Линии крови

      Запомнив время вчерашнего возвращения Аккермана и прикинув разного рода погрешности, девушка подготовилась к общей вылазке на улицу и за её пределы. Приводила себя в порядок внешне и внутренне. Выбрала из имеющейся одежды самую подходящую — вид в чёрной юбке до середины голени и зеленоватой рубашке, конечно, не вышел очень уж обольстительным, подобающим спутнику, но вполне уверенным в себе. Она воспользовалась зеркалами в спальне и с недовольством, неуютностью признала, что фигура изменилась от недоедания и тяжёлой работы в худющую сторону. Угловатость и ровность линий силуэта не привлекала, в плечах угрюмая сутулость от труда, постоянной нервной готовности. Кива повозилась с тканями, прикидывая, как всё же сгладить ситуацию, и в итоге заколола юбку булавкой на талии, чтобы та стала поуже и лучше выделяла бёдра. Принялась укладывать волосы, насколько позволяла расчёска и заколки, выпрямила спину и плечи. Занимаясь всем этим, марлийка аккуратно собирала мысли во внятное и твёрдое состояние. На сердце порой пробегались и волнение и тревога, словно радость, какую она испытывала, могли просто отнять и разбить. Она была теперь с Кенни, он выбрал её, как и она его. Чувствам нашлось место в сложном мире.       «Все проблемы попробуем решить по мере поступления. Не нужно спешить и додумывать» — успокоила она себя, зная и понимая, что мужчина вполне серьёзен. И если у неё получилось обойти правила и более или менее успешно жить среди элдийцев, то тот устроит это лучше со своими связями и возможностями. Конечно, им ещё предстоит сживаться друг с другом, с характерами. Кива бесшумно выдохнула и прислушалась уже к этому вопросу в голове для предварительной оценки. Аккерман оказался ревнив, что не удивляло особо, а от того больше властен, и отдельно подозрителен. «Надо будет сглаживать такие моменты, мы ещё не так хорошо и не так… полнообъёмно привыкли друг к другу. Со временем это может пройти. Когда мы сумеем доверять друг другу больше» — отметила она для себя, чтобы выстраивать своё поведение для гармоничных взаимоотношений. Кропотливая задачка. Довольно очевидно, что для него те в новинку, как и для неё. Сомневалась, что в свою прежнюю будничность тот частенько захаживал в магазины или занимался тем же совместным бытом, однако теперь им двоим предстояло стыковать свои уклады, что не самое трудное, но куда более сложное: в самой манере жизни, чтобы вышло нечто по-настоящему хорошее как у пары. Но у них имелось то практичное уважение к друг другу, любовь. Сегодня они смогут более внятно попробовать и пощупать друг друга.       Раз уж оба хотели быть вместе, вопреки всем обстоятельствам. Программистка более или менее успокоилась, взглянула на расчёску. Волос осталось между зубцов довольно много. Она попыталась вспомнить — было ли так всегда или же взаправду в последние месяцы волос стало выпадать больше? Никогда не обращала на это особого внимания, а если и отмечала, то мимоходом. Ведь жизнь в гетто сама по себе бьёт по здоровью. «Надо бы сходить к парикмахеру. Да и взять что-то для волос. Возможно, стоит подумать над работой. Не знаю, насколько он захочет меня обеспечивать. Если он правда принесёт мне лекарства, это уже будет очень много. Всякое может случиться и с ним» — она собрала выпавшие, чтобы те не насыпались на пол и направилась из спальни, выключив за собой свет. В целом обозначив для себя важные моменты, девушка чувствовала себя спокойней и позволила себе просто поволноваться в последнем нервном ожидании. Для них двоих грядущая поездка по делам, необходимым, почти как свидание. Кива улыбнулась, покачивая головой, им приходилось теперь разбираться на ходу.       