The devil is next to you | Дьявол рядом с тобой

Чонхо никогда не был один. Вокруг него всегда были люди, которых он любил или которые любили его : отец, мама, старший брат, друзья. Чхве не знал чувства одиночества или горя, потому что всегда находил в ком-то поддержку, тем самым решая все своим моральные трудности. Он рос счастливым парнем, которому покупали всё, что он хотел : одежду, технику, животных, но несмотря на это Хо не был избалованным. Старший сводный брат, Чон Юнхо, всегда учил его, что деньги не зарабатываются по щелчку пальцев и купленные вещи нужно беречь, ведь новые стоят таких же денег, а то и больше. Поэтому Чонхо всегда искренне заботился о купленных ему вещах. А ещё он очень заботился о своих близких. Если мама и брат заболеют, он всегда приносил им стакан воды или тёплого молока, приносил и напоминал о принятии лекарств, помогал в домашних делах и делал всё, чтобы родные люди чувствовали себя хорошо в отсутствии главы дома. Но счастье не может длиться вечно. Его беззаботная счастливая жизнь вдруг стала тёмной, когда любимого отца, которым парень всегда восхищался, убили на работе. Чхве старший ловил преступника и тот, оказавшись умнее и быстрее, застрелил мужчину, оставив его бездыханное тело на месте преступления. Он помнит, как долго плакала мама, когда узнала об этом, как Юнхо несколько часов рыдал за закрытыми дверьми своей комнаты, и как сам заливался слезами от безысходности. В его голове постоянно крутилось : "Мог бы я что-то сделать? Мог бы я что-то исправить? А вдруг это моя вина?", но исправить уже ничего нельзя было. После смерти отца их жизнь поменялась. Улыбка на лице матери практически не появлялась, она всё время была уставшей, да и Чон Юнхо на несколько месяцев замкнулся в себе, отказываясь общаться с внешним миром. Только один Чонхо, которому на тот момент было чуть меньше пятнадцати, старался жить дальше, старался жить ради мамы и брата. Лишь благодаря собственной настойчивости ему удалось вывести старшего брата из его закрытого мира, научив вновь видеть радость. Несмотря на страдания матери, которая продолжала изо всех сил заботиться и любить своих сыновей, они начали новую жизнь. Но даже и эта жизнь ненадолго стала счастливой. Всего спустя два года, когда, казалось бы, всё будет хорошо и они смогут жить дальше без отца, их мама скончалась. Женщина, несмотря на живых и здоровых сыновей, настолько была поглощена отчаянием и горем, что не смогла справиться и жить дальше. Она потеряла первого мужа, потеряла второго и единственное, что они оба оставили ей - лишь сыновей. Каждый день женщина винила себя, что не может справиться с болью потери и жить хотя бы ради сыновей, и это лишь усугубляло ситуацию. Она сожалела и винила себя до самого последнего вздоха, тихо-тихо попросив у Юнхо прощение. Женщина знала, что скидывает на сына непосильно тяжёлую ношу и молила его лишь об одном - о прощении. После смерти матери Чонхо казалось, что его жизнь больше никогда не будет такой же весёлой и беззаботной, потому что они с братом остались совсем одни. Бабушки и дедушки давно умерли, дядей и тёть они не видели всю свою жизнь, поэтому кроме друг друга у них не было никого. Чхве благодарил, благодарит и всегда будет благодарить Чон Юнхо за то, что он стал для него хорошим старшим братом, хорошим другом и даже отцом... Чон многое ему объяснял и даже говорил на темы, на которые с детьми обычно говорят исключительно родители. Конечно, после того, как Юнхо познакомился с Сон Минги и они стали жить вместе, ему всё же пришлось адаптироваться к жизни одинокого одиночки, но теперь, помимо друг друга, у них появился ещё один близкий