Как можно убить Бога?

      Меган стояла перед дверьми одной из золотых башен уже пятнадцать минут, не решаясь войти. Солнце в зените тускло освещало сквозь беспросветную пелену облаков все богатство и успешность снующих тут и там людей, в воздухе витали струны ароматов дорогих парфюмов, подчёркивая всё несовершенство и комичность Мэг в этом месте. Удивительно хмурый март в этом году.       Череда деловых костюмов и строгих юбок под цокот каблуков проносилась мимо, стремясь каждый по своим делам.       Укутавшись в старую бордовую куртку, Меган бесцельно пялилась в стеклянное полотно входной двери, будто в мёртвый глаз диковинного чудовища. Правду говорят, эти золотые башни дышат жизнью лишь по ночам, пропитанные тёплым свечением пульсации сотен роившихся внутри душ и их потаенных желаний. Днём же они больше напоминают скелет с копошащимися меж железобетонных рёбер червями.       Меган сглотнула и вошла внутрь через вращающуюся дверь.       Два дня кряду Мэг рассуждала над предложением Адама, взяв на работе отгул под возмущенное бухтение Сида. Мистер Холл был чертовски красноречив и доходчив… Особенно когда после разговора в кафе на следующий день прибыл к ней в разрушенную квартиру и предложил помощь. Пришлось его очень вежливо и крайне настойчиво выпроводить. И всё же он успел вложить ей в голову свою ложку дегтя.       Из памяти не выходил их разговор посреди прихожей — единственной прилично выглядящей на тот момент части квартиры:       — Это звучит очень небезопасно… Безумие! — Возмутилась Мэг, сжав во влажной ладони край большой домашней футболки.       — Понимаю, это кажется… Опрометчивым. Но я уверен, что ваша ценность сыграет вам на руку, если мы предвосхитим их следующий шаг — завладеть вами.       Адам говорил спокойным и ровным голосом, мягко лаская слух баритоном, будто не рассказывал ей об опасной для жизни операции, а просто обсуждал новость с первой полосы утренней газеты.       — Мне не нравится слово "завладеть", — пробурчала Мэг, рассеянно глядя в стену. — Итак, вы предлагаете мне прийти на личную встречу с мистером Крейном, верно?.. С тем мистером Крейном, который, по вашему же мнению, пытался через посредников меня убить. Я ничего не упустила?       В её тоне засквозила кислая нота сарказма. Мэг шумно выдохнула, взвешивая все за и против данной авантюры.       — С чего вы вообще так уверены, что это Крейн? Он меня спас, вроде как… — Её осторожный шепот постепенно выровнялся. — Поймите меня правильно, мне непонятна причина вашей уверенности, а я все-таки планирую подвергнуть себя опасности добровольно. Соваться в пекло без видимой на то причины я не привыкла.       — Видите ли, мистер Крейн… Рассел… Некогда он был моим близким другом.       Губы Адама рассекла горькая улыбка побеждённого. Сквозь стекла очков в его глазах можно было рассмотреть отражение всех шрамов, что нанесла ему эта дружба.       — Мы получили наши метки вместе, когда закончили колледж. Вместе познавали силы, тренировались, заставляли жизнь идти в привычном ему ритме: он помогал людям найти их последний приют в его Царстве, я — ведал за миром, координировал наших сторонников. Мы находили других меченых, вербовали, обучали новообредших. Но в какой-то момент я стал замечать, как сильно его испортила мощь Аида.       Адам смолк, будто перебарывал тупую боль, мешающую говорить. Меган почувствовала, как вниз по позвоночнику трусливо побежали мурашки.       — Он стал скрытен, едок. Завел друзей-меченых с, мягко говоря, не самыми благими намерениями и опытом за плечами. Рассказывал мне о Книге и о темнейших ритуалах, которые она хранит. Хотел, чтобы мы вместе её отыскали и использовали для страшного ритуала. Он хотел окончательно объединиться с божественной силой, связать себя с ней, став не просто меченым, выполняющим волю своего Бога, а превратившись в самого Бога… Полновластного. Затем он убил меченого, чтобы завладеть его силами и укрепить своё положение в городе, вступив в наследство. Это стало последней каплей.       Меган сглотнула. По телу пробежала волна продирающего до костей холода.       — И с чего вы взяли, что он не убьет меня ради моих сил?       — Вы пока слабы, мисс Коулман. И насколько я знаю, все меченые, чьи силы были бы ему полезны, и так у него в услужении. Вы были бы ему интересны как послушный инструмент. И как та, что была ближе всех к его желанной цели. Ему нужен ваш опыт и ваши знания, а если вы будете мертвы, он их не получит. Логично?       Послушный инструмент.       Если бы Адам знал, как сильно он задел её этим сравнением, он бы из вежливости наверняка промолчал. Меган всю жизнь была чьим-то инструментом. Сначала — инструментом амбиций собственных родителей. Она их уже не винила, но навсегда запомнила их лица, в которых не было и тени мысли о том, что её интересы можно учесть. Позже она и сама стремилась стать инструментом — на сей раз правосудия. Эта жертва казалась ей лучшим решением за всю её жизнь. Прочие лишения в миг стали казаться лишь ступенями на пути к высшей цели — служения городу. Пусть и ничего не вышло из этой затеи, Меган до сих пор жалела, что бросила полицейскую академию. В завершение она стала инструментом в руках своего бойфренда, который прикрылся ей будто щитом от окружавших его опасностей. Ради него она отказалась от всего. Эта рана будет болеть ещё очень долго.       Но в момент сомнения, когда Меган уже думала отказать Адаму в помощи и откреститься от сил, он взял её за руку, взглянул прямо в глаза и произнес.       — Разве любовь не стоит того, чтобы за неё бороться?       Фраза, вызывающая у многих воодушевление, отозвалась в ней сложной смесью ощущений и мыслей. И всё же она согласилась сунуться в пекло. В глубине души она верила, что спасение Эдварда поможет ей примирить больное сердце. Ни о каком возврате отношений она не думала. Может, эта помощь станет ее искуплением?..       Перед глазами всплыл замерший и тут же оживший в уме полароид воспоминания.       Когда Эд впервые ее поцеловал.       Это была глубокая ночь, одна из тех, когда совершенно не следишь за временем, не думаешь ни о чем и просто вкушаешь плоды юности, не заботясь о возможных последствиях. Меган и Эдвард отрывались на вечеринке по случаю дня рождения их одногруппника где-то на третьем этаже его богатенького дома, заливая веселье сладким пьянящим пуншем. Басы стучали в висках и отзывались дрожью в конечностях, от улыбок болели щеки, но едва ли Мэг или Эд смогли вспомнить с этой ночи что-то кроме опьяняющего общества друг друга. Словно попугайчики-неразлучники они всюду ходили вместе, привычно обсуждая всё на свете, и казалось, что тем для разговоров им не исчерпать и за сотню лет. И вот они встали на балкончике второго этажа, кухонным ножом открыв предусмотрительно закрытую от гостей дверь, смотрели на немногочисленные звезды на небе и дуреющую от неоновых вспышек и алкоголя толпу сверстников. Молодежь в их колледже предпочитала отрываться почаще, но Меган была одной из тех немногих, кто слишком четко видел перед собой цель и стремился к ней с особым рвением, а Эд старался ее в этом поддерживать.       Но отдых требуется даже самым отпетым трудягам.       