Бойся своих желаний

Фивы. Прошла где-то 1/12 промежутка времени от восхода солнца. Эвтида и ее верные друзья Реймсс и Дия, захмелевшие после ночи, проведенной вместе с финиковым пивом в охапку, даже и не планировали расходиться, чтобы хоть немного чувствовать себя людьми на следующий (можно уже сказать, в этот) день. - Уже Перет практически закончился, а мы все также остаемся без заказов, - проглатывая звуки начал Реймсс, - охотники неугомонные, когда уже досаждать перестанут, чтобы мы уже нормально могли деньги зарабатывать. - Я не буду высовывать свой нос, после того, как Верховный Эпистат казнил неферут лишь за то, что та украла его тряпки, - добавила Дия. - Изначально же понятно было, что с ним дела иметь - шутки плохи, а Эвтида до сих пор понять этого не может. Мужчина смотрит на подругу, когда та, ухмыляясь, делает очередной глоток пива. Друзья не ведали и четверти того, что именно она испытывала к альбиносу. Тот страх к нему, что таился глубоко внутри, никак не мог выйти наружу и показаться ребятам, скрываясь за подобными ухмылками, колкостями и дерзостью в сторону господина. А все потому, что она виновата в смерти той девушки. Именно Эва стащила свою накидку из-под носа Амена, прихватив с собой немного его вещей, чтобы отвести от себя подозрения. Именно она до последнего отнекивалась и утверждала, что невиновна. Именно из-за нее охотники подняли все поселение на уши и вышли по ложным следам на невиновного человека. И даже разбираться не стали. Просто казнили на глазах у всех, чтобы подобного не случилось более. Только проще Эве от этого не стало, только хуже. - Чего молчишь? Совсем нет осознания своей дурости? - Ему женщины не хватает. Вот и холодный такой. Уверена, что в жизни не испытывал настоящей женской ласки, - отвечает Эва. - Что ты такое говоришь? Мало того, что дурная, так еще и … - не успел Реймсс закончить, как Дия схватила его за руку, моля о молчании. - Подожди, Рем. А ведь Эва права. Ты хоть раз обращал внимание на то, как главный песик смотрит на нашу кошечку? - протараторила Ди. Реймсс всем видом показывал, что не понимает о чем она молвит. Та же, в свою очередь, выгнувшись через стол и с блеском в глазах, продолжила: - Сначала может показаться, что в нем горит гнев и ненависть, но уж больно частые эти взгляды. Неужто это страсть и похоть поселились в нем? Эти чувства так легко перепутать. Страсть… - прошлась большим пальчиком по своей нижней губе, -...и…похоть… - облизнула его. Возможно собрала остатки пива и слизала их, Эва так и не поняла этого движения, -...к тебе… - стрельнула взглядом на подругу, -...моя дорогая подруга… - ухмыльнулась, -...ты представляешь какую власть над ним имеешь? И Эва опешила. Не могла так сразу принять информацию, вылетевшую изо рта хмельной подруги. Да и не хотела принимать. Друзья погрузились в неловкое молчание, ожидая друг от друга первых слов, каждый с вызовом поглядывал то на одного, то на второго. Однако никто не осмеливался нарушить этот неловкий момент. - Исфет, Ди, в тебя Хатор вселилась? Уймись немедленно, - Реймсс первым не смог сдержать улыбки на своем лице, гогоча довольно громко, не стесняясь, - Осталось только убедить, что он влюбился, пытается о своих чувствах рассказать своим поведением. Напугала нашу Эву, смотри какой молчаливой стала. - А давайте поспорим, раз не верите мне. Ставлю несколько кувшинов пива, что, если Эва будет кидать недвусмысленные намеки и изводить эпистата, он не выдержит и покажет как сильно ее в покои свои уволочь хочет, - скрестив руки на груди, насупилась Ди, пробормотав предложение. Эва долго думать не стала и все, что кинула в ответ, так это “Я согласна”, чем удивила и мужчину, и девушку. Впрочем, как всегда. *** После странной ночи, проведенной со своими коллегами, они же друзья и