как понять математику за пять занятий

      Вечером этого же дня, Хенджин написал Феликсу и спросил у него, когда ему будет удобно провести следующий урок, и чтобы согласовать с ним их дальнейшее расписание.       Феликс спокойно сидел в тик-токе, но вдруг ему приходит уведомление. Хенджин Привет, Феликс, это я, Хенджин, в какие дни тебе будет удобно провести занятия?

Феликс

Привет, мне удобно будет в среду, воскресенье и пятницу, можем тогда в эти дни проводить уроки?

Хенджин Мне в пятницу неудобно. Давай тогда в среду и воскресенье?

Феликс

Без проблем, в 6 вечером нормально будет?

Хенджин Окей, тогда до встречи, Феликс))       Феликс переписывался с Хенджином, лежа на кровати, но, прочитав последнее сообщение, он резко сел и начал пищать и дрыгать ногами, как маленькая девочка после просмотра сумерек, которая беспощадно влюблена в Эдварда Каллена. Эмоции Феликса плескались через край, его бросило в жар и появилось то самое приятное чувство в животе от ебучих бабочек, у него как будто любовная лихорадка. А казалось бы, все из-за обычных скобочек… кринж согл.

Среда

      До прихода старшего оставалось около получаса. Стоит ли говорить, что Феликс ахуеть как нервничал? Не стоит. Это и так понятно. Его волнение было на той стадии, что появился легкий тремор в руках и подрагивало все тело при мысли о нем, о Хенджине. Ли не хотел опозориться перед старшим, как в их первую встречу, поэтому решил все же приодеться, чтобы не повторять свои ошибки, вынесенные с прошлого занятия.       Феликс надел одни из своих любимых спортивных штанов, которые раньше на постоянной основе носил в школу на физкультуру. Он посчитал, что черненькие невзрачные штанишки отлично подойдут к их с Хваном встрече. А сверху он надел обычную белую футболку, на этот раз без пятен. На ногах у него были белые носочки с каким-то уебским принтом.       Феликс продолжал тонуть в мыслях о Хване, но из астрала его вывел звонок в дверь. В панике он вскочил с кровати и отбросил на нее телефон, в котором буквально несколько секунд назад рассматривал профиль своего репетитора в мессенджере. А в особенности его аватарку, на которой он стоял с какой-то симпатичной девушкой. Честно говоря, когда Феликс увидел ее, то на подсознательном уровне немного приревновал Хвана, хотя казалось бы, за что и есть ли у него право на ревность, учитывая, что он простой ученик, а Хенджин его репетитор по математике…       Ли побежал ко входной двери и начал быстро открывать замок, а за ним уже и дверь.       Он увидел Хенджина, который был одет уж слишком стильно для препода: широкие карго брюки цвета хаки, черная водолазка и сверху такая же черная кепка. На шее у него висела цепочка. — Привет! — голос Хенджина вызывал табун мурашек по коже, проходясь по самым потаенным местам тела Феликса. Его голос был бархатистым, прямо как сахар на душу. И если бы Феликс мог, то точно поставил бы его себе на будильник, рингтон, и вообще везде, куда только можно было бы, слушать его можно было годами, десятилетиями, да хоть всю свою ебаную жизнь, даже математика его голосом звучала интересно и ее хотелось изучать. — Надеюсь, сегодня ты не будешь отвлекаться, — усмехнулся Хенджин и зашел в квартиру. — Привет, — чуть смущенно ответил Феликс и отошел от двери, пропуская репетитора в дом. Заходя внутрь, Хван подметил для себя браслетик на руке Феликса, это была обычная серебряная цепочка, но она так шикарно подчеркивала тонкие запястья младшего.       Начало их второго занятия проходило почти точно так же, разве что было пару отличий: Хенджин как будто раскрепостился и начал позволять себе легкие касания к Феликсу. То потреплет его по голове, то положит руку на плечо и оставит ее там на некоторое время, то случайно проведет ладонью по бедру. Но к середине урока подростковая головушка не выдержала и начала кипеть, поэтому Ли как-то неловко и неаккуратно встал со стула. — Я схожу за чаем, — даже не спрашивая у Хенджина, будет ли он вообще чай и запомнив выбор с прошлого раза, Феликс побежал на кухню.       На кухне он угомонил свое сердечко, успокоил дыхание и, разобравшись с блядским чаем, он пошел в комнату. Он открыл чуть закрывшуюся дверь и подошел к столу. Когда Феликс ставил кружки на стол, у него вдруг начали дрожать руки, и чай неизбежно оказался на репетиторе, благо Феликс его разбавил холодной водой, и чай был теплый, а не горячий. — Боже, прости пожалуйста, Хенджин, я не специально, правда, прости пожалуйста! — засуетился Ли, чуть не выронив кружку из рук. Он быстро поставил виновницу-кружку на стол и машинально начал осматриваться по комнате в поисках предмета, которым можно было бы вытереть Хенджина. — Да ничего страшного, — сказал Хенджин, но спустя секунд двадцать аккуратно схватил, погрязшего в своих мыслях Феликса, за плечи, чтобы тот обратил на него внимание и успокоился. — Феликс, успокойся, все нормально, — Хван смотрит прямо в глаза Феликсу, заставляя того нервничать еще больше.       