Глава 15
Хайтам вернулся с рынка, неся в руках корзину, полную еды. Он открыл дверь домой и сразу заметил Кавеха.
— Сам Светоч Кшахревара чинит мою полку, — он поставил корзину в коридоре и прошёл в комнату. — Что у тебя на лице?
Он рассматривал Кавеха, запоминая его необычный облик.
— Ты мне вчера очень хорошо донёс, почему именно я виноват в причиненном твоей полке ущербе, — Кавех языком осторожно перекинул гвоздь из одного уголка рта в другой, примеряясь перед ударом молотка. — Маска, — Кавех чуть было не наморщил нос, но спохватился. Глина потрескается и эффекта от неё не будет, — Моё единственное утешение в этот выходной.— Ты в ней выглядишь, — аль-Хайтам проследил взглядом перемещение гвоздя по рту Кавеха, — очень сосредоточенно.
— Потому что я действительно сосредоточен, а ты меня отвлекаешь, — Кавех скользнул по аль-Хайтаму взглядом и снова вернулся к гвоздю и молотку. Несколькими точными ударами вогнал гвоздь в нужное место. Кончиками пальцев провёл по поверхности и отошёл на пару шагов, проверяя её ровность. Идеально. — Твоя полка готова, — Кавех скинул лишний гвоздь и молоток в деревянный ящик с инструментами, а потом оглянулся кругом, оценивая чистоту вокруг и довольно улыбнулся. — Я убрал весь дом, попробуй не засрать его хотя бы за неделю. Кавех стал составлять обратно на полку предметы с кофейного столика.— Если разбросанные и поломанные вещи заставляют тебя выглядеть вот так, — Хайтам обвел взглядом Кавеха, — то я сломаю что-нибудь завтра.
Кавех залился краской. Заполыхали даже его уши, сейчас не закрытые волосами. — Аль-Хайтам, — мужчина возмущённо обернулся к нему. Возмущение было притворным. Внутри он ликовал. Но изо всех сил старался не подавать виду.— И, возможно, тебе не стоит возвращаться к себе на ночь, потому что всё равно придётся возвращаться сюда, — с каменным лицом продолжил аль-Хайтам.
— Я и так почти не был дома, с тех пор как мы вернулись, — возразил Кавех, подходя ближе и не сводя с аль-Хайтама взгляда. — Тебе придётся придумать очень хороший аргумент, господин секретарь, если ты хочешь, чтобы я и сегодня остался здесь на ночь.— Разрешаю зайти туда один раз, чтобы забрать все твои вещи, — Хайтам смотрел на него, практически не мигая. — А в качестве аргумента предложу свою прекрасную компанию и возможность не допускать захламления этого дома, — его губы дрогнули в усмешке, но он снова скроил серьёзное лицо. — Ты заметил, что мы ни разу не спали в твоей комнате? Надо это исправить. Но сейчас она не твоя — в ней временно никто не живёт.
Кавех растерянно моргнул. Он пропустил половину слов аль-Хайтама мимо ушей, услышав только самое главное. — Ты предлагаешь снова съехаться?— Да.
Аль-Хайтам пожалел, что сразу вывалил все свои аргументы, и теперь только молча ждал, что будет дальше.
Кавех сделал вид, что крепко задумался. — И из аргументов у тебя… Ты и уникальная возможность убираться в твоём доме?— Весь я, — аль-Хайтам очень старательно понизил голос на пол октавы. — Весь.
Кавех едва не фыркнул от смеха, но постарался сохранить серьезное выражение лица. "Это была твоя худшая попытка соблазнения, аль-Хайтам." — Помнится ты мне как-то сказал, что весь ты на девяносто процентов состоишь из упрёков и нравоучений.— Я бы сказал, что приходится на остальные десять, но ты не любишь, когда я вульгарно выражаюсь.
В животе сладко потянуло и Кавех отвернулся, чтобы аль-Хайтам не увидел, как расширились его зрачки. "Хорош, зараза." — Итак, давай подумаем логически, — Кавех начал расхаживать по комнате.— У тебя обычно это не очень хорошо получается, — заметил Хайтам, — но я могу помочь.
