Притяжение вечности

— Вы нашли его? Поттер мрачно смотрела перед собой, изредка барабаня кончиками пальцев по бедру. — Нет, миледи. Саррум снова ускользнул из нашей ловушки. Гарри сжала зубы от ярости и бессилия, отворачиваясь от подчинённых, чтобы те не увидели слабостей на её лице. — Ищите лучше. А когда найдёте, запомните — его смерть будет от моей руки. — Как скажете, миледи. Когда Гарри осталась одна, восседая на своём троне в центре огромного зала, оформленного в готическом стиле, то не сдержала горького стона. Тело охватила крупная дрожь. Но женщина удержала в себе слабый порыв заплакать. Это благо, это правильно. Гарри обязана так поступить. Это — доброе дело. А она добрая волшебница. Смерти... допустимы, если поступаешь во благо, ведь так? …Саррум… — Морриган быстро поднялась и пройдя по пустующему коридору, спустилась вниз по лестнице, прокручивая в голове отчёт. Как только она зашла в свои покои и плотно закрыла дверь, совершенно напрасно ударила кулаком в каменную стену от злости, лишь разбив себе костяшки. А затем, оперевшись на неё, медленно опустилась вниз. Гарри мечтала стереть его с лица земли, в надежде оставить в прошлом навсегда. Но оказалось, это не так просто. Худшие годы её жизни, воспоминания о которых никогда не вернут Лили. Ведьма взглянула в зеркало, увидев в отражении свою усталую и измотанную копию с жестокой складкой у самых губ. Морриган всеми силами пыталась успокоить себя, унять дрожь в теле и вновь вернуться к безэмоциональности. Мимолётное желание довериться хоть кому-нибудь и рассказать, что Саррум пленил её, было задавлено в зародыше. Они не должны узнать об этом. Ни за что. Её пронзило чувство страха, при мысли, что правда вскроется. Гарри не представляла, как важна для неё была эта маленькая девочка. Только с её помощью ведьма смогла ассимилироваться в новом мире, не утонуть в жалости к себе и жестокости к окружающим. Время, проведённое с драконом, делало её более мягкой, уязвимой, ведьма демонстрировала сострадание и нежность. Морриган потёрла шрамы на своих запястьях, которые уже никогда нельзя будет свести и зарычала от разочарования. Если бы не её чувства и ощущения предательства, она бы не оставила Лили одну в трудную минуту. Она бы не угодила в ловушку и не оказалась заперта в плену на целых два года без возможности использовать магию. Раньше она думала, что самое страшное, что может случиться в жизни — это потеря любимого человека. Но ошибалась. Самое страшное — осознать, что потерял себя. Так и случилось. После исчезновения вампира женщина вернулась в Шотландию, добив остатки оборотней, но так и не нашла ответов на свои вопросы. Женщина, чьё сердце разбито, способна на невероятные поступки. Она попробовала кровь, и та оказалась сладка на вкус. Что она хотела? Она хотела, чтобы всё было просто. Когда один говорит: «Я люблю тебя», а второй отвечает ему взаимностью. Она хотела, чтобы всё было как у всех: без предательств, без взаимной ненависти, без лжи и недомолвок. Разве это так трудно? Почему у тысяч людей вокруг было именно так, и только у них всё наперекосяк? Если все до них справлялись, то почему они так страдают? С самого начала вся эта история была нелепой и слишком непредсказуемой, чтобы всерьёз на надеяться на благополучный исход. Это, скорее, было забавное приключение для обоих, чем серьёзный проект. Чтобы Элайджа нуждался в ней также сильно, как и она в нём. Люди говорят, любовь размягчает, но она ещё никогда не была такой жестокой. Элайджа этими самыми ласковыми руками, которыми сам же поставил её на ноги... заставил вновь упасть. А это значит, что она должна была держаться от него на расстоянии с самого начала. Ей потребовалось много месяцев, прежде чем окончательно разбитое сердце начало восстанавливаться. Сначала она видела мир в красном цвете. Всё было страстным, ярким. Но со временем тайны стали раскрываться, а её любовь окрашиваться в блеклый серый цвет. Он узнал о ней очень многое, он достиг своей цели, он