Притяжение вечности

Морриган бесстрастно смотрела с высоты старой смотровой площадки, ныне находящейся на реконструкции, вниз. Очень далеко внизу быстро двигались обезличенные человеческие фигурки. Сейчас, отказавшись от сопровождения, она размышляла над тем, что же задумал Элайджа Майклсон. Больше года она жила, почти не думая о скоропалительной связи. Да и вампир явно не пытался отыскать её за столько-то времени. Так почему сейчас? Сбегать Поттер на этот раз не собиралась. У них есть кое-что общее, что объединяло обоих. И, пожалуй, этой связи пора было уделить должное внимание. — Здравствуй, дорогуша. Хорошая погоня. Правда не очень долгая. Морриган медленно повернулась, слегка прищурившись. Всё такой же элегантный вампир с безупречным стилем, причёской и манерами. — Мы всегда можем это повторить, Элайджа. — Ты хорошо спряталась, маленькая ведьма. Она повела обнажённым плечом, переводя взгляд на прохожих, прогуливающихся по солнечной набережной Темзы. Оказавшись с вампиром один на один Морриган тем не менее не испытывала страх. Все её эмоции были обострены, но страха там не было и подавно. — Почту за комплимент. — У меня много вопросов. Просто ответь, и я отпущу тебя. — Это правда? Он засмеялся хриплым и злым смехом. — Нет. Ярость мелькнула на её лице, но быстро исчезла. — Ясно, — произнесла она ровным голосом и сделала вид, что его присутствие её не волнует. А затем очень медленно приблизилась к самому краю пустующей смотровой площадки. — Морриган Поттер. Тридцать лет. Рождена тридцать первого июля. Сирота. Ведьма. Всё верно? — Первое правило клуба ведьм — мы не говорим про клуб ведьм, — усмехнулась женщина. — Надеюсь, чтобы узнать это, тебе не пришлось вскрывать вены моим товарищам? Глаза Элайджи подозрительно довольно сверкнули. — О, так это был твой клан? Какая досада, — Элайджа мягко рассмеялся. За последнюю пару месяцев некоторые из них бесследно пропали. И Морриган была зла на него. Хотя ведьмы, получившие часть её знаний и навыков, и которые не смогли защитить себя или хотя бы сбежать… неизбежный ущерб. — Ты странная женщина, Морриган. Ты или так глупа, что ничего не понимаешь, или столь самонадеянна, что считаешь себя в безопасности? Я получил твоё письмо. Весьма недальновидно оставить гонца в живых, зная, что тебя ищет древний вампир. — А вариант, что ты недостаточно страшен, чтобы заставить меня бояться, даже не приходил тебе в голову? Элайджа снова улыбнулся, и, поймав её взгляд, заставил стоять неподвижно. А затем шаг за шагом стал приближаться к ней, словно хищник. — Что же ты скрываешь, дорогуша? Расскажи мне. Почему ты так настойчиво искала меня в Новом Орлеане? Ведь теперь тебе не убежать от меня. Готова раскрыть мне свои секреты? Один за одним. У тебя ведь не так много выбора. Не убежать? Морриган приподняла уголок губ в улыбке. А затем, раскинув руки в стороны, сделала шаг назад, прямо в пустоту. Руки вампира сомкнулись в воздухе, не успев всего на долю секунды. Кажется, он даже не подозревал, что у загнанного в угол есть как минимум два выхода. Но умирать Гарри вовсе не собиралась. Всего лишь раздразнила вампира, остановив своё падение. Ещё при жизни Волдеморта её привлекала его способность летать без метлы. После ведьма поняла, что подобный навык требует колоссальных затрат сил. А здесь... здесь у нее не было никаких физических ограничений. Генерируя магию почти бесперебойно Поттер по-настоящему чувствовала себя живой. Зависнув в воздухе, ведьма пробыла в таком положении совсем недолго. И вот теперь кончики её пальцев едва касались шаткой каменной платформы. Зрачки Элайджи на мгновение расширились, когда Морриган оказалась на одном с ним уровне. Тем не менее он больше не испытывал её на прочность. — Кто ты? — Любовь моя, кажется, мы уже убедились, что твоё внушение не работает на мне. Она осторожно сделала шаг вперёд и поправила выбившиеся из причёски