Любовь, алые розы и кошачий скелет

      «Всё, что не делается — всё к лучшему», «что не убивает нас, то делает сильнее», «не бойся падать — учись вставать» — столько девизов, с которыми люди проходят через всю жизнь, но Хотеру выбрала нечто совсем иное: «если притвориться, что проблемы нет, значит, её нет». И этот странный сон не заставит её уехать! У неё просто вчера болела голова, она упала в обморок, а потом заснула. Её приснился странный сон и всё. Две чашки на столе — она была не в себе и заварила две, такое бывает от усталости. Пистолет на полу в её собственной комнате? — у прошлой хозяйки квартиры был ребёнок, это он и оставил, просто она случайно задела и он откуда-то выкатился. Всего-то! Тем более прошло уже несколько дней, и никто к ней не заявлялся. Голос разума подсказывал, что ей нужно бежать, что он может узнать, что она жива.       — Я просто не выспалась, спасибо за беспокойство, Мидори, — Хотеру приветливо улыбнулась подошедшей девушке, спросившей про её самочувствие.       — Сегодня мы обе с тобой работаем в ночь, волнуешься?       — Нет, не думаю, что наша работа будет как-то отличаться от того, что было днём.       Хотеру засунула свои вещи в шкаф и улыбнулась.       Хотеру правда любила работу в баре. Когда звучит музыка, голоса в голове не так слышны. Плюсы кончились. А минусы даже не относились к самому месту как таковому, просто Хотеру не умела отказывать. И согласилась на работу в ночную смену. Она вообще пришла, чтобы уволиться, а её и Мидори уговорили на один день прийти, потому что ожидается большое количество посетителей. Неумение отказывать Хотеру считала своим самым главным минусом.       А так не плохо, даже пусто относительно утренней смены, не смотря на ожидаемый наплыв посетителей.       — Хотеру! Мидори! — бармен позвал их из другого конца зала. Хотеру пошла к бару. Было какое-то плохое предчувствие. Оно, конечно, преследовало её с момента, как она вчера встретила Дазая. Её уже неделю очень волновало: почему он ушёл и просто оставил её?       — Что такое, Чиз? — Мидори кокетливо улыбнулась.       — Видите тех двоих? — Бармен Чиз указал в сторону парней, присаживающихся на балконах на VIP местах. Девушки кивнули. — Тот, который с забранными назад волосами и у него ещё костюм чёрный, видите? Он наш постоянный клиент, ни в чём ему не отказываете. Буквально ни в чём. Всё понятно?       Девушки кивнули.       — Отлично, Хотеру, отнеси ему, у тебя больше опыта.       Бармен подал два подноса с выпивкой и закусками. Хотеру взяла их и хотела уже идти, как Мидори сказала:       — Он выглядит богатым…       — Да, и каким-то пугающим…       — Хм, ну не знаю, на вид он довольно милый.       — Чего встала?! Иди уже!       Хотеру вздрогнула от резкого голоса Чиза и пошла к гостям. На балконе музыка не так грохотала и ещё на лестнице она могла расслышать их разговор.       — Согласен, этот сучёныш нам всем очень мешает, но как ты вообще представляешь себе этот смертельный номер? — это говорил постоянный клиент. Его голос был спокойным, тембр очень приятный. К таким голосам хочется прислушиваться и неважно что они говорят лишь бы говорили.       — Я уже кое-что сделал!       — То, что ты сделал — писк беспомощного крысёнка, пытающегося напугать рысь.       Хотеру поставила на их столик заказ и спросила нужно ли ещё что-то. Разговором она не интересовалась, ещё больше проблем ей не нужно.       — Как я вижу, у нас две новенькие?       — Да, вы правы, мы впервые в ночную смену.       — Тогда хорошей вам первой ночи.       — Спасибо, — Хотеру улыбнулась ему и направилась обслуживать других клиентов. До неё всё ещё долетал разгвоор.       — Знаешь, лучший способ отомстить — забрать то, что дорого. А для бессердечного пса нет ничего святого.       — Он псих, — констатировал в ответ парень. Голос у него был юношеский.       — Нет, друг мой, лучше бы тебе забыть о своём брате и жить дальше. Возможно, даже сможешь прожить счастливо, — Этот парень был явно на несколько лет старше и выше по статусу. Он был спокойнее, вёл себя так, словно он тут хозяин. — К Портовой Мафии так легко не подобраться. Как только войдёшь в игру пути назад не будет.       — Я уже в игре.       Ноги Хотеру подкосились, и она едва не упала с лестницы. Почему-то она спроецировала слова парня на себя, и ей стало очень дурно от этого. Ей казалось, что она тоже «уже в игре», или очень скоро присоединится к ней.       За вечер она подошла к ним ещё раз, когда нужно было принести закуски, ещё два раза приходила Мидори. Они всё ещё обсуждали что-то, что Хотеру предпочитала пропускать мимо ушей. В последний раз девушка подошла к ним, чтобы предоставить счёт. Теперь она наконец разглядела его лицо постоянного клиента — острые скулы, впалые щёки, маленький шрам задевал верхнюю губу и кожу над ней.       — Вы очень милы, — вкрадчиво сказал он. Хотеру поклонилась ему и поблагодарила.       — Нет, я говорю это не из вежливости, — он обворожительно улыбнулся, но глаза его горели недобрым огнём. — Вы очень красивы.       Он повернулся в сторону барной стойки на первом уровне.       — Чиз! Бутылку шампанского! Пусть принесёт вторя новенькая! — Потом он повернулся к Хотеру и с улыбкой сказал: — Подожди немного.       Хотеру не хотела ни во что влипать, ей сказали ждать и поэтому она не могла заставить себя сдвинутся с места.       — А вот и я! — Мидори пришла буквально через минуту и поставила на стол бутылку шампанского. Мужчина встал и при них открыл её. Его собеседник сидел в тени молча наблюдал за происходящим. Постоянный клиент наполнил ещё два бокала и протянул девушкам.       — За мой счёт.       — Что вы, мы на работе, — Засмеялась Мидори.       — Сейчас вы со мной, поэтому угощайтесь! — его голос отпутывал, хотелось подчиниться ему.       Девушки взяли по бокалу.       Мидори элегантно сделала маленький глоток и её глаза загорелись.       — Вау! Вкуснятина! — Девушка залпом выпила шампанское и даже не поморщилась.       Хотеру с сомнением смотрела на содержимое. В голове всплыла страшилка Даз… Нет, даже имени его произносить нельзя. Как говорится, вспомнишь солнце…       — Не же, милая, не обижай меня, — сказал постоянный клиент, глядя Хотеру в глаза. Что-то в его тоне показалось ей странным, и улыбка как у хищника, и глаза блестели таким злобным огнём. Чтобы не наживать проблем Хотеру поднесла шампанское к сжатым губам и притворилась, что пьёт. Она сглотнула и сразу поморщилась, вспоминая какое ощущение у неё оно вызвало когда она в первый раз попробовала алкоголь.       — Что, не понравилось? — Спросила Мидори.       — Я не люблю вкус алкоголя.       Мидори хмыкнула, выхватила бокал и выпила, поморщившись от удовольствия.       —Прелесть… Но я не алкоголичка! Я просто люблю вкус!       Пока Хотеру отвлеклась, кто-то сдавил её скулы, заставляя открыть рот и шампанское полилось в горло. Сработал глотательный рефлекс и через секунду давление на скулы прекратилось.       — Вот видишь, ничего страшного.       Хотеру кивнула. Неприятное чувство жгло горло, снова появилась головная боль. Думать стало тяжело, ноги почти не держали. Мужчина подхватил её, Хотеру ощутила его руки, обтянутые кожаными перчатками, на своей талии.       — Что происходит…       — Всё под контролем, — улыбнулся мужчина.       Боковым зрением Хотеру заметила лежащую на полу Мидори. Звуки эхом отражались в черепной коробке, она не ощущала собственного тела. И так пока в миг всё вокруг не почернело.              