И тут бошку сорвало окончательно, губы скривились, глаза начало саднить от подступающей влаги, но Ли ведь мужик, он быстро проморгался, стирая слезную пелену с глаз. Пытаясь сохранять зрительный контакт хотя бы еще пару секунд, он не сдержался и снова начал озираться по комнате в поисках ответа, что же, блять, ему делать, но в итоге просто опустил от стыда взгляд в пол. Что он такое наделал от своих совсем не невинных мечтаний? Вдох Выдох Ещё раз       Мысли начали собираться в кучу, Ли снова поднял глаза на Хенджина и увидел легкую улыбку на лице мужчины. Может, это не такая уж и трагедия? Но произошло то, что Феликс совсем не ожидал, Хван притянул его к себе и обнял, поглаживая по спине. Блондин уткнулся в плечо Хенджину и вдыхал его аромат, он старался надышаться им как можно больше, чтобы точно не забыть его. Ну и как мы все понимаем, всего через мгновение Ли тоже становится мокрым, из-за чего всю грустинку, которую он сам себе и надумал, снесло волной. Ему даже смешно. И он пытался сдерживаться. Честно! Но ислегка истеричный смешок и вырвался наружу. — Ой, ахахах, — разбавил атмосферу Хван и отстранился от Феликса. — ну, теперь мы квиты, прости, — Хенджин заглядывает в глаза Феликсу и не смеет отвести взгляд, полностью тонув в них. — Ахахах, это ты меня прости, — сказал Феликс и задумался на несколько секунд, чтобы обдумать свою идею. — Давай я тебе одежду дам, а на следующем занятии, в воскресенье, ты вернешь? — блондину явно нравилась эта гениальная идея, пришедшая ему на ум, настолько, что можно было аж увидеть блеск в его глазах, на что старший улыбнулся и кивнул ему, сохраняя зрительный контакт, из-за которого появлялось приятное нежное чувство в животе, которое расползалось по всему телу и медленно спускалось к паху, но быстро исчезло. — Я сейчас! — Феликс разорвал эти неловкие во всех смыслах объятия, быстро подошел к шкафу, и начал выбирать одежду, которая была бы побольше всей остальной, ведь Хван по габаритам был немного массивнее него. Все-таки разница между взрослым мужчиной, который следит за собой, и дрыщавым подростком, была немаленькой. Он достал большую голубую футболку и серые спортивки, которые так же размером были чуть оверсайз, но на Хване должны были сесть влитую. — Вот, надеюсь тебе подойдет, — Ли вручил Хвану в руки одежду, и проводил его до ванной комнаты, чтобы тот спокойно переоделся.       Феликс все время, пока Хенджин переодевался ждал его у двери, словно брошенный котенок. Ему было одновременно и стыдно, и смешно за эту ситуацию, она выглядела настолько сюрреалистично, что даже не верилось, что это произошло на самом деле. Он одновременно и ненавидел себя за то, что он не может держать свои эмоции при себе, но одновременно и благодарил себя за свою бурную реакцию, из-за которой Хван начал его... успокаивать?       Хенджин зашел в ванну и первым делом скинул с себя самое мокрое — водолазку. За ней пошли и штаны. Он кинул их на стиралку, но потом вспомнил, что все-таки не у себя дома, несмотря на весь комфорт, который он испытывает, и решил вещи аккуратненько сложить, потом выйти и попросить у Феликса пакетик для них, чтобы донести до дома и уже там постирать. Когда он выходил из ванной, то немного удивился, увидев перед собой Феликса, сидевшего под дверью в ожидании. — А ты не можешь дать мне какой-нибудь пакет, чтобы сложить одежду? — спрашивает Хенджин с легкой неловкостью.       Феликс на несколько мгновений застыл, он напрямую уставился на пах Хенджина. Кто же знал, что серые спортивки так подчеркивают рельеф? А там нихуя себе какой рельеф, но пялиться было как-то уж совсем неприлично, да и времени на это не было, так как Хван ждал ответа. — А… Что ты, не надо, я сам постираю и отдам тебе, это как извинение будет!       Феликс взял одежду из рук Хенджина и положил ее на стиральную машинку. — Ну ладно, давай тогда продолжим занятие, — сказал Хенджин и прошел в комнату Феликса, который следовал за ним.       До конца занятия оставалось минут пятнадцать. Феликс никак не мог остановить свой взгляд на тетради, он то и дело проскальзывал по промежности Хвана, рассматривая очертания его члена. Старший, кажется, заметил эти неоднозначные взгляды и, в свою очередь, поглядывал искося на смешное лицо Феликса. Но вдруг Феликс решился задать вопрос: — Кстати, можно задать вопрос? — Феликсу страшно такое спрашивать, потому что все его надежды могут разрушиться в этот момент. — Конечно, что такое? — Это твоя девушка у тебя на аватарке? — Спустя пару секунд, Ли решил, что вопрос прозвучал как-то странно и добавил: — Ничего личного, правда, просто интересно. — Понимаю, — с улыбкой начал Хван, — это сестра моя. Я не заинтересован в поисках девушки.       Восприняв этот ответ по-своему, Ли обрадовался и подумал, что у него есть хоть какие-то шансы на сердце преподавателя. После удовлетворения своего интереса он притих и перевел центр своего внимания на математику, параллельно мечтая о том, как было бы охуенно, если Хван окажется с ним на одной стороне.       В таком немного неловком молчании, разве что изредка проскакивали указания и подсказки Хенджина, пока Ли решал задачи, прошли эти ебучие 15 минут. — Ну что ж, Феликс, урок закончен, повторюсь, ты быстро схватываешь, но тебе все равно надо быть более сосредоточенным, — усмехнулся Хван и встал со стула, одновременно поднимая сумку с пола. В сопровождении Феликса, они дошли до прихожей, где Хенджин на прощание с нихуя просто, обнял Феликса, тот конечно опешил, но обнял его в ответ. — До свидания, Мистер Хван, — произнес Феликс и посмеялся над своими же словами, вызвав этой фразой такой же смех и у Хенджина. — До встречи.       Наконец, выпроводив Хенджина из квартиры, Ли так и осел на полу, оперевшись о стену, чтобы порефлексировать на тему сегодняшних происшествий. Продлилось это недолго, так как вывод был один — пошло все в пизду, он его обнял нахуй! Да и есть другие дела, которыми можно заняться, например…

