Дорожка к сердцу

– Стойте! – это вопль заставил всех вздрогнуть и оглянуться. Кричала Маринетт, которая почему-то была не рада действиям одноклассников, да и всех остальных, припёршихся на халявную раздачу Адриана булочек. – Остановитесь! Вы разве не видите, он этого не хочет! Потому что он... Ну, он... В общем, он мой! – выдала краснеющая на глазах Маринетт. – А ну, мальчики, девочки, расступитесь! – неожиданно пришла на помощь Аля. – Это действительно её парень, я даже видела розовую метку после их прошлого поцелуя! Так что Адриана целует только одна Маринетт! Просим! – Про-сим, про-сим, про-сим! – начали скандировать фанаты Адринетта, затем кто-то хлопнул в ладоши – и кричалку стали поддерживать ритмичными хлопками. Маринетт быстро пропихнули сквозь импровизированное оцепление, моментально сомкнувшееся за спиной, а Адриана отлепили от забора и поставили напротив девушки, окружив остолбеневшую пару живым кольцом. Он отдал ей забытый телефон и попытался втиснуть между ними хотя бы подарочную коробку, но Аля отобрала её быстрее, чем лисица в басне уводит сыр у вороны. Оба одноклассника были в шоке от происходящего. Создавалось дикое ощущение неловкости, как будто бы они оказались голыми посреди улицы и все-все в данную минуту на них смотрят. Они так не волновались с момента кастинга у Клары Найтингейл, когда их попросили примерить принесённые маски героев. Собственно, по бегающему из стороны в сторону взгляду и общему напряжению мышц на их лицах было понятно, что романтикой происходящее здесь и сейчас даже не пахнет, а скорее наоборот, отталкивает их от предполагаемого действия. Сценка напоминала сюжет из сказки, где злой король собирался насильно выдать принцессу замуж за первого встречного, и перечить такому решению никто не осмеливался. – Но я не могу, у тебя будут серьёзные проблемы с отцом, – шепнула Маринетт одними губами, чтобы не выдать его секрет. – Нам придётся, или завтра я буду весь розовый – вот тогда точно конец, – последовал ответ с ноткой грусти. – Может в щёку, чисто по-дружески? – Нельзя, на нас все смотрят, а краска из крема должна впитаться. Твоя мама под кремом скрыла новую метку. – Что? От кого теперь? – начались неудобнее вопросы. – Так! – не выдержала паузы Аля. – Если вы двое сейчас же не поцелуетесь, губы к губам, как положено в столице поцелуев, то это за вас сделает весь класс! Причём с каждым и неоднократно! – Маринетт было уже всё равно после встречи с детьми, а вот парень побледнел сильнее прежнего. Адриан опасливо покосился на Натаниэля, уже вытирающего рот от варенья бумажной салфеткой. Потом он посмотрел на Марка, игриво подмигнувшего ему. Но последней каплей была довольная-предовольная лыба Нино, скрестившего руки на груди: тот нашёл, как отыграться на друге за всё хорошее, в том числе – за неудачную попытку отбить его у девушки. – Прости, что втянул тебя, – тихо вздохнул Адриан, глядя на красную от смущения Маринетт. – Помоги мне поскорее сбежать, машина стоит у входа в пекарню. После этих слов он сгрёб одноклассницу в охапку и под всеобщее ликование и вспышки фотокамер исполнил мечту Али Сезер, которой таки удалось лично столкнуть этих двоих. О том, что уже к утру следующего дня по полученным меткам двое главных героев смогут обо всём догадаться и прийти бить кое-кого по наглой рыжей морде, она ещё не знала. Пока гости торжества пребывали в эйфории и проверяли, а не смазанное ли получилось фото поцелуя на их телефонах, чтобы немедленно переслать его Лиле и Хлое, пара подростков успела сориентироваться. Буквально выхватив свою коробку из рук Сезер, Агрест лихо подхватил Маринетт на руки и понёс перед собой как таран. Расчёт оказался верным: девушка от неожиданности завизжала, толпа с перепугу расступилась, образовав коридор для «новобрачных». Таким образом, вероятность случайных телесных контактов между Адрианом и другими людьми была сведена к минимуму. Выйдя за пределы площади, он всё же поставил спутницу на ноги: без суперсил и после всего пережитого долго нести даже такую худую девушку оказалось непросто. – А теперь бежим! – скомандовал он, не отпуская её руки, поскольку несколько дежуривших фанаток уже смекнули, что их добыча решила дать дёру. – Давай, скорее в машину, нас догоняют! – А как же пикник и друзья? – недопоняла Маринетт. – Пусть думают, что я тебя похитил, – с этими словами он буквально затолкал девушку на заднее сиденье автомобиля, шустро запрыгнув следом и захлопнув