Притяжение вечности

— Что это было, Клаус? Очередное предательство с твоей стороны? — Ой, да брось, брат. Ты как всегда портишь всё веселье. Я бы отвёл тебя к ним, но немного позже. Лучше расскажи, что за заклинание использовала твоя ведьма? — глаза гибрида заинтересованно сверкали. — Ведьма находится тут. И у неё есть имя. — Ах, да, прости, дорогуша. Морриган, — мстительно добавил он, потягивая кровь из пакета. — Дорогуша? Это у вас семейное? Элайджа тоже звал меня так поначалу, пока мы не.. кхм пересмотрели исключительность наших отношений. Учти, с тобой этот номер не пройдёт. — Я всё же попытаюсь. Мне нравится... бороться. — Ты не тронешь Элайджу, Клаус. — Нет? — притворно ахнул гибрид. — Почему нет, дорогуша? — Потому что он мой. А своё я всегда защищаю. Морриган не собиралась объяснять вампиру, что подобный фокус со временем не её рук дело. Вернее, отчасти лишь её. Маленькая безделушка, доставшаяся ей в наследство от Блэков — когда-то те экспериментировали с маховиками времени и этот амулет по меркам древнейшего и благороднейшего рода был лишь жалкой попыткой прославиться, но при этом работал он безукоризненно. Повторить подобный артефакт здесь бы уже не получилось в силу отсутствия многих компонентов, но кто ей запрещает приписывать его свойства себе? — Я не боюсь тебя, Майклсон. И не собираюсь вредить тебе. Но тебе лучше исполнить своё обещание. Или я заставлю тебя принести непреложный обет. Элайджа знает, что это такое. Можешь поинтересоваться у него чуть позже. — Тогда зачем ты здесь? Зачем сидишь в компании вампиров, которые с лёгкостью могут вырвать твоё сердце, и твоя хрупкая жизнь оборвётся так внезапно. Стефану очень некомфортно в твоём присутствии: живая кровь и все дела. — Ради Элайджи. Нальёшь? Морриган откинулась на спинку стула рядом с двумя вампирами. Третий сидел на полу в окружении пакетов с кровью и уже мало что соображал, хотя пытался прислушиваться к их разговору. Нужно не забыть подтереть ему память. — Если он передумал убивать тебя, значит и я ничего не сделаю. — А могла бы? — у этого чёртового вампира ямочки на щеках. — Клаус, прекрати. Я всё ещё зол на тебя за твой поступок. И нахожусь здесь ради своей семьи. Не советую злить Морриган, тебе не понравится то, что ты узнаешь. — Хочешь проверить? — Поттер уже вошла в азарт. Да, Элайджа отказался от мести, и она поддерживала его, но это не отменяло того, что сама женщина была очень зла. Круцио ещё никогда не подводило. А Морриган хотела причинить вампиру сильную боль, чтобы он познал всю силу её гнева. Вампиры более выносливые существа, но даже с учётом их особенности, Майклсон не мог долго стоять на ногах. Ведь боль была невыносимой. Кости, казалось, плавились, а голова вот-вот разлетится на куски. Глаза Клауса бешено вращались в глазницах. Всё, что желает человек под действием этого заклинания это прекратить муку, забыться, умереть. — Достаточно правдоподобно, ковбой? Или хочешь ещё доказательств? Клаус уже поднялся на ноги. Улыбка исчезла с его лица. Он выглядел задумчивым и заинтересованным одновременно. Как если бы уже начал думать, как можно использовать её лояльность в своих интересах. Но Морриган не собиралась помогать вампиру. Не этому, по крайней мере. — Не хочешь забрать нашу семью? Элайджа отрывисто кивает, прекрасно понимая, как легко ветреный брат может передумать. — И где они? — В Чикаго. — Мне поехать с тобой, Элайджа? Или встретить вас там? Знаешь координаты, младший брат? — Координаты? И ты прилетишь туда? Морриган заставила свою силу поднять её в воздух. Она обладала куда большими талантами, но каждый раз именно полёт так восхищал всех вампиров. Дерзкая улыбка снова исчезла с лица первородного. Он внимательно оглянул её с ног до