Игра в тенях

Девушка со страхом выглянула за спину Таки, чтобы тут же съежиться от взгляда русоволосого. – Не обращай на него внимания, его цепь слишком коротка, чтобы добраться сюда. Он может только смотреть, но от этого еще никто не умирал. – У-уважаемый г-господин, я страшусь, что в будущем этот поступок принесет нам одни лишь неприятности. Он ведь может затаить на вас злое… Девушка говорила так тихо, что Таки пришлось напрячься, чтобы услышать. Он не смотрел на нее, рассматривая проходящих мимо них горожан, которые неторопливо прогуливались по рынку. Исидора тоже не поднимала глаз. Она все еще мялась вокруг несчастного ящика и комкала кусочек своей юбки. – Если бы я боялся каждого злобного выскочку, я бы уже умер от нервного истощения. Садись. Женщина села, и Таки уловил еле заметный вздох облегчения. Он усмехнулся сам себе. Тем временем продажи шли полным ходом, и подошла их очередь подниматься на помост. Пока они звенели цепями, взбираясь по лестнице, Таки уловил знакомую макушку в рыночной толпе. На сердце стало веселее. Встав в полный рост на деревянном подобии сцены, он стал вглядываться в толпу еще внимательнее. А старик Калимей выкрикивал в толпу некое подобие рекламы: – Лучшие рабы Греции! Молодой красавец из знатного рода! Женщина владеющая искусством ткачей из Фессалии! Мальчик из Лесбоса с ясными светлыми глазами! Старик был умен и расхваливал свой товар именно теми качествами, которые могли бы привлечь покупателей, благодаря чему у помоста вскоре собралась толпа народа, перекрикиваясь и разглядывая стоящих на возвышении. Исидора начала нервничать и по ее щекам градом катились слезы. От несчастного уголка юбки, который она мяла в руках, остались одни лишь лоскуты, открывая израненные ноги. Пара лиц внизу искривилась от этого зрелища. Однако торговцы и некоторые из знатных дам продолжали с интересом ее рассматривать. Им не нужна была красавица, да и ноги можно было закрыть, подлечить, если окупится, или просто запереть ее в комнате и никогда больше не видеть, ведь главное ее качество – ткаческое искусство. Город Исидоры был знаменит своим ремеслом, и теперь это могло сделать старику Калимею хорошую прибыль. Ткачиха в доме могла быть полезной. – Беру за двести драхм! – Выкрикнула какая-то хорошо одетая женщина. Таки внимательно осмотрел ее. Жестокой или злой она не выглядела. Одета хорошо, но не из высшего слоя, скорее всего, жена какого-нибудь торговца, который недавно разбогател. Возможно, ищет искусных помощниц. – Продано прекрасной госпоже за двести драхм! – Выкрикнул Калимей, улыбаясь во все свои несколько зубов. – Исидора, хотя вы можете дать ей и другое имя, госпожа, хорошо вам послужит! Она мягкая и трудолюбивая рабыня. Жена торговца вдруг заметила, что рабыне тяжело спускаться с лестницы и крикнула несколькими мужчинам из своего окружения: – Да что ж вы стоите! Что ж вы стоите! Ей трудно идти, помогите же! Давай, давай, голубушка, мы тут недалеко живем, тебе у нас понравится. Таки немного расслабился. Вдруг толпа расступилась и в первом ряду в окружении нескольких охранников показался молодой господин с длинными зелеными волосами, в которые были вплетены бусинки и тонкие, словно паутинки, золотые цепочки, что создавало впечатление мерцания при каждом движении. На нем был был белый хитон, яркая украшенная вышивкой накидка. Шаг парня стелился плавно и бесшумно, благодаря мягким кожаным сандалиям с золотыми заклепками. Нил. Их глаза встретились, и Нил оскалился своей наглой ухмылочкой. Таки закатил глаза. Ну вот, над ним уже издеваются! – Эй, старик! Сколько просишь за вон того самодовольного хлыща посередине? – Он стоит пять тысяч драхм, молодой господин! Отмечая вашу невероятную проницательность, это наследник знатного рода, которого захватили в плен, потопив корабль. Я бы и больше взял за него, но для молодого господина готов поступиться своими интересами! – Калимей стелился перед Нилом, словно шелк, видя его богатые одежды и охранников. – Пять тысяч?! Да ты меня надуть решил! Я назвал его самодовольным хлыщом, видя его надменную рожу! Так-то ты любого симпатичного раба можешь в красивые одежки нарядить, откуда мне знать, что не врешь?! Я вижу только кожу да кости, а еще парочку свежих синяков! Больно нужен мне избитый или еще хуже, может, кем-то опробованный бывший эвпатрид! – Да что вы! Что вы! И пальцем не тронули его! – Старик злобно зыркнул в сторону Пелофена. Он знал о том, что произошло в сарае, как и знал то, что это ничем не закончилось, слава богу! Но парочку видимых синяков громила все же оставил. – Зевс мне судья! Провалиться мне прямо к Подземному господину, если вру! А что до синяков, так нам его таким и привезли! Вы у любого тут спросите, старик Калимей всегда продает рабов только