Like an Oleander

Легенды рассказывают о бессмертной Шестиухой Макаке, ходящей по миру больше, чем существуют некоторые боги. Её шерсть соткана из звёзд и жемчуга, а глаза выплавлены жидким золотом. Шестиухая Макака рождена смертью и луной, но имеет прекрасное лицо. (Иногда два, но об этом никто не говорит.) Она мудра и хитра в своём знании будущего, и тысячи тысяч армий сражались против неё, чтобы поймать хотя бы каплю в океане знаний, отделенных ей. Тысячи тысяч армий умирали, а потом она уходила. Шестиухая Макака путешествует по миру в поисках ничего, а свет в её священных глазах сводит людей к одержимости. Шестиухая Макака, рождённая из ничего и предназначенная для ничего, путешествует вдоль горизонта реальности, как смутный вестник смерти и лжи, она имеет прекрасное лицо, будучи дочерью Луны, и тени вокруг неё пляшут влюбленные хороводы. (Но так было не всегда.) Возлюбленная дочь Ночи с шерстью из настоящего солнца, Шестиухая Макака просыпается от долгого сна в глубинах джунглей на диких райских островах плодов и цветов. Она просыпается в объятиях обезьян с такой же жемчужной шерстью и золотыми глазами. (Но они не похожи на неё.) И обезьяны ведут Шестиухую Макаку к тому, кого называют своим Королём. И Шестиухая Макака предстаёт перед Королём Обезьян. Мальчишкой в теле Мудреца, с нервным икающим смехом и нежной шерстью оттенка глубокого мёда. Он располагается на своём импровизированном троне, вырезанном из камней неумелыми движениями, и оценивает Макаку долгим взглядом. – Как тебя зовут? – Мальчишка поднимается на ноги, следит за отсутствием движений в теле Шестиухой Макаки. Он ждёт, пока Она склонит колено, понимает Макака, но ни один мускул в её теле не дрожит. – Люэр Михоу, – произносит Она шёпотом на древнем языке, утерянном и невозможном. Тени вокруг неё оживают, повторяя этот звук тысячи тысяч раз, чтобы вколотить его в разум Царя Без Короны основательно. Царь хмурится. – Я – Царь Обезьян, – хвастливо улыбается он, произнося свое имя. Макака сглатывает вызывающее «я уже знаю это» вместе с электрическим напряжением. Он узнает в блестящей шерсти и вибрации голоса однозначность и предсказуемость небес, он чувствует в магии этого существа нити, привязанные к его собственной душе. Каменная Обезьяна, понимает Шестиухая Макака. Один из четырёх Небесных Приматов, рождённых за всю историю Китая. Последний и самый молодой. – Зачем ты пришёл сюда, Люэр Михоу? – Я не знал, что здесь кто-то живёт, – просто и честно отвечает Макака. – Разве мы не единственные? – Царь Обезьян недоверчиво щурит брови, отвлекаясь от Макаки только на секунду, чтобы в недовольстве посмотреть на маленьких белых обезьян. – Мир огромен, – парирует Макака, без стеснений щелкая тремя парами ушей. Царь Обезьян поворачивается на звук, заинтересованно впиваясь в отростки взглядом. – Континенты, люди, боги, звёзды… Заинтересованный Царь наклоняется. – Расскажи мне о звёздах.