По крайней мере, сегодня она выспалась, поела хорошо и впервые смотрела в будущее не только с цепкостью и серьёзностью, но и мягким волнующим оживлением. Плохо работающий телефон молчал. Она успела пройтись по квартире, закрывая окна перед отбытием, когда от входной двери раздался уже хорошо знакомый звук замка. Девушка выдохнула, сцепив руки на локтях, и прошла в прихожую. Надеялась, что ему понравятся её старания по внешнему виду. Кенни зашёл в уютную квартиру, и на его лице марлийка распознала рабочую задумчивость. Но увидев её, он улыбнулся краешком губ, отдаляя те думы, и пошутил: — Ну вот, сегодня ты меня не подозреваешь в чём-то глупом и хочешь очаровать, — прикрыл серые глаза, довольно оценивая её вид, и протянул ей сумку. Чёрную, с жёсткими бортами. — Примочки для тебя. Что-то надо хранить в морозильной камере. Приём всего я распечатал. Либо заучи, либо прицепи на видное место.       Кива аккуратно кивнула, взяла ношу. Вполне увесистая, и это немного нагнетало. Она раньше никогда не принимала столько лекарств. Но полагала, что это, в самом деле, пойдёт на пользу. Аккерману она пробовала верить в его заботе. — Тогда я сейчас уберу их и мы, — коротко облизнула чуть суховатые губы, оторвала взор от чемодана и вопросительно посмотрела на мужчину: — поедем?       Он лишь согласно кивнул, привалившись к двери, вальяжно вытянув ноги в чёрных брюках. И марлийка поспешила распаковать лекарственные средства.       Одни в самом деле лежали внутри в специальных хладо-кейсах, а замысловатая маркировка на коробках напоминала чем-то о подземных этажах в «Сине-Розе-Марии». Едва ли она их забыла, как и их с Кенни приключения и успехи. Кива решила, что разберётся с этим вечером, лист с инструкциями отложила на холодильник и поспешила обратно в прихожую. Стараясь присесть грациозней, принялась одевать привычные поношенные ботинки на небольшом каблуке, чувствуя, как невольно улыбается. Они вместе по-настоящему, не для какой-то игры или поручения. Нравились друг другу, оба готовы серьёзно слушать. Она аккуратно распрямилась, делая небольшой шажок к нему, и мягко поцеловала. Мужчина же немного смутился — жест проявления эмоций, а не привычного удовольствия, но стал ещё довольней и даже более гордым в движениях. И пока Кива накидывала самую цивильную куртку, он открыл дверь, пропуская её вперёд, позвякивая ключами.       Они, неловко держа некую дистанцию, вышли на прохладную улицу, и Аккерман просто повёл к машине. В молчании угадывалась сдержанность, они явно не привыкли проявлять личные эмоции на публике, и вдобавок новое действие с новыми чувствами приятно озадачивало их. Они не знали, как вести себя, и в равной степени опасались делать что-то большее. Кенни шёл уверенно, но с довольным интересом поглядывал на девушку, и она улыбнулась ему, идя рядом. Мельком осматривалась внятней, чем позавчера: улица, видимо, пролегала в очень хорошем районе. Тут и полотно шире, и парковочных мест хватало на количество обитателей. За деревьями ухаживали и не вырубали как в более отшибных районах, где ей раньше довелось бывать. Пускай осень уже начинала накрывать природу — лысые деревья всё равно её радовали. Ржавая листва лежала собранная в специальных сетках ячейках, на тротуаре полный порядок. На небе, кажется, собирался дождь или же просто хмурость — облака летели точно многослойная дымка, и Кива поправила рукава куртки. В ней достаточно тепло, пока не было ветра или дождя.       Глава Рога остановился у уже знакомого ей стильного купе — грубый внедорожник исчез. «Может, тут есть и подземная парковка» — предположила она под щелчок дверного замка. Кенни всё же из строгой бдительности подождал, пока она послушно займёт переднее пассажирское место, только потом занял своё. Девушка специально не делала никаких резких движений, спокойно пристегнулась, прекрасно ощущая помимо той сдержанной радости чужое частичное напряжение. Для них очень непростой шаг даже такая совместная выездка. Стерильная тишина в машине усиливала это. У неё и самой нервы играли где-то внизу живота. Наконец она собралась с духом, перебарывая собственную напряжённость из-за непривычности. Они всё же вместе, и ей хотелось быть с ним. И она начала с этими эмоциями, учась показывать их ему. — Как на работе? — аккуратно спросила марлийка, взглянула на него.       