заставил её довериться ему, заставил привязаться, заставил подумать, что её магия не так важна, как возможно быть с ним где угодно, а потом исчез без единого слова. Сделка с дьяволом. Всё повторялось. И сейчас, чтобы снова надеть корону, ей необходимо было подняться с земли. Этого времени хватило, чтобы Лили, чувствовавшая тревогу и грусть своей мамы отправилась во внешний мир на поиски без охраны, используя лишь свои не до конца оформившиеся способности. А затем пропала и она. Только теперь Морриган была готова сделать всё, что угодно лишь бы вернуть свою девочку домой. Поттер, едва оправившись от одного горя, готова была поставить на уши всю Англию, но это делать и не пришлось. Она получила послание, в котором кровью Лили был указан ультиматум. На тот момент Гарри так сильно сошла с ума от тревоги и беспокойства, что рванула по указанным координатам, не предупредив хотя бы Селену. В один из дней она просто исчезла, с намерениями забрать Лили, ведь ещё никто из ведьм и колдунов не мог ей противостоять. То была одна из самых болезненных ошибок, которые Морриган выучила. Пытая маленькую Лили только потому что в ней была капля магии, он причинил Гарри много боли и горя. Это позволило Сарруму найти слабость Поттер. И зная об её привязанности, тот смог схватить её. Саррум не был обычным человеком. Впрочем, не был он и вампиром, оборотнем и ведьмаком. Нет, он оказался удивительным, неправильным и неестественным созданием даже по меркам этого мира. Сифон. Что-то вроде сквиба, рождённый в ковене ведьм, без собственной магии, но обладающий уникальной силой, которая позволяла ему поглощать магию из других источников и использовать её в своих целях. Среди ведьм такие экземпляры считались мерзостями природы многих сообществ ведьм. И зачастую их выгоняли из ковенов, едва дети достигали совершеннолетия. Нет, Морриган ни в коем разе не проникнется жалостью или сочувствием к бедной судьбе ребёнка, вставшего на путь мести из-за одиночества. В её жизни уже был такой ребёнок, затопивший Англию в крови на долгие десятилетия. Сифон был не просто зол из-за своего порушенного детства, он ненавидел всё, в чём текла хоть капля магии. Саррум оказался очень похож на Филча с точки зрения нетерпимости к колдовству. Но оказался более экстремистским, более безжалостным и жестоким, чем старый смотритель Хогвартса в самом худшем смысле. Когда шантажируя Морриган жизнью и любой из конечностей Лили, тот надел на неё наручники, блокирующие магию, она начала догадываться каким садистом оказался мужчина. как он демонстративно сжигал детей на глазах у родителей, как откровенно издевался над магами и пытал их, прежде чем казнить. Она быстро проморгалась, пытаясь смахнуть слезы, зарождающиеся в её глазах. Морриган Поттер, Верховная жрица, пример для подражания и лидер несколько лет была зверушкой для развлечений в руках безумного сумасшедшего ублюдка. Она ещё долгое время не могла сдвинуться с места и вновь взять контроль над телом. Обхватив колени руками, ведьма заплакала от стыда и горечи за своё прошлое, пряча лицо в ткань своей мантии. Весь последний год после возвращения Поттер пыталась забыть о произошедшем, но то, что Саррум выжил тогда и снова появился в поле зрения её агентов, стало для неё очередным ударом. Её эмоции всегда держали над ней верх. Лили была единственной самой большой слабостью Морриган, а Саррум, истязающий её и девочку, которая в последствии обратилась, чтобы сбежать от боли да так и не вернулась обратно, долгие два года был очень умным, обманчивым и хитрым. Пока не привёз наручники, вынудив её самолично захлопнуть ловушку, он поглощал её магию, оставляя женщину слабой и обессиленной всё это время. Она даже не успевала восстановиться, чтобы атаковать, сбежать или просто подать знак. Лили не была столь подготовленной. Она была совсем ребёнком. А драконы не чудовища (не монстры) и их не убить магией волшебников. Зато можно пытать и выпивать жизнь, полностью завязанную на магии. В