Она облокотилась спиной о балкончик, подставляя ночной прохладе копну каштановых волос. Позволяя ветру трепать прическу, она откинулась назад с блаженной улыбкой, не боясь, казалось, ничего на свете. Эдвард, пригубив из красного коктейльного стакана, не мог отвести от Меган глаз. Чертовски она манила его своей открытостью, неприкрытой честностью во всем, возмутительно очаровательным отсутствием такта.       — Знаешь, Мэг, — подойдя неприлично близко, начал он. — Ты кажешься мне совершенно удивительной девушкой.       — Серьезно? — Улыбнулась она. — Не думала, что ты способен на такие пошлости.       — Нет-нет, ты послушай.       Меган смотрела на него в упор, растворяясь в сладкой как патока улыбке. Между ними были настолько жалкие сантиметры, что разгоряченными лицами они чувствовали дыхание друг друга.       — Я недостаточно трезв, чтобы сказать что-нибудь достаточно… стоящее. Теряюсь в словах, как мальчишка, — посмеялся Эд, на мгновение отведя взгляд в сторону, но тут же найдя утешение в умиротворяющей серости ее глаз. — Кажется, я влюбился, Мэг. И это серьезно.       — О боже, — широко улыбнулась она, наклонив голову на бок. — И кто же эта несчастная?       — Надеюсь, она НИКОГДА не узнает о том, что я тебе это сказал.       Эдвард стремительно нагнал и выдавил жалкие сантиметры расстояния между ними и вцепился в ее губы страстным поцелуем, по крепости сравнимым разве что с ромом. Меган запомнила эту ночь так четко, будто все случилось вчера.       Сколько же воды утекло с тех пор… Но поцелуи Эда до последнего дня оставались в воспоминаниях такими же крепкими и полными чувств. Мэг стряхнула наваждение, дернув головой и поправив неаккуратно уложенные волосы.       — А если там будут его… последователи?       — О, они там обязательно будут.       Адам легко рассмеялся, будто рассказал добрый анекдот, но Мэг было совсем не до шуток. Его забавляло напряженное выражение лица собеседницы.       — Ох, как отлично! Еще больше шансов не вернуться с этой встречи! Всегда мечтала поскорее избавиться от страданий.       — Простите, мисс Коулман. — Он продолжал добродушно улыбаться, будто успокаивал. — Я не думаю, что они будут вам вредить. Они всегда действуют исключительно в интересах Рассела и пока вы нужны ему — вас никто не тронет.       Не сказать, что Меган стало от этой мысли сильно легче. Сердце продолжало бешено колотиться, рисуя образы опасных людей, с которыми ей предстоит столкнуться.       Зайдя внутрь башни, Мэг поразилась: изнутри здание ещё больше напоминало стеклянный скелет. Металлические конструкции очень умело обыграли в интерьере вестибюля, не ударяясь в осточертевший лофт. Витая лестница сбоку от входа навевала мысли о рёбрах огромной змеи. Неужели в высотном бизнес-центре кто-то пользуется лестницей? Оказалось, что это вход в ресторанчик с верандой над входом. Люди сновали по выверенным годами маршрутам, ни в чьих шагах не слышалось потерянности и неуверерности. Стройный ритм нарушали лишь шаркающие шаги ошарашенной Меган. Прямо перед ней тёплым золотым свечением обозначилась стойка администрации с неестественно улыбающейся во все зубы блондинкой. Ей была знакома эта вымученная мина — паспорт обслуживающего персонала. Меган улыбнулась ей почти без фальши.       — Добрый день! Чем могу вам помочь? — На высоких нотах пропела девушка.       — Добрый день. Мне нужно попасть в юридическую фирму "Плутон". Не направите?       — Конечно! Пройдите к лифту и поднимитесь на 13 этаж. Прямо на против будет их личный ресепшн с администратором. Вынуждена предупредить, что они принимают строго по записи.       — Спасибо, Бет. — Опустив глаза на бейджик поблагодарила Мэг и удалилась в сторону стеклянной капсулы лифта.       