дверь. – Уфф, а вот теперь можно и домой! – эта фраза была адресована водителю, малость удивившемуся появлению второго пассажира. – То есть ты везёшь меня в гости... к себе домой? – последовало утвердительное «угу». – А отец не будет возражать? – Естественно, будет, но он точно не поверит в совпадение, что весь этот маскарад, – он потряс мишурой, – и крем возникли из-за того, что я случайно стал десятитысячным посетителем твоей пекарни. А ещё, – он понизил голос до шёпота, – мне нужна была девушка, которая всё знает... ну... в общем, знает то, о чём знает только Нино, но пока не знает Аля, – произнёс юноша с оглядкой на лишние уши, чем привёл и без того смущённую Маринетт в полнейшее замешательство. «Минутку, ведь кое о чём знает как раз Аля и не знает Нино», – размышляла она, подумав, в первую очередь, о своей тайне, а не о чём-то ином, – «но чего такого от Адриана узнал Нино, что не решился рассказать даже Але?» – стало немного жутковато от неясности целей её визита в закрытый от внешнего мира дом. – «Любопытно, какие секреты могут таиться за этими стенами, помимо книги хранителей? Неужели, он догадался сопоставить метку Ледибаг и мою метку, которую я так тщательно прикрывала в школе чёлкой? Нет, он не настолько догадливый, а вот Нино мог бы заметить на физкультуре, когда Аля пропустила урок, а мы упражнялись на брусьях, только почему он не рассказал о догадке своей девушке?» – Маринетт, ты меня слушаешь? – кажется, она слишком сильно сосредоточилась на тайне своей личности. – Что? Ой, извини, я задумалась. Просто это всё так неожиданно... а на мне самые обыкновенные джинсы и футболка, совсем не модные, а ещё я голову не помыла, и... – Я понял, успокойся. Даю тебе честное слово, что на твой внешний вид даже не посмотрят, а отчитывать будут меня, потому что наши фотографии уже разлетелись по сети. Понимаешь, ты мне нужна как эксперт по одному важному и деликатному делу... Вот, гляди, что я вычитал на форуме, – он протянул ей свой телефон. – « ...от знакомства до образования влюблённой пары метки прокладывают по телу дорожку к сердцу, но если пара поссорилась, то метки отдаляются от него», – гласила запись одного из комментаторов. – Поэтому мне интересно, правда ли это и бывают ли побочные эффекты. По воле судьбы так вышло, что ты – единственная девушка, которую я поцеловал дважды, даже трижды за последние несколько дней, и меня просто разбирает любопытство: насколько правдиво это сообщение? На тебе же регулярно проявляются метки? «...единственная девушка, которую... Стоп, значит, Нино был прав, как и Натаниэль?» – до её сознания, всё ещё занятого тайной личности, пробивались лишь обрывки фраз. – «То-то наши художник с писателем стали так странно на него посматривать. Ну, точно! С Адрианом беда, надо его срочно спасать. А как? Он сам должен понять, что отношения с девушками лучше, чем с парнями. Думай, Маринетт, думай!» – она взглянула на Адриана и поняла, что тот ждёт от неё какого-либо ответа на вопрос, вновь прошедший мимо её ушей. Пришлось импровизировать. – Ты хочешь сказать, что готов ежедневно целовать Ледибаг, чтобы проверить, проявится ли дорожка? Парень подавился воздухом. О таком раскладе событий он даже мечтать не смел, и подобное предложение было подобно взрыву, прогремевшему в его голове (даже при том, что он не знал, кто ему это предложил). Теперь настала его очередь выключиться из реальности с абсолютно непередаваемым выражением лица, смешавшего в себе все эмоции от крайнего удивления до бескрайней радости. Так они и доехали до особняка – молча. Маринетт прикидывала, согласится он или нет, и в какое время лучше наведываться к нему в пятнистом костюме: до коллежа или после заката. Адриан же думал о том, под каким соусом Нуару начать уламывать Ледибаг, потому что как Адриан он просто не сможет догнать и зажучить свою Леди. Машина плавно остановилась. Им пора было выходить, а общего плана, как отмазываться перед старшими, они придумать не успели. – Адриан, отец тобой недоволен, – прямо на пороге их встретила Натали. – Сейчас у него переговоры с мадам Цуруги, но после их окончания тебе, а заодно и мадемуазель Дюпен-Чэн, придётся объяснить своё поведение на последних фотографиях, разлетевшихся по интернету. Месье Агрест считает это скрытой рекламой конкретной пекарни. А тебе, Адриан, как известной в этом городе личности, не стоило уподобляться клоуну и надевать этот дурацкий колпак. – Но Натали, мне сказали, что