черномаги, Эвтида проснулась в удивительно приподнятом настроении, готовая рвать и метать. То решение, которое она приняла некоторое время назад, связанное со спором, нисколько не пугало ее, а, наоборот, било легким током предвкушения внутри. Чтобы было понятно, ее быстрое согласие никак не связано с дымкой хмельной, окутавшей ее, и уж тем более не с “взаимными чувствами похоти”, про которые с таким трепетом излагала Дия. Если эпистат реально чувствует что-то подобное, то это только Эве на руку: она хочет отомстить, желает, чтобы он почувствовал хотя бы часть того, что чувствует она. И пусть это будет не страх, а что-то более “приземленное” как плотское влечение, она сможет заставить его страдать…погрузить его в пучину своих эмоций к ней, как он когда-то сделал с ней, что она до сих пор не может никак от них избавиться. Она даже готова отдать это несчастное пиво, главное, чтобы Дия была права. А если нет? Будет привлекать ЕЩЕ больше внимания Амена? Оно ей надо? Да куда уже хуже, ей нечего терять…Дурная. Ее мысли прервал стук в дверь. Девушка сразу же узнала голос своего лучшего друга. - Эме, открывай. Пора отправляться на работу, все уже собрались, только тебя не хватает, Амен уже не в духе. Эвтида нисколько не была поражена услышанному. Охотники везде, даже из-под лап Анубиса достанут. - Заходи, Исман. Если есть возможность, можешь подождать, пойдем вместе. Стоило другу зайти в хижину, как его сразу же окутал запах прошлой ночи. Он закрыл нос рукой и демонстративно начал “задыхаться”, на что Эва закатила глаза, ничего не ответив, лишь бы не поддаваться на провокации. Взяла в руки косметику на основе сурьмы и нанесла макияж, после чего воспользовалась маслами для более яркого привлекательного аромата. Она прекрасно знает, что эпистат тот еще фанат масел, ведь помогала ему однажды нанести одно из них на спину, когда заставил склянки мыть у себя в хижине в качестве наказания. Эвтида была готова спустя короткий промежуток времени, оделась точно так же как обычно, чтобы не вызывать лишних подозрений. У нее уже был план по тому, как можно устроить сексуальные сцены в голове господина. Такие, чтобы въелись в его головной мозг и ничем не вымылись. *** - Дия, отправляйся вместе с Исманом к Ливию, сегодня будешь помогать лекарям и фиксировать события на папирусе. Стоило только подойти Эве и Исману к компании, как сразу же послышались приказы со стороны главного пса, как называет его Дия. Низкий тембр его голоса звучал довольно сурово, однако, соблюдал все нормы, не переходил в агрессию: - Эвтида, ты идешь со мной, нужна мне будешь в доме папируса . Он посмотрел на нее и после перевел свой взгляд на других. Однако что-то заставило его вернуть свой взор назад. Что-то изменилось в ее взгляде, и он не мог понять что именно. Эвтида пристально смотрела на его лицо, как дикая кошечка, которая хочет, чтобы ее приручили. Нет, то не было взглядом “попрошайки”, то было голодом. Как бедняк, не евший бобов несколько недель, увидел рыбу. Амен задержал свой взгляд всего на секунду, никто из присутствующих вокруг даже не понял бы его чрезмерного внимания к ее персоне. Но этой секунды хватило ему, чтобы начать анализировать ситуацию со стороны. Впредь его глаза не встречались с ее, хотя та продолжала “сверлить” его крупную фигуру. К ее счастью, он не догадывался, что будет ждать его дальше, иначе взял бы в дом папируса кого-либо другого. *** Дорога заняла немного времени, однако, ничем интересным себя не проявила. На это “эпистатовское задание” они отправились вдвоем, весь путь соблюдая молчание. Единственное, что было слышно - его размеренные тяжелые шаги и щебетание птиц вокруг. На самом деле, ей нечего было сказать. Она бы могла сразу же начать говорить о сексе, вот так…прямо в лоб, наблюдая за его реакцией, но