Избалованная

Мэй всегда считала, что она легко может находить общий язык с людьми, если ей это необходимо. Обычно многие легко налаживали с ней контакт, что помогало легко и непринужденно добиваться выгоды. Сейчас же девушке начинало казаться, что весь её навык коммуникации куда-то исчез. Бо́льшая часть сотрудников, которые были интересны кореянке в качестве приятелей, смотрели на неё высокомерно. В частности, в небольшой таблице лидировал Найджел Киплинг, являющийся креативным директором «Подиума». Тот самый лысый мужчина в очках, которого Сонг встретила в свой первый день. На контакт мужчина не шел совершенно. Брюнетка довольно ненавязчиво пыталась завести с ним диалог, но мистер Киплинг почти полностью её игнорировал. После нескольких попыток она перестала пытаться обратить на себя внимание правой руки главного редактора. Очевидно, это оказалось весьма бесполезным занятием. В то же время Сонг крайне повезло с тем, что Джослин, а она была главой отдела аксессуаров, оказалась вполне приятной жизнерадостной девушкой. К слову, в первый день Мэй видела и её тоже, отметив красивую короткую стрижку рыжих волос. С Джослин они даже обедали за одним столом пару раз. — Эмили, мне нужно, чтобы вы забрали у Джеймса эскиз моего платья, — выглянув из кабинета, сообщила главный редактор, глядя на брюнетку. — Надеюсь, в этот раз никакая собака или кошка на вас не нападет. Мэй сощурила глаза, борясь с желанием сказать что-нибудь грубое, например: «Я тоже надеюсь, что никакая драная кошка вроде вас на меня не нападет». Что ж, так говорить нельзя. Сонг оставалось только встать с кресла под злорадным взглядом Эмили и, взяв сумочку, отправиться к Джеймсу Холту. Этот дизайнер казался довольно многообещающим, насколько могла судить Мэй. Те несколько коллекций, которые она видела в интернете, выглядели весьма и весьма неплохо. Она даже как-то раз написала об одной из них в своём блоге, отметив удачный авторский почерк Холта. На улице снова стояла невыносимая жара. Тот факт, что Мэй была одета лишь в тонкий облегающий топ белого цвета и молочные джоггеры, не мешало слепящему солнцу обжигать её кожу. Возможно, придется купить солнцезащитный крем или что-то в этом роде, иначе она сгорит на солнце. Только зайдя в здание, где располагался лофт Джеймса Холта, Мэй смогла облегчённо вздохнуть. Даже в такси с кондиционером уличный жар ощущался довольно сильно. Шагая по холлу здания, Мэй снова почувствовала подобие тоски по красивым дорогим отелям, где она останавливалась все эти годы, путешествуя с семьёй. В арендованную квартиру возвращаться становилось всё труднее и труднее, ибо эти голые белые стены и убогая мебель резали глаза. Можно было подумать, что спустя время она привыкнет, но нет. Сонг все с тем же раздражением бросала взгляды на чрезмерно громкий холодильник, который по ночам начинал громко гудеть и щёлкать. Подойдя к двери, на которой было написано «лофт А», Мэй нажала на кнопку звонка. Спустя минуту ей так никто не открыл. Прислушавшись, брюнетка различила звуки музыки сквозь дверь и раздражённо вздохнула: конечно же тут какая-то тусовка. Стоило сразу об этом подумать, а не стоять целую минуту, нажимая на дверной звонок. Аккуратно, но вполне уверенно распахнув дверь, Мэй сразу оказалась окружена мелодией бессловесной электроники и разговоров гостей. Прикрыв за собой металлическую дверь, брюнетка неторопливо прошла по коридору, заполненному