человек. Сон Минги стал не просто парнем брата, он стал вторым братом, которого Чонхо безмерно любит и уважает. Но самым главным для него стал некто иной, к кому его чувства горят по сей день. Ким Хонджун. Чхве помнит, как Минги впервые представил их друг другу. Они с Джуном на тот момент вели себя по отношению друг к другу крайне неловко, боясь даже случайно руками соприкоснуться, но чем чаще становились их встречи, тем быстрее развивалась эта неловкость. Они не были друзьями, но были хорошими знакомыми, которые могли помочь друг другу в тяжёлых ситуациях. За этими встречами и совместными посиделками, Чонхо не заметил, как начал влюбляться. Он стал видеть в Хонджуне кого-то большего, нежели просто знакомого или друга его зятя*. Он стал видеть в Хонджуне человека, ради которого хочется сделать мир лучше и ради которого хочется покорять все вершины мира. Тогда молодой человек уже работал в полиции и ему почему-то хотелось рассказывать Киму каждую захватывающую историю из своей жизни полицейского. Но старший был неприступен. Его не впечатляли рассказы, не удивляли знания, и не интересовал сам Чхве Чонхо. Как бы сильно младший не пытался его удивить, впечатлить и какими бы уверенными не были его подкаты - Ким сразу сказал "Нет". Этими "нет" он дал понять, что отношения с Чонхо его не интересуют, но последний не привык отступать, продолжая свои порой глупые и нелепые подкаты. А сейчас, когда Ким встречается с бандитом, он особенно не хочет отступать. Собственно, именно по этой причине Чхве буквально бежит на встречу со старшим, желая поскорее его увидеть и прикоснуться хотя бы кончиком пальца. Хочется послушать его голос и выслушать всё, что он расскажет ему. Чонхо хочет его. Во всех планах. - Хён! - довольно кричит Чонхо, замечая вдали фигуру Кима. Тот, повернувшись к нему лицом, машет рукой и уже через секунду его заключают в крепкие-крепкие объятия. - Хён! Я так рад, что ты позвонил мне! Я уж думал, что помру от одиночества в своей квартире! - Что ж, я тоже очень рад, что мы встретились, но не мог бы ты отпустить меня? - Джун неловко убирает чужие руки со своей талии, отходя на несколько шагов назад, на что Чхве еле заметно хмурится. - Прости, прости. Забыл совсем, что ты у нас не тактильный. Как твои дела? С чего вдруг решил позвонить? Что-то случилось? Или вы поругались с Пак Сонхва? - Стоп, стоп! - восклицает старший, заставляя полицейского остановить безжалостный поток вопросов. - Давай всё не сразу, хорошо? Во-первых, я позвонил тебе, потому что мне нужно с кем-то поговорить. Юнхо и Минги заняты, а Уён и Сан... Они не самые лучшие кандидаты на собеседников. Во-вторых, это никак не касается Сонхва. - О, правда? - на лице младшего тут же расцветает широкая улыбка, а мысленно он вновь тянется руками к чужому телу, желая ещё разочек обнять Хонджуна. - На самом деле... Это касается родителей. - грустно говорит Ким, держа путь куда-то вперёд. Уён и Сан, играющие для публики роль друзей, не спешно плелись следом за ними. - Мама позвонила мне сегодня утром, но ничего толкового не сказала. Она даже не ответила на мои вопросы, сказав, что сейчас ничего рассказать не может. Она просто... - старший тяжело выдыхает, снова чувствуя в груди до боли давящее чувство, из-за которого хочется сесть и разрыдаться. Дома он не позволил себе заплакать, считая, что такие люди недостойны его слёз, но обида на родителей была равна глубине Марианской впадине. Этот утренний звонок сделал ему лишь ещё больнее. - Хонджун... - ласково зовёт младший, аккуратно положив руку на чужое плечо. - Она даже не спросила как у меня дела... Она просто сказала, что с ними всё хорошо и им