я их десятитысячный посетитель и это – часть ритуала, – он отдал секретарше коробку с бантиком. – Я знаю, что мне предстоит выслушать от отца, поэтому, пока он занят, можно я проведу Маринетт в свою комнату? – Не припомню, чтобы на сегодня были согласованы гости, – прохладно ответила Натали (но коробку сладостей таки приняла). – Если мне не разрешат водить к себе девушек, то я начну водить к себе исключительно парней, и вот тогда репутация и этого дома, и дома моды Агрестов точно будет испорчена! – насупился Адриан, а Натали оставалось лишь понимающе вздохнуть. – Хорошо, вам хватит полчаса общения? – строго спросила она. Юноша посмотрел на свою спутницу, как бы переадресовывая вопрос ей, но потом перестал тупить и ответил. – Да, для первого раза мне и пятнадцати минут будет достаточно, – он потянул Маринетт за руку, а та ещё какое-то время не расставалась глазами с Натали, пытаясь телепатически выведать у неё, на что им должно хватить пятнадцати минут. А ещё она страшилась нового знания о своём однокласснике, которое так упорно скрывал Нино от Али. Если бы не Тикки в её сумочке, придававшая уверенности, что в любом случает у неё остаётся запасной вариант (связать парня йо-йошкой и насильно назначить ему время следующего свидания), то девушка постаралась бы отказаться от похода в гости.

***

Оставив одноклассницу на диване в своей комнате, Адриан попросил пару минут подождать его и скрылся в ванной, откуда вскоре послышался шум воды. Тикки высунулась из сумочки, с которой Маринетт не расставалась несколько месяцев: – Не могу поверить, что он сразу пригласил тебя домой, вот это везение! – квами оглядывалась по сторонам, стараясь разговором отвлечь внимание хозяйки от расцарапанной оконной рамы. – Везение, говоришь? Я так и не поняла, чего он хочет от меня, если не смог получить этого от Нино, причём такого, что Нино постеснялся рассказать подробности своей девушке! – На его месте я была бы заинтересована двумя вещами: как быстро проявится метка от Ледибаг и где, а остальное – вторично. Ну и ещё третья вещь не помешает: ведь Адриану теперь предстоит понять, какая из розовых меток от героини, а какая – от Маринетт. – А разве их будет две? – Не знаю, но почему бы нет? Спроси потом у него, – тут квами пришлось спрятаться в сумочку, потому что дверь в ванную отворилась. – Ты что-то мне говорила? За дверью было плохо слышно. – Эммм, нет, я просто вспомнила, что так и не успела позвонить родителям, чтобы они не волновались, – она помахала телефоном. – Слушай, мне действительно так неловко за весь этот цирк с колпаком и кремом, придуманный моей мамой... – она вскочила с дивана и подошла ближе к однокласснику, который только что смыл с себя крем и мелкие блёстки и был одет в один халат с банными тапочки. – Покажи-ка вторую щёку. Я так и знала, что краситель впитается в кожу и не отмоется обычным мылом! Что теперь делать? – С этим – ничего, не переживай, потерплю ругань один вечер, а завтра оно исчезнет. Твоя мама придумала отличную маскировку, но позвал я тебя не за этим, – он начал развязывать пояс халата, на эмоциях не задумываясь над тем, что именно он говорит и делает. Маринетт невольно отпрянула (она же не надела свои счастливые трусы, лишь обычные!). – Веришь или нет, Нино заявил, что дальше в этом участвовать не станет, а показать всю красоту мне совершенно некому, да и самому перед зеркалом получается как-то не то... – узелок получился тугим и первое время не поддавался, а девушка продолжала пятиться. – На столе есть фотоаппарат, и сейчас мы вместе проведём небольшую частную фотосессию, – пояс таки развязался и Адриан резко распахнул халат. От увиденного Маринетт кувыркнулась через спинку дивана, который стоял за ней, и теперь из-за дивана торчали только её ноги. – Я так и знал, что в плавках настоящий красавчик, просто сногсшиба... – парень не сдержал нуаровскую натуру и только после этого осознал, как всё выглядело со стороны гостьи. – Ой! Прости-прости! Я совершенно забыл, что ты – не одна из тех костюмерш, которые постоянно помогают мне переодеваться по сто раз за один показ мод, – он перегнулся через диван и, протянув однокласснице руку, буквально вытащил девушку обратно, усадив на спинку дивана, отчего её положение стало ещё более непристойным. – Когда у тебя есть считанные минуты, чтобы сменить брюки, рубашку, застегнуть все пуговицы, повязать галстук и не забыть про аксессуары, то я постоянно кручусь лишь в трусах