головы. Тогда как лицо его брата наоборот светилось от гордости. — Сомневаешься? — Теперь нет. В итоге они спустились вниз все вместе. Никлаус дал какое-то задание Стефану и тот исчез в сумерках. Машина здесь была только у неё, и то за руль пожелал сесть гибрид. Поттер и Элайджа устроились на заднем сиденье в обнимку. Спустя пару часов они уже покинули не слишком гостеприимную Вирджинию, держа курс на Иллинойс. — Ты голоден? Это Морриган поела перед тем, как найти вампиров в лесу. А Элайджа даже не пригубил ни капли, пока они находились в доме. Весь пройденный путь он был задумчив, молчалив и погружён в себя. — Не откажусь. Морриган протянула запястье, уже давно не морщась от ощущения, когда острые клыки пронзают кожу. Элайджа сделал не больше десятка глотков и разжал зубы. Ему хватило восполнить свои силы. Когда-то давно вампир признался ей, что её кровь полна магии, а от того более насыщенная. Кровь всё ещё сочилась из открытого запястья, поэтому Элайджа надкусил своё и дал сделать ей несколько глотков. Морриган заметила, какими голодными глазами смотрел на них Клаус с водительского сиденья. — Интересный... ритуал, — хрипло пробормотал вампир, улавливая отголосок густой человеческой крови. — Не боишься, что станешь вампиром, ведьма? Ведьму можно было обратить в вампира также, как и человека. Но она теряла все свои силы, становясь еретиком. Отщепенцем для своих родичей. И очень часто еретики были обозлены на весь мир за то, что их нигде не принимают, что они лишились былого могущества. — Нет, — просто ответила Поттер, не желая вдаваться в подробности. — Как вы познакомились? И дошли до этого? Для вампиров, питьё крови партнёра является очень интимным ритуалом. И многие жаждали именно такой близости, доверия, открытости в отношениях. Не удивительно, что Клаус всего на мгновение ощутил прилив зависти. — О, это очень интересная история, — начал Элайджа, нежно целуя её ладонь. Девушка хихикнула. — Я была пьяна. Он мне понравился. Мы переспали. Он подумал, что я собираюсь убить его. Я впечатала его в стену. И сбежала. Потом ещё раз. И ещё. А потом, когда нам надоело бегать, сбежал Элайджа. На целых десять лет. — Мы бегали друг от друга, пока не поняли, что от чувств никуда не деться. Моя кровожадная ведьма. — Сколько же тебе лет, Морриган? — на этот раз Клаус уважил её настоящее имя. — Вы говорите о десятках лет, но ведьмы не долгоживущие создания. — У девушек о таком не спрашивают, Клаус. Этому вампиру Морриган не доверяла так, как Элайдже, поэтому не собиралась сообщать ничего, что тот может использовать против неё. Спустя какое-то время Поттер задремала, устроившись головой на коленях Элайджи, пока тот поглаживал её волосы. До этого они остановились на автозаправке, и она купила себе перекусить. Клаус тоже где-то нашёл себе донора, потому что вернулся в машину более счастливым. Проснулась Морриган под тихий разговор обоих братьев. Стараясь не выдавать своего состояния, ведьма начала прислушиваться. — Так странно видеть тебя таким... домашним, размякшим, влюблённым. За столько лет у тебя были разные партнёрши и люди, и вампирши, и ведьмы... — Да, и ты каждый раз отнимал их у меня. Как и кавалеров Ребекки. Кол сам прекрасно справлялся с твоей миссией. — Они не проходили проверку, брат. Эта же твоя ведьма слишком странная, слишком... могущественная. И она действительно заботится о тебе. Мне даже стало любопытно нет ли здесь подвоха? — Может для тебя Морриган — незнакомка, которую я встретил не так давно, и она не стоит риска. Но для меня — для человека, который долгие годы не имел ни с кем эмоциональной связи — она значит намного больше. Она та, кто пробудил меня от вечного сна и заставила меня снова чувствовать. Не смей трогать