Дорожка к сердцу

Ледибаг оббежала уже несколько кварталов и нигде не могла найти ни Нуара, ни акуматизированного. Судя по разрушениям, минимум пара котоклизмов была использовала впустую – и всё из-за неё: девушка, внезапно переполошившаяся из-за неверности Кота, вовремя не поспешила поддержать проштрафившегося напарника. Теперь она даже перед самой собой не могла оправдаться, почему её вдруг задел факт присутствия меток у хвостатого друга. Не особо верилось, что он оказался не при чём, поскольку зачем тогда было спешно сбегать с церемонии открытия скульптуры? После мимолётного намёка о покраснении на его щеке (что однозначно указывало на грешок, совершённый днём ранее), у героя глаза стали как блюдца, а после визга малышни его как ветром сдуло. Однако, если он всё ещё оставался её другом, просто другом, то даже розовые пятнышки обязаны оставаться исключительно его личным кошачьим делом: он мог заработать их от кого-то из родственников. Но, отодвигая причину появления меток на задний план, героиня чувствовала несправедливость в том, что пятна "от природы" есть теперь не только у неё. И даже закрадывалась некая обида, что пятна у напарника – непонятной "природы", а должны быть, по идее, от единственной на свете Леди – иначе обоим не избежать вопросов от Али Сезер. Устав наматывать круги в поисках двух ненормальных парижан, Ледибаг, тяжело дыша, остановилась на коньке очередной крыши. Второй день супергеройские дела переворачивались с ног на голову и шли совершенно не так, как бы ей того хотелось. Впереди покосилось очередное изрядно разрушенное здание, чем-то не угодившее Нуару и попавшее под горячую лапу. Наверное, не стоило его злить допросом, который мог привести к раскрытию личности. Теперь предстояло восстанавливать город, и ещё непонятно, есть ли под завалами пострадавшие. Девушка раскрыла йо-йо: фишки-лапки на карте снова не было – она исчезла, а это означало, что Плагг голоден и героиня пока осталась один на один с летающим сумасшедшим. Двигаясь по следам от выпавших перьев (кажется Кот успел потрепать птичку), она таки засекла его и затаилась. – Супершанс, – Ледибаг тихонечко призвала талисман удачи. В руки упала визитная карточка магазина цветов с адресом. Вероятно, именно там, среди изображённых на картинке роз, одна из которых была не красной, а чёрной расцветки, был спрятан цветок с акумой. – Берегись! – Нуар появился как всегда вовремя, когда по крыше прошлась очередь из цветов. – Я не нашёл предмета с акумой. Кажется, у него с собой его нет. – Удача подсказывает искать в магазине цветов, но это на другом краю города. Нам надо как-то избавиться от этого летуна, чтобы он перестал охотиться на нас. – Это бесполезно: он обладает каким-то чутьём, повсюду выслеживая меня. А отстанет лишь тогда, когда я выдам ему тебя, – ответил Кот, раскручивая шест ещё быстрее. – Чутьё тут ни при чём: над нами летает телевизионный дрон с камерой и происходящее транслируется на весь интернет, так он тебя и находит. Надо сказать Наде Шамак, чтобы впредь перестала палить наше местоположение. Пусть лучше за злодеями наблюдает, а то талисманы быстро окажутся в лапах Монарха. Он уж точно не пропустит такую интересную трансляцию! – С талисманами ты не угадала, на этот раз у акуматизированного иная задача. Раз на площади Вогезов все поперецеловались и первоначальный план по раскрытию наших личностей пошёл прахом, то главный кукловод сменил тактику: теперь все сегодня поперецелуются по второму кругу и лишь мы двое будем выглядеть белыми воронами на фоне розовеньких парижан. – Так вот почему взрослые выбирают себе лишь одну пару, а подростки целуют всех встречных-поперечных без разбора! – осознала Ледибаг. – Завтра только два подростка будут без розовых меток в течение нескольких часов. А при наличии камер на каждом доме нас вычислят на раз-два! – Именно! И чем дольше длится