A Drop In The Ocean

По правде говоря, этот план, пожалуй, самым неудачным из всего, что они задумали на сегодняшний день. На самом деле Беллатрикс знает, что они совершенно не готовы. Тем не менее, они сидят в тёмном переулке, наблюдая за домом Теодора Стринга. Холодно, соски встали под корсетом, но она не может заставить себя применить согревающее заклинание. Ей нравится этот пронизывающий холод. Ей нравится легкая боль. Она могла бы отказаться от миссии, но она знает, что Гермиона всё равно пойдёт с ней или без неё. Она не позволит ведьме идти напролом, ведь сначала нужно разведать местность. Узнать, сколько времени понадобится аврорам, чтобы добраться сюда. Сколько выходов есть. Об этом можно не беспокоиться, если понадобится, мы можем взорвать стену. Гермиона, похоже, встала на тропу войны. Я умираю. Эти слова преследуют её постоянно, но каждый раз, когда она собирается расспросить ведьму о том, что произошло той ночью, она получает отказ. Просто эпизоды, забудь. Она не может забыть об этом, это важно, это беспокоит её. Гермиона, однако, кажется невозмутимой, она даже не упоминает об этом. Я умираю. Что она имела в виду? Все медленно умирают, у всех медленно уходит время. Затронуло ли это Гермиону? У нее есть Маховик времени, проходящий через ее тело, стареет ли она так же, как другие? Стареет ли она медленнее или, может быть, быстрее? Белла смотрит на притихшую ведьму, та сосредоточенно глядит на здание перед собой, ожидая каких-либо признаков жизни. Белла не уверена, как давно они здесь стоят. Это похоже на старые времена. Ожидание с Пожирателями Смерти, ожидание, когда все будут дома, прежде чем ворваться в туда. Пока люди не начали умирать. Всё это слишком напоминало прошлое. Она оставила всё это позади, попыталась начать жизнь с чистого листа. И вот она стоит на морозе, как последний лейтенант, ожидающий приказа. Возможно, именно в этом они и ошибаются, она была так сосредоточена на том, чтобы остановить Гермиону, и ей не пришло в голову использовать свои таланты. Она уже делала всё это раньше, она никогда не подводила своего Лорда. Все её походы, все её миссии проходили гладко. Пора в последний раз обуться в старые поношенные туфли. Чтобы положить конец всему этому, она готова пойти на попятную, если это будет означать спасение Гермионы. Она снова станет лидером. Беллатрикс бросает на Гермиону ещё один взгляд, который вызывает у неё вздох отчаяния. Гермиона ненавидит, когда за ней присматривают, ненавидит быть слабой в любом случае. Они даже не заговорили о поцелуе, впрочем, они никогда и не говорили. Белла даже не знает, что это значит. Значит ли это, что они снова вместе? Она не знает. Знает только, что сейчас ей надоедает, что юбка задирается от холода и от того, что она смотрит на этот забытый богом дом, в котором ничего не происходит. Пора поиграть, пора поохотиться. Белла выходит на свет и слышит вздох Гермионы. Не обращая внимания на ведьму, она бесстрашно переходит улицу. Осмотрев окрестности в поисках следов присутствия кого-либо, следов чар, она посылает вдаль вспышку. Наложив небольшое заклинание, она ударяет по кирпичу, оставляя на нем царапину, но никаких чар не наложено, и Гермиона улыбается. — Белла? — шепчет Гермиона, догоняя ее. — Не отставай, — Беллатрикс приказывает. Ее воображаемая маска опускается на место, ужасающая улыбка расплывается по ее лицу, когда она стучит в парадную дверь. Они знают, что Стринг дома, они видели, как он входил час назад, видели, как он передвигался по дому. Входя в дом, она чувствует запах еды на кухне. Гермиона сообщает ей, что это старая церковь, переделанная в дом, что, видимо, имеет значение. Но ей это безразлично. Беллатрикс слышит на кухне лязг, возгласы, топот ног. Стринг едва успевает вбежать в зал, как она произносит заклинание, и он влетает в закрытую дверь. Дверь разлетается вдребезги, отовсюду сыплются щепки. Она слышит, как Гермиона запирает и задвигает входную дверь, и направляется за своей жертвой в большую комнату. Просторная комната, стены украшены маггловским старинным оружием, и Беллатрикс пожимает плечами. Её больше интересует Стринг, который пытается подняться на ноги. Одним щелчком она обезоруживает мужчину, и он падает на колени. — Проверь