Дела семейные

      Вилхелм попытался заручиться поддержкой магоса Децимоса и других знакомых техножрецов, но те не поведали ему ничего нового и обнадёживающего. Если святой механизм отказал Урану в крещении, то вердикт лекторов-догматис, – даже на "Амбиции", – будет тем же.       Вилхелм пригласил на крещение всех друзей и хороших знакомых, – даже Мурцатто в перерыве между управлением огромной компанией нашла немного времени.       Группу иноверцев разместили на последних рядах, ближе к выходу. Высокопоставленные члены культа и Котар Ва-кенн, которому тоже подарили белую мантию с капиротом, собирались провести таинство.       Первое слово взял именно Котар, и не стоит удивляться этому факту, потому что он начал обряд с молитвы о небесных заступниках. Кому как не Ангелу Смерти говорить о заступничестве?       – Слава Богу-Императору!       – Слава Богу-Императору, примархам и всем святым мученикам! – вторили культисты и все те, кого позвали на церемонию.       Уран в чистой белоснежной рубашке целиком поместился в огромной лапище космического десантника и оторопел от громоподобного голоса. Пусть ему отказали в других ветвях Имперского Кредо, но так или иначе мальчик стал участником священнодействия.       – Заступников просим и умоляем, – продолжал Котар, – взгляните на раба своего, и да отразится Ваш свет на его лице! – Котар осенил знамением аквилы лоб Урана. – И да запечатлеются символы Ваши в его сердце! – Ещё одно движение, только уже у груди. – И да сорвутся Ваши слова с его уст! – Последнее знамение Котар выполнил у рта младенца. – Уберегите от суеты мира и всякого злого умысла! Поведите его за собой!       Котар перешёл на высокий готик, прославляя заступников за доброту. После он обратился к восприемникам на низком готике:       – Раб Божий Игнатий, верен ли ты Богу-Императору? Бранишь ли мерзкого Архиеретика?       – Да и да! – отозвался крёстный отец.       – Раба Божья София, верна ли ты Богу-Императору? Бранишь ли мерзкого Архиеретика?       – Да и да! – ответила крёстная мать.       – Слава вам! – воскликнул Котар. – Нет у Бога-Императора более верных последователей! А засим объявляю я, что небесные заступники Урана – Вулкан и Свежеватель, а земные – Игнатий и София.       Котар передал младенца культистам.       Крёстная мать освободила Урана от рубашки. Жерар обмакнул пальцы в чаше с елеем и прикоснулся ко лбу ребёнка, проговорив:       – Помазуется раб Божий Уран во имя Бога-Императора во исцеление души и тела.       Когда Жерар завершил помазание, он подошёл к купели и начал погружать в неё ребёнка. Если до этого Уран держался тихо и смиренно, то из-за каждого омовения ревел всё сильнее и дёргал ручками, что, конечно же, не помешало завершить таинство. После пострига Жерар воздел Урана над головой и приблизил к иконе Святого Роберта Свежевателя, возвестив:       – Воцерковляется раб Божий Уран, ведомый Вулканом и Свежевателем, Игнатием и Софией. Отныне Уран понесёт слово Императора и будет защищать его владения. Приветствуйте вашего нового брата!       – Приветствуем тебя, Уран! – воскликнули присутствующие. – Слава тебе, Бог-Император!       Когда последние слова были сказаны, а ребёнок, наконец, успокоился в руках крёстной матери, Вилхелм вздохнул свободнее. Груз мрачного будущего никуда не исчез, но нести его стало легче. Вилхелм жалел лишь о том, что рядом не было любимой.