Аккерман покосился на неё, чуть хмурясь. Возможно, пытался распознать, подлинную причину такого вопроса или же скрытый умысел.       Всё же он занимался совсем не рядовыми делами. Но девушка смотрела мягко именно на него. Порядком уставшего. И мужчина спустя пару секунд, поиграв пальцами на руле, принялся лениво заводить машину. — Разбираемся с группой террористов, — просто ответил он, плавно и постепенно отпуская ту осторожность, принимая девушку в своей жизни. Сближался со всеми моментами, не деля ничего. — Мой отдел хоть и не активен на выездах, но у меня хлопот хватает. Эти дни без особых событий — и то славно. Есть время… заняться нами.       Хмыкнул, начав отъезжать, и даже как-то поёжился в кресле в том сжатом волнении, а Кива понятливо кивнула, прикрыла глаза, чувствуя, как именно они общаются. Это радовало, вселяло уверенность. Да и ей было очень приятно видеть, как мужчина отзывается на неё в нежелании что-то испортить. Они оба старались, хоть и было непривычно. Дорога потекла на одной скорости, жилой комплекс с классическим фасадом и высокими окнами отдалялся. Девушка решила не спрашивать, в какой именно магазин они едут, далеко ли. — Посмотрим, смогу ли я сделать что-нибудь сделать с твоей усталостью, — указала она в заботе и поинтересовалась уже с большей сдержанностью, сцепила пальцы на коленях: — А как там мой архив? — Даже не мечтай о том, чтобы вернуться туда, — сразу же отрезал Кенни, поглядывая в зеркало заднего вида. Но лицо сделалось жёстче. — Одного раза более чем достаточно. Что из этого вышло. — Я не планировала, просто, — она чуть улыбнулась и положила ладонь ему на ногу, — скучаю. Это моё творение как никак. Мне любопытно, как оно там.       Он сам улыбнулся, слушая её спокойный голос и не сомневаясь в честности. То, как она без упрямства принимала его как ведущего, очень льстило и успокаивало. А уж то, что она демонстрировала приглянувшуюся ему разумность, радовало.       И Аккерман выдохнул украдкой, стараясь сохранить ту грань взаимодействия, что они начали вчера. Сегодня оно продолжалось, а не поблекло — на сердце растеклось тепло. И смешка он не сдержал. — Хорошо, Кива. Новый сотрудник не разобрался с ним, но всё работает как часы, — довольно поделился он и взглянул на неё мельком, по-деловому. — Для комплекса это большая потеря, я бы перевёл тебя в свой отдел, но для тебя безопасней не иметь дел с «Синой-Розой-Марией». — Мне хватит и одного военного элдийца, — резонно указала она, сама посерьёзнев малость, покачала головой. — Я никогда не искала проблем. — Вот и молодец, — похвалил мужчина с кивком и перестроился в крайний ряд.       Они как раз остановились на перекрёстке, где движение становилось оживлённей. Стали появляться вывески, заведения, мелькнула одна остановка. Задумчиво поглядывая на остальные машины, на разноцветные огни фар, Кива ощущала себя на удивление хорошо — осторожность в общении не выматывала, а с каждой минутой растворяла лишние тревоги и домыслы. Казалось, что они могли говорить открыто буквально обо всём. «Пока особо сложных тем, впрочем, стоит избегать, но и вечер уже хороший» — задумчиво выдохнула она, отчаянно не желая терять их покой. — И всё же я думаю о работе, — вежливо заметила девушка, чтобы сразу обозначить этот момент. — Мне будет спокойней, если удастся что-то придумать. — Зачем? Или думаешь, что я скупердяй? — скептично уточнил Аккерман, смерил её взором, а потом рассмеялся: — Мы даже да магазина не доехали, а ты уже готовишь план отступления?       Кива почувствовала, как сама улыбается этой лёгкости. Ведь не подозревала его в чём-то именно таком. Во-первых, просто не слишком хорошо его знала в такой сфере, чтобы делать выводы о его внимании и обеспечении, а во-вторых, оставалась жизнь.       