дом, — она приказывает Гермионе и замечает, как ведьма приостанавливается. На лице Гермионы заметно возмущение тем, что ей приказывают. Легкое неприятие того, что ей говорят, что делать, прежде чем что-то другое берет верх. Легкое расширение глаз, намек на то, что ведьма возбуждается от того, что ей приказывают. Она оставит это в памяти на потом. Но Гермиона остается верна себе, она идет осматривать дом, они не будут спорить на глазах у врагов. Нет, для этого они слишком хорошо обучены. Единый фронт. Белла слышит, как Гермиона идет в сторону, высматривая что-нибудь необычное, что могло бы привлечь её внимание. Она надеется, что в доме нет ничего неприятного, что могло бы навредить ее ведьме. Она может убить его прежде, чем он принесёт пользу. — Теодор Стринг, — поприветствовала она его, оскалившись. — Я много слышала о тебе. — Как и я о вас, — сказал он с легким шелестом в голосе. Это будет легче, чем она думала, но все же она не теряет бдительности. Они уже попали в достаточное количество ловушек, и она не хочет попасться еще раз. Это не пойдет на пользу ее репутации. В порыве скуки она осматривает один из маггловских артефактов. — Я слышала, что ты — мастер, — тихо говорит Белла. — Также я слышала, что ты убил Уизли, подставив Грейнджер. — Это неправда! — Он прерывает ее, она посылает ему смертельный взгляд. — Теперь… теперь не надо скромничать, ты убил Уизли, потому что он собирался выдать тебя. Он собирался продать тебя. Помогло и то, что он жил с Грейнджер. Поэтому ты взял её палочку и убил его. Подставил ее. — НЕТ! — Она платит мне большие деньги, чтобы я очистила ее имя. — Белла продолжает, когда Гермиона возвращается в комнату. — Все чисто, — говорит Гермиона, садясь в кресло. — Хорошо. — Она убила его! — кричит Стринг, указывая на Гермиону. — Это ее палочка! — Я была в Австралии, — отвечает Гермиона. — Я не убивал Рона! — Он отрицает, поднимаясь на ноги. — Мы знаем, но ведь ты его нанял, не так ли? — говорит Гермиона, откидываясь на спинку кресла. — Ты уговорил Брейчер послать его на несколько заданий. Что это были за задания? — Вы убили Брейчер? Она была просто бумажным писакой, а вы убили невинную женщину. — Она сама вышибла себе мозги, если бы я собирался ее убить, я бы сделала это гораздо больнее. Например, вот так! — Белла рычит, направляя свою палочку. Заклинание сбивает его, обычные заклятие, ничего общего с настоящей болью, которую она может причинить, но оно заставляет Стринга жалко дергаться на полу. Через несколько минут она отпускает его, когда Гермиона поднимается на ноги. — Ты заставила Блэк выполнять твои приказы? — Он выплевывает слова в Гермиону, когда она опускается перед ним на колени. На её лице появляется небольшая улыбка, когда она смотрит на дрожащего мужчину. — Нет, она здесь для твоей защиты, — раздается тихий шепот. — Мой лучший друг мертв, и я устала ходить по кругу, я в половине случаев не собираюсь позволять ей мучить тебя до беспамятства. Если только я не начну получать ответы. Гермиона поднимается и, как львица, расхаживает по комнате, разглядывая странные безделушки на стене. Белла, прислонившись к стене, наблюдает за тем, как Гермиона ведёт себя, и с ухмылкой смотрит на мужчину, стоящего на коленях. Это будет интересно. — Ваш дедушка участвовал в Первой мировой войне, не так ли? — спрашивает Гермиона. — Да, откуда вы знаете? — Просто предчувствие. — Гермиона пожимает плечами, Белла фыркает про себя. — А что делал Рон? — Наверное, это трудно, — говорит Стринг вместо ответа. — Работать с Невыразимцем, как ты можешь доверять всему, что она говорит? Белла ничего не отвечает, лишь пожимает плечами. Когда Гермиона поворачивается, чтобы посмотреть на более уверенного в себе мужчину, они, должно быть, что-то пропустили. Внезапно Стринг стал смелее, поднявшись на одно колено. — Они не могут говорить правду, во всяком случае, не напрямую, это противоречит их клятве. — А блондинка была частью этого? — спрашивает Гермиона. — Блондинка? — Рон встречался со светловолосой девушкой, а потом она исчезла. — Видишь, она сделает все, чтобы избежать правды. Я могу сказать тебе то, что знаю, но как ты можешь доверять ей, что она скажет тебе всю правду? — Просто ответь на вопрос, — нетерпеливо