её, Никлаус. — А то что? Убьёшь меня? — Не я. Она прекрасно справится с этой ролью сама. Ты не представляешь насколько нам повезло, что эта ведьма с нами. Ты не представляешь какая сила скрыта в этом теле. — А ты значит знаешь, Элайджа? — Лишь часть. Она не стремится открывать все свои секреты, даже мне. Хотя ты прав, я уже знаю о ней столько, что тебе и не снилось. — Скажи хоть что-то, — заканючил Клаус. — Одну маленькую вещь. И обещаю, я отстану от вас... на какое-то время. — Хм, — рука, поглаживающая её волосы на секунду замерла, а потом возобновила движение, — для колдовства ей не нужна связь с предками. Элайджа не сказал многого, но он определённо умел находить нужные слова. Колдовать без поддержки предков, без использования их сил, костей, душ, здесь просто не получалось. Все ведьмы черпали свою энергию из природы, из поколения в поколение. А раз Поттер не использовала такую поддержку, чтобы увеличить свой резерв, значит её сила черпается из другого источника. Но Морриган не позволила Клаусу и дальше расспрашивать Элайджу о ней самой. Хотя ей было приятно слышать, что братья за эту поездку почти нашли общий язык. — Что я пропустила? — слегка охрипшим голосом произнесла ведьма, поднимаясь со своего удобного места в сидячее положение. — Клаус? Неужели ты устал болтать? Всю дорогу этот вампир с языком без костей не давал им и минутки покоя, а теперь замолчал. — Прости, что разочаровал, дорогуша. Мне надо подумать. Приближаясь к месту назначения, он остановился у очередного супермаркета, чтобы снова заправить машину и приобрести еду. Добравшись до очереди в кассу, Морриган сдалась, прихватив с собой и виски. — Что? — ответила она на беззвучный вопрос вампиров, увидевших её покупку. — У девушек должны быть приоритеты. Если я не заслуживаю глотка виски после кошмара этой недели и всего, что пришлось испытать, тогда я уже и не знаю, кто заслужил. Будешь? Элайджа молча принял бутылку и отхлебнул. — А мне? — А ты за рулём, — мстительно добавила ведьма, глядя на разочарованное лицо младшего брата. Тем временем они уже пересекли границы Чикаго. Долго ехать не пришлось, поскольку Клаус повёл их машину в сторону порта, а вернее туда, где находилась стоянка грузовых контейнеров. Выглянув из окна, он убедительно сообщил, что его документы в порядке и он едет проверить свой груз. Шлагбаум открыли. И наконец машина, медленно двигающаяся между бесконечных рядов, остановилась около контейнера с номером 1110. — Символично. — М-м-м, — Поттер провела ладонью над невидимым куполом, — сильная защита. Твой брат не поскупился. Этот контейнер не смогла найти даже я. От кого ты прятал их, Клаус? Никлаус пожал плечами и ничего не ответил. И это значило, что она оказалась права. Вампир действительно прятал свою семью. Значит, есть тот, кого он боится. Клаус отворил дверь ключом, и Морриган увидела, что в контейнере находятся четыре гроба. Она хотела было войти внутрь, но звонок телефона отвлёк ведьму. Извинившись взглядом, ведьма отошла на пару метров. — Лука? Что-то случилось? — Морриган, у нас небольшие проблемы. С контролем, эмоциями и порывами вернуться домой. А ещё она хочет увидеть тебя. Поттер вздохнула. Она знала, что с новообращёнными вампирами было больше мороки, чем пользы. И всё равно позволила себе проявить сочувствие. А значит в какой-то мере несла ответственность за своё решение. Хотя ожидала, что Питерс продержится в роли няньки хотя бы ещё несколько дней. — Хорошо. Я приеду так скоро, как только могу. Побудешь с ней ещё немного? Спасибо, Лука. Отключившись, Поттер снова подошла к контейнеру. Элайджа уже открыл первый гроб. В нём действительно лежало тело со знакомым кинжалом в груди. Клаус выглядел самодовольным. — Я же сказал, что они