Простая и единая для всех. Но его слова уняли часть опасений, заботу от него можно было ощутить. На светофоре ещё горел красный. Она заставила себя спокойно озвучить: — Я думаю, что на свой должности ты рискуешь жизнью. Чаще, чем обычно, Кенни, — посмотрела на него, сжала губы в трезвом принимании такой истины. — А моё пребывание здесь, как никак, зависит от тебя. И я переживаю не только за себя, за тебя тоже.       Кенни резонно кивнул такому доводу, а потом потянулся, приобнял её одной рукой, расплылся в довольном оскале, благо транспортный поток ещё никуда не двигался. И девушка приникла к его руке, ища тепла и поддержки. — Ох, детка, я прожил достаточно, чтобы побеждать в разных битвах за жизнь, — провозгласил он самоуверенно, а подумав, добавил придирчиво: — Но я против постоянной работы. Это кровь, это риски, это ещё и отвлечёт тебя от меня. Я не люблю полумеры и объедки. — Возможно, если ты вернёшь мне мой ноут, — осторожно предположила Кива в раздумье, — то я смогу брать дистанционные заказы на программирование. — Посмотрим. Попозже только, — не стал возражать и сразу спорить, вернулся к рулю, поскольку красный начал мигать. — Только моё условие — не увлекайся. Как дополнение — не имею ничего против. — Думаю, меня это устроит, — согласилась девушка и пошутила, застенчиво поправляя волосы у виска. — Хотя надо посмотреть, как мы справимся в магазине, мистер Аккерман. А то у женщин бывают всякие потребности и запросы.       Он усмехнулся и кивнул, машина гладко тронулась с места, а девушка улыбалась, чувствуя, как и кровь прилегает к щекам, скулам. Чувство его заботы и внимания к ней очень воодушевляло, и ей нравилось проявлять к нему то уважение, что оно не таяло. Всё оставалось как надо.       Аккерман выбрал большой супермаркет, явно высокого класса, что не вызвало удивления — чувство собственной неловкости. Кива, когда ещё работала в Митре, лишь заходила в такие посмотреть как на выставку в музее. А сейчас мужчина без колебаний поручил ей тележку и дал полную свободу по выбору продуктов, какие ей бы ни захотелось. Они вдвоём медленно и неспешно продвигались по бесчисленным рядам. Девушка со скрытой опаской посматривала на дорогие упаковки и указанные на табличках параметры по типу места выводки и забоя животных, вылова рыбы, сезоны сбора. Кенни без проблем чувствовал её не очевидное напряжение и обходился без комментариев. — Мне определённо понадобится мой ноутбук, Кенни, — озадаченно пробормотала марлийка, ставя на дно тележки упаковку томатов. — Моих навыков готовки не хватит для всего этого. — Хорошая попытка, — хмыкнул он, потянулся за контейнером с черемшой. — Я же сказал, что ещё посмотрю на твоё поведение и только после верну тебе технику.       Посмотрел на неё самодовольно, заткнув одну руку за пояс, отодвигая полу тёмно-серого пальто. Кива выдохнула — его подозрительность и утомляла, и забавляла по-своему. Она тоже без особых проблем видела его глубинные эмоции и подлинные мотивы. — Я могу тебя заверить, что только с ноутом мне не удастся твою квартиру оснастить ловушками по типу наклонного пола, — пошутила она и облокотилась на ручку тележки. — Хотя если ты готов есть что-то невнятное, сырое или горелое, то можно и подождать.       Тут уж он озадаченно прищурился, вероятно, поняв степень угрозы и молча положил зелень к прочим покупкам.       Но и секундные размышления и оценка риска не изменили его мнения. Аккерман наклонился в сторону, к девушке. — А ты хочешь меня накормить? — вкрадчиво спросил мужчина, сам переходя в наступление.       И Кива почувствовала то смущение, неловкость, присущую им обоим, и ту радость. На мгновение отвела взор, и спутник неожиданно притянул её к своему боку, поддразнивая. И она лишь сперва молча кивнула, потом тихо вдохнула воздуха в грудь. — Хочу, — негромко ответила она и повернулась к нему. — Правда. Чтобы у нас был дом и нам было хорошо.       