Хотеру слышала звук мотора, ощущала движение. Она приоткрыла глаза так, чтобы различать хотя бы силуэты и чтобы её не смогли заметить. Сидела она на заднем сиденье прямо за водителем, справа к ней что-то прижималось, по запаху духов Хотеру определила Мидори, её дыхание было коротким и сбивчивым. Девушка не решалась подать хоть какие-то признаки того, что находится в сознании.       Машина остановилась.       — Помоги мне их вытащить, — Это точно был голос постоянного клиента бара. .       На занятиях по гимнастике их учили правильно падать, расслабляя всё тело. Так Хотеру и поступила. Она осталась полностью расслабленной и, когда дверь распахнулась, как мешок с картошкой выпала на асфальт. Она поняла, что рука отбита, если не сломана, и она её не чувствует. Но сильной боли не было. Наверное, из-за адреналина или того, что оказалось в шампанском.       — Ну не калечь же, я хочу оставить её себе, — голос мужчины прозвучал совсем рядом. Видимо именно он и подхватил её на руки. — Такое ещё нужно умудриться отрастить.       Хотеру ощутила как её длинную косу подняли, разглядывая, а потом бросили ей на живот. В раннем детстве, когда способность ещё не начала себя проявлять в полной мере, мама проверяла спит ли её дочка. Тогда Хотеру не могла долго выдерживать взгляд матери и начинала смеяться. Как жаль, что эти дни ушли и, наверное, вся жизнь зависит от того, откроет она сейчас глаза или нет.       — Прощу прощения, господин Сагамено, — судя по тембру, вторым человеком был взрослый мужчина.       — Ага, премии не получишь, — небольшая пауза. — А ты, мелочь, идёшь в гостиную, обсудим всё самое важное и я, наконец, расслаблюсь. Вы все меня так раздражаете.       Было слышно, что он говорит это всё с улыбкой. По спине пробежали мурашки, она чуть не дёрнулась. Хотеру ощутила заметное ослабление света, а потом снова яркую вспышку.       Её опустили на холодный твёрдый пол.       — Дальше ты сам знаешь, — сказал Сагамено.       И дверь закрылась. Послышался вздох и шуршание одежды. Хотеру рискнула приоткрыть глаза и увидела спину того мужчины, который вёз их. Он расстёгивал пуговицы на рубашке Мидори. Серебряные когти как всегда были надеты на безымянные пальцы Хотеру, но они вряд ли помогли бы сейчас.       Мысли судорожно метались и не приходили ни к одному вменяемому решению. Она оглядела комнату. Подушки разбросаны по бетонному полу, окон не было, стол, содержимое которого Хотеру не могла определить со своего ракурса. Он был рядом и, возможно, на нём что-то лежало, что помогло бы ей. Хотеру начала медленно подниматься, стараясь не смотреть на мужчину. Вдруг он почувствует её взгляд и оглянется.       Хотеру уже на голову возвышалась над столом и могла рассмотреть содержимое. Пришлось зажать рот здоровой рукой, чтобы не закричать. Молотки, плоскогубцы, ножи, сигареты, свечи, стеклянные бутылки и куча других вещей. На многих можно разглядеть застывшую кровь. Хотеру дрожащей рукой взяла лом и собрала внутри всю решимость, которая у неё была. Она должна спасти не только себя, но и Мидори. А она смотрела на художницу. Из её правого глаза потекла слеза. Хотеру ободряюще кивнула ей.       И замахнулась, метя в сонную артерию мужчины. Одновременно с взмахом, услышав свист, мужчина оглянулся, и удар пришёлся ему в плечо. Он зашипел, хватаясь за ушибленное место, его рука безвольно обвисла.       — Ах ты, сучка… — отбитая конечность не помешала ему достать другой рукой из кармана нож и наброситься на Хотеру. Он завалил девушку на спину. Она сжала рукой лом и вонзила острый конец в его шею, он вошёл с омерзительным хлюпом, но совсем неглубоко из-за перевеса другого конца.       