живы. — Относительно, — мрачно отметила ведьма. — Выглядят пугающе, но в целом генофонд прослеживается. Похожа на тебя, Элайджа. — Да, я помню, как ты удивилась в первый раз, застав меня в таком состоянии. Не бойся, они тоже оживут. Не в первый раз. — О, твоя ведьма видела тебя мёртвым, брат? И не испугалась? Моё почтение, мадам Поттер. — Клоун, — пробормотала она себе под нос, а затем обратилась к его брату. — Элайджа, думаю, моя помощь тут больше не нужна. У меня возникли кое-какие неотложные дела в другом месте. К тому же сейчас вам лучше побыть наедине. И не давай повода закалывать себя снова. Вампир крепко обнял её, целуя, не обращая внимания на свист брата. Морриган в последний раз провела рукой по его тёмным волосам и отстранилась. — Береги себя. И тебе не хворать, Никлаус. А затем аппарировала прямо в свой дом в Лос-Анджелесе, находящийся на другом побережье. — Лука? Дженна? Вы тут? Морриган почувствовала чьё-то присутствие быстрее, чем на неё налетел блондинистый вихрь. — Морриган, ты вернулась! — Она очень хотела увидеть тебя, Морриган. — Здравствуй, Лука, — проговорила ведьма, всё ещё обнимая вампиршу. — Спасибо за помощь. Можешь быть свободен. Я останусь с Дженной на какое-то время. — Всегда был рад помочь. Пока, Дженна Соммерс. Ещё увидимся. — Пока, Лука. И спасибо за помощь. Правда. Они остались одни уже через несколько минут. Поттер растянулась на диване, отметив в голове не забыть закрыть долг Питерса. Всё же он проделал гигантскую работу, взяв на себя заботу о новорождённой в первые несколько дней. — Ну, что у тебя случилось? — Мне очень одиноко. Поттер застонала. Что ж, ассимиляция новой Дженны в этом мире теперь её прямая обязанность. Хочет она этого или нет, именно она должна позаботиться о девушке и показать, что новый мир не так уж и плох. Следующие несколько недель Морриган провела в компании Дженны Соммерс, помогая ей с другой вампирской составляющей, включающей в себя эмоции и социальную привязанность. От Дэймона, который продолжал пусть и неохотно, но подчиняясь её приказу, время от времени сообщать ей важные новости, она узнала, что и Елена и Джереми Гилберт живы. Это больше всего обрадовало Дженну, но также с новой силой возбудило её желание вернуться домой. Гарри даже пришлось внушить нетерпеливой вампирше быть более сдержанной. В конце концов им удалось побороть и этот кризис, и Дженна вполне спокойно стала выходить из дома, пила донорскую кровь из пакетов, гуляла по городу, даже завела парочку вампирских знакомств. Поттер всё это время переписывалась с Элайджей, отчаянно скучая по своему вампиру, даже засыпать в одиночестве стало некомфортно. Но по крайней мере он сообщал, что у него всё хорошо. Клаус куда-то уехал, а он помогал своей семье адаптироваться к новому веку. И Морриган бы считала, что всё идёт замечательно, пока в один прекрасный день Дэймон Сальваторе не прислал ей сообщение с одним единственным именем: «Майкл». Это имя было нарицательным в семье древних вампиров. И не потому что это был их родной отец. А потому что он охотился на своих детей с одной единственной целью — убить. Поэтому Майклсоны постоянно бегали с места на место, не задерживаясь нигде слишком долго. Скорее всего именно поэтому Клаус прятал сестру и братьев в гробах, чтобы они были живы, пусть и в таком состоянии. А вот Элайджа ни слова не написал о творившемся пиздеце в Мистик Фоллс. Интересно, хотел уберечь её от неприятностей? Или ещё и сам не знал, кого оживили народные мстители? — Дженна, мне снова нужно будет уехать. Я могу тебе доверять? Вампирша, задумчиво листавшая журнал, кивнула. Она больше не стремилась домой, хотя время от времени с тоской вспоминала свою семью. Но самое главное... та прошла все проверки, и Морриган