сражение, тем больше времени мы будем выделяться среди остальных, так что давай поскорее оптичим мероприятие. Боюсь, что метки потому и появляются позже, что их не отменит твоя магия. Она лишь снимет одержимость, а сами метки сформируются спустя какое-то время. Я это понял только сегодня ночью. – Котик, ты молодец! – теперь была очередь Ледибаг защищать их: она заметила, что обороты шеста снижаются, стало быть руки у напарника успели устать. – Но как ты до этого додумался? – Если ты делала укол, то я – один из тех, кто подпольно купил таблетку: это изменяет свойства нанонов и даёт побочный эффект. Во время укола сразу вся порция попадает в кровоток и вступает в реакцию, а таблетка растворяется послойно и впитывается постепенно, поэтому активация этой наноерунды происходила длительно, на протяжении нескольких часов. Я ещё не имел возможности запить её водой, наверное поэтому сдвиг по времени между взаимодействием и меткой растянулся на несколько часов: у разных слоёв вещества получился сбитым ноль, начало отсчёта, и они отсчитывают время каждая от своей даты. – Нуар, ты и правда гений! Я бы до такого не додумалась. Но зато у меня есть план, как обмануть акуматизированного: быстро бежим вот за тот шпиль, а затем прячемся за выступ кирпичной стены, остальное расскажу по ходу, – она резко выбросила йо-йо, выбив розомёт из рук врага, что дало им маленькую передышку. – Ух, добежали, и что теперь? – грудь Кота ходила ходуном: он порядком запыхался, так как непрерывно бегал по городу за падшим «ангелом», продавшим свою душу дьяволу-Монарху. – Да что за ерунда?! – он пытался почесаться сквозь костюм, – похоже, у меня есть вторая побочка от таблетки: уже третий раз появляется зуд и жжение на месте, где вот-вот появится метка. – Не думала, что ты боишься уколов. О-о-о, на этот раз зудит на груди? Что ж, поздравляю, ты нашёл близкого к своему сердцу человека, – Ледибаг опасливо выглянула, не вернулся ли злодей. – Раз ты говоришь, что Купирозу не нужны наши талисманы, то давай обманем его. Я слышала часть вашего диалога: он хотел, чтобы ты просто был счастлив, ну так устроим для него спектакль! – Что, опять?! Как с Лединатором? Нет, не буду, – Нуар встал в позу обиженной кошки. Ему не хотелось заполучить ещё и третью метку – на лбу, чтоб уж гарантировано заслужить люлей от отца. – Я не стану этого делать, ведь с новой розовой меткой у тебя будут серьёзные проблемы с тем парнем, а лезть в ваши отношения я не собираюсь, – насупился Нуар. – Но нам придётся, иначе мы не отвяжемся от акуматизированного и завтра весь Париж будет розовый – вот тогда нам точно конец, – последовал ответ с ноткой грусти. – Ох, Миледи, может, ограничимся для него крепкими объятиями или поцелуем в щёку, чисто по-дружески, как напарники? Ведь у тебя на лице какой-то съедобный крем или салат, а я же, с твоих слов, неумытый поросёнок в токсичной саже! – Нельзя, на нас все смотрят через экраны гаджетов, – Леди покосилась на жужжащий неподалёку дрон, – он не поверит, и никто из телезрителей не поверит. Помоги мне поскорее добежать до магазина, пока супершанс не исчез. – Что же ты подругам ответишь на вопрос, от кого теперь у тебя новая метка, если не желаешь знать, кто же я под маской? – в глазах Леди это было нечто невероятное: Кот Нуар внезапно выступил против её плана, когда она сама настаивала, чтобы поцелуй был не понарошку, а самым что ни есть настоящим, каким он и должен быть в столице поцелуев, – повисло неловкое молчание с капелькой дежавю. – Прости, что втягиваю тебя в это против воли. Зато я наперёд знаю, что метка будет у самого сердца, – шепнула Леди, – потому что в моей жизни есть лишь несколько по-настоящему близких людей и ты – один из них. Мы же не виделись почти месяц и так быстро расстались в прошлый раз! Но если ты против, то пошли, просто выщиплем этому петушку все оставшиеся перья, чтобы