Женитьба с первого взгляда

— Когда мы снова увидимся? — шёпотом спросил Пауль стоя на пороге вместе с Рихардом. Рихард сверкнул улыбкой и ответил: — Как можно скорее. Я позвоню тебе, хорошо? Когда Пауль кивнул, Рихард прикрыл глаза и наклонился к нему, позволив их губам встретиться для поцелуя. Слова которые они оба знали, но боялись произнести повисли в воздухе: Ты любовь всей моей жизни. От осознания этого Рихарду захотелось плакать слезами радости и танцевать как наркоман на вечеринке одновременно. Они в очередной раз попрощались и наконец отпустили друг друга. — Tschüss и спокойной ночи, Рихард. — И тебе спокойной ночи, Пауль. Когда дверь квартиры закрылась за спиной Рихарда, он не смог сдержать широкой улыбки, появившейся на его лице. Наверное, он выглядел нелепо, но его это не интересовало: сегодня вечером Рихард был уверен, что ничто не сможет заставить его передумать, такого по-детски веселого настроения он не испытывал много лет. Это было то, чем стоит дорожить. Выйдя из здания в темную ночь, освещенную лишь бледными уличными фонарями, Рихард убедился, что вокруг никого нет, и поднял руки и сказал: — Да, блять, да! — сам того не ожидая, из его глаз выкатилась единственная слеза — он был готов праздновать остаток вечера. Он громко рассмеялся и закрыл глаза, некоторое время кружась. Сейчас я самый счастливый мужчина в Германии — нет, не только в Германии, во всем мире! — он мысленно обрадовался, одновременно открыв глаза, чтобы заметить неожиданных свидетелей: семью с двумя маленькими девочками, которые выгуливали свою собаку. Они остановились уставившись на взрослого мужчину, кричащего и кружащегося в одиночестве ночью. Обычно Рихард опустил бы голову и пробормотал невнятные извинения, но не сегодня: он просто погладил милого белого терьера и одарил семью своей самой милой улыбкой. Ничего не сказав, семья отступила, две маленькие девочки оглянулись, когда ночной незнакомец помахал им рукой. Рихард вздохнул, глупая ухмылка всё еще не исчезла: как всё вдруг начало налаживаться, обретать смысл? Ещё утром он был несчастным человеком, не знающим, что делать, но теперь… Это было невероятно. Всё произошло очень быстро. Сомнений в том, что Пауль был любовью всей его жизни не было. Они прошли через некоторые сложности, прежде чем смогли быть по-настоящему вместе. Теперь пришло время насладиться этим счастьем в полной мере — Рихард заслужил это. Он был уверен, что даже ворчание его жены не испортило бы его настроение. В конце концов, их общение постепенно сходило на нет, так что технически они были на грани развода, верно? Да, так оно и было: Рихард был свободным человеком, он мог делать всё, что хотел, с кем хотел — какая-то навязанная любовь из реалити-шоу не должна была встать у него на пути. Ничто не могло помешать им с Паулем. Дорога домой заняла больше времени, чем ожидалось, но Рихард даже не потрудился проверить, который час. Он открывал дверь в свою квартиру и надеялся, что ему больше не придется жить в ней одному. Рихард повесил пальто на вешалку. После долгой прогулки он устал, но даже не заметил этого в своем любовном экстазе. Поздний час его не смущал, принять горячую ванну было бы очень кстати. Но его планы прервал женский голос позади, который чуть не заставил его подпрыгнуть. — Долгая ночь в офисе, да? Не было сомнений, кому принадлежал голос. Verdammt, how? — Эмма, что ты здесь делаешь? Я думал, ты должна завтра утром идти на работу. Женщина встала со стула, на котором сидела и подошла к своему мужу. Как всегда, на её красивых, но жестких чертах лица проступила эмоция, которую Рихард не мог распознать. Гнев, жалость, отвращение? Может быть, коктейль из них. Эмма остановилась всего в нескольких сантиметрах от Рихарда и внимательно оглядела его с головы до ног, — Я ждала тебя. — она наклонила голову и продолжила: — Почему так долго? — Не твое дело, — был ответ, слетевший с губ Рихарда прежде, чем он успел это осознать. Он просто не хотел портить своё хорошее настроение внезапной встречей с женой из реалити-шоу, — И как ты вообще сюда попала? — Oh bien au contraire, ça me regarde, — ответила женщина с загадочной ухмылкой, изучая свои ногти, — Tu devrais faire plus attention avec ta clé de secours la prochaine