Подлинное воплощение Хаоса

— Мой повелитель! Умоляю, прости недостойного… Я не смог их привести! — падал ниц Вариман перед троном из бездонного малахита — материала чистого, как прозрачное зеркало, иссиня-серебристого металла. Бледно-голубые огни сверкали в факелах на стенах, подсвечниках и у входа. Атмосфера вечной ночи пронизывала тронный зал пробирающим до костей могильным морозом. Во дворце царил мрак в аристократичном стиле. Охраны не было, видел Вариман уже не впервой. Даже для такого могущественного повелителя Квамадара это казалось явлением загадочным. Нередко Вариман, появляясь во дворце ранее, чувствовал, как демоническая кровь застывала в жилах. С каждым шагом дальше, в тронный зал, интуиция кричала, что демон не вернётся живым. Воистину, дворец, исполненный зловещей тишины, кроме звуков голубых огней в факелах, крайне реже в каминах гостинной, устрашал самого смелого союзника нового правителя этого некогда спокойного междумирья. По возвращению, кастимары исчезли. Эта была иллюзия — редкая сила, благодаря новому правителю Квамадара Вариман и нужен был. Все прочие, инкубы и суккубы (как демоны зовут их Соблазнителями) — способные на невероятные превращения в гибридов земных животных либо творцы могущественных чар — не смогли заинтересовать Некроманта. За что, после окружения войска, поплатились до единого своими душами. Да, у демонов также они есть. Искажённые, на чьих плечах большинства из них сохранились грузы ошибок земной жизни. Теперь же речь шла о судьбе души особенного, по меркам Некроманта, демона-вельможи. Тощая, облачённая в фиолетово-морского цвета костюм — рубаху, поверх плащ, ремень отбрасывал сияние мрачных огней зала, брюки и плотные туфли, — фигура с обыкновением холода взирала на крылатую тварь, молящую о снисхождении, коего совершенно не заслуживала. Во мраке казалось, будто создание, с неестественно лазурными огнями в глазницах щёлкало костями пальцев по краю подлокотников. Пальцы усеивались особыми кольцами, словно впитывающими тени повсеместного мрака. Другая рука удерживала идеально гладкую трость, опираясь на верхний конец. Особый шлем, точно человеческий череп, пугал всякого смельчака, встречавшего своего носителя на пути. «Это был не демон», — проносилось в голове Варимана ежесекундно, — «Ужас Извечной Тишины…» Демон трясся, как легкоодетый человек в зимние холода. — Как далеко ты продвинулся, Вариман? — спокойно, выдержанно, вовсе неспешно спросил Некромант. — Неужели не выяснил, где теперь скрывается Тикки? — Артефакт, где хранится Тикки, прибыл в Междумирье, милорд, — докладывал дрожащим голосом Вариман, не поднимая головы на повелителя. — Хм, вот как, — Некромант стукнул костяшками по подлокотнику снова, пребывая в размышлении, — Выходит, ворам удалось то, чего не получилось у меня. Ты знаешь, что представляет из себя артефакт с квами? — огни угрожающе вперили взор в крылатого. — С-сь-серёжки, — пробормотал глухо Вариман. — Ты лично видел, как избранный использовал артефакт? — Избранная! Она исцелила Кота Нуара… — демона едва ли не кидало в озноб, представляя реакцию на дальнейшую развязку. Огни Некроманта округлились. Пару раз костяшки снова постучали о подлокотник. — Блудная тень вернулась домой… Что ж, я лично встречу её со всеми почестями, — глухим набатом зазвучал смех Некроманта, разнёсшийся по залу грозным эхом. — А ты боялся, — оскалился он в жутко маниакальной улыбке, — Или есть ещё, менее приятные известия? — улыбка дрогнула от быстро возникшего раздражения. — Но сперва встань. Твоя покорность, порой, утомляет. Демон медленно встал. — К сожалению, квами Нуара был уничтожен одной из иллюзий… — ЧТО-О-О-О?!!! — взревел в ярости Некромант. Вскочил, выпрямился во весь рост. Трость немедля воспламенилась синим огнём, обратившись в позвонковый скелет неведомого существа, навершие коего украшали черепа восемнадцати существ, чьи образы отдалённо напоминали мелкие тельца и крупноватые для них головки. И с рожками, и чуть приплюснутые черепа сверкнули дьявольскими оттенками их глаз из прежней жизни. У демона встал ком в горле от ужаса, а сердце сбежало в пятки. Некромант медленно ступал ему навстречу, Вариман попятился назад. — Много лет ты верно служишь, вельможа демонов. Много лет ты не подводил меня. Однако, в пору тяжких испытаний моей страны, ты посягнул на моё добродушие к тебе? Посох сверкнул гаммой трёх цветов — три силы квами задействовал Некромант. Демона парализовало, рядом с ним вырисовывался будто белым мелком по воздуху портал, за которым не было ничего… ни Солнца, ни Звёзд, ни планет… И казалось, что эта беспросветная жуть вращалась — её контуры напоминали воронку. Третья сила призвала шептунов — пять чудовищ окружили демона. Мерцающие зеленоватые огни вытягивали из Варимана всю душу, заставляя её агонизировать через едва слышимый стон. Внезапно, дым потянулся к его ноздрям, ушам и глазам. Некромант повелительно взмахнул ладонью — чудовища придерживали мыслью дым на подходящем для катастрофического ужаса, испытываемого вельможей демонических князей. Мелькнул жёлтый огонёк в одном из черепов на посохе, и демон ощутил, как оцепеневшие части тела постепенно возвращают силу. — Рассказывай, как это произошло?