не мог летать, свяжем и дело с концом, – моментального ответа не последовало. Она вертела в руках карточку из супершанса, не зная, на какой козе ещё подъехать к парню, и сожалела, что перед этим успела накатить бочку на напарника, докапываясь до источников его меток. А ведь по-хорошему они действительно не должны теперь соприкасаться во время битв кожа к коже, чтобы случайно не раскрыться друг перед другом. Но девушке пришлось пойти ва-банк. – Я действительно искренне хочу получить от тебя розовую метку, и злодей с розами здесь ни при чём: наоборот, этот план родился от первоначального желания обменяться метками. – Когда Леди о чём-то просит, это для меня закон, – безразлично ответил Нуар. – Я оставлю тебе розовую метку, напротив сердца, как ты того хочешь. Ледибаг снова высунулась из укрытия и, убедившись, что на этот раз её заметили, спешно засунулась обратно. Накинув на кошачий шест красно-пятнистую тряпку, сорванную по пути сюда с одной из бельевых верёвок, она выставила её за край стены – моментально последовала очередь из роз, задевших не только голубей на крыше, но и тряпку. – Ха-ха! Попал! – порадовался злодей. – Ну, и как тебе такое, Ледибаг? Он облетел их укрытие с другой стороны и застал чудеснейшую картину: героиня, из-за разности в росте, буквально висела на своём напарнике, обвив его шею руками, и страстно целовала его, несмотря на чумазость немытой мордашки. Нуар же поддерживал Леди за спину и за талию. Бросив косой взгляд на акуматизированного, он свернул правую перчатку, показав жест «палец вверх». – Ну вот, всё прекрасно! А ты не хотел меня слушаться, – прокомментировал злодей. – Не буду мешать, потом поблагодаришь, когда снова увидимся. Заходи в магазин, я дам тебе скидку на первый букет! – и действительно, не потребовав талисманов, этот чудик упорхнул прочь. – Миледи, надеюсь, представление затянулось по твоей воле, а не ради этого пугала в перьях, – смог сказать Кот, когда девушка наконец-то отклеилась от него. – По крайней мере мне было бы приятно так считать. – Ну... эмм... это действительно было не напоказ. Я просто осознала, что мы давно с тобой не общались. – Мяу, неужели ты соскучилась по мне и моим плоским шуткам? – Разве что немножко, а теперь бежим в магазин, пока время не истекло и я не потеряла супершанс! – Ну побежали, пока предложение о скидке на букеты ещё актуально, – вернувшийся игривый настрой говорили, что отношения между ними несильно изменились за время вынужденного отпуска. По крайней мере, Ледибаг так показалось.

***

Маринетт еле-еле успела добежать до женского туалета и клацнуть щеколдой на двери, когда остатки костюма полностью исчезли и в руки упала обессилевшая квами. Что-то героиня сегодня обленилась и была совершенно не организованной после долгого перерыва в битвах. Даже патрули они отменили за ненадобностью, да и в коллеже заданий прибавилось при неизменном количестве часов в сутках. А потом началась эпопея с метками, первые скандалы из-за них, первые сенсации... и понеслось! Девушка вообще расслабилась и подзабыла, что у неё начнётся обратный отсчёт, как только она призовёт супершанс. А ещё она забыла, что летающий человек перестанет быть таковым, стоит им откотоклизмить цветок с поселившимся внутри акумой. Хорошо, что хоть напарник напомнил ей поскорее призвать чудесное восстановление, которое мягко приземлит развоплотившегося продавца цветов, не позволив ему шмя-мякнуться с высоты многоэтажного дома. – Да, Тикки, что-то мы с тобой сегодня не собранные ни разу и могли бы конкурировать по раздолбайству с Котом Нуаром. Но, скажу честно, этот злодей оказался совсем не злодей, а действительно разносчик положительных эмоций, – пропела она, подойдя к умывальнику, чтобы привести своё лицо в порядок, и лишь сейчас заметила, что выглядит, мягко говоря, странно. Немудрено, ведь даже её храбрый напарник испугался при