fois, — за этим последовал жесткий смех. Рихард закатил глаза и фыркнул, — Чёрт возьми, если ты хочешь поговорить, мы можем хотя бы говорить на языке, который я знаю? — прекрати выпендриваться, это смешно. — О, я не знала об этом, муж, — сказала Эмма, неохотно меняя формулировку. Она позволила своим накрашенным длинным пальцам коснуться щеки Рихарда, которая всё ещё была прохладной после улицы. Она напоминала Круэллу де Виль — не хватало только длинной белой шубы, — Ты был не готов говорить со мной, поэтому я решила, что даже не имеет значения, что я говорю. Ты всё равно не стал бы слушать, так что какая разница, говорю я по-немецки, французски или на эсперанто? С кислым выражением лица и клокочущим внутри гневом Рихард убрал руку со своей щеки, — Эмма, я не в настроении разговаривать сегодня, так что оставь меня в покое и иди домой, — сказал он и направился в ванную комнату — он все ещё хотел принять горячую ванну, несмотря ни на что. Но упрямая женщина отказалась так легко расстаться. Она схватила Рихарда за плечо как раз в тот момент, когда он проходил мимо, заставив его повернуться к ней лицом. Длинные ногти впились в его кожу даже сквозь одежду. — Что ты делаешь? Вместо своей фирменной ухмылки глаза Эммы сузились — тень упала на её красивые черты. — Ты должен знать свое место… На случай, если ты забыл, мы всё ещё женаты. Рихард не смог сдержать ухмылку, слетевшую с его губ, — С каких это пор ты начала заботиться обо мне? Сегодня на интервью ты отказалась разговаривать со мной. Что это блять такое? Допрос? Снова оглядев мужа с головы до ног, Эмма проигнорировала вопрос Рихарда, — Очевидно, ты с кем-то трахался. Чувствуя, как горячая волна пронзает его тело, Рихард решил, что не собирается сдаваться — он не сделал ничего плохого, — Как я уже говорил, это не твое дело. Мы поженились в гребанном реалити-шоу! — На случай, если твой французский подзабылся, я уже сказала, что всё это мое дело, — сказала Эмма с чистым ядом в голосе, — Это был тот оператор? Не смей говорить мне, что ты трахался с ним? Больше не заботясь об этом, Рихард просто выпалил: — Да, у нас была потрясающая ночь, — он наклонился ближе к женщине и прошептал: — Это была одна из лучших ночей в моей жизни за долгое время, и не благодаря тебе, — если бы он сейчас смотрел на себя со стороны, то не узнал бы себя — откуда взялась вся эта злоба? Возможно, Эмма имела к этому какое-то отношение — грубые комментарии и манеры женщины и так причинили достаточно боли, так что Рихард понял, что ему тоже можно не быть милым. Хватка на плече Ричарда усилилась, а затем ослабла — Эмма отступила назад. Бледная, почти на грани обморока, она наполовину сказала, наполовину всхлипнула: — Ты… ты… сволочь! С кривой улыбкой Рихард сказал: — Знаешь, события имеют тенденцию происходить не так, как ты ожидала, несмотря на то, как сильно ты бы не пыталась их контролировать, — наконец, он прошел мимо разъяренной женщины, направляясь в свою долгожданную ванну, — So excusez-moi, но это мой дом и я могу делать здесь всё, что захочу. Рихарду почти удалось добраться до ванной, но женщина пошла за ним. Эмма просто продолжала смотреть на него, её глаза пронизывали тело и душу Рихарда. Тяжело дыша, женщина выглядела так, будто сейчас либо разрыдается, либо взорвется. В последний раз Рихард обернулся, — Если тебе есть что сказать, кроме того, чтобы оскорбить меня, это твой последний шанс. В остальном, я желаю тебе спокойной ночи и хочу сказать, что если у нас когда-то что-то и было, то теперь это официально закончено. Эмма стиснула зубы так крепко, что можно было услышать их скрежет — она не смогла выдавить из себя ни слова. Просто пожав плечами, Рихард сказал: — Хорошо. Советую уйти из моей квартиры. Запасной ключ, который ты, судя по всему украла у меня, тоже оставь здесь, он тебе больше не понадобится. Что-то щелкнуло в её голове и сама того не замечая, она сжала руку в кулак, собрав в нём всю свою силу, рука сама собой двинулась туда, куда определенно не должна была. — Пошёл ты! — крикнула Эмма прежде чем ударить Рихарда. Время и пространство вокруг вынужденных любовников остановились — ни один из них не понимал, что происходит и каковы были последствия. Это было так же больно, как в