не хотела тем самым отпугнуть его. Она должна действовать с хитростью, чтобы он не понял, что она делает это специально. По крайней мере, сначала. Как только они дошли до главных врат, Амен резко остановился и развернулся к Эве. - Давно покорной сделалась? - Не поняла? - вопрос эпистата моментально выбил ее из колеи своих грязных мыслей. - За сегодня еще ни разу не услышал от тебя ни одного дерзкого слова. Неужели за ум взялась, не прошел и Перет? Его лицо не выражало ни единой эмоции. Просто белое полотно, которое так и просится, чтобы на нем изобразили что-либо. “Сейчас мы нарисуем тебе эмоции”, - подумала она. - А тебя так будоражит моя дерзость, господин? - бросила Эва, после чего его брови взлетели вверх от негодования. - Эвтида, тебя даже Анубис не изменит. Больно я рано обрадовался. Заходи внутрь. Он открыл дверь и жестом приказал преодолеть порог дома. Удочку она подготовила, осталось только надеть наживку и закинуть ее. А наживка должна быть жирной и сочной. Как только пара переступила порог, а дверь с грохотом за ними закрылась, эпистат целенаправленно пошел в сторону стеллажей. - Эпистат, куда же вы так спешите, не могли бы вы немного подождать, мой анклет требует моего внимания, - на Эве была юбка с большим разрезом, поэтому она смогла с легкостью оттопырить свою длинную ногу, где на ее бедре красовалась золотая цепочка. - Что случилось, неферут? - Амен прошелся взглядом вдоль ее ноги, повернувшись полубоком, однако, подходить ближе не стал, - ты же простолюдинка, откуда золото взяла? - Как грубо, господин. Не ваше дело откуда у меня украшения. Зацепился за юбку, помощь нужна ваша, - как же девушка не любила его прямолинейность. Аж хочется скормить этот язык крокодилам. - Безрукая, что ли? Никогда не возился с этими вашими женскими штучками. Сама давай. И быстрее, времени мало, еще управиться надо с делами. - Неужели так тяжело помочь беспомощной неферут? Еще мужчиной зоветесь… - Уймись немедленно! Забыла, с кем говоришь? Она знала, что он не кинется ей на помощь. Отвечать ничего не стала, лишь, повернувшись к нему полубоком, склонилась вниз к цепочке, еще больше открывая свое бедро, выставляя свою грудь напоказ и делая вид, что возится с анклетом. Эва периодически кидала взгляды на Амена, чтобы оценить его реакцию на происходящее. И она увидела то, что хотела: эпистат не отрываясь наблюдал за ней, даже не скрывал. Его глаза потемнели, а лицо слегка окрасилось румянцем. Или это так освещение падает? Закончив, она издала полустон и выпрямилась. - Что за томный взгляд, эпистат? Не узнала девушка свой голос, который звучал практически как шепот, на пол тона ниже. Тот ничего не ответил, лишь посмотрел ей в глаза, развернулся и пошел туда, куда изначально планировал. Эве пришлось последовать за ним, не понимая какого Исфета сейчас произошло с ней. Они прошли вдоль стеллажей и остановились на другом конце дома папируса. Эва не знала, для чего они сюда пришли, что именно ей нужно будет сделать и как много времени это могло занять. На самом деле у нее совершенно не было желания оставаться с эпистатом, да еще и голова побаливала после прошлой ночи. - Расскажи, господин, что именно мы хотим здесь найти? - чем быстрее она узнает цель их визита, тем быстрее начнет работу, а там уже недалеко и до конца останется. - Тебе нечего искать. Я сам предоставлю тебе свитки нужные, перепиши всю информацию о шезму, какую только найдешь. Она мне понадобится в дальнейшем вне этих стен, - Эва дернулась после упоминания о шезму. - Ш…шезму? Спина девушки слегка покрылась испариной. Она должна была уже привыкнуть, но каждый раз, когда это проклятое слово вылетает из его уст, ей как палкой по спине. Кажется, ее реакция не осталась незамеченной. - Что за томный взгляд, моя непокорная Неферут? Эпистат ухмылялся и жаждал ее ответа. Неужели он все понял? Неужели догадался, что она шезму? И что она специально начала игру “утопи соперника в своих эмоциях”? 