день смерти Лили Саррум был по-настоящему счастлив. Морриган свидетельство гибели своей малышки окончательно подкосило. Она боролась, она терпела, превозмогала боль и сносила побои и оскорбления только ради неё, лелея мысли о побеге. В дни, когда обеим удавалось увидеться, Поттер шептала слова утешения Лили на ухо, укачивая на коленях её сначала рыжеволосую головку, а затем и чешуйчатое тело. Она закричала. Так пронзительно и громко. И магия, что ещё продолжала теплиться в теле женщины вышла из-под контроля. Удерживающие браслеты не справились со своей задачей, разрушаясь в труху. Морриган всё кричала и кричала, стены вокруг начали рушиться. Ей было всё равно на свою жизнь. Всё, о чём мечтала Гарри — это смерть ублюдка. Любыми способами. Здание вокруг неё, её пыточная и тюрьма одновременно рушилась, но Морриган было плевать. О магии крови она знала не понаслышке, но самостоятельно ещё не практиковала этот раздел. Сейчас же… сейчас было плевать на последствия. Кровь, отданная вместе с жизнью, имеет колоссальную силу. Ведьма разрезала запястья, позволяя драгоценной крови пролиться на стылый камень. Саррум крупно облажался, выбрав день перед главной ночью для всех ведьм. Теперь у Гарри были развязаны руки. Скоро Завеса между двумя мирами станет наиболее тонкой. Кровавая жертва была принята, Завеса, возникшая меж двух каменных полуразрушенных колонн слишком сильно напоминавшая Арку Смерти, подёрнулась пеленой и спала с тихим шелестом. Зрение у Гарри слегка помутилось, но она увидела, что из пустоты вышла очень красивая девушка с овальным лицом, светло-оливковым цветом, миндалевидными карими глазами и темно-каштановыми волосами. За её спиной бесформенной кучей клубился дым, напоминающий силуэты людей. Когда она заговорила, её голос... Он будто был из самых глубин земли. А глаза... Такие печальные. Видевшие столько боли. — Я — Амара. Привратница мёртвых, — зачем чуть-чуть помедлила и добавила: — Морриган, если останешься, ты умрёшь. — Я приняла решение. Забери мою жизнь в обмен на воскрешение Лили. Та покачала головой. — Не могу. Твоё время среди живых ещё не закончилось, Повелительница. Морриган сорвалась на крик. — Знаешь, как она себя чувствовала? Вот так… — на полу лежало сломленное остывшее тело, которое женщина никак не могла реанимировать из-за отсутствия сил и жизненной энергии. — Я совсем одна, Амара. Мне не для кого жить. Почему ты отказываешься от жертвы? Тогда дай мне возможность отомстить за неё. — Ты не одна, Морриган, — покачала головой темноволосая девушка, едва размыкая собственные губы. — Твоя жизнь плотно связана с одним человеком. Он твоя судьба и проклятье. Морриган пошатнулась от её слов и упала на колени. Глаза заволокло пеленой слёз. — Я прошу тебя, — она отчаянно пыталась говорить спокойно, — убей Саррума. Мне неважно как. Главное, чтобы он был мёртв. — Я пошлю по его пятам дороков. Это духи мёртвых. При соприкосновении с живым существом они замораживают последнего насмерть, волшебники лишь впадают в оцепенение. Если они нагонят, то остановят. Времени лишь до рассвета. А пока поднимайся, Морриган Поттер. Ты слишком важна для этого мира, чтобы просто умереть. — А как же жертва? — Сегодня ты поднесла мне достаточно. Морриган подошла к холодному телу Лили. Трансфигурировав тельце в камень, Гарри поспешила покинуть мрачную темницу, оставляя позади и Амару и Арку и даже её слуг. Саррум не скроется от них. Она была в этом уверена. Но ему удалось. И теперь сифон, заручившись поддержкой специальной организации, созданной, чтобы отлавливать и убивать людей с магией в крови, вынудил женщину ступить на тропу войны. Отныне она стала врагом тех, кто ненавидит магию, и другом тех, кто любит магию. Хрустальный склеп с безмятежно спящей Лили во дворе стал её ориентиром, её поддержкой и опорой на долгой дороге мести. Женщина поднялась на ноги и вышла из своих покоев. Если она этого не скажет, то скорбь и стыд сожрут её раньше, чем та сможет достичь своих целей.