нужно ещё немного времени, но она не спросила хорошо ли всё со мной. "Просто хотели услышать твой голос" - будто её слова помогут мне забыть то, что они сделали. - Ты пытался связаться ней ещё раз? - интересуется Чхве, аккуратно спуская руку ниже : сначала к лопаткам, затем к талии, а там и к пояснице. Наблюдающие за данной картиной Усаны заметно напрягаются, прожигая этого парня взглядом. Никто не имеет право так трогать партнёра главы, кроме самого главы. - Да, пытался, но она уже не отвечала. Абонент вне зоны доступа. Думаю, она использовала одноразовый телефон. - Одноразовый? Если это так, то будет проблематично отследить звонок, но я, если хочешь, могу попробовать сделать это. Хочешь? - Нет, не нужно. Сонхва сказал, что займётся этим. - Ким делает глубокий вдох, сдерживая поток эмоций внутри себя. Мысли о Пак Сонхва единственное, что сейчас сдерживает его. Будь они немного в иной обстановке - он бы точно разревелся от обиды. - Сонхва... - отвернув голову в сторону, Чонхо буквально выплёвывает имя главы Красного дракона, но после всё же успокаивает своё недовольство, вспоминая, что он пришёл сюда не ругаться, а друга поддерживать. Друга... - Давай сходим в кофейню? Я куплю нам твой любимый кофе, а затем можно будет прогуляться по набережной или пляжу. Что скажешь? - Чхве аккуратно заглядывает старшему в лицо, чуть-чуть приподнимая руку, что заставляет Чон Уёна кипятиться ещё сильнее. Как этот Ким Хонджун может не чувствовать его касаний? Разве он не замечает столь усиленное внимание к своей персоне? - Уён, тихо. - успокаивает возлюбленного Сан, крепко сжимая его руку. - Не лезь. - Ты разве не видишь, как он касается его?! Этот парень, будь он даже близким другом, не имеет право так трогать партнёра главы. Это измена! - шикает Чон, прожигая Чонхо взглядом. Доложить бы Пак Сонхва об этом, если по-хорошему... - Прекрати. Не лезь. Если вмешаемся, то это может доставить господину Киму неудобства. Уверен, если этот парень будет переходить грань, то господин Ким сразу его остановит. Не кипятись раньше времени~ - Ты... - начинает Уён, но так и не заканчивает, вместо этого всматриваясь в чужие глаза. Наверное, всё-таки не зря, что Сонхва объединил их в пару, иначе сдерживать его было бы некому. Хотя Чон признает, что на такой работе ему нужно поучиться терпению и выдержке. - Хорошо. Я не буду лезть. Но если увижу, что он кладёт руку туда, куда не должен - я вмешаюсь, понял? - Хорошо, хорошо, зверь~ Такой миленький, когда злишься~ - Сан прижимается своей щекой к щеке младшего, заходя в кофейню вслед за Хонджуном и Чонхо. В кофейне они находятся достаточно долго, потому сначала была длинная очередь, а затем ещё тратят несколько минут на выбор чего-то сладкого к кофе, что наверняка могло бы поднять настроение. И несмотря на то, что ранее между Хонджуном и Чонхо произошла небольшая перепалка связанная с отношениями, Ким чувствовал себя комфортно в компании Чхве. Всё-таки они общаются уже довольно давно и если младший воспринимает его не только как друга, самому Джуну комфортно так, будто общается с родным младшим братом. С Чонхо комфортно поговорить на разные тема. И дабы им никто не мешал, молодые люди устроились на лавочке недалеко от набережной, с которой дул прохладный и приятный морской ветер. - А что будет, когда вы найдёте твоих родителей? Вы расстанетесь? - На счёт этого... Не думаю. - Хонджун слабо улыбается, опуская взгляд в свой стаканчик с кофе. - Честно говоря, мы разговаривали с Сонхва на эту тему и решили, что всё-таки попробуем вести отношения дальше. - Но вы ведь вместе только из-за договора, разве нет? Это не будет для вас