волосы. — Как? Ты пьёшь вербену? — Терпеть не могу эту траву, — пожала плечами ведьма. — Неужели большое эго древнего вампира задето тем, что я не поддалась его обаянию? — А мне кажется, что поддалась, — обнажил зубы в подобие улыбки Элайджа, заставив Поттер мгновенно вспыхнуть. Она раздражённо дёрнула плечом, коря свою физиологию и так некстати разыгравшееся воображение. — Что-то у нас не выходит. Моя вина, что не произвела на тебя хорошее впечатление. Нам стоит обговорить это наедине. Она подала Майклсону руку и тот принял её. Морриган тут же вцепилась в предплечье вампира ногтями. Тот отреагировал поднятием брови, не демонстрируя боли. Оно и понятно: чтобы причинить вред бессмертному существу нужно нечто большее, чем ногти обычной женщины. Поттер подалась ближе, заглядывая в знакомые серые глаза. И когда между ними осталось всего лишь несколько миллиметров, прошептала: «Аппарейт». Тела мгновенно скрутило, протягивая через невидимую трубу сквозь пространство. В следующее мгновение оба стояли посреди пустой комнаты в мотеле. Отдать должное Элайдже, он почти не выглядел испуганным. Ошарашенным. Удивлённым. Озадаченным. Но точно не испуганным. Они тяжело дышали. Гарри потому что приходила в себя после парной аппарации, Элайджа же... что думает Майклсон знал только он. — Не хочешь сыграть со мной? — прошептала Поттер, глядя вампиру в глаза. — Во что же? — В карты, конечно. Молчание длилось несколько секунд. Наконец, Гарри шумно выдохнула, резко ударила того по щеке, заставляя очнуться, и буквально оседлала мужчину. — Да. — Ага. Элайджа подхватил её под бёдра и мгновенно прижал к стене. Гарри целовала его, чувствуя, как жар распространяется по всему телу и сосредоточением всего является Элайджа. Морриган не могла похвастаться высоким либидо и за этот год встречалась с мужчинами ради секса всего пару тройку раз. Но едва ей стоило увидеть этого мордредова Майклсона, как все её установки слетели. Она прижималась к нему, тёрлась, как похотливая кошка, срывала с него одежду, покрывая поцелуями-укусами грудь и старалась стать как можно ближе. А ещё поняла, что предыдущие любовники не так уж хорошо умели это делать. От поцелуев Элайджи жар волнами расползался по телу, и ведьма, закрыв глаза, полностью отдалась этому восхитительному ощущению. Руки вампира скользили по её спине и плечам, потом забрались под платье, приятно поглаживая. Морриган не заметила, как они оказались на кровати, должно быть это вампирские фокусы, но, когда она почувствовала, что её платье оказалось разорванным на несколько лоскутов, решила, что пора быть поактивнее. Она попробовала расстегнуть его рубашку, но запуталась в мелких пуговичках, да и пальцы сейчас плохо слушались. Было нечестно, что она почти полностью раздета, а Элайджа при полном параде: даже причёска не растрепалась. — Эта одежда тебе очень дорога? — пробормотала она, вцепившись в неподдающуюся её усилиям рубашку. — Нет. Хватило одного мысленного порыва и горячего желания, чтобы одежда исчезла. Элайджа удивлённо выдохнул, почувствовав, что полностью обнажён. Впрочем, довольно быстро вернулся к прерванному занятию — руками и губами исследовать тело Гарри, находя самые чувствительные местечки. Элайджа повернул её, уложив на спину, и накрыл своим телом, спускаясь поцелуями по горлу, ключицам и груди. В какой-то момент вампир отстранился, а ещё через мгновение Гарри охнула, выгибаясь от невероятного ощущения. Пальцы волшебницы непроизвольно впились в бёдра мужчины. Вампир качнулся, наклоняясь вперёд, и тёмные пряди коснулись её щёк. В его, ставших цвета грозового неба, глазах светилось что-то такое, отчего Поттер зачарованно потянулась к нему и снова приникла к губам в поцелуе. А, когда он прервался, слегка задыхаясь, произнесла: — Я думала, что всё будет наоборот. Секс был и нежным, и страстным. От вампира, которого она обвела вокруг пальца и сбежала