даже готова была разрешить ей вернуться. Но она не была бы умной ведьмой, если бы не использовала такой козырь в своих интересах. И ей казалось, что скоро она получит такой шанс. — Я справлюсь. Правда. Мне уже куда лучше. И не так скучно, потому что я завела новую подругу, с которой мы развлекаемся по ночам. А ещё теперь у меня есть автограф Анжелины Джоли для Елены. Осталось получить что-нибудь для Джереми. Да, определённо, разница на лицо. Морриган тоже не хотела оставлять вампиршу одну, но брать её с собой сейчас не очень-то разумно. Если её предположения верны, то в маленький городок скоро заявится убийца вампиров. Чтобы подопечной не было так одиноко Гарри всё же решила познакомить ту со своей единственной в этих краях подругой под предлогом того, что та дальняя родственница Элайджи, которая будет жить в их доме на время их отсутствия. Лестрейд и Соммерс довольно быстро нашли общий язык. И всё же прежде чем Морриган переместилась на порог своего дома в Вирджинии, Дженна посмотрела на неё и спросила: — Ты ведь скажешь мне, как они? Она сразу поняла, куда отправляется Морриган. Ведьма кивнула. И растворилась в воздухе, материализуясь уже на другом конце страны. Вчера от Элайджи пришло сообщение: «Вернулся в Мистик Фоллс» так что дом не должен был пустовать. По крайней мере, её машина стояла перед входом, а не покоилась на дне озера Мичиган. Морриган наложила сканирующее заклинание на строение перед ней и то показало, что в доме находятся четыре человека. Предвкушая удивление и разочарование Клауса, который ещё в Чикаго был рад избавиться от неё, Морриган открыла дверь с помощью простой алахаморы. Сидящие на диване вампиры мгновенно повернули к ней свои головы. И если Элайджа тут же расслабился, то остальные трое не спешили так радоваться её прибытию. Она сделала несколько шагов внутрь и захлопнула дверь. — Ведьма, — проворчал Клаус не слишком довольно. — Я надеялся, что больше не увижу тебя. — Кисло. «Привет, Морриган, теперь ты в команде». Только не обнимайте все сразу. К тому же это я спасаю ваши задницы от вашего же ненормально отца. — Майкл здесь? — О, так вы ещё не знаете? — она с сочувствием посмотрела на Клауса — лидера своей семьи. — Значит, я принесла вам радостную весть и дополнительное время. А теперь, прошу меня простить, появились неотложные дела. Она переместилась прямо к Элайдже и потянула его за галстук, заставляя встать. Тёмно-серые глаза опасно вспыхнули. Одна рука вампира скользнула вокруг неё, другая взяла за подбородок, очень аккуратно приподняв её голову. Морриган приподнялась на цыпочки, закрыла глаза и потянулась к Элайдже в полном доверии. Твёрдый рот завладел её губами. Когда её вампир углубил поцелуй, весь мир отступил на второй план. Ведьма обвила руками его шею, почувствовав, как тело мужчины обрело более привычные контуры. Он скользнул губами вдоль её щеки, добрался до ключицы и уткнулся лицом в её шею. — Привет, красавчик. А затем, схватив его за руку, переместила обоих в спальню наверху, которую они делили слишком много времени. И накинула заклинание, не позволяющее их услышать. Элайджа был её центром, единственной устойчивой точкой опоры. Странно, что Морриган так легко смирилась с сопутствующей их отношениям опасностью и неопределённостью. Тут первородный был неотделимой частью всего остального — непредсказуемый и не до конца понятный. Иногда наступали моменты полной ясности, когда девушка чувствовала, что связана с ним глубже, чем любой из них мог осознавать. Она понимала вампира лучше, чем он сам. А иногда вся уверенность испарялась, и вот она — выброшена на берег и тщетно хватает ртом воздух. Когда его лицо исказилось от страсти, Морриган шепнула: — Ты мой. Элайджа открыл глаза, всё ещё