Выйдя из лифта, Меган столкнулась с совершенно иным интерьером и окружением. Пол выстлан пепельно-серым ковролином, уходящим прямо под эбеновую стойку со строгой вывеской с глубокой синей подсветкой "ПЛУТОН" и уползающим за закрытые стеклянные двери по обе стороны от лифта. За стойкой сидела девушка, которая очень выделялась на фоне обшитой тёмным деревом стены своей бледной, почти сияющей в свете настольных ламп кожей. Подойдя ближе, Мэг отметила, насколько красива она была. Мягкие черты лица, пухлые губы и обрамленные чёрными ресницами миндалевидные глаза со строгим и обволакивающим лисьим взглядом. В простой алой блузке с подобранными в пучок чёрными как смоль волосами она была похожа на куклу на витрине антикварного магазина. Единственное, что её выдавало — невыразимая словами грация в движениях, даже самых малейших: от поворота головы до набора текста в компьютере. А еще пучок… он не был аккуратным, похожим на маленький гладкий улей. Скорее на гнездо воробья, аккуратно подобранное строгим крабиком. Эта мелочь делала девушку, стоящую перед Меган, еще более привлекательной и отгоняла мысли о неодушевленных куклах.       — Добрый день, мисс, — мягко поприветствовала она, подняв голову и сложив руки в замок перед собой. — Добро пожаловать в юридическую компанию “Плутон”. У вас назначено?       — Да. Мисс Агнес Грей.       Девушка за стойкой молча отвернулась к компьютеру, и тонкие белые пальцы пустились в пляс по клавиатуре. Меган позволила себе наглость и опустила взгляд на бэйджик. Ли Фэнь. Даже мысленно это имя звучало сказочно.       Фэнь на пару секунд замерла и окинула Мэг недоверчивым взглядом. Наверное, не стоило называться чужим именем, вдруг попросят документы и она не сможет сымпровизировать. Губ Фэнь еле коснулась усмешка и тут же исчезла, будто ничего и не было.       — Мисс Грей, Мистер Крейн скоро вас примет. Может, хотите кофе?       — Нет, спасибо.       Еще пару минут Меган праздно шаталась из угла в угол, делая вид, что ей интересна обшивка стен и однотипные картины без явного смысла. На самом деле в ней закипала тревога. Через несколько минут ей придется снова столкнуться с человеком, который, по словам Адама, не желал ей ничего хорошего. Все может пойти не так в любой момент разговора. Оставалось гадать, как скоро.       На компьютер Фэнь пришло сообщение, озарившее тяжелую тишину легкой секундной трелью. Мэг даже вздрогнула от неожиданности.       — Пойдемте, мисс Грей. Мистер Крейн готов вас принять.       Ее стройная строгая фигурка уже стояла рядом со стеклянной дверью. Меган заметила, как красиво подчеркивает ее стройные ноги красная юбка-карандаш. В изящных черных лодочках Фэнь была на пару сантиметров выше Мэг. Наверное, в такое место стоило одеться более презентабельно, но пока Меган рассуждала, ее старые серые кеды уже шуршали по дорогому ковролину на пути в кабинет мистера Крейна. Они миновали зону ожидания (куда ее даже не пригласили), череду стеклянных клеток-кабинетов, будто хрустальные соты для пчел, узкий коридор с темными стенами, где у Мэг начало неприятно колоть в груди. Сердце набатом билось меж ребрами. Меган даже не поняла, в какой момент открыла дверь и зашла внутрь, оставив милую администраторшу позади.       Темные, почти черные стены, будто впитывали солнечный свет, льющийся через большое окно в кабинете. Огромное количество книг и документов в аккуратных папках хранились в шкафах из эбенового дерева, в лучах солнца лениво танцевали пылинки. Массивный рабочий стол неприступной баррикадой встал на пути к окну, где в кожаном офисном кресле сидел мистер Крейн.       Увидев его, она будто забыла, как дышать. Вне сомнений, Адам не обманул — это был он. Мужчина, спасший ее в подворотне и обративший нападавшего в пыль. Аид.       