Немного из жизни преподавателя начальных классов и его сына

– Тош, – однажды вечером подходит к сыну Арсений, чтобы сообщить не самую приятную для ребенка новость. – Завтра нам с тобой нужно будет сходить в стоматологию. Мужчина уже готов был успокаивать свое чудо, что и пришлось делать, так как слезы сразу появились в глазах младшего. – Ну, Антош... Только на осмотр, честно. Все-все-все, не плачь, – он берет кроху на руки, ведь тот сам потянулся ручками к нему. – Но у м-меня же н-ничего не болит... – первоклашка утыкается носом в шею старшего, укладываясь подбородком на его плечо. – И это хорошо, солнышко, но зубки нужно проверять два раза в год, а мы как раз полгода назад были у стоматолога, когда медосмотр проходили. Тошик, ну, чего ты? – Н-не хочу н-никуда идти, это с-страшно. – Что же страшного? Мы пойдем к Диме, его ты прекрасно знаешь. Он завтра только осмотрит твои зубки, ничего делать больше не будет. М, Антош? У того, вообщем-то, и не было выбора, мальчик это прекрасно понимал, и ему ничего не оставалось, как согласиться. Слез сегодня было пролито еще немало, конечно, и все по той же причине, но Арсению удалось более-менее настроить ребенка на завтрашний день. Младшего совсем чуть-чуть успокаивал тот факт, что врач, к которому они пойдут - Дима, но все же было так же безумно страшно. Он ничего не может с этим поделать. И даже то, что преподаватель объяснил все, что будет делать стоматолог, да и первоклашка сам понимал, что обычный осмотр не опасен, страх не уменьшало. – Пап... Можно с тобой сегодня поспать? – после всех вечерних водных процедур, спрашивает Антон мужчину. Ему очень хочется обнимашек от старшего. – Конечно, зайчонок, ложись, – спокойно отвечает тот, ласково улыбнувшись. Как первоклашка и хотел, засыпал он в теплых папиных объятиях. Но ночь прошла настолько быстро, будто длилась от силы пару минут. Настало утро. И это утро для младшего далеко не доброе, ведь он помнит что сегодня будет. – Антош, ну что такое? – спрашивает брюнет, смотря на совсем поникшего сына, который ковырялся ложкой в каше. – Малыш, успокойся. Все будет хорошо, я буду рядышком с тобой, – он поцеловал кроху в макушку, проведя ладонью вдоль маленькой спинки. Когда тот позавтракал, хоть совсем мало, так как от страха болел живот, преподаватель отправил ребенка чистить зубки, что тот и пошел делать. Но так как сегодня они идут к стоматологу, почистил зубы он раза три, чтобы все точно-точно было хорошо. – Пап, давай домой вернемся? – когда они на несколько шагов отошли от дома, просит мальчик, сильно не надеясь на согласие. – Анто-ош. Нет, мой заяц. Вот Дима посмотрит твои зубки, и пойдем домой, – спокойно, но в то же время и серьезно сказал мужчина. В стоматологии стало лишь страшнее. Милые рисунки на стенах и телевизор с включенными мультиками, которые должны отвлекать и успокаивать, плохо с этим справлялись. Все, за чем следил ребенок - это то, сколько человек перед ними в очереди. И с каждым уходящим пациентом страх все нарастал и нарастал... Вот осталось два человека. Вроде время до их приема есть, а вроде бы его очень-очень мало, почти нет. Остался один человек. Сейчас он выйдет, и позовут их... Но к Арсению подошла медсестра и что-то сказала, Антон не понял что, а после этого они пошли к регистратуре, сказав, что на пару минут, и чтобы младший никуда не уходил. Из кабинета выходит пациент и сам стоматолог. А папа так и не вернулся... – Привет, Антош. А где Арсений? – интересуется Позов. – Папа в регистратуре, – тихо отвечает бояшка, стараясь не заплакать. – Хорошо. Вернется - заходите в кабинет, – мужчина увидел влажные глазки крохи, поэтому мягко потрепав того по голове, вернулся в кабинет. Вскоре преподаватель вернулся, и они зашли в кабинет, так как младший все сказал. – Привет, Дим, – здоровается брюнет с другом. – Привет-привет. Антошик, садись пока в кресло, – говорит он ребенку, который прижался к папе, не желая отходить от того ни на шаг. – Арс, можешь посадить его к себе на коленки, если Тоше так будет