***

Селена проснулась, резко открыв глаза, ощутив подёргивание защитных чар, обозначающих чужое присутствие в комнате. Грей нахмурилась и в изумлении увидела над собой тёмную тень… подруги. Села на кровати, сжав зубы от боли в животе — последствия крупной драки, и окинула Гарри более внимательным взглядом. Селена застыла, вглядываясь в лицо своей подруги широко открытыми глазами. Сердце продолжало неистово колотиться, а в голове не утихали барабаны из разрозненных мыслей и образов. Морриган… это Морриган. У них была долгая, личная история знакомства. Селена тогда мало что умела несмотря на то, что выросла с сестрой. И попав в ловушку к вампиру, думала никогда уже не вернётся домой. Если бы не Гарри. Та, гуляя с дочерью, спасла её и показала юной ведьме то, чего она была лишена. Могущество. Силу. Возможности. И пошла за ней, ни разу не пожалев о своём решении. Морриган стала их светом, надеждой, учителем и предводителем. Стала такой для неё. Селена совершенно по-детски ревновала Гарри к её увлечениям. Она знала о любовнике. О том, что он опасен. И о том, что отбирал её у неё. Но лучше бы она продолжала украдкой видеться с ним, чем всё то, что случилось после. Малышка Лили пропала. Морриган поставила всех на уши, а затем исчезла вслед за ней. Ковен остался без защиты. Саманта временно взяла в свои руки бразды правления и каждый день в течении нескольких лет они продолжали поиски, так как верили, что Гарри жива. — Гарри? Ты чем-то встревожена? — Не предавай меня, Сел, — тихим голосом произнесла ведьма. — Никогда, — она тяжело нахмурилась, не понимая, что это происходит с волшебницей. У Грей даже мимолётной мысли о подобном не проскальзывало! — Да что с тобой? Гарри, что-то случилось? Я же говорила, что сделаю для тебя всё. А затем резко приблизилась к ведьме и взяла её за руку. Гарри явно опешила от её прикосновения, но Селене была приятна её холодная кожа, словно кусочек льда, пожелавший согреться у неё в ладони. Морриган сжала её руку в ответ и пристально посмотрела в глаза, словно пытаясь высказать ту мысль, что была с ней. Морриган вернулась спустя два года. На её теле было много шрамов, а душа опустошена. Малышка Лили погибла, в её честь на острове воздвигли мемориал. Никто не знал, что случилось с Морриган и где та путешествовала эти два года, и она ни с кем не спешила делиться. Как итог, Морриган постепенно превратилась в злопамятную, озлобленную, безжалостную, холодную и расчётливую ведьму. Со временем изменения становились видны всё больше и больше. С момента своего возвращения, она ревностно отстаивала свои права на трон. Порой Селена думала, что подруга готова была убить любого, кто посмел бы помешать ей. Но вернувшаяся Морриган больше не заботилась о чужом мнении. Она стала обучать избранных ей жриц тому, о чём ведьмы даже не подозревали. Наступил рассвет Старой Религии. Верховные жрицы в число которых входила и Селена стали собираться в праздник почитания духов предков Самайн, приносили в жертву живого человека и открывали завесу между миром живых и мир духов. Дороки, от которых по телу выступал мороз, выходили в мир и забирали свою плату в виде душ. Взамен, ведьмы получили возможность манипулировать энергией жизни и смерти. Но лишь Морриган умела возвращать недавно умерших к жизни посредством специального ритуала. А также спасала жизни смертельно больных. Для этого человек должен был приехать на их Остров и принять цену, какой бы тяжёлой она ни была. Обычно это была жизнь за жизнь, что соответствовало их законом и главному правилу. Селена теперь с нетерпением ждала следующий священный праздник. Морриган обещала им научить ритуалу с названием «Священный огонь», для которого использовался корень мандрагоры, чтобы принести жертве невообразимый ужас. А когда он подойдёт к концу, их воля перестанет быть их собственной, они станут вечными рабами Верховных жриц и будут служить магии Старой Религии до конца их дней и после смерти. Как их паромщик. Тогда она отыграется за все, причинённые ей страдания. Хотя, как бы Селена ни восхищалась Морриган, порой она сильно боялась её. Порой Селена боялась новую Морриган. Грей плохо знала Финну, они практически не общались, имели разные интересы и вектора силы, но даже для неё было шоком, когда Финна отказалась служить их Морриган. Тогда магия обета убила колдунью за предательство. Несмотря на все свои отрицательные качества, колдунья лишь казалась чёрствой, жестокой и преисполненной