Сейчас она могла рассмотреть его лучше. На нем был строгий костюм-тройка благородного серого цвета, волосы аккуратно убраны с лица, в пальцах застыла в полудвижении ручка, будто мгновение назад он что-то писал. Когда Рассел поднял на нее глаза и встретился взглядом, Меган застыла, не в состоянии произнести и слова приветствия.       Мэг сглотнула и прошла вперед, навстречу галантно вставшему с рабочего места Расселу. Улыбка озарила его лицо, когда он протянул ей руку для приветствия, обнажив немногочисленные уже проявляющиеся на коже морщины.       — Мисс Грей, верно? — Его пронзительные голубые глаза резали по живому, и Меган стало неуютно от ощущения, что он ее узнал, и этот спектакль не имеет смысла. — Очень рад. Прошу, присаживайтесь.       — Взаимно, мистер Крейн.       — Я не очень люблю игры, мисс Грей, — мягко сказал он, когда Мэг села в кресло перед его рабочим столом и улыбнулся. Рассел не стал садиться и его крупная фигура заслонила собой солнечный свет, сочившийся из окна. И тут Меган поняла, что двери ловушки захлопнулись у нее за спиной.       — Поэтому не ходите вокруг да около: скажите, зачем вы здесь?       Он облокотился ладонью о столешницу, стал ближе, и в нос Мэг ударил тяжелый аромат парфюма. Пахнуло сыростью, деревом, солью. С такого расстояния она могла рассмотреть зачатки увядающей молодости на лице Рассела и пару тонких серебряных нитей в аккуратной прическе. Меган сглотнула и с усилием заставила себя не сжимать край куртки в похолодевших пальцах.       — Я хочу найти одного человека. Но одной… Мне не справиться. Мне нужна ваша помощь.       Он молчал. На минуту мир будто замер и даже тиканье часов не достигло слуха. Мэг в те мгновения, что она ждала ответа Рассела. Она боялась отвести глаза от него, боялась внезапного выпада. Когда Рассел вздохнул и выпрямился, Меган дернулась, и на лице мужчины расцвела издевательская улыбка обаятельного мерзавца.       — Вы, наверное, что-то путаете. Здесь не спасательная организация. А я — не полицейский.       — А еще вы говорили, что не любите игр.       Рассел усмехнулся и опустил глаза на руки Меган, скованно сложенных на коленях, будто у школьницы в кабинете у директора.       — Назовите ваше настоящее имя, мисс Грей. Я прошу прощения, но вы не производите впечатление святой добродетели*. Прозвище вам не к лицу.       Меган ощутила подступающее к горлу раздражение. Ее бесило, что он так самоуверен. Ее бесило, что она его боится. В носу свербило от запаха золы, будто в кабинете недавно жгли бумагу. Имя соскользнуло с кончика языка подстреленной синицей.       — Меган Коулман.       Во рту стало горько как после лекарства. Рассел пристально смотрел на Мэг, и ей показалось, что произнеся свое имя она сама того не зная подписала ужасный договор со сказочным злодеем. Он подошел ближе и, к ее удивлению, сел в кресло напротив нее, а не за стол, и подался чуть вперед.       — Мисс Коулман… При всем уважении, почему вы решили, что именно я могу вам помочь с этим? Почему не полиция?       — Я знаю, что вы не обычный человек. Вам по плечу то, о чем многие и подумать боятся.        — Не совсем понимаю, о чем вы. Я хороший юрист и умело трактую закон. При чем тут поиск людей?       Он вытягивал из нее каждое слово, будто его забавляло играть с ее смятением. Она же не могла себе позволить выражаться прямо. Меган впервые столкнулась с организованной преступностью, и каждое слово было подобно проходке по канату над пропастью. Когда-то она мечтала бороться с таким, а сейчас…       — Вам нехорошо?       Щелчок, шум роя тысячи мыслей в голове разом стих. Они всё еще покоились в беспорядке, но уже хотя бы молча.       — Всё в порядке, спасибо.       — Вы белая, как полотно. — Рассел изогнул бровь. — Давайте так, я попрошу Ли принести нам кофе, а пока она его готовит, у вас будет время поразмыслить над тем, что и как вы хотите сказать. Идет?       Не дожидаясь ответа, Рассел через стол потянулся к телефону и сделал короткий звонок секретарше.       Эти несколько минут ожидания и тишины пронеслись в одно мгновение. Меган успела, казалось, только взглянуть за спину Расселу в огромное окно и окинуть взглядом пыльный бетонный скелет города. Размышляя над тем, как правильно подать себя в диалоге с таким опасным человеком, Мэг потеряла саму суть просьбы.       Как заставить мистера Крейна с ней сотрудничать? На чем она может грамотно сыграть?       Когда перед Меган белая тонкая ручка Ли поставила чашечку с горячим ароматным эспрессо, думать уже было некогда. Рассел сел на свое место и испытующе смотрел ей в лицо, будто пытался понять, о чем она думала – Мэг чувствовала его ледяной взгляд кожей, и по рукам пробежали мурашки. Не поднимая глаз от сжатой в пальцах чашечки, она начала:       — Мы уже виделись с вами несколько дней назад. Вы в тот день спасли мне жизнь, я очень благодарна вам за это. Не знаю, как вы это сделали и не уверена, что готова узнать, но сегодня я решилась набраться наглости и обратиться к вам за помощью.       Она смолкла, чтобы набрать воздуха в грудь и взглянуть на реакцию мужчины. Рассел сложил руки на столе и не сводил с нее голубых глаз: пустой и бесстрастный лик без толики интереса или искры сочувствия во взгляде. Меган на секунду показалось, что зря выбрала тактику ни о чем не подозревающей жертвы обстоятельств, но тут же откинула эту мысль. Скорее, она просто надоела ему заходить издалека.       — Это не первое нападение на меня. Каждый, кто покушался на мою жизнь говорил одно и то же — они хотят найти моего… бывшего парня. Уж не знаю, оказались вы в том переулке случайно или тоже следили за мной, но я готова посодействовать всем, чем смогу. Помогите мне найти его и прекратить этот кошмар. Прошу.       Рассел неожиданно для Меган хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Его бесстрастные тонкие губы едва растянулись в легкой полуулыбке, а взглядом он будто погладил ее по макушке, как гладят ребенка, сказавшего что-то умилительно наивное и глупое. Мэг стало не по себе от этого выражения.       — Он, должно быть, очень важен для вас, раз вы так переживаете за него, — она уловила в его голосе едкую каплю иронии. — Несмотря на то, что он стал причиной ваших бед.       Меган сглотнула горечь и спокойно произнесла:       — Вовсе не важен. Вы правы, он — причина всех моих несчастий. И я хочу это прекратить.       — Мисс Коулман… Признаюсь: это крайне соблазнительное предложение. Но чем же вы можете помочь?       В воздухе повисла тяжелая густая тишина. Ее можно было есть ложками, давясь от горечи в саднящем горле. Рассел чувствовал неясное исходящее от девушки тепло, едва заметные искры в толще разделяющих их воздушных масс. От нее будто пахло напряжением.       — Я… Знаю контакты его работы, начальства, друзей, его любимые места… Дома я все перерыла и не нашла ни единой зацепки, куда он мог уехать, но…       — Это явно не все. — Грубо перебил он. — Я чувствую, что это не все.       Через мгновение он резко рванул к ней через стол и схватил за запястье. Горячий кофе разлился пол и ноги, пропитывая джинсы и расползаясь по паркету темной кляксой. Меган вскрикнула от боли, почувствовав жжение на левом бедре и сжатые до белых костяшек цепкие пальцы на руке. Рассел держал ее крепко и потянул на себя, впечатывая в стол и не давая вырваться. Он смотрел ей прямо в глаза и наблюдал за тем, как меняется выражение ее лица. Как под кожей разгорался ужас.       