       Дань Хэн резко остановился, обернувшись. Келуса не было. Дань Хэн даже не почувствовал, как его ци пропала. Он принялся лихорадочно обшаривать лес глазами, но ничего не увидел. Дань Хэн не мог оставить все как есть, и выйти из леса без Келуса. Они были союзниками, хоть и временными, потому Дань Хэн должен был защищать его. Так решил сам Дань Хэн.       Уоллес не выказал никаких возражений, когда Дань Хэн побежал назад. Это было опасно, возможно глупо, но Дань Хэн должен был найти Келуса. Он не рискнул позвать того, одновременно сомневаясь в действенности этого способа в подобной ситуации и опасаясь привлечь внимание кого-то другого. Обратно Дань Хэн двигался значительно медленнее, внимательно всматривался во тьму между деревьями, обращал внимание на любое мерещащееся движение или шелест кустов. До этого он намеренно игнорировал любое иллюзорное ощущение наличия рядом еще кого-то живого или не очень, боясь привлечь к себе лишнее внимание того, что скрывалось в темноте.       Внезапно Дань Хэн отчетливо почувствовал чужое присутствие позади себя. Он мгновенно развернулся и сделал выпад. Послышался лязг удара металла о металл. После последовал облегченный выдох. То был Келус. Дань Хэн и сам тихо вздохнул, когда уже привычное присутствие другого человека снова чувствовалось подле него.       - И куда вы делись?       - Куда мы делись? Куда ТЫ делся! – Уоллес напряженно осматривал Келуса, будто сомневался, он ли это.       - Я не знаю. В какой-то момент вы словно просто растворились в темноте, я даже не понял, когда конкретно это произошло. Начал искать и, кажется, заблудился, - Келус как-то виновато почесал затылок.       Растворились, да? Во время поисков Келуса Дань Хэн куда больше внимания уделял слежке за дорогой. Пока он бежал, ему неоднократно казалось, что тени расступались перед светом слишком неестественно. Они отдергивались от просвета как утекающая вода. Сначала Дань Хэн подумал, что ему просто показалось и что это тоже действие галлюцинаций. Но после нескольких раз стал в этом сомневаться. Могла ли "тень" быть материальной? Ну, это можно было попробовать проверить. Дань Хэн резко развернулся, кидая небольшой шарик света, который до этого держал в руке, в лес. Шарик быстро потух, но Дань Хэн успел отчетливо разглядеть резкое движение. Словно что-то пыталось сбежать.       Внезапно Келус вскрикнул. Он тут же метнулся в сторону и схватился за рукав Дань Хэна, поджимая ногу.       - Оно дотронулось до меня!       Келус даже не понял, что именно до него дотронулось. Под ногами клубилась лишь кромешная тьма. Уоллес вцепился в Дань Хэна сильнее, пытаясь решить, стоит ли ему пытаться высмотреть что-то или оно того не стоит. Но через пару секунд он оказался на земле, отчаянно протестуя и повторяя "Не-не-не" и "Да как ты смеешь". Быстро сообразив, что это ничего не даст, Уоллес затих и ухватился за Дань Хэна с другой стороны от Келуса.       Шарики духовной силы уже почти не давали освещения, и Дань Хэн вынул огненный талисман, поджигая его. Подобных талисманов у Дань Хэна почти не осталось, потому использовал его только сейчас. Келус и вовсе их почти не носил, утверждая, что он и без них сильный. Непривычно яркий огонек осветил стволы деревьев вокруг них. Дань Хэн передал талисман Келусу, Уоллес тут же спохватился, и через мгновения они уже цеплялись друг за дружку, отстав от Дань Хэна. Дань Хэн поднял с земли свежую ветку.       - Ч-что ты дел-лаешь? – Голос Уоллеса дрожал, когда он беспокойно пялился на ветку, изредка кидая взгляд на обыденно-равнодушное лицо Дань Хэна. Келус молча приготовился к чему-то, пока не уверенный, следует ему просто сбежать или спасать этого странного человека с веткой.       