вздрагивая после оргазма. — Я твой, — произнёс он. — Ты подстригся, — всё ещё лёжа в его объятиях заметила ведьма. — Тебе идёт. — Спасибо. А ты совсем не изменилась. Она улыбнулась, наконец выбираясь из его объятий. — Я так и не познакомилась со всей твоей семьёй. Надеюсь, они не подумают, что я тут убиваю тебя. — О, уверен, Клаус во всех подробностях рассказал им о тебе. Так что лучше приготовься к их откровенным расспросам. Ни Кол, ни Ребекка не имеют стыда и совести. Поттер приняла освежающий душ и переоделась в брючный костюм, оставив парочку пуговиц на рубашке расстёгнутыми, и зачесала волосы назад. Спустившись вниз на первый этаж, она невольно снова привлекла всю семью в одну комнату почти в то же самое место, где те сидели в первый раз. Единственным изменением было то, что теперь Клаус стоял позади сестры, а Элайджа находился рядом с ней. — Привет, я Морриган Поттер. А вы должно быть Ребекка и Кол Майклсоны. Приятно познакомиться. Она улыбнулась, пытаясь быть дружелюбной и произвести приятное пер... второе впечатление. — Да, мы уже в курсе о любовном интересе нашего старшего брата. Интересно, чем вы там занимались в полной тишине? Считали национальный долг? Морриган мстительно улыбнулась и одним движением руки склеила Колу рот. Тот замычал, не понимая куда делись его губы. — Ладно. Я попыталась быть милой. Просто чтобы вы знали: если попытаетесь каким-то образом предать Элайджу, я придушу вас собственными руками. Ребекка Майклсон вытаращила глаза. А младшего уже она вернула в исходное состояние. — Ух ты, так это делает нас практически лучшими друзьями навеки, а? — прыснул Кол. — Он и наш любимый брат. Прости, Клаус, но Элайджа ни разу не закалывал меня. Через некоторое время светловолосая вампирша тоже усмехнулась. — Я — Ребекка. Надеюсь, мы подружимся! — Откуда ты узнала про Майкла? — без предисловий начал Клаус. — Так Охотник действительно воскрес? Мило. Дэймон Сальваторе иногда пишет мне. — Чтобы Сальваторе и помогали нам? Или... ты его заколдовала, — уверенно добавил он. — Точно. Внушила, чтобы он время от времени сообщал мне самые интересные новости. — Зачем ты это делаешь? — продолжил допрос гибрид. — У меня не так много близких друзей, а книжные клубы — это отстой. Я решила, что это может быть... весело. — Ты стала помогать плохому парню и его семье из-за одиночества? — Всем бывает одиноко, — подняла руки Морриган, оправдываясь. — Как ты смогла внушить ему кляузничать ведьме, которая помогает вампирам — их врагам? После нашей первой встречи он перешёл на новый допинг: вербену. — Понимаешь, Клаус, магия и всё такое. Как же вам объяснить... вот скажи, в чём разница между связью с создателем и внушением? — Внушение... Это просто контроль над разумом. Типа гипноза. А связь... Это как вера. Ты делаешь что-то, потому что веришь, что так нужно. — Именно. Моё заклинание похоже на искусственную связь вампира со своим создателем. Полностью подчиняет человека воле наложившего это заклятие волшебника. Находясь под воздействием этого заклинания, человек будет бездумно выполнять любые приказы волшебника, который наложил на него заклинание. При этом находящийся под заклятием сохраняет все свои привычки, почерк, походку и т. д. Определить, что человек действует не по своей воле, практически невозможно. Этому заклинанию подвластны и люди, и вампиры, и ведьмы. Однако всё же существует шанс защитить себя. Для этого у человека, которым пытаются управлять, должна быть сильная личность и не менее сильная воля. Увы, вербена не подходит под это условие. — А как его отменить? Если ли шанс, что их ведьма смогла опознать внушение и теперь они играют против нас? — Шанс есть всегда. Только вот Бонни Беннет, какой бы талантливой ведьмой не