Польщённый её вниманием и заботой, мужчина чуть ли не светился. Они продолжили путешествие по рядам, тщательно посматривая на выбор друг друга. Словно пытались узнать о предпочтениях. Тележка постепенно заполнялась не только свежими продуктами, но и долгого хранения, что-то на закуску. Содержимое начинало выглядеть как полноценный припас на пару недель. Крупы, зелень, овощи, мясо и рыба: свежее и в глубокой заморозке. Оба, впрочем, проигнорировали свежий хлеб.       Девушка брала на пробу и упаковки орехов, разных сладостей, а глава безопасности придирчиво отбирал мёд, фрукты, остановился на долгих десять минут у ряда спортивного питания. Читал состав разных продуктов, что-то откладывал. — Занимаешься в зале? — осведомилась девушка, с интересом следя за этой вдумчивостью. — Вроде твоя работа помогает тебе поддерживать форму и без этого. Я, конечно, не в курсе всего, но и так догадываюсь. — Я знаю вещи поприятнее и не менее энергозатранее, — заверил он её на сей раз с открытым намёком, и эта знакомая манера заставила её открыто улыбнуться вопреки игривости и новому, уже жаркому смущению. — Мне не двадцать, а за тобой надо будет поспевать.       Он принадлежал ей и, несмотря на эту поверхностную игру, обещал дарить ей большее, чем все эти бравадные реплики, как ни одной другой до неё. — Надеюсь, тут есть отдел с косметикой, — произнесла она медленно и отстранённо, схватив протеиновый батончик с миндалём, чтобы скрыть блеск глаз за якобы чтением. — У меня вроде всего навалом, — отметил Кенни, покручивая банку с арахисовой пастой, кивнул и поставил на картонную упаковку с филе камбалы. — Гели, шампуни. Я люблю чистоту, Кива. — Я заметила. Ну-у, знаешь ли, — протянула девушка и, набравшись храбрости, посмотрела на него, привлекая его серые глаза, — привести себя в порядок можно и по-разному. Всякие процедуры.       Теперь настал его черёд смущённо и голодно вспыхивать взором, только Аккерман не отвёл его, хоть и переступил взволнованно с ноги на ногу. — Даже если и не найдётся, мы заедем туда, где всё необходимое продаётся, — решительно заключил он, оценил заполненность тележки и то, сколько они ещё тут пробудут. — На первое время, пока разбираемся, а потом, — пригляделся к Киве точно осторожней и не совсем уверенно: — как насчёт салонов? — Только за, — признательно и просто кивнула ему, не зная, куда себя деть от внимания, и избавляя его от лишней неловкости.       Мужчина совсем уж довольно закивал — не возникало нужды озвучивать, что он без колебаний оплатит ей такой полноценный уход за собой. Они оба это понимали. Прошли в отдел молочной продукцией, потом Кенни вновь задержался в винном отделе, и ещё через минут двадцать они выходили на парковку с тележкой полной пакетов. Вечер не самый поздний, но стало заметно прохладней. «Жаль, что завтра у тебя не выходной», молча покачала девушка головой, посматривая на освещение и фонари, ёжась в своей старой куртке. Блики электрического света, движение огоньков машин за полосой деревьев.       Обстановка буквально порождала нечто усталое и предвосхищающее долгожданный отдых. Вдвоём. На удивление, девушка отметила, что чувствует себя немного измотано, хоть и сделала сегодня гораздо меньше, чем приходилось трудиться в гетто. Преодолевая последние метры до купе, украдкой растирая спину, она подумала о том, что там у неё не было права замечать такое — только двигаться дальше. Сейчас же всё невероятно менялось, и мысли о том, что всё это, хорошее и удивительное, лишь временно сами собой проскакивали. Впрочем, Кива старалась сама справиться с опасными эмоциями, не грузить ими мужчину — они оба должны стараться. Аккерман открыл багажную дверь, и они принялись ставить пакеты с покупками. Девушка заметила уже лежащие там небольшие коробки без надписей и маркировки. — Роутеры, — указал Кенни, заметив чужой взор, а потом заинтересованно хмыкнул и протянул: — Полагаю, что через приложение сможешь рецепты — у меня несколько сотрудников так смотрят видео на перерывах. Теперь у тебя нет отмазки. — Посмотрим, — марлийка пододвинула шуршащие пакеты, чтобы поместились в не самый большой багаж, улыбнулась, прикрыв глаза. — Хочется приготовить что-то интересное. Надеюсь нам понравится. — Всё, что глянется и захочется. У меня нету никакой аллергии. Я только сладкую придурь не особо уважаю, — честно поделился мужчина, перенося последний пакет, распрямился. — Не думаю, что я приготовлю из говядины пирожные, — с усмешкой заметила Кива, окинув взглядом их покупки. — Переживать тебе не за что.       