Дань Хэн молча подошел к краю пятна света и ткнул веткой в тень под деревом. "Тень" тут же метнулась вверх, пожирая ветку, пытаясь добраться до руки Дань Хэна. Излишек "тени" капал на землю. Вот оно что. Дань Хэн бросил ветку на землю, и та сразу же исчезла из виду. "Тень" на самом деле была слизью, которая питалась светом. Мутировавший вид. Слизь изначально считалась слабым монстром, потому даже мутировав она не могла поглотить все. Она боялась чистого света и просто не могла съесть его сразу. Слизь медленно вытягивала свет из объектов, которые находились на ее территории. Это так же было причиной того, почему в этой области они совершенно никого не встретили. А раз слизь питалась светом, то ее насыщенность им вполне могла исказить восприятие света другими.       Свет в некотором роде являлся энергией. Это могло объяснить кровожадность слизи. Она чувствовала от живых существ эту энергию, ассоциируя ее со светом, и стремилась поглотить. Дань Хэн впервые сталкивался с чем-то подобным.       Проблема состояла в способе ее уничтожения. Как правило, слизь умирала после уничтожения духовного ядра, но найти его в этом лесу было просто невозможно. Слизь была слишком огромной. Можно было использовать перенасыщение, чтобы ее оболочка попросту не выдержала и распалась. Но для этого пришлось бы сжечь лес. Так что уничтожить ее при нынешних обстоятельствах не представлялось возможным.       Оставалось бежать. Можно было попробовать отвлечь слизь, ненадолго сосредоточив ее внимание в одной точке. Но где взять столько источников энергии? Да и Дань Хэну сложно было понять, сколько еще понадобиться времени для выхода из леса.       Дань Хэн кратко рассказал о своих выводах спутникам. Келус задумался на пару секунд, а после вынул из висящего на его поясе мешочка цянькун горсть духовных камней. Слизь вокруг дернулась, опасаясь подбираться ближе. Келус хмыкнул и засунул руку обратно в мешочек.       - У меня их много.       Дань Хэн заметил промелькнувшую на его лице грусть. Келус долго копил, и вот так расставаться с потом и кровью заработанных сбережений было больно. Но других вариантов они не видели.       Уоллес вновь оказался на спине Дань Хэна. На этот раз впереди стоял Келус, он чувственно поцеловал духовный камень на прощание и кинул его вперед. Они побежали вперед, по указанному Дань Хэном направлению. У краев тусклого света, излучаемого камнями, отчетливо копошилась слизь, отчаянно пытающаяся подобраться ближе. Шелест кустов будто преследовал их, то и дело раздавался капающий "плюх" с ветвей деревьев, тихо больше не было.       Келус бросал по камню каждые несколько метров. Пару раз Келус чуть не наступил на озверевшую слизь, что подкралась слишком близко. Дань Хэн мелко вздрогнул, когда почувствовал практически невесомое прикосновение к голени.       Спустя несколько часов в поле зрения появилось красноватое, закатное небо. На глазах Уоллеса образовались слезы. Дань Хэн рвано выдохнул. Вскоре они уже стояли перед воротами города. Келус поднял руки к небу, молча радуясь тому, что солнце наконец вернулось. Сил кричать почти не осталось. Уоллес неловко слез со спины Дань Хэна, его ноги подкосились, и он чуть не упал. На его лице красовалась счастливая, слишком несдержанная для аристократа улыбка.       Дань Хэн снова посмотрел на Келуса. Теперь он печально пялился на остатки духовных камней. Сейчас Дань Хэн подумал, что совершенно не ожидал от Келуса таких богатств. Он был не похож на молодого господина знатного дома или другого богатого человека. Дань Хэн уже думал о том, что Келус забыл в той деревне, но сейчас этот вопрос встал острее. Может он странствующий заклинатель из знатной семьи, который путешествовал для усовершенствования своих навыков? Странствующие заклинатели редкостью не были, Дань Хэн сам им являлся, но обычно знать предпочитала принадлежать школам заклинателей, а не доверять себя удаче. В любом случае, это было не его дело.       Спустя несколько минут тихой радости Уоллес пришел в себя и попытался снова принять вид благородного человека. Уголки его губ все равно то и дело дергались, почти складываясь в широкую улыбку. Он прокашлялся и сказал:       - Я распоряжусь, чтобы во время вашего пребывания в этом городе вам предоставили лучшие условия. А так же в качестве благодарности за спасение моей жизни вам будет выдано вознаграждение.       Глаза Келуса тут же вновь наполнились жизнью.       - Мы премного благодарны Вам за щедрость, господин Уоллес!       Уже стоял вечер, но на улицах города по-прежнему было довольно оживленно. И Келус, и Дань Хэн были искренне рады наконец увидеть столько живых людей. Мертвецов и перепуганных до смерти им хватило. Келус будто обрел второе дыхание, носился от одной лавки к другой, постоянно исчезал из поля зрения Дань Хэна и весело общался с прохожими. Но каждые несколько перебежек от одной стороны улицы к другой он возвращался к Дань Хэну, хватал того под руку и тащил к чему-то по его мнению невероятно интересному, чувствуя, что его долг – поделиться этим с Дань Хэном. Дань Хэн не сопротивлялся. Уоллес очень быстро покинул их, оставив стража в качестве сопровождающего.       Они сами не поняли, как оказались стоящими перед роскошной гостиницей, в которой, как сказал стражник, они могут расположиться. Осмотр города был прерван в силу усталости и перенесен на завтра. Персонал горячо поприветствовал их и быстро сопроводил в комнаты, находящиеся рядом. Им предоставили горячие ванны и новые одежды, взамен старых порванных. Комнаты были огромными, обставленными так, будто там должен был жить кто-то из императорского двора. Дань Хэна никогда не волновало, где ему спать, но на этой большой и какой-то слишком удобной кровати он заснул непривычно быстро.       Тем не менее, проснулся он все равно рано, от очередного кошмара. Он не чувствовал себя отдохнувшим, как и всегда. Хоть он и был заклинателем, который спокойно мог долго обходиться без сна, сколько бы Дань Хэн не пытался, он не был способен спать долго и всегда чувствовал себя уставшим.       Дань Хэн встал, оделся в новую одежду и бесшумно вышел в коридор. Подошел к соседней двери и легко постучал. Ответа не последовало. Он постучал еще раз, сильнее. Через несколько секунд за дверью послышалась возня и слабо различимые проклятья. В дверном проеме показался растрепанный, жутко недовольный Келус.       - Ну зачем так рано? – он провел рукой по лицу и, не дожидаясь ответа, открыл дверь шире, впуская Дань Хэна.       Дань Хэн расслабленно наблюдал за неспешно собирающимся Келусом. Тот изредка бросал на него многозначительные взгляды, Дань Хэн понял, что своей медлительностью он пытался немного позлить его из вредности. Но Дань Хэн никуда не спешил.       Спускаясь по лестнице гостиницы, они наткнулись на одну из работниц. Она удивленно вскинула брови и отошла в сторону.       - Завтрак скоро будет готов, господа, - работница несколько растерянно осматривала ранних постояльцев.       Дань Хэн и Келус прогулочным шагом шли по еще тихим улицам, лавки только начинали открываться. К секте заклинателей вела широкая дорога. Они быстро добрались до территории секты, и так же быстро их принял глава. Как выяснилось, слухи о неизвестных заклинателях, спасших сына местного лорда, быстро разлетелись по городу. Да и из леса не каждый заклинатель возвращался. Дань Хэн в подробностях доложил о происшествиях в деревне и лесу, так же рассказав и о собственных догадках. Глава внимательно слушал, не отрывая подозрительного взгляда от внезапных гостей. Но когда Дань Хэн закончил говорить, слово взял Келус. Дань Хэн не был уверен, в какой момент разговора тема сменилась с монстров на самые вкусные блюда, которые им стоило попробовать в городе, а хмурое выражение лица главы превратилось в лукавую улыбку. Келус был очень внимательным и любопытным собеседником. Не упускал ни одного слова членов секты, задавал уточняющие вопросы, подталкивая их рассказывать все больше. Дань Хэн мог лишь тихо поражаться тому, как легко Келус способен найти общий язык с абсолютно незнакомыми людьми и завоевать их расположение. Он был опасным человеком, с которым точно стоило считаться. Дань Хэн был уверен, что не хочет иметь его в своих врагах.       Когда они покидали секту, их провожали как старых друзей и уверяли, что будут счастливы видеть их снова. Келус бодро шествовал по дороге с явным намерением попробовать все, о чем ему только что рассказали. Дань Хэн же собирался позавтракать в гостинице и продолжить путешествие. Только они вошли в город, как увидели идущего в их сторону Уоллеса. На его лице мелькнуло удивление, но он тут же ускорился и пригласил их вместе позавтракать. Келус от бесплатной еды не отказывался.       - Прошу, примите это в качестве моей благодарности. Знаю, этого не хватит, чтобы отплатить за спасение моей жизни, но все же.       Уже сидя в ресторане, Уоллес горячо рассказывал о том, как же он им благодарен и что их семья в неоплачиваемом долгу перед двумя заклинателями. Наконец его слуга принес два увесистых мешочка, доверху наполненных золотом. В середине разговора Уоллес вдруг помрачнел.       - Мои люди уже ищут предателя, из-за которого я отправился в лес. Он будет приговорен к заключению за покушение. Надеюсь, его быстро найдут.       - Не сомневайтесь в этом, господин Уоллес, - Келус ободряюще улыбнулся, быстро пряча мешочек. – Преступник будет наказан.       Когда они покинули ресторан и распрощались с Уоллесом, Дань Хэн повернулся к Келусу, чтобы попрощаться и с ним, но не успел сказать и слова, как Келус схватил его за руку и потащил сквозь редкую толпу. Они быстро оказались перед небольшой книжной лавкой.       - Сяоцзе!       Девушка за прилавком сразу же подняла голову от каких-то записей и тепло поприветствовала Келуса в ответ. Дань Хэн узнал в ней одну из прохожих, с которыми Келус успел вчера разговориться. Девушка принялась искать отложенную специально для него книгу, параллельно тараторя свой отзыв на нее. Дань Хэн заинтересованно бегал глазами по корешкам и сверткам, выискивая что-то полезное. В основном тут продавалась художественная литература, несколько экземпляров для начинающих культиваторов, которые можно было встретить почти где угодно, и две полки, посвященные научным трудам. Дань Хэн не ожидал увидеть среди них пару записей, что давно не мог найти. Он уже собирался купить их, как краем глаза увидел мужчину, предлагающего девочке сладкие ягоды на палочке. Девочка радостно приняла подарок и тут же согласилась на предложение мужчины пойти с ним. Они зашли в узкий переулок. Дань Хэн сорвался с места и последовал за ними. Оказавшись перед переулком, он увидел, как мужчина сжимает в руке камень, занеся его над головой уплетающей лакомство девочке. Дань Хэн рванул вперед и мгновенно повалил мужчину на землю. Девочка испуганно вскрикнула и отскочила, выронив палочку и поспешно пряча что-то за пазуху. Видя эту неприятную картину, девочка взвыла и разрыдалась.       - Мамочка-а-а! – она потерла щеки ладонями, вытирая слезы, и попятилась назад, говоря что-то невнятное.       В этот момент в переулок влетел стражник, девочка, спотыкаясь, подбежала к нему.       - Что происходит?!       Девочка не могла выговорить ни слова, но отчаянно тыкала пальцем в Дань Хэна, который удерживал сопротивляющегося мужчину.       - Схватить их!       - Постойте! Я не…       Стражник не дал ему договорить, обнажив копье. Дань Хэн снова попытался объясниться, но его внимание привлекла девочка. Стоя за спинами стражи, она быстро достала кошелек, который ранее спрятала, и ловко кинула его под небольшой навес у стены. Через несколько секунд его подобрал пробегающий мимо мальчик.       - Валим. – Горячий шепот прямо на ухо почти заставил Дань Хэна вздрогнуть. На его запястье опустилась чужая рука и потянула прочь из переулка. Дань Хэн, не сопротивляясь, следовал за Келусом.       Они быстро скрылись от стражи. Главные ворота выглядели массивней и роскошней тех, через которые они вошли в город. Сейчас они виднелись лишь издалека. Келус и Дань Хэн расслабленно шли по широкой, светлой дороге, окруженной лишь небольшой рощицей, сквозь деревья которой было видно поле за ней.       - И куда ты теперь? – Келус закинул руки за голову и любовался безоблачным небом. Дань Хэн в ответ пожал плечами.       - Не знаю. Куда-нибудь на север.       - Попутчик не нужен? – Келус хитро ухмыльнулся. Внезапно в его руках оказалось два свитка, которые Дань Хэн так и не смог купить. Дань Хэн не смог сдержать мягкой улыбки.       - Лишним не будет.