— Если я соглашусь снова жить здесь, то из плюсов — я буду убираться в твоём доме, без всякой выгоды для себя. И получу девяносто процентов упрёков и нравоучений аль-Хайтама, а ещё десять его похоти, — Кавех с трудом проговорил последнее, и обернулся к нему, — Пока я всё верно излагаю?— Верно, — аль-Хайтам кивнул. Пока расклад выходил не в его пользу. Это было плохо. Если Кавех откажется, это будет сродни второй катастрофе. — Я могу предложить кое-что ещё, но для этого мне нужно твоё разрешение, чтобы я мог рассказывать некоторым людям про наши отношения.
Сердце Кавеха пропустило несколько ударов. Всё тело словно прошил разряд молнии. — Про наши… отношения? А какие у нас отношения? — очень осторожно спросил Кавех.Аль-Хайтам замер.
— Романтические? Духовно-телесные? — он нахмурился, — Что-то между.
Кавех непроизвольно улыбнулся так широко, что маска треснула на щеках. Такие слова от Хайтама были почти как признание в любви. Но он моментально снова принял скучающий вид. — И кому бы ты хотел о них рассказать? И зачем? Как это должно повлиять на моё решение?Аль-Хайтам поджал губы. Он ненавидел говорить о своих слабостях, но ситуация была критическая.
— Нилу. Сайно, возможно, Тигнари. Мне нужен взгляд со стороны, потому что, — он выдохнул, — у меня недостаточно опыта и информации о построении отношений. Нилу уже дважды давала мне советы, которые оказались очень действенными.
— Так помимо уборки в твоём доме и уникального тебя, ты предлагаешь мне строить с тобой отношения? — Кавех подошёл и положил руки ему на плечи в успокаивающем жесте, видя, что своими вопросами начал перегибать палку.— Если ты хочешь, — сказал Хайтам. Он что, неправильно оценил сигналы? Кавех же точно хочет быть с ним, только если он где-то не ошибся в оценке.
Кавех сделал довольно большую паузу, раздумывая. Провел руками по плечам аль-Хайтама, несколько раз сжал пальцами его крепкую выдающуюся грудь.— Сможешь трогать мою грудь каждый день, — выдал Хайтам свой последний аргумент.
— Хорошо, — Кавех поднял на него светящийся счастьем взгляд, — Убедил. Но я перееду со своей новой кроватью. Моя старая не выдержит нас двоих. Кавех мимолётно поцеловал аль-Хайтама в губы и убежал в ванную, чтобы смыть маску. А ещё, чтобы спрятать ликование и сходящее с ума сердце.— Я мог начать с последнего, да? — аль-Хайтам не смог сдержать счастливой улыбки, смотря вслед убегающему Кавеху.
"Пожалуй, вышло нормально."
Кавех вышел из ванной чистый, умытый и бесконечно счастливый. — Ты мог ограничиться только им, — широко улыбнулся он.— В следующий раз так и сделаю, — согласился Хайтам и втянул его в долгий нежный поцелуй.
***Дни сменялись днями. Вещей Кавеха в их доме становилось всё больше. Хайтам теперь частенько ночевал на его большой кровати, но всё ещё иногда по привычке уходил к себе. По совету – или настоянию – Нилу аль-Хайтам предложил взять на себя мытьё посуды. Он еле терпел эту ежедневную пытку, но мысль о том, что Кавех от этого ненавидит его чуть меньше, помогала держаться.
Совершенно жутким вышел разговор с Сайно и Тигнари, когда они долго выпытывали у аль-Хайтама мельчайшие подробности их с Кавехом личной жизни, а потом ржали как ненормальные над его комментарием про сведенную ногу. Они обещали заклеймить его одноногим Джо, на что Хайтам сладко пообещал развесить по всей Академии листовки, где рассказывалось о том, как Тигнари млеет от почесывания его ушей. Прозвище, неудивительно, никто не использовал. Даже на работе в честь летнего периода было меньше загруженности. Идиллия.