спокойнее, – разрешает врач, понимая, что так будет легче. Кивнув и взяв сына на руки, учитель садится на кресло, усаживая у себя на коленках уже всхлипывающего кроху. – Тише, солнышко, – шепчет Арсений, поглаживая ручки первоклашки. – Всё хорошо, не переживай. – Тош, ну что ты, сегодня же только осмотр. Чего ты так разволновался? – смотрит на ребенка стоматолог, натягивая перчатки. Ответа не было, Антон и сам не знал чего боялся, просто страшно, и все. Дима включил лампу и взял из лоточка, который достал из стерильного пакетика, зеркальце и зонд. – Антоша, инструменты эти помнишь? – уточняет он, замечая робкий кивок. – Вот. И помнишь, что они нестрашные? – тут тоже кивок, но уже менее уверенный. – Откроешь тогда ротик? Я буду делать все то же, что делал и в прошлый раз, когда вы проходили медосмотр, – и нет, тот не кивнул и не послушался. – Ну, в чем дело, Тош? Обещаю, сегодня абсолютно ничего делать тебе не буду. – Котенок мой, ну давай. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее пойдем домой, – подключился Арсений. Сложно. Ребенок очень хочет домой, но он так боится. Но решившись, он зажмуривается и крепко держится за руку папы, но рот открывает. – Молодчинка, – на выдохе хвалит Позов, начиная проводить осмотр. Спустя минутку он разрешает закрыть рот, что кроха выполняет не медля. – Так, ну что скажу, один зуб нужно будет полечить. Небольшой кариес. – Нет! Вы обещали, – взвизгнул мальчик, со слезами и обидой смотря на мужчину. – Да, Антош, я обещал, что сегодня ничего делать не буду, и я свое обещание выполняю. Сейчас вы пойдете домой, просто вам нужно будет еще разок прийти ко мне, – говорит он, отходя от кресла. – Вы можете вставать, – кивнул он, посмотрев на брюнета. – Арс, завтра придете? – Ну вечером, после школы сможем. – Хорошо, тогда я вас записываю на 7 часов? – уточняет врач и получает в ответ "ага". Антон был очень обижен. Его даже не спросили! Никуда он не пойдет завтра. Попрощавшись с Димой, они вышли из стоматологии. – Зайка, все нормально? – спрашивает мужчина, не слыша от ребенка вообще ничего. Тот просто молчал, не отвечал. – Анто-ош... Обижаешься за то, что завтра нужно будет идти к Диме? – игнор. – Понятно... Я дома тебе все объясню, малыш, – спокойно сказал Попов. Стоило им переступить порог квартиры, первоклашка быстро разулся и побежал к себе в комнату. Старший тяжело вздохнул и, переобувшись, пошел к тому. – Тош. Давай сейчас спокойно поговорим с тобой, – предлагает он, садясь на край кровати. – Я не пойду завтра никуда! Только в школу, – скрестив руки на груди, достаточно громко и упрямо сказал ребенок. – Тише, не кричи. Я знаю, что тебе страшно, но, Тош, если мы с тобой завтра не сходим и не вылечим этот зубик, кариес может стать еще больше и лечить его будет неприятнее. Понимаешь, заяц? Да он понимает, но от этого совершенно не смелее. И то, что он себя сейчас так упрямо ведет - лишь его "маска". – Да, но я все равно никуда не пойду, – нахмурившись, но не поднимая взгляд на преподавателя ответил он. – Пойдешь, Антон... – негромко протянул мужчина. – Надо. – Почему меня никто даже не спрашивает? Я боюсь, а вам всем наплевать! – дрожащим голосом возмущается кроха, под конец фразы закрывая личико ладошками и начиная плакать. – Антош, – уже через пару секунд ребенок оказывается в теплых обьятиях на коленках папы. – Ну кто тебе такое сказал, м? Конечно же, нам не наплевать, и мы делаем только как лучше. Или ты думаешь, что нам очень нравится тебя мучать? Это совершенно не так, солнце. Честно тебе скажу, мне самому не лучше, когда я вижу твои слезы, ребенок мой. Ведь я сильнее всех на свете люблю тебя и я не хочу, чтобы тебе было нехорошо... А зубик этот нужно вылечить, пока все не стало совсем плохо, – объяняет он, слыша только громкое рыдание. – Не плачь, Тошик. Успокоиться младшему было непросто, слезы просто не хотели заканчиваться, даже голова начала побаливать. Но примерно через 10 минут Арсению удалось его поуспокоить обнимашками и ласковыми словами.

Следующий день.

