Теория шести самоубийств.

я просто боюсь, что лет в пятьдесят я не вспомню, как тебя зовут. (с) дима олейник ft. белинда наизусть – помнишь? Я боюсь закрывать глаза. Мне очень страшно. Я понимаю, что ничего не вернуть. Я не знаю, каким будет завтра. А вы когда-нибудь теряли близких, тех, кто обещал никогда не предать? А я вот потерял. Не одного, не двух и даже не трех. Шестерых. Сразу шестерых своих друзей. Я выпит до дна, но пока не опущен занавес, буду улыбаться. Плакать - удел слабых. Я остаюсь здесь, чтобы не так больно и одиноко было тем, кто ещё со мною рядом. В душе какая-то пустота. От батареи не согреться. Я закрываю глаза, отказываясь верить в свое сиротское "счастье". Мои друзья те, что лучшие самые, оленями оказались. Как так можно? Ещё в прошлом году нас было семеро. А сейчас я один. Родители пытаются упрятать в психушку. Боятся. Я их понимаю, но не одобряю. Я теперь вообще никому не доверяю. До утра слушаю песню группы нервы, судорожно повторяя : «Кофе - мой друг музыка мой драг и всё что вокруг - я могу сыграть дорога - мой дом небо - моя тетрадь» А я в блокнот пишу. Пачкая вновь страницы, я что-то важное ищу. То, что уже не возвратится. Завтра на кладбище, послезавтра в школу. По новому кругу. Всё снова и снова. Я очень боюсь их однажды не вспомнить. Проснусь как-то утром, а в памяти лиц уже нет. Лишь тихие голоса прошлого удаляются дальше и дальше. Я так боюсь оставаться один, а приходится. Не знал я, что меня так оставят, но идти за ними не хочется. Ведь все проблемы были решаемы. Теперь жить от понедельника до субботы. Выходные и праздники… Завалите меня, заботы. Черт, мне не хватает любви и ласки. Теория моей жизни очень проста: На шесть самоубийств, по статистике, одно одиночество того, кто остался. Стены забрызганы кровью Тело в порезах и швах. Я обязательно вены вскрою. Как только прикончу страх.(с)Копирашкин С.