и носках среди пяти девушек, помогающих всё вовремя надевать, не помяв при этом. Порой кажется, что полностью одетый человек для них выглядит более диковинно, чем раздетый. – Да уж, представляю, я видела подобную суматоху в гримёрке Джаггеда. Это только супергерои способны переодеваться в прыжке, – неожиданно выдала Маринетт, практически прижатая к оголённому торсу парня своей мечты. Чтобы сохранить самообладание и не падать в обморок, она представила, что это не Адриан, а её назойливый напарник – шутка про красавчика в плавках как раз ассоциировалась у неё с Котом. – Д-да, кхм, ты права, это доступно только им. У нас мало времени, а просьба такая: сфотографируй меня со всех сторон, чтобы я смог отличать старые метки от сегодняшних новых. Пожалуйста! Не супергероев же просить... – на самом деле Адриан уже просил Плагга, но тот заявил, что сенсорный экран смартфона на него не среагирует. – Всё из-за того, что я изначально съел таблетку и она сработала как-то странно: не припомню, чтобы видел метки от тебя или от Луки, который помогал нам подняться с пола. Зато более ранняя метка, предположительно от Натали, проявилась раньше, чем прошла половина суток. От Нино тоже ничего не было, хотя я сегодня, как и вчера, чисто машинально поздоровался с ним за руку, встретив его с Алей перед открытием скульптуры. Я в полном замешательстве! – это уже было похоже на отчаяние, и магия зелёных глаз вывела Маринетт из ступора. – Скажи, а я... а у тебя... а моя последняя метка у тебя проявилась? – наконец-то выдала она вопрос, почувствовав подбадривающий тычок из сумочки. – Честно? Не знаю, – опустил голову парень, – я совершенно запутался. На меня утром успела наброситься Хлоя, как раз возле твоего дома, прежде чем я успел войти в магазин. Я тогда думал об аромате ванили, доносящимся из твоей пекарни... Вот, даже часа не прошло, как на щеке проявилась булочка с изюмом, или овсяное печенье с шоколадом, именно на него была очень похожа эта метка. Я сфотографировал её, смотри: это фото печенья у твоих родителей, а это – фото метки, которая теперь оказалась замазана. Правда, похожи? Метка была вот здесь, – он ткнул пальцем себе в щёку. «Йо-йо моё!» – было первой мыслью девушки после взгляда на телефон. – «Да он – святая простота, если поверил в то, что это печенье!» – Надо же, какая милая печенька! Жаль, что пришлось её скрыть, ты действительно мог бы стать ходячей рекламой нашей пекарни! – Ничего страшного, сегодня она наверняка обновится и станет ярче, ну или проявится на новом месте, тогда я пришлю тебе новое фото и ты сама сможешь всё увидеть. – Всё равно не сходится... Это может быть от меня, но не от Хлои. Даже несколько часов – ничтожно малое время! – возразила Маринетт. – Макс говорил в своём докладе, что нужно минимум десять часов для получения достаточной концентрации наночастиц. Разве что кровь необычно быстро перекачивается – тогда часов восемь: это Ким доказал после пробежки, когда они с Аликс поспорили. Макс попросил их не просто так спорить, что Ким пробежит сто кругов вокруг коллежа, а заодно провести эксперимент во благо науки... – Да, нестыковка выходит, – Адриан лихорадочно соображал, могли ли его перемещения в супергеройском костюме ускорить реакцию. – Что ж, тогда... – на его лице впервые с момента их прихода в дом появилась улыбка, – эта печенька – от тебя! – Маринетт потупила взгляд, молясь о том, чтобы «печенька» всегда оставалась печенькой и ничем иным пятнистым, относящимся к ней. – Кстати, а у тебя есть моя метка? Где она? Я тоже хочу знать, что за значок отобразился на твоей коже. Покажи, я никому не скажу, клянусь! – девушка замялась. – Ну же, я уже поделился своей тайной, а кто-то говорит, что именно для этого и нужны друзья... или... знак появился там, где его лучше не показывать? – не поднимая глаз, девушка закивала. – Ну, так не честно... Теперь ты знаешь, с чем ассоциируешься у меня, а я буду вынужден голову ломать. Ничего не говоря, Маринетт выскользнула из сладкого плена его объятий и, взяв фотоаппарат, скрылась в ванной комнате. Надо было срочно заставить парня перестать думать о печеньке и переключить его внимание на что-то иное (более волнующее). Юноша задумался, глядя ей вслед, и почесал в затылке: эта девушка определённо умела создавать интригу. Через пару минут воображение не оставило ничего из старых мыслей о выпечке и парень с нетерпением ожидал возвращения одноклассницы. Наконец, дверь отворилась.