– Антош, – на перемене подходит к сыну преподаватель. – Зайка, сегодня после уроков иди ко мне в кабинет, нужно будет задержаться на часик. Это вот этот, если что, – он указывает на свой класс. – Хорошо? – Хорошо, пап, – кивает ребенок. Когда же все уроки у детей закончились, Антон подходит к слегка приоткрытой двери кабинета старшего и чуть заглядывает, почему-то не решаясь зайти. – Иди сюда, Тош, – замечает кроху мужчина, подзывая к себе и дожидаясь, когда тот встанет рядышком с ним. Брюнет снимает его рюкзак и ставит рядом со своим столом, после обнимая мальчика. – Как у тебя дела, маленький? – Хорошо... А зачем нам нужно задержаться тут? – чуть отстраняясь, спрашивает первоклашка. – Да тут документы кое-какие нужно заполнить. Посидишь здесь, можешь домашку сделать или порисовать, а потом домой с тобой пойдем. Времени у нас с тобой еще достаточно... Садись тогда пока за любую парту. – Угу, – тот садится за первую парту, чтобы быть напротив папы, достает тетрадочки и пенал, чтобы делать домашнюю работу. Где-то через полчасика все на завтра у него было сделано, на парте был порядок, а сам он начал ходить по кабинету, все в нем рассматривая. Иногда подходил к Арсению и смотрел что тот пишет, но ничего интересного в этом не нашел. – Антош, поможешь мне? – еще спустя какое-то время, обращается учитель к младшему, получая кивок в ответ. – Смотри, сможешь отнести эти бумаги в соседний кабинет? – Конечно, – соглашается ребенок, уже собираясь идти. – Погоди-погоди. Значит, сейчас выйдешь, повернешь направо и сразу этот кабинет. Там будет мужчина, скажи, что эти документы от Арсения Сергеевича, он знает. Договорились? Хорошо, иди, – услышав довольное "ага", говорит он и начинает уже потихонько собираться. Антон же, гордый, что ему доверили такое важное дело, уверенно шагал к нужному классу. – Здравствуйте! – серьезно поздоровался он с мужчиной, зайдя в кабинет и подходя ближе к нему. – Здравствуй, – улыбнулся тот. – Это от папы. Ой... От Арсения Сергеевича, – сразу исправляется кроха. – Хорошо, спасибо тебе большое, – с улыбкой принимает бумаги преподаватель. – Ну что, отдал? – когда ребенок вернулся в класс, спрашивает брюнет, и тот гордо кивает. – Умница. Сейчас тогда домой пойдем. Дома Антон уже и забыл, что его ждет, вот только не забыл об этом Арсений. – Антош, собирайся потихоньку. – Куда? – не понял младший, но вспомнив, серьезно сказал. – Я не пойду. – Мы вчера это обсуждали, Антон. Иди чисти зубки и переодевайся, – непреклонно говорил мужчина. – Пап, ну пожалуйста... – всхлипнув, совершенно другим тоном попросил первоклашка. Сначала его голос звучал упрямо, но сейчас жалобно. – Заяц, давай так, – присев на корточки и приобняв того, начал преподаватель. – Ты постараешься быть смелым, без упрямства и капризов дашь Диме провести лечение, а потом я тебе куплю каких-нибудь вкусняшек. М? – Киндер купишь? – Если не будешь капризничать на приеме - куплю, конечно, – кивнул старший. – Иди чисти зубки. Сидя перед кабинетом Антона начало потрясывать. Страшно очень. Он пытался отвлечься, смотря мультик на телевизоре, но никак не удавалось вникнуть в его суть, ведь мысли были только о предстоящем мучении лечении. Арсений не мог не заметить переживаний малыша, и то, что слезы у того могут в любой момент показаться на свет. Он ласково гладил того по плечику, то и дело посматривая на время. – Следующие мы, да? – с волнением спросил мальчик, когда в кабинет зашел подросток. – Скорее всего. Тош, не переживай, я же тут, рядом с тобой, никуда от тебя не уйду, – ласково говорит мужчина. Долго ждать не пришлось, ведь примерно через 10 минут из кабинета вышел пациент, а их позвали. Сердечко крохи сразу заколотилось в несколько раз сильнее, а пара слезинок все-таки скатились по щечке. – Привет, – поздоровался стоматолог. Вошедшие тоже поздоровались, а преподаватель уточнил, можно ли снова посадить ребенка к себе на коленки, в ответ получив согласие. – Папа, я боюсь... Очень, – шепчет младший, опустив голову и шмыгая носиком. – Ты