1-1? Ну уж нет, будет продолжать страшить ее, она ответит вдвойне. - Я всего лишь удивлена, что работа твоя связана с охотой на них, а до сих пор не выучил всю известную информацию. Вам должно быть стыдно, господин ВЕРХОВНЫЙ ЭПИСТАТ, - она специально выделила его звание, что заставило его холодный взгляд стать еще холоднее. Он начинал злиться...пусть будет так. Пусть хоть убьет ее, Эве все равно. Уже устала от него. - Я с тобой играть не собираюсь. Села, пиши, вот тебе первый свиток, а я пойду дальше искать. Работы тебе на весь день. *** Уже прошло как минимум 3/12 промежутка времени от того момента, по крайней мере так ощущалось, как пара начала работу. Амен слишком редко одаривал Эву своим присутствием, так как большую часть времени искал нужные свитки для ее работы. Время тянулось неимоверно долго, рука уже успела отсохнуть от письма без перерыва. За все время, проведенное в Фивах, девушка очень даже хорошо отточила свой навык. Даже иногда получала комплименты от Тизиана и Амена. По этой причине она закончила до того, как эпистат вернулся с новой порцией работы. От безделья ей в голову пришла сумасшедшая мысль. Она была связана с планом ее мести, которая немного (МНОГО) придвинула бы ее к результату спора. Стол был немного выше скамьи, где она сидела, поэтому ей без труда удалось повернуться спиной к столу, откинуться и прислониться к нему, расставив ноги широко. Она хотела, чтобы Амен “застал” ее за довольно интимным и неприличным делом….да еще и на работе. Прислонившись левой рукой к лицу, она пальцами поплыла по губам, едва касаясь нежной кожи. Когда неферут прикрыла глаза, перед ней сразу же предстал образ Амена. Она представляла, будто это он касается ее лица, а не она. Волна возбуждения приятным теплом пронеслась по телу. Рука инстинктивно захотела ей последовать…ниже…к низу живота, но Эве удалось сдержать порыв. Вместо этого, та взяла палец левой руки в рот, слегка посасывая, а правой спустила чашку лифа вниз, открывая доступ моментально вставшему соску к разгоряченному воздуху вокруг. Эва даже понятия не имела, какое воздействие оказать могла лишь одна мысль о ее “начальнике”. Палец, смоченный слюной, легко спустился к темной горошине, накрывая сверху и захватывая в плен. Это не ее пальцы сейчас прошлись по соску, это его пальцы. Несмотря на их большой размер, они довольно нежны с ее плотью. Понимание такой простой истины моментально вызвало у нее громкий стон, который она, не думая о последствиях, выпустила из себя. Палец продолжал “катать” горошину соска, пока тот не высох от слюны, после чего, позволила себе ущипнуть его. Все как ей нравится. О, Амен, ты так хорошо знал ее тело. Или же ты ясновидящий? Может Бог? Это неважно. Важно лишь то, что ты доставлял ей неописуемое удовольствие. Правая рука накрыла грудь полностью и слегка сжала ее. Теперь сосок познал не только пальцы, но и тепло всей ладони. Ей хотелось почувствовать язык. Твой язык, Амен. Он же, наверное, невыносимый. Он же сотрет ее сосок своим напором. И от этого его хотелось даже больше. Эва открыла глаза и наткнулась взглядом на голубые, как небо глаза. Только они сейчас были далеко не как небо, скорее как воды Нила в темную ночь. В них сейчас можно было увидеть все мысли, которые есть в его голове. Эпистат стоял в проеме между стеллажами, держа в руках очередной документ, в двадцати шагах от стола, где она, раскрасневшись, так бесстыже развалилась, натирая свою грудь и постанывая его имя. Эва скользнула взглядом по фигуре Амена и приметила его выпирающее возбуждение. Он застал ее. Она добилась своей цели. Но тот ли это результат, который она хотела?