Город Мёртвых (City of The Dead)

      Долго я ещё сидела, привалившись к кровати. Моей руки он так и не отпустил, но и не сказал больше ни слова. Мне сложно было распознать, о чём он думал всё это время, пока засыпал. Мешать ему не хотелось. Спрашивать тем более. Если бы он мог чем-то мне ответить, он бы сказал это. Очевидно… все сложнее.       Я всю ночь была на нервах. И, как бы мне не хотелось в этот момент не думать о своём прошлом, оно вновь всплывало душераздирающими картинками. Мне вспомнился тот день, когда я осталась совершенно одна. Настойчиво размывая черты такого важного в моей прошлой жизни человека, сознание рисовало кровавые узоры на лестничной площадке. Я уже поклялась себе, что никогда и никому этого не расскажу, но вариться в собственных воспоминаниях было просто невыносимо. И я рассказывала. В пустоту, своему отражению, самой себе, затирая особо больные места до дыр. Так я боролась тогда с подступающим безумием и мирилась с мыслью, что потери – это нормально и выживать нужно, во что бы то ни стало. Тем более что терять уже было нечего.       Осудил бы он сейчас меня? Я думаю, нет. Он хотел видеть меня сильной и отважной, а главное – живой. Ему есть чем гордиться. Могла ли я действительно полюбить другого человека? Да, могла. В этом нет ничего предосудительного. В своей жизни мы любим разных людей и совершенно по-разному. Иногда чувства гаснут, и мы просто забываем о них, а иногда остаётся вечная благодарность и теплота, даже если дальнейшее продолжение отношений невозможно. Станет ли он заменой? Нет. Исключено. Они совершенно разные. Даже думать об этом не стоит.       Я осторожно погладила ладонь Тома. Кожа чуть грубее, а вот форма и пальцы… похожи. Свободная рука невольно потянулась к груди и вцепилась в длинную серебряную цепочку под майкой. Боже, зачем я вообще об этом подумала?       Пожалуй, всё, что осталось за километрами пройденных нами дорог, никогда больше не должно оглашаться мною. Ни словом, ни мыслью. Так будет правильно.       Аккуратно вытащив руку, я проверила его самочувствие. Состояние пульса и температуры тела меня удовлетворило – температура явно шла на спад. Сменив полотенце, я не рискнула пройтись по дому, боясь оставить его одного хоть на минуту. Заглянув за самодельную занавеску на окне, я отметила, что скоро начнёт светать. Во дворе всё было спокойно и иных поводов для волнения, кроме состояния Тома, для меня, пожалуй, на этот момент не было.       Сбросив ботинки и устало привалившись на край кровати, я накрылась его курткой и попыталась подремать хотя бы полчаса, но, то и дело, тревожно выныривала из полудрёмы и проверяла, дышит ли он вообще. В общем, сон мне, кажется, сегодня не грозил.       Под утро за моей спиной интенсивно заворочались, окончательно изгнав любые мои надежды хоть как-то заснуть. Когда углубленное сонное дыхание сменилось обычным, я поняла, что мой спутник действительно проснулся. Почти тут же я довольно отметила шорох одеяла, который тот поспешно на себя натянул – ещё бы, не лето всё-таки, но энтузиазма мне это не прибавило. Лучше бы он ещё поспал.       – Тин, – тихо позвал он. – Тин, ты спишь?       – Я смотрю, кому-то уже похорошело, – обескуражено и относительно недовольно пробубнила я, чувствуя, как шикарно опухли мои веки от недосыпа. – Отлично. Через пять минут собираемся и отправляемся в дорогу.       – О, нет, я смертельно болен и умираю… – практически заскулил Том, утыкаясь в подушку.       – Ой, да ладно…       Довольно хмыкнув своим мыслям под нос, я тут же покровительственно смилостивилась:       – Сегодня остаёмся здесь.       – Не понял, – несказанно удивился Том.       – Остаёмся здесь на день, – с удовольствием повторила я более уверенно, услышав нотки радости в его голосе.       – Но… – заинтриговано протянул он. – У нас же план.       – К чёрту план.       Мой спутник затих на пару секунд, очевидно не в силах так быстро осознать радость, которая на него только что свалилась, после чего возмущённо поинтересовался:       – Где моё чудовище? Кто ты, неизвестная женщина?       