прошлый раз, когда Рихарда ударила его бывшая. Он коснулся своей щеки, и почувствовал теплую жидкость, которая текла по его лицу прямо в рот придавая ему металлический привкус. Снова была пульсирующая боль, точно такая же, как он помнил — он видел только звезды перед глазами и посреди них размытую фигуру женщины, которую больше не узнавал. Это было последней каплей — ему нужно было уйти, сейчас. Не менее потрясенная Эмма всхлипнула: — Рихард, послушай, я… Я не… — но слова застряли у неё в горле. Не потрудившись выслушать какие-либо объяснения, Рихард развернулся и из последних сил заперся в ванной. Он рухнул на холодный кафельный пол и схватился за голову. Комната вращалась по кругу, и снова по кругу, и снова по кругу… по кругу… 1, 2, 3, 4… Он сосредоточился на дыхании и счете. 1, 2, 3, 4… вдох, выдох… Бедняга трясся как осиновый лист на полу туалета, не в силах избавиться от боли и надвигающейся панической атаки — точно так же, как это было, когда его ударила когда-то бывшая. — Рихард, выйди из ванной, я не это имела в виду! — Эмма закричала, но не получила никакого ответа, — Открой дверь, я… — с громким стуком, она все еще старалась изо всех сил, — Мне очень жаль, мы должны поговорить! Рихард прикусил нижнюю губу и вынужденно снова ощутил металлический привкус, и попытался вспомнить, как он пережил эту ситуацию в прошлый раз. Он не мог поддаться панике, просто не мог… Эмма победила бы, он просто не мог этого допустить… Ему нужна была помощь. Но где и кто? Больше всего на свете ему сейчас нужны были бы объятия Пауля и успокаивающие слова, но он не хотел втягивать бедного оператора в эту передрягу. Мысленно составив план, Рихард достал свой телефон. Почти уронив его на пол, он набрал номер, который был важнее любого экстренного номера в этом мире.

***

Никогда раньше фильм с рейтингом «Б» не вызывал у Тилля такого уныния, но сегодня что-то явно было не так. Что происходило в жизни Рихарда? Тилль не мог выкинуть из головы образ своего друга, выглядящего таким разбитым. Что он мог сделать, чтобы помочь? Должен ли он позвонить ему? Должен, и должен, и должен… так много должен… И, прежде всего, было ли ещё что-то, о чем Тиллю следовало беспокоиться? Бывшая Рихарда не давала покоя Тиллю, хотя они не виделись целую вечность. Что, если бы эта жена из реалити-шоу, была бы… Нет, просто нет. — Тилль покачал головой. Ты просто слишком остро реагируешь. Олли, сидевший рядом со своим другом, поднял бровь, когда фильм закончился, а его друг всё ещё молчал — Тилль не сказал ни единого слова после их предыдущего обсуждения. Олли выключил телевизор и посмотрел на своего друга с искренним беспокойством, — Was ist los? Очнувшись от своих мыслей, Тилль поёрзал на диване и пробормотал: — Ничего, — даже он сам понимал, что это звучит не совсем правдоподобно. — Тилль, серьезно, это был наш любимый фильм, а ты ничего не сказал. Что случилось? — Я… хм, ну, — начал Тилль, когда на кухне зазвонил его телефон. В тайне он испытал облегчение, когда ему не пришлось объяснять свои опасения проницательному Олли. Он резко встал с дивана и пошел отвечать, даже не взглянув на того, кто звонил ему в позднее время ночи. — Hallo? — Тилль, послушай… — мужчина на другом конце начал что-то бормотать и тяжело дышал. Его голос звучал крайне слабо, слова едва вырывались из него, — Т-ты, должен… Я… мне нужен… ты… Тилль крепче сжал телефон в руке и, заикаясь, произнес: — Р-Риш? — О черт. Это не предвещало ничего хорошего, — Ты в порядке? — он почти кричал, пробуждая любопытство Олли в соседней комнате, — Где ты? Что происходит? Когда Олли подошел к Тиллю следующим, увидев, что его друг бледен и дрожит, Рихард сказал: — Эмма у меня дома и… это… — он остановился и шмыгнул носом, — Это случилось снова… Я… я не знаю… П-пожалуйста, не мог бы ты просто… — Мы с Олли приедем прямо сейчас, — твердо ответил Тилль, — Просто оставайся там, мы скоро будем, хорошо? Когда Рихард заверил, что ему ничего не угрожает, Тилль положил телефон на стол, уставился на него и попытался разобраться в своих мыслях. — Это был Рихард? — спросил Олли, и Тилль слабо кивнул. — У него проблемы? Еще один кивок, и больше никаких объяснений не потребовалось — двое мужчин вышли на улицу к машине Олли.