Мэг вцепилась свободной рукой в его ладонь. И тут ее обуял настоящий ужас: в его голубых глазах горело непримиримое яростное синее пламя, гадко отзывающееся под кожей нежеланным воспоминанием о давнем кошмаре. Мистер Крейн будто пытался залезть ей в душу, и теперь горела от боли не только нога, но и стиснутая до хруста в пальцах рука. Он так же снисходительно улыбался, дыша ей в лицо ароматом пепла и табака.       — Может от тебя будет чуть больше пользы? — Шепотом выдавил он ей почти в губы и дернул на себя, оставляя на её бедрах синяки от столешницы.       Меган чуть не рухнула вперед, но вовремя нашла опору второй рукой. В ушах набатом стучала кровь. Она поймала себя на мысли, что ей действительно страшно. Какой же она была дурой, сунувшейся в логово к дикому зверю, к человеку, способными превратить другого в горстку горьковатой пыли.       Но Мэг не могла себе позволить поддаться слабости сейчас.       Левой рукой она нащупала на столе в бумагах ручку и молниеносным, злым движением попыталась воткнуть её в руку Рассела. Лёгким обводящим движением он перехватил Мэг и прижал её руку к столу. Бумаги белыми перьями полетели на пол, поток удушающе затхлого воздуха ударил в ноздри наотмашь, будто в стене открылась невидимая дверь на кладбище. Сырая земля. Карканье ворон. Стон вдовы у одинокой мраморной плиты. Страх смерти уступил место ярости, и Меган взревела, вырываясь как кошка.       Рассел почувствовал как резко потеплели её руки, как заблестели глаза и как изменилось её светлое юное лицо, изрезанное морщинами гнева.       Он отпихнул её резко и грубо, и Меган упала на пол, сильно ударившись спиной о стоящее позади кресло. Мистер Крейн расплылся в улыбке.       — Я приятно удивлен, мисс Коулман! Вы отнюдь не так просты, как пытаетесь казаться.       Когда он поднял глаза, Мэг уже встала, готовясь то ли бежать из кабинета, то ли напасть на Рассела. В лице все та же нечеловеческая ненависть. Так выглядят обозленные затравленные собаки, готовые вгрызться в глотку в любой момент из страха быть снова побитыми. Рассел понял, что перестарался. Меган вцепилась в свою покрасневшую руку, но не торопилась подходить.       Мистер Крейн быстро вернул себе самообладание. Умение держать лицо было в нем развито даже больше, чем навык борьбы. Он отряхнул пиджак, будто он мог успеть запылиться, и поправил манжеты легким движением. Будто не было только что этого провоцирующего выпада. Рассел потер ладони и прикрыл потрескавшееся ссохшееся пятно, где Меган прислонялась к столу, рассыпавшимися из стопки бумагами. Хмыкнул, прикидывая, где и когда ему придется заказать новый стол. Но сначала ему нужно было позаботиться о гостье, и он спокойно двинулся в ее сторону.       Мэг дернулась в сторону двери, но к ужасу обнаружила, что Ли заперла ее за собой, когда принесла кофе. Рассел не стал сокращать расстояние больше, увидев, как дрожат ее пальцы на дверной ручке.       — Прошу, мисс Коулман, присаживайтесь обратно. — Он учтиво пододвинул и поставил на прежнее место кресло, а сам вернулся за свое рабочее место.       При таких раскладах Меган для него просто подарок судьбы. Пусть силу она не чувствует и не контролирует, но отрицать тот факт, что она Меченая, уже не приходится. Разобраться бы для начала, чей бог одарил ее своим клеймом…       Рассел сложил руки в замок, ненароком испачкав их об осыпающийся углем и пеплом испорченный стол.       — Кажется, пару минут назад вы были готовы продать свою бывшую любовь. Обсудим условия?