была, не имеет наставника, поэтому снять заклинание для неё будет весьма маловероятно. Не думаю, что у Дэймона получилось бы в одиночку сопротивляться внушению. — А что насчёт древних? Нас ты тоже можешь подчинить? Морриган на мгновение задумалась. Она не пробовала Империо на Элайдже и Клаусе, потому что полагаться всегда на магию, не умея выстраивать простейшие отношения было бы слишком глупо. А когда-то у неё было влияние, завоёванное красноречием, силой, уверенностью в своих словах и поступках. — Не пробовала. Хотите проверить? Ребекка покачала головой. Клаус по понятным причинам не желал подставляться под её заклинания. С Элайджей она могла позаниматься отдельно. Оставался лишь Кол, который напротив загорелся этой идеей. Морриган ещё не до конца успела узнать каждого из семьи первородных, но за те несколько часов, что им выдалось пообщаться и то, что она слышала от Элайджи, она поняла, Кол — это Кол. Такое стихийное бедствие в чёрном. Налетает, кружит как вихрь, так что полностью теряешь ориентацию в пространстве... а потом уносится дальше, по своим делам. А ты остаёшься стоять, растерянно хлопая глазами и пытаясь прийти в себя. Но по крайней мере её присутствие молодыми первородными было принято довольно спокойно. Хотя от Кола периодически в сторону Элайджи, который вызвался обучить младших новым реалиям мира можно было услышать раздражённый бубнёж в стиле «Может лучше оставишь меня и займёшься своей ведьмой?». В любом случае, когда Майклсоны повторно собрались в общей гостиной, именно Кол выступил добровольцем. Морриган размяла пальцы, подходя ближе. — Прошу, не надо кричать, я пытаюсь влезть в твою голову, — а затем произнеся Империо, ощутила тёплую волну, которая прошла по руке, вливаясь в голову вампира. — Станцуй чечётку, Кол. И тот с улыбкой на лице начал танец. Тем не менее спустя несколько минут, не обращая внимания на хохот сестры и братьев, тот попытался остановиться. Гарри произнесла Финиту. — Было больно? — заботливо спросила Ребекка у брата. — Ни капли. Такое странное ощущение. Бездумное блаженство, лёгкость, радость от того, что все вопросы отпали сами собой... — Ты сопротивлялся, Кол. Молодец. Немного практики и... — Хочу ещё. Только не позволяйте Клаусу придумывать желание. На второй раз Кол пел любовную серенаду, но то и дело останавливался. — Ещё, — полный азарта и желания сопротивляться магии, которая может подчинить его, Кол хотел побороть в себе эту слабость. — Может ему приказать убить Бекку? Тогда он научится быстрее. — Ник! — взвизгнула девушка. — Себя прикажи убить. На третий раз Колу было загадано выйти на солнце без кольца. Первородных оно не убивало, лишь обжигало. Может действительно нужна была правильная мотивация?! Вампир нехотя снял украшение и подошёл к двери. Его рука уже потянулась к ручке, как он замер, затем начал мотать головой. А после и вовсе вернулся к ним. С сияющей улыбкой, делающей его юношеское лицо ещё более молодым. — Нет. Я не буду этого делать! Поттер была действительно впечатлена. — Отлично, Кол. С третьей попытки. Мне понадобилось четыре заклинания, чтобы я научилась противостоять ему. Правда мне тогда было четырнадцать лет. — Эй, теперь это не комплимент. — В каком же месте ты росла, ведьма, раз тебя из года в год подвергали пыткам, пытались убить, подчинить и навредить твоим близким. Уверен, я в этом не участвовал. — Тот, кто это сделал давно мёртв. Я убила его самолично. Нашла кусочки его души, которую он разорвал в попытке обрести бессмертие, уничтожила одну за другой. А затем закончила то, что должна была. Даже Элайджа не знал, что она пожертвовала своей жизнью, ради тех, кто позже так легко отрёкся от неё. — Ну так что, — она посветлела лицом, — нужна моя помощь или нет?