Медные трубы

11 июля. Понедельник

Великобритания. База «Альбиона»

      Шарль как раз успел вселиться в номер и принять душ, когда из ванной его вытащил звонок телефона.       Айс Донелли.       Этой-то какого чёрта нужно?! Или Роджерс успел поплакаться подружке?       «Здравствуй, Шарль. Ты на базе?»       Ага, в понедельник после гоночного уик-энда. Совсем ебанулись?!       — Нет. И не планировал быть.       «Значит, советую поменять планы. Жду тебя через час у себя в кабинете».       — Если это из-за Роджерса… — взорвался Шарль.       «При чём тут Роджерс? Девочки с утра расхлёбывают заваренную тобой кашу. Так что ноги в руки и бегом. Как приедешь — сразу ко мне».       — А… что случилось? — напрягся Шарль, пытаясь, не убирая айфона от уха, надеть футболку прямо на мокрое тело.       «Мне бы тоже хотелось это узнать. И лучше — из первых уст. Ты знаком с Натали Трент?»       — С кем? — честно не понял Шарль.       «С Элизабет Баркли?»       — Нет. Кто это? — начал терять терпение Шарль.       «Келли Стивенс?»       — Нет.       Стоп!       Келли?!       Твою ж мать!       — Выезжаю. Можно пока в двух словах, что именно произошло?       «В двух словах: ты облажался».       — Это я уже и так понял. А в чём именно? — на ходу рассовывая по карманам ключи и бумажник, кинулся к лифту Шарль.       «Приезжай — расскажу. Извини, мне некогда — я тут как раз пытаюсь спасти твою задницу от больших неприятностей».       — Так что там стряслось? — пятьдесят минут спустя влетел в кабинет главы пресс-службы Шарль.       — Читай. — Донелли, продолжая разговаривать с кем-то по телефону, сунула ему в руки планшет с открытым на экране скриншотом комментариев в Инстаграме и снова переключилась на своего телефонного собеседника. — Да, приехал. Только что. Показала. Да, Тревис. Держи меня в курсе. Так что, все ещё не знаешь, кто это такие?       Последний вопрос был адресован уже Шарлю.       Он с усилием сглотнул.       Подтверждать было опасно, отрицать — глупо.       Впрочем, Айс его молчания вполне хватило, чтобы сделать правильные выводы.       — Ясно. Значит, правда. — Пресс-атташе задумчиво побарабанила длинными ногтями по столешнице. — Рассказывай. Всё. В подробностях.       — Да нечего рассказывать! — возмущённо всплеснул руками Шарль. — Ничего не было! Эти две курицы вообще не при делах! Их там и близко не было.       — Однако эти… курицы, — Айс поморщилась, — своими комментариями на твоей странице поставили на уши весь мой отдел. И я хочу знать, что было на самом деле и как нам теперь выплывать из этого дерьма.       — Да говорю же: ничего не было! — взвился Шарль. — Эта… Келли сама ко мне в машину села. И домой ко мне сама пришла.       — И на член к тебе сама прыгнула?       — Да не прыгала она! Блять! Не было у нас ничего! Эта дура ни с того ни с сего разревелась и сбежала.       — Разревелась и сбежала, после того как ты её трахнул?       — Да не трахал я её, говорю же!       — Девушки в комментариях обвиняют тебя в домогательствах к их подруге.       — Повторяю ещё раз: их там не было! И девку эту я не трогал. Хотят повесить на меня изнасилование — пускай медицинскую экспертизу проводят.       — А если проведут? — недобро прищурилась Донелли. — Ты уверен, что она будет в твою пользу?       Шарль устало опустился в гостевое кресло:       — Я. Её. Не трогал. Как ещё мне это сказать, чтобы вы поверили?       — Поверить должна буду не я. Сейчас мой отдел всё подчистил в соцсетях, а юристы сумели перевести общение с девчонками в приватное. Но если эта история выплывет наружу…       — Ну какая история-то?! — Шарль со вздохом провёл пальцами по волосам. — Я всего лишь разговорился с симпатичной девчонкой на трибуне, предложил ей покататься. Пригласил в гости. Она сказала, что жарко и попросила воды. Я ей дал минералки и предложил принять душ. — Шарль запнулся, пытаясь придумать, как обойти самый скользкий момент. — В квартире было неприбрано, и, чтобы девчонка не беспокоилась, что я пойду за ней в ванную, я сказал, что пока немного приведу комнату в порядок. Кажется, я при этом упомянул и кровать. Ну, что её тоже застелить надо. Видимо, эта дура всё превратно истолковала, закатила истерику и сбежала.       — Ты врёшь, — снова прищурилась Донелли. — Хоть и довольно складно. Возможно, если сделаешь мордашку попроще и похлопаешь ресничками, тебе даже поверят. А теперь напряги память и перечисли всё сказанное девчонке, за что тебя действительно могут взять за яйца. Было что-нибудь такое?       — Я… — Шарль опустил взгляд, понимая, что и правда влип. — Я сказал, что если она не хочет снимать трусы, то может поработать ртом. Ну, то есть я не дословно так сказал, но типа того.       — Потрясающе! И как это вписывается в рассказанную тобой минуту назад сказочку?       Шарль промолчал.       Ну а что тут скажешь-то?       — Ты её точно не трогал? Или тоже кое о чём умолчал?       — Не трогал! Правда! Мы только разговаривали. И я ведь ни на чём не настаивал. Я просто предложил варианты.       — Варианты? Раздвинуть ноги или отсосать? Ты Тревису на этих вариантах предлагаешь защиту строить?       — Не только. Я сказал, что если она не перестанет выделываться, может просто уматывать. Я её не удерживал.       — И она умотала.       — Да.       — И перед этим ты руки не распускал?       — Нет.       — Под юбку не лез?       — Нет.       — За сиськи и за задницу не хватал?       — Нет. Я за всё время только раз к ней прикоснулся — ладонь на спину положил, когда в квартиру впускал. Чисто машинально. Больше ничего! Честно!       — Свое «честно» можешь знаешь куда засунуть? — Айс снова побарабанила ногтями по столу. — Тебе придётся извиниться.       — Ладно, — сглотнул Шарль. — Без проблем.       — Без проблем, увы, не получится. Проблема уже есть. — Айс на несколько секунд отвлеклась, читая сообщения на своем айфоне. — Молись, чтобы пиар-служба «Джета» проморгала удалённые комментарии и не успела наделать таких же скриншотов, — кивнула она на свой планшет. — Сейчас девицы немного поутихли — после разговора с Тревисом поняли, что в суде у них нет никаких шансов. Но, если они не закроют рот, у нас и без суда проблем хватит. Поэтому, — Айс покусала губы, — как только мы договоримся о встрече с этой компанией, ты мчишься в указанное место по первому свистку с букетом в зубах и самой виноватой рожей, какую только сумеешь изобразить.       — Да. Понял, — с готовностью кивнул Шарль.       — Что говорить, написать, или у самого мозгов хватит хоть на что-то полезное?       — Хватит.       — Пока этот вопрос не будет решён, рот держать на замке, в соцсетях не появляться, перед журналистами не отсвечивать.       — Да. Хорошо.       — Ты сейчас с Боннелем квартиру снимаешь?       — Больше нет. Он меня… В общем, там вместо меня сейчас Санни Мёрдок должен въехать. Возможно, уже.       — Вернулся к Крису? Что ж, пожалуй, это и к лучшему.       — Нет, — стиснул челюсти от обиды Шарль. — Он тоже меня выгнал.       — Он — что?       — Выставил меня за дверь, когда я приехал к нему с вещами, — мелочно накляузничал Шарль.       — Крис? Тебя?       — Да.       — И что ты, позволь узнать, такого натворил, что он тебя выгнал?       — Я натворил?! — возмущённо вскинулся Шарль. — С чего вы взяли, что это я что-то сделал?!       — Ну, почему-то же он тебя выгнал.       — Трахаться ему помешал.       — Звучит не слишком правдоподобно. Насколько помню, даже когда у Криса был роман с тем картингистом, тебя из квартиры никто не выгонял.       — А тут вот взял — и выгнал.       — Видимо, ты допёк своими выходками даже его…       — Я?! Опять я?! Как будто это я к себе половину «Джета» в койку перетаскал! Но Роджерс ведь святой, ему всё можно!       — Никто не называет Криса святым. И при чём тут «Джет»?       — При том! — обиженно скрестил руки на груди Шарль. — Не собираюсь я вам ничего рассказывать. Сами у него спрашивайте, если хотите.       — Спрошу. — Донелли разблокировала телефон, но набрала вовсе не Роджерса. — Хлоя, я закончила. Он — твой.       Чёрт! А он-то обрадовался, что самое страшное уже позади!