молодыми ребятами, которые сбились в группы и болтали друг с другом. Квартира была оформлена в современном, слегка минималистичном стиле с упором на темное дерево теплого оттенка и светлые вкрапления мебели и картин. Панорамные окна угловой гостиной смотрелись очень неплохо. Не менее приятным фактом было то, что они оказались достаточно затемнены, чтобы не пропускать чрезмерное количество солнечных лучей в комнату. Окунувшись в столь расслабленную атмосферу, Сонг и сама слегка успокоилась. Кто бы знал, как ей не хватает этих тусовок. Она почти забыла, что значит быть в курсе всех элитных вечеринок города. Не так давно она по умолчанию была приглашена на большинство подобных мероприятий. Увы, нельзя забывать и то, что Миранда ненавидит долгое ожидание, а потому Мэй следовало найти Холта и получить у него эскиз. Окинув взглядом зал, брюнетка легко нашла статного мулата в белоснежной майке с большим вырезом, поверх которой была накинута столь же белая свободная рубашка с коротким рукавом. На его ногах сидели лиственно-зеленые брюки карго приглушенного оттенка. В руках он держал прозрачный стакан на тонкой ножке, вероятно, с мартини. Мэй знала, что Холт вполне симпатичный, но в жизни он оказался даже лучше. — … так что я молю Бога, чтобы их одобрили, — с улыбкой произнес мулат, глядя на своих собеседников. — Прошу прощения, — с обаятельной улыбкой произнесла Мэй, обратив на себя внимание группы. — Мне нужна небольшая помощь, мистер Холт. — О, я внимательно слушаю, — доброжелательно произнес мужчина, отходя в сторону от беседующих. — Всегда готов помочь таким обворожительным девушкам. — Увы, обворожительная девушка здесь по работе, мистер Холт, — мягко вымолвила девушка, подведя Холта за локоть к свободному месту в комнате. — Пожалуйста, лучше просто Джеймс. — Хорошо, — довольно улыбнулась Мэй, глядя на собеседника. Если они встретятся ещё раз, она была бы совсем не против сходить с ним на свидание. — Миранда сказала, что мне нужно забрать у вас эскиз её платья. — О, так вы новая Эмили? — со смешком спросил дизайнер и отпил из своего бокала. — Меня зовут Мэй, и я бы предпочла, чтобы меня не сравнивали с моей коллегой. Я не настолько помешанная на работе, как она, — широко улыбнулась брюнетка, хотя вопрос едва не заставил её хорошее настроение испариться. Ладно, такому красавчику можно простить эту глупую шутку. — Понимаю, — хмыкнул Холт. — Пройдёмте, я подготовил кейс с эскизами. Они вместе двинулись сквозь оживленную толпу. Время от времени с разных уголков лофта доносился лёгкий расслабленный смех. Мэй разглядывала помещение и людей, пытаясь запомнить каждую капельку этой атмосферы. Она слишком давно не была на тусовках, чтобы игнорировать ауру воздушного веселья. Хотелось остаться здесь и найти какую-нибудь незнакомую компанию, влиться в неё, стать центром разговора. — Вот он, — проговорил Джеймс, беря в руки узкий серебристый кейс с металлическими уголками. — Здесь эскиз для Миранды и гвоздь моей осенней коллекции. Особо секретная информация, — последнюю фразу дизайнер произнёс громким доверительным шёпотом. — Не спущу с него глаз, можете быть уверены. Разве я могу вас разочаровать, Джеймс? Холт улыбнулся уголком губ, с интересом окинув взглядом собеседницу. Мэй уже почти отвыкла от такого внимания, поскольку редко появлялась где-то кроме работы и продуктовых магазинов, где в основном ходили сморщенные