Белые одежды

Находясь в беспросветных владениях тьмы, не видел очертаний жизни, ведь она превратилась в один оттенок, цвета которого он не узнает. Все слилось в единое целое, смешалось на полотне разлитыми красками. Хрупкое стекло треснуло, больно впиваясь осколками в кожу. Сюэ Ян, сам того не осознавая, часто бродил по лесу, пустым взглядом уставившись в алое закатное небо. Наведывался на многолюдный рынок, покупал необходимое и возвращался в мертвый дом, который встречал его пробирающим до костей погасшим огнем. Отныне не ощущал того порожденного обманом счастья, что так быстро развеялось. Среди всех людей не мог разглядеть Сяо Синченя, бесполезно пробегая взглядом по незнакомым лицам, не в состоянии перестать теплить сердце неосуществимыми надеждами и позволить себе увидеть сквозь приятный взору дым догоревшие угли. Сны преследовали его, намертво вцепившись в спину, не давая сделать и шага. После пробуждения целыми днями пытался превратить их в реальность. Сюэ Ян читал всевозможные древние книги, дрожащими пальцами переворачивая пожелтевшую бумагу, не пропускал и строчки. Изучал заклинания, которые не приносили пользы. Однажды среди толпы увидел белоснежные одеяния. Глазную ленту, легко развивающуюся на ветру, и идеально собранные черные волосы. Холод прошиб тело, заставляя сознание помутнеть. Расталкивая мешающихся людей, пробирался сквозь них к нему. Не слышал недовольных вдохов и брошенных в его адрес слов. Протянул руку, но не смог дотянуться. Развеял порожденное желаниями видение. Смотрел на засыпанные первым снегом увядшие цветы, погрязшие в сугробах. Пробовал аккуратно откопать их, подарить им немного своего тепла, если то еще осталось. Но обнаруживал лишь лишенные жизни растения, покрытые кусками земли. Стирал их в порошок, с силой бросая остатки на дорогу. Громко смеялся и тут же уходил, не оглядываясь. Словно дождь — неуловимо. Маленькими каплями проносился мимо, не разрешая разглядеть. Охлаждая разум, неприятно мочил одежду. Сюэ Ян поднимал руки, в попытках поймать невозможное, однако вода протекала сквозь сжатые ладони. Падала вниз и растворялась в воздухе. Кровяными облаками ночи пролетали мимо, метая молнии во все смертное. На мгновения освещали лес, разрушая хрупкие деревья. Бурлили воды, закипая затаенной злобой. Эти края не знали значения тишины, потому что она находилась там постоянно. Притаился за горами полумесяц и не освещал. Ненависть погасла, как свеча в их прежнем доме. Стекла воском, перевоплотившись в память едва ощутимым запахом гари. Который окутывал стены и не желал исчезать. Ночи сменялись одна за другой. В бесконечном цикле повторялись, отражая друг друга в разбитых зеркалах прошлого. Путались в множестве ходов лабиринта жизни. Дождь сменялся морозом, жара сменялась дождем. Внутри все раскололось и треснуло по швам, когда призрачная душа вернулась в прежнее тело. Когда забывшая жизнь оболочка наконец зашевелилась, и это не было очередной иллюзией или сном. Потому что было пугающей явью.