***

— Маринетт, я не могу больше, — наконец-то присел Нуар на ближайший на опушке леса пенёк. Он по-прежнему тяжко дышал. Катаклизм вновь высосал огромную толику сил. Каждый последующий шаг давался ему всё труднее. — Я не оставлю тебя одного, — уже взяла его руку и собиралась перекинуть через шею, положив себе на плечо. Нуар резко высвободился. — Маринетт, чтобы восполнить силы, мне необходимы чьи-то печальные воспоминания, — стыдливо опустил глаза на землю, — Кроме тебя, в округе ни единой души. — Ты… и так узнал обо мне многовато для первого свидания… — бросила Маринетт. Нуар поднял взгляд, несколько удивлённый, на неё: — Первого свидания? — Ой… — напряглась до кончиков волос Маринетт, сжав зубы и раскрасневшись как спелый томат, — Это не то, что ты имел в виду. В смысле, я имела в виду, когда сказала, что ты знаешь обо мне мало, потому что я люблю… хотела сказать, ТЫ любишь… — чувствовала, сейчас душа расколется на кусочки. Впервые пожалела, что мерзкий Вариман не устроил на них засаду именно сейчас, а парой часов тому назад, — … проникать в чужие воспоминания! — вздохнула про себя с облегчением Мари. «Выкрутилась. Этот ребус он вряд ли поймёт так, как я! Хотя и сама не всегда понимаю себя…» — подумала одновременно. Нуар смотрел на неё, не моргая. — Маринетт, я… — подумал, как лучше сказать, и придумал: «вынужден тебя попросить». — Нет! Даже не проси! — решительно возразила Маринетт. — Это моё проклятье, Маринетт Дюпен-Чен! — неожиданно воскликнул Кот с раздражением. Девушка остолбенела в момент, — Или иди побеждать Некроманта в одиночку! Оба столкнулись с неприменительным по отношению друг к другу действием. И оба не то, что не хотели друг другу уступать — просто не могли. — Проклятье?.. — решила прорвать замкнутый круг молчания Дюпен-Чен. — Не думаешь, что пора прекратить скрывать от меня тайны, Кот Нуар? — С чего бы мне доверять тебе, Маринетт Дюпен-Чен? — фыркнул озлобленно Нуар. Маринетт расстроилась. Глаза сверкнули горечью и долей разочарования. — Я спасла тебя, — вполголоса поникше призналась Мари, — И потом… — присела она рядышком, на соседний пенёк, — Доверие — дело обоюдное. Я поверила тебе в первые же минуты пребывания в Аду. Ты вручил эти серёжки мне. Почему, Нуар? Неужели причина кроется в чём-то ещё? Помимо доверия? Он смотрел ей прямо в глаза. Даже под давлением магической усталости, Нуар не мог не признать, что всякая эмоция души этой девушки смотрится на её лице бесподобно. И сейчас, когда она грустила из-за него, Нуар испытывал и укол совести, и одновременно приятное удовлетворение… что может видеть её так близко, как никого прежде не видел. Не мог он ей признаться, что якшается с другими демонами. Что Маринетт интересна ему абсолютно