в другую страну она ждала чего-то более агрессивного. — Ты все ещё можешь связно разговаривать, кажется, за столько лет я подрастерял мастерство, — с этими словами он сделал нечто такое, от чего Морриган запрокинула голову и невнятно что-то пробормотала. Элайджа специально растягивал удовольствие, двигаясь плавно и медленно. Ведьма под ним стонала и выгибалась, теряя голову от удовольствия. Вампир точно знал, что нужно делать, чтобы эта сладкая пытка продлилась как можно дольше, но Морриган уже хотелось большего. Она не могла ускорить темп, потому что Элайджа контролировал каждое движение, но эта нарочитая медлительность сводила её с ума. — Быстрее, пожалуйста! — Куда нам торопиться, любовь моя? — Элайджа вообще остановился, чтобы прижать к губам руку ведьмы. — У нас весь день и вся ночь впереди. — Не дразни меня, — Морриган нетерпеливо подвигала бёдрами, прося продолжения, но вампир сделал вид, что увлёкся облизыванием и посасыванием её пальцев. Неожиданно магия Морриган дала сбой и она, подхватив мужчину, перевернула его на спину, меняя их положение. Теперь ведьма нависала над ним, и, откинувшись назад, начала динамичные движения. Вскоре девушка ощутила, как в глубине её тела скапливаются горячие ручейки, постепенно объединяющиеся в один огненный поток, затопивший тело изнутри и двигающийся вдоль позвоночника. Она плавилась и горела в этом невыносимом жаре. Жар смешался с удовольствием настолько, что она уже перестала их различать. Морриган совершенно потеряла над собой контроль, и когда оргазм захлестнул её, она обессиленно легла на грудь вампира. Теперь этот огненный узел свернулся у неё где-то в районе груди. Немного придя в себя, Поттер заметила странно задумчивое лицо Элайджи, которое, впрочем, тут же сменилось расслабленным. Не она одна пришла к финалу. Руки и губы вампира вновь начали изучать её тело, и Поттер на несколько минут полностью растворилась в ощущениях, а потом заставила себя собраться и запустила пальцы в тёмные волосы, притягивая для поцелуя. — Ты... в порядке? Спустя несколько часов Элайджа успокоился. Морриган же была в совершенном беспорядке. Она была в эйфории, в эмоциональном расстройстве. Ей необходимо побыть в одиночестве, чтобы осмыслить всё, что с ней случилось — и что он с ней проделал. Её улыбка стала ещё шире, и девушка сказала правду. — Нет, — проговорила она, поцеловав его невероятно соблазнительные губы, — Ты уничтожил меня. Понятия не имела, что кто-то может делать такие вещи. И я хочу знать, когда мы сможем всё повторить снова. Беспокойство исчезло, и улыбка осветила его глаза. Мужчина посмотрел на её рот. — У меня ещё много идей. — То, что ты вытворяешь своим языком — просто грешно, — поддразнила его Поттер. — Есть много преимуществ в том, чтобы быть плохим человеком, — ответил он несколько самодовольно. Морриган осталась лежать, прижавшись к тёплому боку мужчины, продолжая выводить на груди абстрактные узоры. Элайджа поглаживал её по обнажённому плечу. — Почему ты не укусил меня? Этот вопрос продолжал не давать ей покоя. Селена Грей несмотря на их с сестрой ненависть к хладным, не понаслышке знала всё о вампирской физиологии. И, конечно, делилась своими познаниями с ней. Так, вампирские укусы, если направлены не на утоление жажды, являлись весьма интимным актом, разделяя эмоциональную близость пары. Сестра звала её вампирской подстилкой, что ту совсем не смущало. Селена была наивной и славной, и тем не менее Морриган по странному быстро привязалась к обеим девушкам. Либо вампир обладал превосходным контролем, либо был не заинтересован в ней как в партнёрше, потому что с тех пор как они очутились в этом номере, он не предпринял ни одной попытки запустить свои клыки в неё. Поттер не могла понять почему её вдруг задело подобное отрешение. В любом случае базовый набор с кроветворным зельем она всегда держала при себе. — А ты бы