Пришлось с чувством пнуть его наугад, чтобы развеять все сомнения. К сожалению, одеяло значительно смягчило удар, но одобрительный ехидный смех в ответ я всё же получила.       – Ты серьёзно? – приподнялся он на локте, внезапно получая по лбу моей вялой ладонью.       Так, температура в порядке. Слава тебе Великий Всемогущий разум! Рука, отважно выполнившая свою миссию, тут же безвольно обрушилась обратно.       – Я смотрю, кто-то вчера не ограничился одним глотком, – ухмыляясь, прокомментировал Том.       – Это я от тебя надышалась, – буркнула я в ответ, всё ещё не теряя надежды задремать на каких-нибудь битых пятнадцать-двадцать минут и натягивая на голову куртку.       Спустя пару секунд задний край куртки был беспардонно приподнят.       – Так ты серьёзно? – навязчиво переспросил англичанин.       – О, боже мой! – вознегодовала я. – Ещё один подобный вопрос – и я точно передумаю!       – Эх-хе-хе!       – Томас! – угрожающе прошипела я, чуя неладное. – Оставь меня в покое!       Но его рука уже обвилась вокруг моего измученного недосыпом тельца и бескомпромиссно потащила к себе под одеяло.       – О, нет… – довольно запоздало начала сопротивлялась я, вспомнив, в каком виде он там пребывает. – Нет, нет, нет! Нет! НЕТ!       Однако, поздно.       «Ооо, чёёёрт… – подумалось мне, пока моё лицо активно заливалось краской. – Спокойствие, только спокойствие… Да какое тут уже нахрен спокойствие?!».       В этот момент я почувствовала себя долбанным опоссумом, который при опасности притворяется мёртвым. К сожалению, у меня такого прокаченного скилла не было. Оставалось только испуганно таращиться в неизвестность из-под одеяла, стараться не двигаться и почти не дышать.       – Так с чего такая милость? – как ни в чём ни бывало, поинтересовался Том.       Далеко не сразу собравшись с мыслями, я всё-таки смогла ответить:       – Я подумала, что тебе не помешает пару дней отлежаться.       – Хм, – ехидно ухмыльнулся мужчина, как бы ненавязчиво прижимая меня ближе. – Какая забота. Спасибо.       Что-то внутри лихо ухнуло вниз, оставив разум далеко на задворках космоса. Не смотря на ворох своей одежды, я вдруг почувствовала себя непозволительно голой. Непроизвольно отдёрнувшись от, вероломно приблизившегося, тела я, едва слышно, коротко простонала. Поздно прикрыв рот, я с ужасом осознала, насколько же это было на самом деле громко. Покрываясь красными пятнами, я бешено начала соображать, каким образом я сейчас оправдаюсь и что я скажу, чтобы срочно покинуть эту кровать, но меня перебили, едва я попыталась заговорить.       – В чём дело?       Его голос чуть дрогнул, словно вообще говорить стоило ему большого труда. Он напряжённо сжимал меня в своих объятиях и, кажется, даже сам старался не дышать от своей наглости.       – Не знаю… – заворожено прошептала я, честно пытаясь расшифровать свои ощущения.       – Что не так?       – Я боюсь тебя, – признание было неожиданным для моего сознания. – Того, что ты делаешь со мной. Знаешь, ничего хорошего из этого не получится.       Том тяжело вздохнул, его пальцы упрямо стиснули мою одежду, словно пытаясь разорвать её, но тут же ослабил хватку, будто одумавшись.       – Скажи, почему я чувствую себя загнанным зверем? И когда это кончится? – яростно зашептал он. – Неужели, чтобы вновь почувствовать себя счастливым, мне придётся снова и снова находиться на грани жизни и смерти? Это такая изощрённая пытка? Почему, чёрт возьми, каждый раз, как думаю о тебе, я чувствую, будто делаю что-то неправильно?       – Том, перестань, – тихо попросила я, пытаясь оборвать его словесный поток.       Нет, он не хотел знать ответы на свои вопросы, он их не ждал. Это больше походило на гневную тираду или откровение. Каждое его слово находило во мне отклик, но мне не хватало смелости, чтобы прервать его.       – Ты выводишь меня из себя… И чем больше, тем сильнее мне хочется прикоснуться к тебе. Зачем ты это делаешь? Говоришь мне такие слова, за которые не можешь после ответить…       Договорив последнее, всё понижая тон, он вдруг совсем замолк. Осторожно прикоснувшись рукой к моему лицу, он неожиданно нежно коснулся приоткрытых губ.       – Милая, – зашептал он словно в бреду, утыкаясь в спутанную копну моих волос. – Да, я смертельно болен. Болен тобой. Неужели ты этого не видишь? Твоя холодность невыносима. Что мне сделать, чтобы это прекратилось? Какие ещё границы мне придётся нарушить, чтобы заполучить твоё внимание?       Потрясённо выдохнув, я думала о том, сколько всего было сейчас им сказано. Мои жалкие, нелепые признания не покрыли бы и половину этих слов. Сердце возмущённо билось о рёбра, словно ругая меня за чересчур долгое молчание и поистине баранье упрямство.       – Я держу себя в руках из последних сил. Просто ответь мне... Иначе я буду чувствовать себя настоящим ничтожеством, – умолял Том. – То, что ты вчера сказала мне, это правда?       Одно слово. Всего одно слово. Я слишком хорошо представляла себе, какой цепной механизм оно сейчас может запустить, и от этого становилось только страшнее его произносить. Честно, я бы предпочла бежать прочь, если бы мне только позволили, но Том, очевидно, это предусмотрел. Как я могла судить, это была его излюбленная тактика – загнать меня в угол, довести до крайности и ждать ответной реакции. Поэтому всё происходящее было даже в некотором роде предсказуемо.       В моей голове промелькнула мысль – а что, если я совру? Представила. Ну, уж нет. Даже не знаю, что из этих двух вариантов хуже…       – Я жду, – настойчиво напомнил Том. – Не заставляй меня жалеть о сказанном.       Почему-то его фраза вдруг заставила меня улыбнуться.       – Я сказала правду.       Даже сперва не поверилось, что я это действительно сказала.       – О, боже… – облегчённо выдохнул он, и его тело ощутимо обмякло за моей спиной. – Я уж было подумал, что это было сказано из жалости.       – Что?! – неподдельно возмутилась я. – Да я переживала за тебя как идиотка всю ночь! До утра не спала и минуты! И надо же… всему виной, оказывается, моя жалость к тебе! Да если бы… Пока я распиналась, Том начал тихо посмеиваться мне в затылок, что меня только распаляло ещё сильнее.       – Что ты ржёшь?! – наконец не выдержала я, без особого труда выворачиваясь из-под его руки и разворачиваясь, чтобы посмотреть в глаза этому наглецу.       – Ты неисправима, – лицо Тома, к моему великому раздражению, сияло улыбкой. – Невыносима. Просто ужасное голубоглазое чудовище. Даже предположить не могу, какие глубины ада тебя породили... Но я безумно тебя люблю.       Я недоверчиво уставилась на него, не зная, то ли мне продолжать рвать и метать, то ли начинать радоваться. Так сказать, в моём мозге случился некоторый коллапс из-за несовместимых противоречий. В задумчивости я схватила его за подбородок и поскребла ногтями щетину, авторитетно заявив:       – Таким темпом у тебя скоро вырастет шикарная борода.       – Надеюсь, она тут же не поседеет от твоих выходок, – совершенно спокойно отнёсся к этому Том, ненавязчиво вновь обнимая и прижимая к себе.       Я уткнулась ему в шею и, вдохнув запах его тела, наконец, окончательно успокоилась. По телу разлилась приятная нега и усталость. Он крепко обнимал меня, но не позволял себе ничего лишнего, очевидно, давая мне шанс отдохнуть от ночного бдения. И меня действительно тут же сморило.       – Тин, ты даже не представляешь, насколько я сейчас счастлив…       – Ты тоже, – не преминув, шепнула я на пол пути к желанному сну.

Фанфик прошёл редактуру и превратился в полноценную книгу. Новую версию истории "Город Мёртвых" вы можете найти на площадках: Литмаркет 1 том - https://litmarket.ru/books/gorod-myortvyh 2 том - https://litmarket.ru/books/gorod-myortvyh-1 ЛитРес: 1 том - https://www.litres.ru/svetlana-yakovleva-18565149/gorod-mertvyh/ 2 том - https://www.litres.ru/svetlana-yakovleva-18565149/gorod-mertvyh-2-tom/ Ridero: 1 том - https://ridero.ru/books/gorod_myortvykh/ 2 том - https://ridero.ru/books/gorod_myortvykh_1/ Буду рада вашей поддержке - оценкам и отзывам на любых площадках! :) Автор оставляет за собой право публиковать текст на сайте ficbook.net и любых других в свободном доступе