Кавех, напротив, как одержимый ушёл в работу. Но иногда куда-то уходил из дома вечерами. Он, кажется, только работал, незаметно перемывал за Хайтамом небрежно вымытую посуду, снова работал, убирался, опять работал, нежился с аль-Хайтамом в постели, мало спал, снова работал, работал и работал. Хайтам пока не спрашивал, куда тот иногда пропадает, но Кавех чувствовал, что его терпение на исходе. Всё недовольнее с каждым днём становился его взгляд. Всё упрямее поджимались губы. Кавех даже увильнул от посиделок с Сайно и Тигнари, с которых аль-Хайтам вернулся сильно не в духе. За это ему пришлось поплатиться после. На следующий день он не мог присесть. Хотя он пытался переключить внимание аль-Хайтама, тот как одержимый не подпустил его руки и голову к своим штанам. Вот и сейчас, раскрасневшийся после физической активности, Кавех открывал дверь в предчувствии скандала. От него ещё и пахло притираниями, которые они с Нилу перепробовали, кажется, все, прежде чем остановились на том, что должно было понравится Хайтаму. — Я дома! — Кавех повесил свой плащ на плечики в коридоре и вошёл в гостиную.Аль-Хайтам читал совершенно дурную статью, порочащую честь Хараватата и размышлял, стоит ли писать ответ, потому что звание мудреца сразу после публикации он получать не хотел. Когда открылась дверь, он не поднял голову и продолжил читать, делая вид, что ничего не слышал. Кавех постоянно куда-то убегал, и пусть все твердили Хайтаму, что он должен доверять своему партнёру, его терпение было на исходе. И сегодня настроение подсказывало ему изображать обиженную невинность.
Кавех невольно улыбнулся, увидев аль-Хайтама. Он очень ценил его старания. Знал, что тот сдерживается ценой неимоверных усилий, выдавая упрёков и нравоучений гораздо меньше, чем раньше. — Что читаешь? — спросил Кавех, садясь рядом с аль-Хайтамом и заглядывая ему через плечо. — Ах это... — Кавех прочёл первые строчки статьи и после провёл рукой по его плечам, — Дурная статейка. Кажется, только ленивый не обозлился на тебя после той разгромной статьи про даршан Вахумана.— Думаю написать ей хвалебный отзыв, — Хайтам проследил краем глаза движения Кавеха и снова вернулся к статье, — о том, как чтение этой статьи ухудшает умственные способности. Можно запатентовать.
Близости у них не случалось уже несколько дней. Аль-Хайтам был очень напряжен. Кавех это чувствовал, гладя его сильные плечи. Чувствовал и довольно улыбался. "Потерпи ещё немного, аль-Хайтам. Я уверен, я смогу оправдать твои ожидания". — Ты же их почти уничтожил, — шепнул ему Кавех сладко в самое ухо, сдвинув наушники, — Доволен собой?Хайтам контролируемо выдохнул от мягких поглаживаний, стараясь не подавать виду, что обращает на них внимание, но потом этот шёпот в самое ухо...
— Конечно, доволен, — аль-Хайтам позволил себе надменную улыбку, чтобы отвлечься от дыхания совсем рядом с собой.
Кавех забрал у него газету и сел на Хайтама сверху. Поерзал на его коленях. — Я так голоден, — потёрся носом о его щеку, — И так устал. Пойдем поедим у Ламбада? Руки Кавеха сами потянулись к его груди. Кавех удовлетворённо урчал сжимая её пальцами. Ещё один вечер. Ещё немного подразнить. Главное не переходить границу, чтобы Хайтаму не сорвало крышу. Чтобы не успеть поругаться. "Уже завтра ты действительно будешь полностью моим." — Кавех улыбался совершенно довольно.— Я не планировал выходить из дома сегодня, — вздохнул аль-Хайтам, невольно обнимая Кавеха в ответ. — Но пойдём поедим.
Сдаваясь, он проследил пальцами позвонки и заглянул в любимые глаза, ища в них знакомый огонь желания.
Огонь был и ещё какой. Но Кавех опустил ресницы, не давая его прочесть. Знал, что аль-Хайтам тогда скрутит его и не спросит, чего он хочет. А хотелось аль-Хайтама очень сильно. Эти последние приготовления его убивали. Кавех и сам почти постоянно ходил в напряжении. Вот и сейчас Хайтам провел сильными руками по его спине, а он с трудом сдержал порыв скользнуть по его коленям ниже, прижаться к нему животом и потереться, поскуливая, как раненная пума.Реакции от Кавеха не последовало. Аль-Хайтам подавил желание настоять — Нилу постоянно вещала о том, что даже несогласие должно быть по предварительному согласию, и что желания Кавеха не всегда совпадают с хайтамовыми.