***

      Ли смотрел на вещи, лежащие на стиралке, уже пару минут. Они смотрели на него. Он метился между двумя вариантами: первый — бросить их блять в стирку, второй — понюхать их. Как бы абсурдно не звучало, но эта мысль не покидала бедную голову Феликса. Пока никто не видит. Никто не узнает. Он взял водолазку и, сев на край ванны, Ли поднес ее к носу. Пахнет мужским одеколоном и чем-то непонятным, чем-то очень приятным — ароматом самого Хенджина, который обволакивает все пространство, как тот только вступает на порог, и дурманит голову. Аромат расслаблял и напрягал одновременно. Феликс как будто растекался по бортику, на котором не очень уютненько умостился, норовив завалиться назад.       Сам того не понимая, у Ли начало тянуть внизу живота. Возбуждение накрывает с головой, и блондин, не сдерживая себя, гулко выдыхает. Рука проходит по груди, спускаясь ниже, обхватывая ствол, и начинает двигаться вверх-вниз. Тот самый браслетик-цепочка слегка царапает выступающие тазовые косточки и низ живота, но Феликсу это нравится. Вторая рука держит черную ткань, сминая, прижимая жадно её к носу. Запах Хенджина словно наркотик. С каждым новым движением он вдыхает его как очередную дозу.              Широко расставленные ноги напряжены и подрагивают. «Очень откровенная поза…» — думает Феликс, и его прошивает новая волна возбуждения, когда парень представляет, что Хенджин как-то случайно мог увидеть его в таком положении. Он закусывает губу, а рука, до этого уверенно скользящая по стволу, собирает смазку. Ли прогибается и чуть не падает в ванну, после этого и решает переместиться на пол. Заняв удобную позу для проникновения, Феликс той же рукой, что собрал смазку со своего члена, входит в себя медленно, сначала одним пальцем, а затем добавляет второй. Тугие мышцы поддаются скользким пальцам, которые проникают глубже и начинают двигаться. Спина неудобно выгнута, и колени уже начинают побаливать, но движения не останавливаются. Блондин зажмуривает глаза и представляет, как взгляд его репетитора скользит по его распутному телу, которое подготовлено для него. Он сильнее проталкивает пальцы, массируя простату и подаваясь бедрами наверх. Член болезненно тянет, и Ли, выпуская из второй руки кофту, уделяет ему внимание. Теперь обе его руки двигаются в одном ритме…