лучшего качества! Ни разу обманом себя не запятнал! Нил сделал вид, что подозрительно уставился на старика, чем до невозможности смутил последнего. – Три тысячи – моя последняя цена, и одежки его можешь себе оставить! Нарядишь еще кого в них. – Высокомерно фыркнул Нил, махнув рукой и подозвав кого-то из своей свиты, чтобы ему услужливо положили в рот парочку сочных свежих виноградин. Таки голодно сглотнул. Вот же засранец! – Куда ж всего за три тысячи такого красавца отдавать, молодой господин! Да для него цена и в пять тысяч была оскорбительна! Посмотрите как собой-то хорош! Высокий, сильный! Боевым искусствам был обучен, как и любой благородный! Коли б не кандалы, так и сами боялись бы его, а вас и защитить сможет, и по хозяйству поработать сила есть и глазу приятен! Детишек коль заведете, учителем может быть! Нил презрительно фыркнул. – Три с половиной! – Четыре пятьсот! – Старик с азартом ухватился за возможность хорошенько поторговаться. – Три восемьсот! – Четыре двести! – Четы… – хором начали они, разгорячившись, однако спор был прерван низким бархатным голосом, взявшимся словно ниоткуда. Толпа тут же повернулась на голос, словно змеи в сторону заклинателя. – Десять тысяч. – Сколько?! – Кто-то из толпы пораженно воскликнул, не сдержавшись. Этим вечером Дельфы будут гудеть от слухов, словно улей. Таки, как и все, перевел взгляд в сторону говорящего. Тот стоял, в длинном светлом хитоне, длинные волосы были собраны на висках и заплетены в замысловатые косы, они отдавали медью в свете дневного солнца, на руках были драгоценные браслеты, накидка пестрела вышивкой и камнями. Внутри у Таки все органы скрутились в тугой узел. То ли тревоги, то ли предвкушения…чего-то, он и сам не знал чего именно. Возможно, чего-то интересного. Великое Сознание! Таки поразился сам себе: он радуется проблемам! Дожили! Коктейль эмоций, которые парень испытывал в этот момент было трудно описать. Азарт, предвкушение, опаска, тревога, страх…но он не боялся длинноволосого, как там его звали…Вейл? Красивое имя. Твердое, но бархатистое. Он не боялся Вейла, нет. Страх колыхался где-то там на дальнем берегу сознания, словно маленькое черное озеро, которое может превратиться в огромное цунами и захлестнуть его с головой, если…если они провалятся. В этом черном озере плавали маленькие блестящие сиреневые рыбки. Которые увеличатся, распухнут, разрастутся, словно метастазы, отрастят клыки и вцепятся в него в надежде разорвать на кусочки. Таки тряхнул головой. Никаких провалов. Все это время Вейл смотрел на него не отрывая глаз. – Десять тысяч. – Повторил он еще раз эту страшную, магическую цифру. Старик Калимей был близок к тому, чтобы отдать концы. Наверняка у него еще не случалось такой выгодной сделки, но он украдкой поглядел на Нила – перебьет ли молодой господин с зелеными волосами цену? Тот свирепо смотрел в сторону Вейла, прикусив кончик большого пальца. Нет, понял Таки. Кажется у Нила не было с собой достаточной суммы, чтобы торговаться. Старик тоже это понял. – Продано молодому высокому господину! Вы можете забрать свою покупку! Эй, ты, спускайся с помоста и поприветствуй нового хозяина. Таки осмотрел помост. Остался еще и Ликос. Что будет с семилетним мальчиком, когда он уйдет с помоста? Таки не был таким уж добряком, хотя, он посмеялся сам над собой в голове, учитывая его последние поступки, может и был, но оставить мальчика на произвол судьбы не решился. – Эй, старик! Не жирно ли получить десять тысяч за меня одного? Отдай ему еще и мальца, как бонус. Неужели столь прекрасный господин, – тут он посмотрел в сторону Вейла и улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой. – Не заслуживает даже маленького подарка за свою щедрость? Вейл посмотрел на Таки так, будто ждал, что тот загорится на месте. Но видимо Великое Сознание не способствовала магии самовозгорания, поэтому с Таки, конечно же, ничего не случилось за его гаденькую подлость. – Но…я…мальчик же…– Начал было Калимей, но был уже во второй раз прерван низким бархатистым тембром. – Одиннадцать. И мальчишку. – Да-да, конечно! И мальчишку! – Старик был вне себя от счастья. – Эй, мелкий, спускайся! Тот высокий красивый господин теперь твой новый хозяин! – Калимей взял Ликоса за шиворот и практически скинул с помоста вслед за Таки, как щенка. Мелкий затравленно оглянулся сначала на помост, потом на Вейла, и съежившись еще больше, схватился за рукав Таки, решив, что пока этот чуть-чуть знакомый парень еще не сделал ему ничего подлого и плохого, так что безопаснее будет держаться его. – Пойдемте, – Таки ощутил, как бархат потерся о щеки. Вейл развернулся и двинулся в сторону одного из выходов с рынка. Парень и мальчик двинулись следом, в толпе охранников, прислужников и других рабов.