в деловом плане. Поиск таофельтского кузнеца — вот, что имело сакральную ценность. И свобода… от всех грязных дел, в которые он впутался… — Я доверяю тебе, Маринетт… больше, чем кому-либо в Аду. Ты — чистая душой и сердцем… — затем вздохнул, будто с незримым грузом на плечах, — Словами не выразить уважение твоей смелости и… самоотверженности. Маринетт чуть улыбнулась. — Мне жаль, что я вторгся в твои воспоминания при нашей встрече. И вдвойне жаль, что слишком много тайн и секретов между нами, Маринетт. Я не могу пока раскрыть тебе всего. Впрочем, одну тайну поведаю охотно. Девушка застыла, закраснела. Глаза дрожали от любопытства. Тишина повсюду, некое спокойствие возобладало в душах обоих. — Твоя магия не сможет вернуть мне силы… Девушка немного мотнула головой, приходя в себя. — Таков секрет моего проклятия. Она приуныла, в то же время не могла не отметить, что он проявил нечто большее — честность — хотя далась ему нелегко. — Не спеши узнавать меня целиком, Маринетт, — чуть улыбчивее, хотя и с плохо скрываемой горечью, добавил Нуар, — Никто не стареет в Аду. Нас ждёт вечность. Такого времени достаточно, чтобы узнать друг друга лучше, не разрушив зарождающуюся дружбу между нами. Маринетт ещё сильнее упала духом. «Дружба — это хорошо, но в глубине души стремилась к любви — сильной, неудержимой, о которой она часто читала, смотрела фильмы... — Я… расстроил тебя? — нерешительно спросил Нуар, — Вижу по щёчкам. — По щёчкам? — отвлеклась Мари от пробудившихся печальных размышлений. — Да, — не сдержал Нуар улыбки, — щёчки и носик становятся ещё милее. Маринетт раскраснелась. Внезапно потянулась, чтобы поцеловать его. Но слова о «дружбе» изменили порыв в лучшую сторону. Девушка приобняла Кота. Он ответил на объятие также тепло. — Я узнала ещё один секрет сегодня, Котик, — Мари шептала ему в ухо, отчего Нуар несколько засмущался, но прижимать её не прекратил, — Почему цвет твоей кожи такой тёмный… — Она отпряла от него, но руку с плеча после объятия не убрала. Грозный Нуар напоминал одошманенного прирученного котика в руках заботливой хозяйки, — Ты забирал лишь тёмные воспоминания, восстанавливая силы. Я хочу, чтобы ты увидел мои самые сокровенные воспоминания, Котёнок. Её рука неспешно потянулась с плеча Нуара и скользнула вниз. Она сжала свои пальцы в его ладони. Мари и Нуар в унисон сомкнули глаза.

***

Однако, чем сильнее пробуждались их чувства, тем невыполнимее становилась цель — найти таофельтского кузнеца. Ибо Некромант, отправив Варимана в объятия Пустоты, быстро пожравшей преподнесённый им щедрый дар, уже знал, как встретит незваную гостью и создание, которого ждал больше жизни. Магия квами без труда выдала, какую дорогу выбрали Маринетт и Кот Нуар.