говорит Гермиона. — Это все связано с Пандорой, -отвечает Стринг. Белла с любопытством наклоняется вперед, она уже несколько раз слышала, как об этом говорили. Министерство заметало следы вокруг Пандоры. Как и все, она знала миф о ящике Пандоры, но что же скрывает министерство? В греческой мифологии, согласно Гесиоду, когда Прометей похитил огонь с небес, Зевс отомстил за это, подарив Пандору (первую женщину на земле) брату Прометея Эпиметею. Пандора открыла ящик, в котором находится смерть и множество других зол, выпущенных в мир. Она поспешно закрыла его, но все содержимое вырвалось наружу, кроме одной вещи, которая лежала на дне — Элпис. Элпис можно перевести как надежда или ожидание. Поскольку ящик был закрыт, никто не знал, что же на самом деле лежит на дне, ведь оно так и не было освобождено. Могло ли Министерство найти ящик Пандоры? — Если я расскажу тебе то, что знаю, ты оставишь меня в живых? — - спрашивает Стринг — Зависит от информации. — Белла опускает глаза. — Что такое Пандора? — Понятия не имею, — раздался ропот. — Как капля воды, слово прокатилось по стране. Для большинства это не имело никакого значения, для нужных людей это было как капля в океане. Ничего не известно, только имя. Пандора. Всем известно наследие — ящик Пандоры. Это заставляло задуматься. Нашло ли Министерство потерянный ящик? Существует ли он? Невообразимая сила? — Легенда гласит, что в нем содержится все мировое зло. Если открыть шкатулку, это будет равносильно открытию дверей в ад. — Белла поправляет. — Но тот, кто управляет шкатулкой, управляет демонами. — Шкатулка — это портал, а не средство контроля. — Белла предупреждает, она ненавидит идиотов, которые думают, что могут управлять существами, не предназначенными для этого мира. — Вы очень тихая мисс Грейнджер, — говорит Стринг, обращая внимание на Гермиону, которая наблюдает за происходящим со стороны. — Кто-нибудь мог бы подумать, что вы не хотите принимать в этом участие. Или, может быть, не можете? — Я уже давно поняла, что с идиотами, помешанными на власти, нельзя вести переговоры, — спокойно отвечает Гермиона. — Если бы в Министерстве было что-то подобное, мы бы уже все знали. — Правда? — спрашивает Тонгс. — Разве не вас послали сдерживать тех, кто произносит это слово? — Я исследователь, выезжаю на место для консультаций или поиска определенных предметов. — Скажу прямо, я тебе не верю. В конце концов, говорят, что в Департаменте Тайн есть очень небольшая группа, которая занимается исключительно Пандорой. — К сожалению, я работаю в Отделе времени, — отвечает Гермиона. — Я в курсе, но вы дружили с Каттером, он ведь работал на Пандоре, не так ли? — Может, и работал, я не знаю. Все-таки наш департамент придумал клятву, трудно вести беседу, когда все под присягой. — К чему ты клонишь, Стринг? — спрашивает Белла. — Почему ты не говоришь «Пандора»? Может быть, потому, что не можешь? Потому что ты поклялась хранить тайну, что именно ты работаешь на Пандоре, — утверждает Стринг, указывая пальцем на Гермиону. Переведя взгляд на Гермиону, Белла замечает, как та слегка хмурится, глядя на Стринга. Это правда, Гермиона может работать на Пандоре, но она не сказала, хотя и поклялась хранить тайну. Минуты идут, а Гермиона все молчит. Правда ли это? Знает ли Гермиона о Пандоре? — Пандора, — Гермиона произносит имя, театрально вскидывая руки. Это очень эффектно, ничего не происходит, Гермиона поднимает бровь и смотрит на Стринга, который выглядит ошеломленным этим открытием. Он почти обижен, что ошибся. Покачав головой, Гермиона делает шаг вперед. — Пожалуйста, просто расскажи мне, что ты знаешь, ради Рона. — Он был хорошим парнем. — Да, был. Он этого не заслужил. Но он впутался в то, что я должна знать. — Он был нашим Интеллектуалом, он нашел способ найти информацию о Пандоре, он пришел ко мне, услышал, что я тот человек, с которым можно поговорить. Я не знаю, откуда он взял информацию. Мое начальство заинтересовалось, заплатило ему, чтобы он принес больше информации, он принес им все, что мог. Теперь у нас никого нет, но есть новый приказ. — Что за приказы? — требует Гермиона. Беллатрикс понимает ответ раньше, чем Стринг его произносит. Они стали причиной смерти Брейчер и несут