проблематично? - Думаю, нет. Изначально мы и правда были вместе только из-за договора, но сейчас... Мы решили попробовать вести обычные отношения. Сонхва не особо торопит меня с оставшейся выплатой долга, да и не гонит поскорее на работу устраиваться, за что я ему несомненно благодарен. Мне было бы неловко, если бы он торопил с выплатой! - старший неловко смеётся, делая глоток кофе, пока Чонхо смотрел на него в упор. Он пытался найти какой-то подвох в его словах, но найти то, чего ему так хотелось, не удалось. Хонджун искренен в своих словах. - А ты? Не думаешь начать с кем-нибудь отношения? Уверен, с кем-то другим тебе будет более спокойнее, нежели со мной. "Твои слова звучат так эгоистично." - думает про себя Чхве, понимая, что среди них двоих больший эгоист всё-таки он. - Вообще-то я не очень хочу, знаешь. На данный момент у меня много работы, а вести отношения с такой работой будет трудно. Не каждый сможет ждать свою пару так же долго, как делает это Минги. - Ну, Минги просто сильно любит Юнхо, поэтому привык к его работе и его отсутствию. Если человек сильно любит, то готов даже годами ждать! - Однако не все готовы так жить. - младший шумно выдыхает, слабо улыбаясь. Он представляет, как они встречались бы, как Ким с нетерпением ждал его с работы и как долго они обнимались бы, когда Чонхо приходил бы домой. Все эти мечты такие яркие, но с тем такие несбыточные. Это ранит сильнее тысячи мечей. - Знаешь, я всё думал, думал... У нас могло бы всё получится, если бы- - Господин Ким! - договорить Чонхо не даёт подбежавший Чхве Сан, на которого Хонджун тут же обращает взор. - В чём дело, Сан? Что-то случилось? - Глава только что предупредил, что закончил со всеми делами и попросил нас отвезти вас к назначенному месту встречи. - Что? Уже? Я думал, что он будет больше занят этим делом! - тёмноволосый, не ожидавший, что Сонхва закончит так скоро, бросает неловкий взгляд на Чхве Чонхо, - Чонхо, понимаешь, мы с Сонхва... Мы собирались... - Ничего. Я всё понимаю. Ты можешь ехать, если нужно. - Правда? - в ответ Чхве слабо улыбается и кивает. - Прости, что так получилось. Я правда не знал, что он закончит так рано! - Да поезжай, поезжай! Всё равно не отвертишься от него. Последние слова Ким слышит достаточно хорошо, однако решает проигнорировать, чтобы не разводить очередную ссору, которая оставит после себя неприятный осадок. Вместо этого он благодарит младшего за кофе и убегает к машине, обещая ещё раз как-нибудь встретиться, но Чонхо знает, что встреча тет-а-тет произойдёт ещё не скоро, ведь Джун явно будет занят своим парнем, которого Чхве мысленно проклинает. - Почему он не позвонил мне лично? - интересуется Хонджун уже в машине. - Глава не стал вас беспокоить, потому что знал, что вы гуляете с другом. - достаточно сухо отвечает Уён, всё ещё недовольный тем, что друг этого Ким Хонджуна трогал его там, где позволено трогать только главе Красного дракона. - А он знает с каким другом я гулял? - Джун пристально смотрит на Чона, прожигая его взглядом. Он прекрасно знает, что этот парень симпатии к нему не испытывает и есть вероятность того, что он доложил Сонхва с кем именно Хонджун гуляет. В таком случае была бы оправдана эта спешка. - Я задал вопрос. - Не знает, господин. Мы ничего не говорили. - отвечает вместо возлюбленного Сан, замечая тяжёлый и недовольный взгляд Кима. Таким телохранитель видит его впервые. "Врёшь?" - думает про себя Джун, всё же отводя взгляд в сторону. "Я убью тебя, Чон Уён. Клянусь Богом, я убью тебя!" - а Чхве тем временем удачно прожигает в своём парне дыру, всем видом говоря, что сегодня его ожидает сладкая и безмятежная ночь на коврике в коридоре.