встрече, а сейчас к месиву из подсохшего крема добавились чёрные как уголь губы. – Не беда, я знаю, чем это смыть, главное – сделать воду похолоднее и взять побольше мыла. И вообще, сажи бояться – с котами не целоваться... Тикки, ну почему ты до сих пор молчишь? – хозяйка наконец-то обратила внимание на свою волшебную помощницу, а та была сильно недовольна. – Что? Ну потратила я немного твоего любимого белкового крема на маскировку, подумаешь. Зато овсяного печенья полная сумочка, ныряй. – Не в печенье дело! Ты! Ты за вчера и сегодня натворила столько глупостей, что мне скоро придётся менять хозяйку! – бушевала квами. – Да, я молчала, когда началась мода на метки, я продолжала молчать, когда Адриан разглядел метку на Ледибаг, потому что он не будет трепаться о том, что именно и на ком видел. Но когда Ледибаг начала оставлять всем подряд свои метки, это уже ни в какие ворота не лезет! И не пытайся заткнуть меня печеньем, – чаф-чаф-хрум-хрум, – у фебя на мефя никакофо пефенья не ффатит! – Зато так я хоть успею спросить, чего плохого в этих метках. Ну оставила я их трём десяткам детей, ну ещё двум парням, своим родителям, и дальше-то что? – Ты невнимательно слушала доклад Макса, а он рассказывал, что каждая метка содержит в себе смесь эмоции и следа ДНК, именно поэтому при поцелуе со слюной на кожу другого человека попадает ДНК второго носителя. Имея в своём распоряжении множество меток, при помощи компьютерной программы можно отделить эмоции, и останется генетический след носителя. Далее нужно просто отфильтровать их: посмотреть на людей, кого целовала Маринетт, и сделать пересечение с теми, кому оставила метку Ледибаг. Так обнаружится девушка – носитель ДНК Ледибаг, выделенная на фоне из множества меток, слегка искажённых эмоциями! – О, нет! Что же я наделала?! – Маринетт, закончив смывать остатки крема, вытаращилась в зеркало, висящее перед ней. – Вот и я о том же, тебе не стоит... – Тикки, я оставила метку Коту Нуару! Свою метку! Он знает, что Макс – компьютерный гений, и сейчас побежит к нему, чтобы выделить из моей метки ту самую часть, отвечающую за генетический кот! Тьфу, код! Кот раскроет мой код, это котострофа! – Маринетт... ты меня опять не слушаешь! По одной метке сложно что-то сделать, нужно набрать статистику. – А Нуар видел меня с Адрианом! И с детьми! Теперь он обойдёт их всех и поспрашивает, какие метки были от меня, добавит к ним свою и у него всё получится! Он меня вычислит! – Ну, теоретически, да, если все метки действительно принадлежали Ледибаг, то так и будет, – подтвердила квами. – А если не все... Тикки, ты умничка! Нуар сказал, что у него метки проявляются хаотично по времени, мне просто надо оставить ему новую метку, как Маринетт, и тогда он запутается в них! Это же элементарно! – квами хлопнула себя лапкой по физиономии, ведь она совсем не к такому радикальному выводу подталкивала подопечную. – Просто признайся, что тебе понравилось целовать Нуара, вот и нашла повод повторить, – продолжала бурчать Тикки из сумочки, заполненной печеньем уже наполовину. – Просто я знаю, что именно как Нуар он больше никому в руки не дастся для получения очередной метки, а без трансформации я сама не смогу: если мы не знакомы в обычной жизни, то я не представляю, как можно просто так подойти и поцеловать какого-то прохожего, даже если ты мне на него укажешь. Взять чмокнуть и убежать, как делают фанатки Адриана? Ну уж нет, я не такая! – Конечно же, ты так не поступишь! Но где ты найдёшь Нуара? Злодея же вы победили, да и Плагг устал. – Ты права, однако я точно знаю, где Кот обязательно найдёт меня! – эту довольную ухмылку квами знала довольно хорошо: у хозяйки только что созрел новый заковыристый план. – Мы идём покупать слоёное тесто и чёрную смородину. Времени на изготовление домашнего слоёного теста нет, а старые запасы истратились во время праздника.