На лицо полилась горячая кровь, она попадала в нос и глаза, впитывалась в рубашку. От запаха железа к горлу подступила тошнота. Лом выпал из руки.       Хотеру собрала все свои силы и ударила мужчину коленом между ног. Тот взвыл, покрывая её матом. Девушка, не теряя времени, схватила лом и ударила мужчину по виску. Он осел на пол. Хотеру приготовилась услышать душераздирающий крик, как обычно бывает с убитыми. Но почему-то ничего не слышала. Значит, он не умер. Хотеру не собиралась его добивать, она не хотела красть чью-то жизнь. Она подбежала к Мидори.       — Вставай, мы смо…       И вот он, женский душераздирающий крик. И слёзы, множество слёз о несбывшихся надеждах и стремлениях. Изо рта Мидори лилась кровавая пена, глаза остекленели. Хотеру думала, что бросится к ней, но она оставалась спокойной. Девушка оставила на потом мысли о избирательности её способности.       В горле образовался колючий ком. По щекам потекли слёзы, Хотеру вытерла их влажным от крови рукавом, не время разводить сопли. Она закрыла Мидори глаза. Пусть они и знакомы были только по работе, это было не важно. Мидори была хорошим человеком и могла прожить достойную жизнь. А Хотеру не смогла сохранить её.       Хотеру перехватила лом покрепче и приблизилась к двери. Если бы там кто-то был, уже давно бы прибежал сюда от звука воплей мужчины. Но было тихо.       В фильмах обычно надевают одежду одного из сотрудников, чтобы слиться с толпой, но пока что это исключено, этот мужчина был чуть ли не в два раза больше неё. Каким чудом ей удалось его вырубить, да и очнутся после дозы непойми чего — она не знала, но возможно сыграло роль то, что она одарённая. Говорят, люди со сверхспособностями немного сильнее обычных людей по всем параметрам.       Хотеру прислушалась в последний раз и медленно приоткрыла дверь. Стук собственного сердца заглушал даже голоса в голове, девушка боялась, что может упасть в обморок от страха, как с ней было в подростковом возрасте. Она посмотрела в образовавшуюся щель — в коридоре пусто. Хотеру выбрала правую сторону и бесшумно пошла, затем ещё раз свернула вправо, поднялась по лестнице и вышла во внутренний сад. По виду это место напоминало загородный домик в традиционном японском стиле, а место, из которого она вышла — подвал. Только как теперь покинуть этот дом? Самый сложный и одновременно незаметный способ — через крышу.       Хотеру забралась на перила. Она давно не занималась гимнастикой, но взмолилась, чтобы сейчас всё её тело вспомнило шесть лет тренировок и помогло ей. Хотеру положила лом в водосток и ухватилась за него же. Ногами она помогала себе взобраться по столбу. С трудом подтянулась. Тело и так сквозило усталостью и напряжением, они еле выдерживали её собственный вес.       Вдалеке послышались шаги и тихие голоса. Прямо когда Хотеру подтянулась и со стуком плюхнулась на крышу. Голоса и шаги затихли, но затем снова возобновились. Хотеру зашла за дымоход и распустила часть волос, укрываясь в них. Их чернота сливалась с чернотой ночи, прикрывая её белое лицо и руки. В саду она увидела того самого Сагамено и ещё одного его прихвостня, судя по голосу это не тот парень с которым он разговаривал в баре. Они тихо переговаривались о чём-то, а потом подошли к тому месту, где Хотеру забиралась на крышу. Она задержала дыхание, пока шаги не стихли. После достала из трубы лом и оглядела окружающую среду. Вокруг лес, но местность как будто бы знакомая. Свет от стены тёплой пеленой падал на траву, значит там нельзя спрыгивать, окно. Она отошла чуть дальше и спрыгнула. Как только она коснулась травы, из сада послышалась брань.       — Как она вообще очнулась? Привести мне её живьём!       