старики, небритые сорокалетние неандертальцы и уставшие бледные женщины, вокруг которых бегали дети. — Знаете, Мэй, может быть придёте сюда на тусовку в следующую субботу вечером? Тогда и расскажете, как прошла доставка моего супероружия, — карий взгляд молодого мужчины блестел интересом. — Буду очень рада, — обворожительно взмахнув ресницами, ответила девушка чуть более тихим и глубоким тоном. Даже если секса с Холтом не случится, или он станет одноразовым событием, Мэй всё равно получит тонну выгоды. Теперь у неё появится возможность войти в компанию модных людей Нью-Йорка. Это будет неплохим началом. Когда у неё появятся знакомства, то ей будет нужно только выбирать между вариантами, как провести вечер. — Привет, Джеймс, — с усмешкой произнёс незнакомый блондин в темных солнцезащитных очках. У него были кудрявые волосы, которые мужчина заплел в короткий хвост. — Я думал, что ты уже совсем превратился в дединсайда в этом своем логове. Давно от тебя ничего не было слышно. — Много работы, Крис, — ответил Холт и указал на чемоданчик в руках Мэй. — И всё в этом кейсе, представляешь? — Увы, но я вполне тебе верю, — хмыкнул блондин и повернулся к Сонг, которая с приятным удивлением разглядывала мощный торс, скрытый черной футболкой и сильные руки, испещренные татуировками. — А вы Хранительница его секретов? — Временная, — тихо рассмеялась брюнетка, радуясь тому, что наконец попала в свою стезю. — Я суперагент, который должен доставить особо секретные материалы. — Я доверяю ей как себе, — поддержал шутку Джеймс и улыбнулся. — Мэй, это Кристиан Томпсон, крутой журналист. Крис, это Мэй, ассистентка Миранды Пристли. — Ох черт, я предполагал, что вы можете работать у Миранды, но скорее уж моделью, — заметил Томпсон, взглянув на кореянку поверх очков. — Кажется, я оказалась среди ловеласов, которые обожают делать льстивые комплименты женщинам, — ответила брюнетка, насмешливо глядя на мужчин. Оба одинаково ухмыльнулись. — Крис, может угостишь Мэй чем-нибудь? — попросил Холт, взглянув на журналиста. — Я очень хочу, чтобы наша новая знакомая была полностью довольна. — Ох, спасибо большое, но мне пора. Было приятно побеседовать с вами обоими, но я всё ещё на работе, — покачала головой Сонг. Чтобы заинтересовать человека, нельзя сразу вываливать ему всё о себе. Нужно держать интригу и не показывать чрезмерный интерес. Большинство мужчин, как считала Мэй, обожают завоёвывать женщин, которые не сразу поддаются, но при этом выглядят заинтересованными. — Мы разговариваем всего ничего, — возразил Томпсон, пока Холт отпивал из своего бокала. — Миранда же не убьет вас, если вы задержитесь на десяток минут. — В этом я не особо уверена, мистер Томпсон, — фыркнула девушка. — Кристиан, — поправил её мужчина, снова взглянув на неё поверх очков. — Я запомню, — рассмеялась Мэй и похлопала его по плечу, проходя мимо. Лавируя между гостями, она чувствовала взгляды двух мужчин на себе. От этого сладкого ощущения внимания звенело в голове. Как же всё-таки приятно общаться с теми, кто не пытается на каждом шагу втоптать тебя в грязь. Выйдя за дверь, брюнетка снова ощутила, как на неё наваливается тяжесть нынешнего образа жизни. Работа, дом, магазин, дом, работа… Просто ужасно. В бо́льшую часть вечеров Мэй не могла отправиться в клуб лишь по той причине, что оказывалась вымотана бесконечными заданиями босса. Жара не желала оставлять её ни на секунду.

