После тебя

ты думала тупо, тебе это кажется,

но мне точно не кажется, что ты нахуй пойдёшь.

и пусть твои губы меня не касаются,

и меня не касается твоя наглая ложь.

И ведь она правда думает, что не сделала ничего смертельного — все изменяют всем. Ведь она правда думает, что можно исправить ситуацию одним диалогом. Она тянет руки и повторяет, что «ты всё неправильно поняла». Но вот она ты. Последние секунды — в здравом рассудке. И ты знаешь, что здесь нечего понимать не так. Она переспала с другой женщиной. Этому нет никаких оправданий, нет необходимости объясняться и говорить. Нет «но», которые тебя остановят. Сбегаешь по лестнице вниз. Садишься в машину. Руки на ключах дрожат и в секунду, когда она спускается следом за тобой, ты выжимаешь газ. Предательница. Она предала тебя, твои чувства. Она растоптала годы, которые вы разделили на двоих. Предала самое доброе и светлое, что было между вами. И ради чего? Ради того, чтобы ты летела по трассе, выжимая из машины максимум. Ради того, чтобы сама она сейчас собирала свои вещи и исчезала из твоей жизни. Но она же не исчезнет окончательно. Она будет каждый день на работе. Она будет в переговорной, в лаборатории, в кабинете Рогозиной. Она будет в твоей голове тогда, когда ты этого не хочешь. Она никогда и никуда не уйдёт, и это будет убивать тебя каждый раз. Каждый раз, когда ты услышишь улыбку в её голосе. Услышишь чёртово «Доброе утро». А, может, и не услышишь. Пока мчишь по трассе, свернёшь в дерево или несущийся мимо грузовик. Последний вздох — и все мысли всмятку. Никаких воспоминаний, никакой боли. Никаких предателей, которых сначала любишь сильнее себя, а потом травишь из головы днями и ночами. Алкоголем и таблетками. Случайным сексом и разными, кто похож на неё вплоть до скул. Какая же она сука! Ты, закрывая глаза, на изнанках век видишь её образ: волосы, губы, плечи, руки. Скалишься. Внутри тошно и очень хочется к ней. Кажется, сейчас, когда её прикосновения начинают тянуться от колена вверх, ты готова простить ей всё. Сжимаешь руки, ногтями впиваешься в руль. Педаль газа — в пол. Шины скользят по трассе, скрипят и шипят так, что в салоне пахнет резиной. Ты давишь педаль и давишь. Ты хочешь, чтобы это стало твоим последним желанием. И тут звонит она. Её имя и фото высвечиваются на экране. И ты со всей дури, которая скопилась, бьёшь по тормозам. Зачем-то. Перед глазами в лобовое стекло — закат. Красный, почти как южный. Он пеленой опускается на деревья и пустую дорогу, ведущую в бесконечность. Ты смотришь, широко распахнув ресницы, и едва можешь дышать. В этот момент кажется, что кто-то не просто так придумал слова «дух захватывает». У тебя его захватывает так, что сил хватает при ответе на звонок выругаться: — Иди нахер! — и сбросить вызов. Ты оставляешь телефон в машине и идёшь. Идёшь вперёд, повторяя себе, что нельзя оборачиваться. Никогда нельзя оборачиваться, нельзя возвращаться. Именно тогда ты становишься наконец-то свободной.