***

Обычно он был осторожен на дороге, но сегодняшний вечер стал исключением — благодаря удивительным навыкам вождения Олли они прибыли к дому Рихарда рекордно быстро. Несмотря на то, что Тилль не был религиозным человеком, он поблагодарил всех богов, которые существовали за то, что у него был запасной ключ от квартиры Рихарда. Не успел Олли даже выйти из машины, как Тилль уже был в коридоре, направляясь к двери, дорогу к которой он бы вспомнил даже во сне. Дрожащими руками Тилль открыл дверь — он должен быть готов ко всему, самое главное, не терять самообладание. На пороге Тилль выглядел как бык, который покраснел, когда его взгляд упал на Эмму, стоящую под дверью ванной. Теперь ему приходилось бороться с желанием прижать женщину к этому месту. Тилль поднял палец и задрожал, — Ты… ты, сука… Я даже не знаю, как тебя называть… Словно пойманный преступник, Эмма всплеснула руками: — Послушай, я могу всё объяснить, это не то, о чём ты думаешь… — Так что же тогда, а? — Тилль заорал, не в силах больше сдерживаться, хотя и обещал сохранять спокойствие, — Где, блять, Рихард, что ты сделала? Олли подошел к своему другу сзади и положил руку ему на плечо, — Тилль, давай попробуем обсудить это, хорошо? — он перевел взгляд на Эмму. — Где Рихард и что здесь произошло? Кто-то пострадал? — в своей работе он видел похожие случаи, но, конечно, все было немного иначе, когда речь шла о твоём хорошем друге. Эмма выглядела униженной и полностью загнанной в угол. Она разрыдалась. Тилль закатил глаза, — Серьезно… — Тилль, что я только что сказал! — Олли воскликнул с необычным напряжением в своем обычно мягком голосе, — Мы должны выслушать её, прежде чем делать какие-либо выводы, — он сделал шаг ближе к женщине и стараясь звучать как можно мягче, спросил: — Что именно здесь произошло? И где Рихард? Не в состоянии ничего сказать, Эмма просто указала на дверь ванной. Тилль немедленно попытался вломиться, но заметил, что дверь была заперта, — Черт! Олли, которому удавалось сохранять спокойствие гораздо лучше, чем его другу, постучал в дверь, — Риш, это Олли и Тилль. Впусти нас пожалуйста. Сначала они ничего не услышали в ванной, но, к их облегчению, дверь открылась, демонстрируя жалкое зрелище, которое вернуло Тилля в прошлое. Он вздохнул с хлюпаньем и, не в силах сказать ничего вразумительного, заключил мужчину в объятия. Ричард начал рыдать на плече своего старого друга, — Это всё моя вина… — Тсс, не говори таких вещей, всё будет хорошо, — успокаивал Тилль, — Всё в порядке, я рядом. Тем временем Олли остался с Эммой в прихожей после того, как собственными глазами убедился, что Рихард в безопасности. Он пытался допросить женщину, — Итак, вы сказали, что просто случайно… ударили его? — Я не должна была этого делать, это случайно произошло, клянусь! — Эмма почти кричала, — Кроме того, он… — Что? — спросил Олли с пронзительным взглядом, скрестив руки на груди. Отведя взгляд, Эмма сказала: — Он был сегодня с… кем-то другим. Олли выдохнул — он столько раз попадал в подобные ситуации на работе, что уже сбился со счета, — Я понимаю, ты расстроена, но это не значит, что ты можешь ударить своего мужа, — он провел рукой по своей бритой голове, пытаясь понять, как им следует поступить. Громкий стук напугал их обоих — в дверях стояли Рихард и Тилль. — Сегодня он переночует у меня, — объявил Тилль и сузил глаза, когда впился взглядом в Эмму, — А ты, сука, держись от него подальше, ты меня слышишь? Женщина едва успела кивнуть, и Олли попятился, следуя за своими друзьями. Было ещё много вещей, которые он хотел бы узнать, но сегодня было не время для этого. — Я бы посоветовал тебе просто пойти домой, — сказал Олли, обернувшись в последний раз, — Мы всё уладим, хорошо? Рихард, почти вынужденный сидеть на заднем сиденье, прижимал салфетку к своему кровоточащему носу. У него кружилась голова — но, по крайней мере, он мог понять, что Олли только что сел на место водителя, а Тилль был рядом, обнимая его. — Всё в порядке, — успокаивал Тилль дрожащим голосом. — Всё в порядке, мы с этим разберемся… Теперь она точно ушла из твоей жизни, я обещаю.