***

В лёгких сумерках Нью-Йорк выглядел немного лучше, чем при свете дня. Неоновые вывески тут и там, звуки музыки, гирлянды, блестящие фонари. По главным улицам бродили люди, развлекаясь и гуляя. Выскользнув из метро на свежий воздух, Мэй вздохнула полной грудью, радуясь освобождению из темного жаркого вагончика, заполненного толпой людей. Шагая по тротуару, она ловила цветные пятна одежды прохожих, их лица, слегка осветленные последними красноватыми лучами заходящего солнца. Сонг так и не смогла привыкнуть к неприятным поездкам в метро. К сожалению, постоянно ездить на такси она не могла, а потому пришлось выбирать: отправляться на работу на такси и с утра не выглядеть, как переделанный сендвич, или вечером ехать домой на машине, отдыхая после тяжёлого дня. Для девушки выбор казался вполне очевидным, поэтому по вечерам она добиралась домой сначала на метро, а потом пешком. В ушах играла лёгкая мелодия, которая идеально подходила под расслабленное настроение брюнетки. Наступал темный вечер, небо серело над головой, словно сизое крыло птицы. Вдруг музыка перестала играть, сменившись рингтоном звонка. — Слушаю, — проговорила кореянка, проведя пальцем по наушнику. — Привет, Мэй. Как ты? — спросила Наён мягким тоном. За последние месяцы Мэй редко слышала его по отношению к себе, но после отъезда всё вернулось на круги своя. Как ни странно. — Иду с работы. Сегодня пораньше получилось. «Пораньше» для сотрудников Миранды означало то же самое, что и «немного задержался» для обычных людей. Мэй считала очень глупым желание Пристли работать от рассвета и до глубокой ночи. При таком темпе проще выгореть, чем сделать что-то путное, но брюнетке было все равно, кто как работает, пока эта схема не затрагивала её саму. Разговоры с матерью становились всё проще и проще. Девушка выработала стратегию, которая заключалась в том, чтобы рассказать общие детали своего дня, послушать рассказ матери и спросить о семье. Наён обычно передавала привет от Тэмина и отца, но Мэй не особо обращала на это внимание. И так было ясно, что никто из них не просил «передать привет». Решив для себя, что она не будет больше зависеть от родителей, Мэй стало не так тяжело переживать их недовольство собой. Наён даже по телефону иногда умудрялась сделать дочери замечание, но девушка часто пропускала это мимо ушей. Раньше она старалась делать всё назло родителям, но теперь это желание сильно ослабло. Будто вечно натянутая струнка порвалась и больше не звенела внутри. Стало легче. — Ладно, пока. Я пришла домой, сейчас буду ужин готовить, — проговорила брюнетка, доставая ключи из сумки. — Хорошо, дорогая. Спокойной ночи. — Тебе тоже, — ответила Мэй, продолжая рыться в сумке. Наушники подали звуковой сигнал, что означало окончание разговора, и замолчали. В тишине раздался скрип двери, и Сонг недоуменно подняла голову. Что ещё за источник шума? Им оказался парень в круглых очках с тонкой оправой. Кудрявые коричневые волосы отчего-то отливали медью в теплом свете коридорной лампочки. Он вышел за дверь с черным пакетом, завязанным в узелок, и замер, уставившись на Мэй. Кореянка поджала губы, оглядев застывшего парня, и наконец достала ключ. Вставив его в замок, она начала прокручивать кистью. Вместе с этим послышались лёгкие шаги. — Эм, здравствуйте. Мэй до конца повернула ключ и достала его из замочной скважины. Переведя взгляд на парня, она вопросительно подняла бровь. — Ну привет. Сосед оказался одет в растянутую серую футболку и черного цвета боксёры, которые повидали многое. Сонг, конечно, понимала, что незачем наряжаться для того, чтобы вынести мусор, но ходить в таком виде она бы не стала даже дома. — Я хотел это… познакомиться. Мы же типа соседи, — заявил парень и его лицо, покрытое россыпью бледных веснушек, чуть изменило свой оттенок на нежно розоватый. — Типа того, — согласилась брюнетка, нахмурив брови. Скажет ли этот нерешительный мальчик что-нибудь полезное сегодня? — Если у тебя что-то важное, то говори. Я не хочу тут стоять до второго пришествия. Парень тут же испуганно раскрыл глаза и сжал челюсти. Мэй выразительно посмотрела на него, находясь на грани своего терпения. — Э, нет, простите, я не хотел вам мешать, просто… это… кхм… — парень опустил глаза вниз и ссутулил плечи. Но даже так он внушительно возвышался над Мэй, хотя со стороны — девушка была уверена — выглядело это совершенно наоборот. Раздражённо цокнув языком, Сонг открыла дверь в квартиру, а затем захлопнула её, не обращая внимания на мямлящего парня. Она просто так потеряла пять минут своего времени.