***

Действительно, стоило девушке вернуться домой и запечь несколько слоек, в кои-то веки уследив, чтоб те не пригорели, как в пекарне появился необычный гость. – Здравствуй, Плагг! – подлетела обрадованная Тикки. – Какими судьбами? – Сыр есть?! Привет, Сахарок, привет, Маринетт! – Есть немного пармезана, будешь? – предложила Хранительница сыра. – Ещё спрашиваешь! Я голоден как волк! Давай сюда, и тогда я расскажу, где сейчас засел мой хозяин. А он здесь совсем неподалёку. – В смысле? Он зашёл в магазин как покупатель? – Нет, ни за что не угадаете, где он сейчас, но он очень близко! Благодарствую, – квами порадовался поставленной перед ним полной тарелке. – В общем, он сейчас развалился в твоём шезлонге на балконе! – Что?! Вот драный Котяра! Так, где мамин веник? Я сейчас пойду, шугану его оттуда! Нечего приваживать всяких хвостатых, даже если это – общенациональный герой! – Тише-тише! Это моя идея была оставить его там, а самому спуститься. Он же не в курсе, что мне надо потолковать с Хранительницей. В общем, беда с этими вашими метками. Если так дальше дело пойдёт, то конец тайнам личности: злодеи вычислят вас даже раньше, чем вы сами догадаетесь о личности напарника. – Вот, я ж говорила! – Тикки отсела подальше от тарелки с сыром и поближе к манящим горячим слойкам. – То, что я совершенно не подумала об этом перед уколом, поддавшись на уговоры, уже ясно, – вздохнула Маринетт, – но что теперь делать – я не знаю. Посмотри, всё лицо усыпано перемешанными картинками, прям как от аллергии! – Вот-вот, очень заразное умопомешательство на почве этой непонятной для меня кожной сыпи! – Плагг был так же недоволен, как и Тикки. – Зато мой хозяин начал чесаться, в смысле копать эту тему, связавшись с твоим одноклассником Максом, и у того есть некоторые результаты. – Правда? Я так и знала, что он к нему пойдёт! Хотя... а Макс сумеет сделать противоядие, чтобы метки больше не появлялись? – Может и сможет, но для этого ему нужны фотографии меток, оставленных разными людьми. По ним он вычислит, с какого участка ДНК считывается информация для построения фракталов, которые видятся как метки на коже, и только затем сможет посоветоваться с химиками и микробиологами, чтобы подобрать ответные антитела, препятствующие вступлению в реакцию с ДНК второго человека. Это метки не устранит, но сделает их совершенно одинаковыми в пределах одного человека. Двусторонняя связь будет разорвана. – Плагг, я от тебя тыщу лет не слыхала более умных вещей! – восхитилась Тикки. – От кого ты этого понабрался? Неужто от хозяина? – Не-е-е, ты что?! Я с Марковым несколько дней общался. В отличие от людей, у него и правда есть интеллект, пусть и искусственный, но выглядящий очень даже натурально, – ответил котёнок в перерывах между порциями сыра. – Но мы же не видны для них! Как робот тебя услышал? – Я смог написать ему со старой кнопочной клавиатуры, и, скажу честно, этот робот не просто умный, он знает огромное количество фактов из истории французских сыров. Пока мы сидели в шкатулке, я столько всего пропустил! Так что слава роботам (пока они не собираются убивать всех человеков)! Теперь мы регулярно общаемся на кулинарные темы, пока наши хозяева спят. – Хорошо. Как я поняла, – задумалась Маринетт, – Нуар просит меня скинуть Максу фотографии своих меток, чтобы помочь ходу исследований. Проще простого! Ну, если ему важна сама метка, именно картинка, а не место, где она расположена, то я не против. – Да, только картинка, остальные подробности с фото можешь удалить, – подтвердил чёрный квами. – Отлично, передай Нуару, что я помогу ему. Странно, что за таким пустяком он послал тебя сюда, как будто думал, что я откажу в этой ерундовой просьбе, – пожала плечами Маринетт. – Вообще-то я пока передал просьбу Макса, услышанную от Маркова, а у моего подопечного запросы поинтереснее... – озадачил Плагг. – Дай угадаю: слойки со смородиной? – Не-а, за такой ерундой он бы сам пришёл, не боясь получить веником. – Эмм, то есть его не озвученная просьба предполагает подобный ответ? – глаза Маринетт округлились. – Угу, – квами проглотил последний кусочек сыра. Он немного затянул паузу, создавая напряжение. – Просто я, в отличие от своего хозяина, бессмертен и с лёгкостью переживу любой вид твоего отказа. – А причём здесь твоё бессмертие? Хочешь сказать, твой хозяин предполагает, что я попытаюсь его прибить после того, как он озвучит свою просьбу? – Ну, этот вариант нельзя исключать... – задумчиво протянул Плагг, с грустью глядя на опустевшую тарелку.