ответственность за смерть Уизли. Приказ — избавиться от них. Гермиона на секунду отстаёт от неё. Они должны уйти, они попали в потенциальную ловушку, и им нужно выбираться. Оставить Стринга, он им не нужен. Все замедляется, Белла понимает, что это не Гермиона. Палочка скользит к ней в руку как раз в тот момент, когда Гермиона выпускает заклинание прямо в Беллу. Широко раскрыв глаза, Белла пытается отодвинуться, чувствуя, как предательство проносится по ее телу, но она слишком медлит, и заклинание летит прямо в нее. Неужели всё это было ловушкой, чтобы схватить Беллу? Заклинание с шипением проносится мимо ее лица, она чувствует жар, исходящий от него. Шмяк! Оно попадает в кого-то позади Беллы, она оборачивается и видит, как кто-то с кинжалом летит по воздуху. Она поворачивается как раз в тот момент, когда Гермиона бросает ей подмигивающий взгляд и вступает в дуэль с первым глупцом. Полетели искры, вспыхнуло электричество, Стринг нырнул в укрытие, когда люди заполонили комнату. Надо было взять с собой побольше людей. Белла ухмыляется, сбивая первую жертву на пол. Она танцует в безумии, красные, зеленые и желтые заклинания разлетаются по комнате. Один человек, отброшенный Гермионой, едва не задел ее. Она сопротивляется желанию посмотреть, не в силах отвлечься от борьбы. К счастью, решение было принято, когда спина Гермионы соприкоснулась с её спиной. Они сражаются бок о бок, как будто никогда не прекращали работать вместе. Их заклинания синхронизированы друг с другом. Атакующий за атакующим падают, они расходятся только тогда, когда Гермиона не дает Стрингу убежать. — Иди ко мне, ублюдок! — кричит Белла, дразня слегка дрожащего мужчину. Проклятие ударяет его в плечо, и он падает, когда в комнату входят еще двое. Она гогочет, вселяя страх в своих противников. Уворачивается от заклинания, двигаясь так быстро, что обхватывает рукой шею одного из нападавших, используя его как щит. Его ударяет коллега, который замирает в печали. Она валит его с ног. Они наступают на нее, думая, что смогут заключить ее в ловушку. Белла одним щелчком убирает того, кто слева. Остаются только двое нападающих. Если они подойдут ближе, она может схватить их, у нее есть нож, и она может вырубить одного. В дверь входит еще один, она может использовать импульс одного заклинания, чтобы убить нового нападающего. Она отражает довольно бессмысленное проклятие, и оно задевает ногу нападающего. Заклинание летит ей в лицо, она уклоняется от него, ухмыляясь, и направляет заклинание прямо на врага. Он рушится кучей, она поворачивается, чтобы сразиться со следующим, когда крик нарушает всю концентрацию. — БЕЛЛА! — Крик почти нечеловеческий, и она узнала бы голос Гермионы, где угодно. Она разворачивается, готовясь убить любого, кто посмеет обидеть ведьму, но Гермиона бежит к ней. Как странно. БАХ! Воздух разлетается на куски, вибрация сотрясает её кости. Ее бросает вперед. Мир кренится и исчезает. Беллатрикс задаётся вопросом, не остановила ли Гермиона время снова, всё происходит довольно медленно. Глаза с трудом открываются, вдалеке раздаются крики, кто-то корчится от боли рядом с ней. Это из-за меня? Она спрашивает себя, в голове у неё всё путается. Мысли разбегаются. Она шевелит ногами, пытаясь встать, и агония вырывается наружу. Она думает, что одна из них может быть повреждена. Ее голова наполнена гулом, она едва может соображать. Повсюду обломки, кровь стекает по ее лицу. Она кашляет, что-то царапает ее изнутри. Ей трудно даже думать, не говоря уже о том, чтобы заставить свое тело двигаться. Что-то касается ее лица. — Белла. — Гермиона шепчет, прижимая пальцы к ее шее. — Я в порядке. — Белла бормочет в ответ. — Граната… в стену. Маггловская. — Гермиона говорит, но слова не имеют никакого смысла. — Больно. — Белла шепчет больше для себя, чем для кого-то другого. — Держись, ради меня. — Гермиона умоляет ее, сжимая ее руку. Она попытается, ради Гермионы она попытается. Хотя она и сомневается в успехе: пока Гермиона поднимается на ноги, Белла замечает, как растет число людей, собравшихся здесь, чтобы убить их. Ей не победить, даже Волдеморт сделал бы тактическое отступление. Беги! Гермиона, беги! Гермиона снова достаёт свою палочку. И всё вокруг темнеет.