Кавех не удержался от последней сладкой ложечки удовольствия. Накрыл губы аль-Хайтама своими в поцелуе. Но поцелуй почти сразу прервал, чувствуя, как сразу зашумело в голове, а пальцы непроизвольно сжались на груди Хайтама крепче. "О, Архонты, помогите. Я с ума сойду." Прежде чем аль-Хайтам успел стиснуть его сильнее, Кавех соскользнул с его колен и взял за руку. — Идём, — мягко улыбнулся он, — Сегодня Тигнари в городе. Поужинаем вместе с ним и Сайно. Тигнари и Сайно, сами того не подозревая, тоже были частью плана. Нилу посоветовала заручиться их поддержкой, чтобы аль-Хайтам вёл себя прилично накануне. Кавех даже был рад сейчас, что аль-Хайтам не такой чувствительный как он. Он кажется не чувствовал напряжения, которое клокотало вокруг них в воздухе. А вот волоски на ушах Тигнари стояли дыбом, когда он смотрел на них со стороны. Кавех подмигнул Ламбаду, и никто не заметил, что весь вечер он подливал ему вино из отдельной бутылки. Кавех выпил прилично виноградного сока: тот кажется плескался даже в ушах. Вино обычно так паскудно себя не вело. Но вино ему сегодня пить не стоило, иначе точно не сдержится и сам завалит аль-Хайтама. А после Кавех, старательно изображая вдрызг пьяного, счастливо заснул прямо на столе. Уже совсем не поддельно. Он очень устал за прошедшие пару недель их совместного проживания.Аль-Хайтам смотрел на счастливого Кавеха с прищуром. Сегодня — нет, но завтра ему нужно будет инициировать разговор. Что-то шло не по плану, и в его планах было выяснить, что именно. Хайтам вёл Кавеха домой, думая о том, что тому следует поменьше работать и уж точно поменьше шляться непонятно где. Но всё завтра.
— Хайтам, ты такой красивый, — сообщил ему Кавех заплетающимся языком. Подумал немного и добавил. — А ещё добрый, — Кавех рассмеялся, — Никогда не думал, что это скажу.— Моя репутация ушла на дно, — аль-Хайтам прислонил Кавеха к стене, а сам достал ключ. — Пора срочно это исправлять.
— Ты хочешь, чтобы я считал тебя злым? — Кавех улыбался, глядя на любимое лицо. Такой сердитый, упрямый... Так хотелось его сейчас поцеловать.— Нет, — признался аль-Хайтам. — Я хочу, чтобы ты считал, что лучше меня никого нет.
Кавех снова даже не пытался к нему даже прикоснуться. Даром что пьяный.
Словно прочтя его мысли Кавех обнял его со спины. Провёл руками по животу, положил ладони на грудь. — Я уже очень близок к тому, чтобы в это поверить, — улыбнулся Кавех, — Мне не хватает только самой малой толики доказательств. Кавех дождался, пока аль-Хайтам откроет дверь, шлёпнул его по пятой точке ладонью и пьяно хохоча скрылся в своей комнате.— Блядь, Кавех!
Но тот уже был за закрытой дверью. Идти за ним Хайтам не хотел, но пообещал себе, что в следующий раз в постели обязательно покажет Кавеху, почему нельзя бить его по заднице.
*** Завершающей нотой в идеально выстроенном плане Кавеха было его появление в утренней рутине аль-Хайтама. Он явился утром на кухню сонный и в новой рубашке. Пуговицы были расстёгнуты до самого живота, позволяя разглядеть резинку белья. — Доброе утро, — зевнул он и налил себе чашку кофе, искоса поглядывая на аль-Хайтама. Знал, что ему сегодня нельзя опаздывать на работу.Аль-Хайтам дочитывал вчерашнюю жуткую статью и пил бодрящий зелёный чай, когда на кухне появился Кавех. Перевернув страницу, Хайтам поднял взгляд и -бульк. Он издал квакающий звук, чай полился у него из носа.