Хотеру, не теряя ни секунды, бросилась бежать. Волосы цеплялись за ветки и клоками повисали на них, но девушка не обращала внимания. Ещё казалось, что она видит сотканные из тумана тени, очень похожие на человеческие очертания. Может, воображение играет с ней злую шутку?       Хотеру очень хотелось оглянуться и проверить, гонятся ли за ней, но было слишком страшно, тем более в фильмах это всегда плохо заканчивалось.       Она вышла к каналу и побежала вдоль него. Спустя десять минут непрерывного бега Хотеру поняла где находится — это промышленный район, настоящий лабиринт из зданий, контейнеров и судостроительного мусора. Выбора не было, и она побежала, желая затеряться среди них. Она слишком низкая чтобы забраться на контейнер и скрыться там. Да и конечности дрожали от напряжения, у неё уже не осталось сил.       Хотеру, наконец, остановилась и вытерла с губ пену, в которую превратилась слюна. Кровь на лице застыла как панцирь.       — Я сам.       Хотеру подняла голову, перед глазами мерцали разноцветные круги, но она смогла разглядеть силуэт Сагамено. Его губы изогнулись в жестокой улыбке. Его прихвостень остался стоять поблизости. Как она нашли её… Хотеру сжала губы, понимая, что это конец.       — Какая ты быстрая, — он положил ладонь на её щёку, как совсем недавно сделал Дазай. Его взгляд был даже нежным, но всё таким же жестоким. — Знаешь, ты так прекрасна, когда с ног до головы покрыта кровью.       — Правда? — Прохрипела Хотеру и ударила Сагамено по лицу. Это был детский поступок, просто попытка ответить ему за причинённую боль, у неё не было сил, чтобы принести ему настоящую боль.       Но парень схватился за глаз.       — Ах ты, сука!       По его щеке потекла кровь. Парень шипел и матерился.       Хотеру посмотрела на свой коготь, в нём лежал кусок глаза Сагамено, похожий на желе. Залитый кровью зрачок смотрел прямо на неё. Мерзость.       — Что у вас тут происходит? — к ним бежало ещё несколько человек в чёрных костюмах и автоматами наперевес. Сначала Хотеру ощутила облегчение, но потом до неё дошло, что это не полиция. Это могла быть любая организация. Для неё всё может закончиться даже хуже, чем если бы она не сбежала от Сагамено.       — Чёрт, сваливаем, — Сагамено бросился к машине, его помощник за ним.       Хотеру равнодушно смотрела им вслед. Сил ни на что не осталось. Какой-то мужчина сделал выстрел из пистолета, и коленная чашечка парня разлетелась на кусочки из мяса и костей. Сагамено четырхнулся и не стал помогать подчинённому, сел за руль и помчался на машине прочь.       На место прибыли двое мужчин. Один вырубил прикладом ружья подчинённого Сагамено. Другой подошёл к Хотеру.       — С тобой всё в порядке? — Этот мужчина вселял доверие. Рыжеватый, с щетиной. Он казался обычным человеком, но дуло пистолета в его руках дымилось. Тоже убийца. И Хотеру они убьют и продадут её органы. Или сделают что похуже.       Жаль, что я молодая и без вредных привычек — подумала Хотеру. Тогда её органы не принесли бы им много денег.       — Ты как?       Плохо — в глазах темнело. Лом выпал из перенапряжённых пальцев. И почему она забыла им воспользоваться… Это конец. Вот он. Но так даже не плохо. И голоса умерших наконец получат своё. Они даже молчат, ожидая скорой смерти Хотеру.       В последние моменты она увидела улыбающееся лицо Цубаки, уличного кота и ворон на подоконнике. Родителей. Она закончит так, не оправдав ни их ожиданий, ни собственных. Наверное, и правда стоит умереть, так намного проще. Не нужно больше думать о жизни, боятся нехватки денег, не будет строгих взглядов родителей и страха. Ничего не будет.       И Хотеру улыбнулась приближающейся земле.