антипатии ко всем. Часть её прежней личности осталась. Мстительность и непреклонность не мешали Морриган оставаться мощной, высокомерной, умной, неистовой и решительной личностью. Её тёмный характер является лишь видимостью, которую она создала для своих слуг, внутри же у неё осталось сострадание, беспокойство, привязанность. Иногда она демонстрировала сильную боль, когда её союзники умирали. Да, с тех пор как Морриган вернулась, она стала очень изолированной и тёмной личностью. Но даже для своих врагов ведьма бывала чувствительной. Селена видела, как тяжело далось предательство одной из своих Поттер, но Морриган повелела сжечь её труп и перестать осквернять память Финны злыми языками. — Саррум, он… Селена не знала, кто такой Саррум, которого они искали, но видела, что Гарри при одной мысли о нём ожесточается и закрывается в себе. Она крепко сжала её руку в ответ, чтобы поддержать её. Грей хотела забрать все печали подруги, стать её опорой и защитой, чтобы та нашла утешение в ней, но все эти мысли были лишними, и она уже жалела, что проявила такую вольность. Селена чувствовала ужасное напряжение, сковавшее тело ночной гостьи и догадывалась, что этот поздний визит был слишком необходим для старшей ведьмы. — Что тебя с ним связывает? Очевидно, что для Морриган воспоминания были слишком болезненными. Ведьма не выдержала её внимательного и обеспокоенного взгляда и вырвала руку. Селена, лишившись знакомого тепла, расстроенно выдохнула. — Он напал на Лили, мучил её, пленил меня, потому что я не смогла атаковать, пока Лили была под прицелом, пытал нас обеих и в конце концов убил мою девочку, — Морриган смотрела на Селену сверху вниз немигающим взглядом тёмных омутов. А затем медленно протянула руку и погладила чужую щеку. Кажется, треск и грохот в голове лишь усиливался. Теперь ей всё стало понятно. Поведение Морриган, её страх и мольба убить этого гнусного человека. Селена не могла себе представить, как Сарруму хватило совести или остатков чести, чтобы пленить такую сильную женщину. Женщину, которая всегда ассоциировалась у ведьмы со светом и спасением, женщину, которая хотела справедливости и мира для их расы. Верховную жрицу в конце концов, которая обладала великой силой, но обманом была поймана в жестокую ловушку. Грей не могла игнорировать собственные чувства: Морриган так нежна и ранима, вся её жизнь полна разочарований, лжи и утрат, а её все продолжали считать чудовищем. — Убей его, Сел. Если я не смогу или не успею. Убей его. История Морриган достойна гордости — она создана из трагедии. И теперь та будет жить громко, пока не выдохнется. Переживёт любой ад, чтобы без сожалений остаться на смертном одре. Селена улыбнулась и поцеловала чужие холодные пальцы. — Хорошо. Правда на утро ночные волнения, откровения и признания оказались забыты. Селена порой думала не приснилась ли ей Морриган в веренице похожих снов, где они были только вдвоём. А после разведчики принесли данные о том, что видели людей из Организации в Лондоне. Саррум считался одним из их лидеров, так как являлся не просто человеком, а ведьмаком, способным отбирать магию у любых сверхъестественных существ. Это было ещё хуже, потому что не существовало предательства больше чем, то, что позволял себе этот проклятый сифон. — Я его уничтожу, — сказала Морриган, глядя Селене прямо в глаза. Или ей только это казалось? — Это самый верный способ заставить их всех подчиниться. А мне нужно, чтобы они подчинились. — Думаешь, одна смерть поможет тебе это сделать? Ведьма усмехнулась. — Ты начала сомневаться во мне, Селена? Серьёзно? Именно сейчас? Грей открыла было рот, но вдруг заметила, что остальные смотрели на неё с опаской и словно бы раздражением. Они не разделяли её сомнений и беспокойства, и Селена остро ощутила свою отчуждённость — вера в слова Морриган была подобна фундаменту, на котором строился их ковен, и стоило кому-то попытаться его пошатнуть… — Я не сомневаюсь в тебе, — спешно сказала девушка, опустив голову вниз. Морриган благосклонно кивнула. Чуть позже та подошла к Селене, заставив последнюю нервничать. — Мне нужно, чтобы ты оставалась на моей стороне, что бы ни случилось. Ты сможешь? — вкрадчиво произнесла Поттер. Она не отводила взгляда, и Селена медленно сжималась, чувствуя, как груз ответственности и смущения давит на неё. Морриган умела это делать. — Да, — прошептала Грей. — Ты знаешь, я всегда была верна тебе, Морриган, и всегда буду. Она выполнит любую её просьбу.