"Может, плюнем на работу?" — спросила правая часть его мозга.
"Нас уволят, если не успеем на собрание мудрецов." — ответила левая.
Хайтам отложил газету, промокнул нос салфеткой и встал из-за стола. Подошёл к Кавеху со спины и собственнически огладил его бока.
— Доброе.
Кавех прижался к нему спиной и смущённо улыбнулся. — А вот теперь действительно доброе, — мурлыкнул он и сладко потянулся в его руках, чуть прогибаясь в пояснице. — Я вчера перебрал, прости, — зевнул он, ненавязчиво потираясь о Хайтама.— Как будто это в первый раз, — аль-Хайтам прижал Кавеха чуть ближе и поцеловал в основание шеи.
Кавех мелко задрожал в его руках, отвечая на ласку. — Аль-Хайтам, — выдохнул он возбужденно, — Я столько работал в последнее время. Мне надо было расслабиться.— С каких это пор секс со мной не считается расслаблением? — ещё один поцелуй, чуть более осторожный.
— Я предпочитаю расслабляться по разному, — хитро улыбнулся Кавех. Положил свои руки поверх рук аль-Хайтама. — Вчера мне хотелось выпить в компании друзей… Правда, я не думал, что выпью так много. Думал, что вечером смогу расслабиться ещё и с тобой. Как жаль, что утренний секс ты считаешь мерзким, — Кавех на миг прижался к его бёдрам.— Мы можем прямо сейчас наверстать упущенное, — Хайтам жарко выдохнул ему на ухо и прижался совсем тесно. — Я даже готов поменять правило насчёт утреннего секса…
— Пойдёшь на такое ради меня? — Кавеха уже совсем потряхивало.— Единожды — да, — Хайтам прикусил мочку его уха и с силой провёл рукой вниз по животу, сжимая его через трусы. — Сегодня точно да.
Кавех сладко застонал и сразу прикусил губу. Во входную дверь настойчиво забарабанили. — Господин секретарь!— Меня нет дома, — прошептал Хайтам, потираясь бёдрами о зад Кавеха. — Мы уже знаем, что можем быть достаточно тихими…
Но в дверь продолжали барабанить. — Господин секретарь, в Академии происшествие!!— Пусть сгорит, в Бездну её.
Скулы сводило от возбуждения, но в дверь продолжали барабанить. В итоге аль-Хайтам с разочарованным полустоном оторвался от дрожащего под ним тела, подошёл к двери и резко открыл её, не заботясь о том, в каком виде предстал перед посетителями.
— Что?
На пороге стоят перепуганный студент. — Господин аль-Хайтам! Вас срочно зовут к себе мудрецы! Говорят дело не терпит отлагательств! Дверь в комнату Кавеха закрылась за спиной аль-Хайтама. Он спешил одеться, на случай если аль-Хайтам пошлёт незадачливого студента лесом.Хайтам уже был одет. Он поправил наушники на голове, взял свой ключ.
— Если это что-то меньшее, чем конец света, я устрою геноцид. И начну с тебя.
Кавех проводил любимую спину в окно взглядом. "Каким же ты будешь взбешённым, дорогой аль-Хайтам" — улыбался он. Впрочем Кавех едва было всё не испортил. Когда аль-Хайтам так тесно сжал его на кухне и безапелляционно дал понять, что сейчас его интересует только Кавех и ничего больше… он действительно был готов ему отдаться. Особенно горячо было, что Хайтам плюнул даже на то, что опоздает. Нилу наверняка догадывалась о таком исходе, когда Кавех бегло делился с ней планами. И это она настояла на своевременном маневре для отвлечения. "Архонты, храните Нилу. Она сделала для наших отношений больше чем мы оба вместе взятые."Студент постоянно оглядывался на него всю дорогу до Академии, но уже когда они почти подошли ко входу, исчез. Розыгрыш, понял аль-Хайтам, и ему это не понравилось. Весь рабочий день после собрания он потратил на то, чтобы найти этого студента, но по описанию "низкий, мерзкий, в шапочке", проходила большая часть всего студенческого состава. Пообещав себе, что справедливость будет восстановлена, Хайтам пошёл домой.