Аккерман издал смешок и закрыл багажник, девушка же всё же выдохнула и ещё раз огляделась. Облачность на небе не рассеялась, но влагой, к счастью, не запахло.       Зато в низких облаках расплывались пятна прожекторов, небоскрёбов в стороне. Митра всё же невероятно большой город, и она больше не чувствовала себя в нём одной. Даже по крови. Одиночество не тяготило, но принятие её другим давало внутренних сил именно жить с улыбкой. Мужчина потрепал её по плечу, отвлекая от созерцания и раздумий, а движения вышли на удивление заботливыми. И девушка вдохнула воздуха в грудь, посмотрела на него с мягкой уверенностью: — Теперь куда-нибудь за всякой косметологией? — аккуратно уточнила, а потом и добавила на предупреждение: — И может, не лишнее в аптеку?       Кенни сперва прищурился в скептичном раздумье на последний вопрос, точно хотел что-то ответить, но потом всё же рассудительно кивнул, повёл девушку к пассажирскому сидению. — Да, пожалуй, в аптеку стоит. Не повредит, — сдержанно и медленно ответил он, потянувшись во внутренний карман за сигаретами, но отдёрнул руку. — И на сегодня хватит поездок. Выглядишь устало, Кив. — Да и ты тоже после работы, — кивнула Кива, одарив его поддерживающим взглядом. — Отдых и тебе не помешает.       Аккерман довольно улыбнулся и её заботе, открыл перед ней дверцу и закрыл, когда она устроилась в кресле. День близился к концу, но общая усталость напряжённых недель до давала о себе знать.       Пока он выруливал с парковки, быстро построил в телефоне маршрут к последним магазинам в одном из торговых центров. И девушка отмечала, что обратная дорога выходила как-то быстрее, хоть транспортный поток и не стал менее оживлённым. Возможно, им уже просто хотелось домой. В отдел косметики и прочего ухода Кенни зашёл напряжённый, но расслабился, приметив и знакомую мужскую секцию. На то, что отбирала Кива для пользования, он посматривал со смесью любопытства и опасок. Лосьоны, крема, банки, о содержимом которых догадывался лишь относительно. Впрочем, девушка справилась быстро, чётко зная, что нужно сейчас, и вышло всего не очень-то много, что он отметил одобрительным кивком. Не хватало свою ванную заставлять всем подряд и превращать в женскую обитель. Сделав круг и по мужской секции, они направились в аптеку. И там уж девушка с долей напряжения смотрела на то, как Аккерман выбирает без сомнений презервативы и разную смазку, хотя на её взгляд — разницы не было. Защита и комфорт. Очевидно, что разница всё же существовала. Тёмный в желании взор Кенни точно говорил, что она всё довольно скоро узнает и поймёт всю прелесть. Но особо он её не смущал фразами и жестами, да и на людях им обоим было гораздо спокойней вести себя сдержанно и неприметно. И оба признали эту гармонию друг в друге, уважение. Оказавшись вновь в машине, Кива даже расслабилась — первое и собственное испытание они преодолели. С усилиями на осторожность, с хорошими результатами. — Что ж, мы молодцы, — подвёл итог мужчина, и девушка радостно кивнула. — Надеюсь, обойдёмся без пробок. Всё это ещё распаковывать надо. Никогда так много не брал.       Машина тронулась, они поехали теперь домой. В тишине, точно усваивали совместную вылазку, думали о том, что ещё предстояло сегодня и что им ещё хотелось сделать. Да и слова сделались излишними, им было хорошо друг с другом. Это стало довольно очевидно во всём своём проявлении. Кива улыбнулась, глядя в лобовое на дорогу, но краем глаза подмечая, что и мужчина тоже улыбается. Для них двоих первое и новое прошло просто отлично, подтверждая правильность решения быть вместе.