чего, плачешь, что ли? – брюнет приподнимает голову первоклашки за подбородок. – Ну котееенок... Иди сюда, – ласково говорит брюнет, усаживая того у себя на коленках. – Дим, буквально минутку... – Конечно, – понимающе кивнул стоматолог. – Антош, все, тише. Давай успокаивайся, ничего страшного не произойдет. Хочешь, я весь прием буду тебя за ручку держать? – тот кивнул, принимаясь вытирать слезы. – Ну вот, хорошо, Тош, – он садится на кресло как нужно, располагая мальчика так, чтобы врачу было удобно работать. Первоклашка сразу же, стоило ему оказаться в этом положении, крепко сжал руку преподавателя. – Все, готовы? – подходит к ним врач. – Антош, на самом деле всё не так страшно. Кариес небольшой, должны быстро управиться, – говорит он, смотря в глазки бояшки. После он взял нужное для осмотра, а именно - знакомые зеркальце и зонд. – Сначала только осмотрю, как вчера. Открывай ротик, – тот слушается. Диму это немного удивляет. Да, ребенку очень страшно, и это прекрасно видно, но уговаривать его вообще не приходится. – Молодец, – не может не похвалить Позов. Он еще раз осматривает зуб, который нужно лечить. – Ага, закрывай. Итак, – он берет бор-машинку с нужной фрезой, показывая ее в первую очередь Антону. – Сейчас я буду работать вот этой штучкой. Она, может, выглядит и страшно, и звучать может громко и пугающе, но на самом деле, больно не будет, кариес совсем не глубокий. Но если вдруг будет неприятно - ручками меня трогать нельзя. Открывай, зайчик, – тот буквально пару секунд сомневался, но, вздохнув, открывает рот. – Умница. Не переживай, – включая прибор и начиная им работать, успокаивающе говорит стоматолог. Звук был очень громким и противным, как и предупредил Дима. Младший начал похныкивать, хоть ничего и не чувствовал. Слез не было, но это пока, кроха и сам не знал сможет ли продержаться и не заплакать. – Ну чего ты, солнце мое, не надо так волноваться... – шепотом сказал учитель, чувствуя, насколько сильно ребенок держался за его руку. – Антоша... Глубоко подыши носиком и попытайся расслабиться. Знаю, что страшно, но попробуй, – посоветовал врач. Мальчик сделал так, как порекомендовал старший. Не сказать, что помогло, ведь этот звук бор-машинки и давление на зуб, так же как и мысли, что в следующую секунду будет больно, никуда не делись. – Еще пару минуток, и я закончу, Тош, – заметив, что кроха все так же волнуется, решает сказать Позов. Он правда работал недолго, после выключая прибор и убирая его. – Молодчинка. Осталась только пломба. Ты знаешь, наверно, что это совершенно не больно, – скорее утвердительно говорил он, но не увидев в ответ ничего, решил на всякий случай кратко рассказать. – Вот, смотри, этой палочкой я нанесу материал, – он показал бояшке зонд. – Видишь, она даже не острая, бояться ее не надо. А потом специальной лампой пломбу высушим. Все это совершенно безболезненно, ничего страшного в этом нет. Я сейчас подготовлю сам материал, а ты пока отдохни. – Хорошо все, Тошик? – ласково спрашивает Арсений, заглядывая в глазки того и слышит тихое "угу". – Умничка мой, – чмокнул он бояшку в висок. Приготовив все для пломбирования, Дима замечает, что младший выглядит уже куда спокойнее, дыхание у того выровнилось, да и он перестал так сжимать ладонь преподавателя. – Ну что, солнце, открывай, – просит мужчина, и кроха не заставляет долго ждать, сразу открывая рот. Позов установил пломбу, что заняло совсем не много времени. А Антон героически вытерпел весь процесс пломбирования. – Вот так умница! – выключая лампу, похвалил стоматолог. – Смотри, как мы быстро управились. Арсений помогает сыну слезть с кресла, после чего встает сам. – Но час нельзя ни пить, ни кушать, – предупреждает врач. – А так, вообщем-то, я вас не держу. Поблагодарив и попрощавшись с Димой, они выходят из кабинета, и не успевает учитель что-то сказать, как ребенок задает волнующий его вопрос: – Пап, ты мне купишь киндер? – стеклянными глазками смотрит он на брюнета, который мягко улыбнулся, услышав этот вопрос. – Конечно, солнце, ты заслужил.