разрешила, ведьма? — почти с издёвкой хмыкнул Элайджа. — Подумай ещё раз. Многие люди не приемлют самой мысли о том, чтобы стать чьей-то пищей. — Ты можешь выпить моей крови, — решительно произнесла ведьма, а ведь ещё и пару минут назад ей и в голову бы не пришло, что она может добровольно пойти на подобное. — Уверена? — хрипло прошептал на ухо вампир. — Гипноз на тебя не действует, как мы уже убедились, так что ты в отличие от остальных, не получишь ничего, кроме боли. — Потерплю. Ты же не кусок мяса у меня собираешься оттяпать, а просто сделать две дырочки. Не такие уж большие у тебя клыки. — Для вампира даже немного оскорбительно услышать такое, — Элайджа сделал вид, что расстроен. — У меня действительно маленькие клыки? Морриган не могла не улыбнуться, улавливая столь тонкое сравнение. Она запрокинула голову, подставляя шею, и закрыла глаза в ожидании боли. В конце концов это не больнее укуса василиска. Тем более многим даже нравится. Но Элайджа не торопился кусать, начиная с мочки уха. Морриган и не подозревала, что это такое чувствительное место. Или всё дело в вампире и его огромном опыте? Уже через пару минут Поттер снова начала неторопливо ёрзать, пока не сообразила протолкнуть одну ногу между бёдер Элайджи, чтобы было удобно об него тереться. Когда поцелуи вампира перешли на шею, ведьма была уже на грани, а ведь её ещё даже не укусили! Если Майклсон проделывает такое с каждым своим донором, то придётся запретить ему питаться кем-то кроме самой Морриган! Пальцы девушки с силой впились в плечи вампира, стоило Поттер только представить, что на её месте могла оказаться другая женщина. Губы вампира ласкали шею девушки, и та уже совсем запамятовала, для чего всё это делается, поэтому, когда острые клыки пронзили её кожу, замерла от болезненного ощущения. Рука вампира скользнула вниз, между их телами, и Морриган мгновенно забыла о боли. — Что это было? — слабо переспросила Поттер, перед глазами у которой всё ещё плавали цветные пятна. Селена была права. А ещё сама женщина плохо понимала свою реакцию на мысль о том, что Элайджа мог также кусать других женщин. Ревность была совершенно неуместна. Они никто друг для друга, пусть их и свела судьба вместе. И всё же... — Держи, — вдруг протянул вампир, и, надкусив своё собственное запястье, протянул его к её рту. — Вампирская кровь исцеляет. Я многое взял у тебя. Оу, это было очень благородно с его стороны. И действительно оправдывало его славу. Морриган сделала несколько глотков, почти не морщась от привкуса крови: у вампиров и людей она оказалась одного вкуса. Только вот у последних действительно исцеляла. Морриган увидела, как у неё на глазах затягиваются маленькие ранки и укус на шее. А ещё это было очень рискованно со стороны вампира: если она погибнет с кровью вампира в теле, то восстанет вампиром без шанса использовать магию. Хотя, возможно, риска в её случае как раз и не было. Элайджа прекрасно понимал, что ведьма ни за что не променяет свою силу на вампирскую жизнь. Ни одна бы ведьма не пошла на такое. Элайджа продолжил лежать в постели, когда она сообщила, что пойдёт в душ, не предлагая присоединиться. Она думала, что тот предпочтёт уйти, но вампир оказался любопытнее. А вот Морриган, охладив тело и разум, поняла, что поступила правильно, оставшись с ним на нейтральной территории. Вампирам нельзя доверять. Она рассеянно оглядела комнату, в поисках забытых вещей. Её любовник продолжал молча наблюдать за ней. Морриган взмахом руки, которой по привычке выводила формулы, трансфигурировала полотенце на ней в подобие её предыдущего платья. — Спасибо за всё, любовь моя, — она криво усмехнулась краешком губ. — Ещё увидимся. Надеюсь, не заблудишься? И аппарировала к себе домой, забыв предупредить Майклсона, что теперь он находился на другом конце Англии. Теперь оставалось ждать его следующего шага. А то, что он будет, ведьма не сомневалась.