Звуки флейты

      Туман как всегда окутывал всё пространство вокруг, укрывая белёсые дома, ровно стоящие на горе, от глаз людей внизу. Здесь, в Облачных глубинах, с самого утра можно было услышать столь непривычные для этого места громкие голоса людей. Это было нарушением правил ордена, но никто не делал им замечаний, решив спустить им это с рук хотя бы сегодня, когда те ещё не знакомы ни с какими правилами.       Перед глазами мелькали разноцветные одеяния заклинателей, что сновали по округе. Они с почтением кланялись двум стоящим в отдалении заметным статным фигурам в белом, когда проходили мимо них.       Два Нефрита ордена Гу Су Лань имели впечатляющую репутацию и статус, вызывая восхищение в глазах смотрящих. Два брата, что были сколь похожими, столько и разными. Воплощения идеала, похожие больше на небожителей, чем на заклинателей. Именно так говорили люди, считая, что их не услышат.       — Волнуешься? — тихо спросил Первый Нефрит, Лань Сичэнь, своего младшего брата, рассматривая прибывших в Облачные глубины заклинателей. На его губах играла снисходительная улыбка человека, что разговаривал с маленьким ребёнком, донельзя наивным, но таким милым. Второго Нефрита, Лань Ванцзы, всегда это смущало, будто за столько лет ничего и не менялось.       — Мгм. — коротко ответил он, даже не сомневаясь, что старший брат его поймёт. Тот всегда понимал, чувствовал, словно читал его мысли и видел его душу, самую её суть. Он наверняка понял, что же так гложет его уже не один день.       — Среди заклинателей, что подтвердили свой приезд, есть и люди из Цишань Вэнь. — старший и вправду всё понимал, посему поспешил успокоить разгорающуюся тревогу. — Тебе не стоит об этом волноваться, Ванцзы. Ещё ничего точно неизвестно. Дождёмся их приезда. И уже тогда будем делать какие-либо выводы.       — Мгм… — Лань Чжань был с этим согласен, но волнений в действительности это не уменьшало. Неизвестность никогда ещё так не тревожила сердце.       Прошло уже чуть больше недели с тех, пор как орден Цишань Вэнь официально объявил о гибели Вэнь Жоханя и его детей. Было сказано, что два наследника Вэнь погибли от рук нежити на своих же охотничьих угодьях во время охоты. Виной же всему этому была признана «неосторожность», из которой вытек несчастный случай. Покойный же глава Вэнь, узнавший о гибели своих сыновей, был позднее обнаружен в своих покоях мёртвым, свернувшим себе шею собственными руками из-за искажения ци. И с тех пор было подозрительно тихо, никаких вестей. Лань Ванцзы, к своему стыду, краем уха слушал, что говорят люди вокруг, какие слухи ходят нынче среди заклинателей и простого народа.       Люди не знали, что теперь ожидать от ордена Цишань Вэнь, потерявшего главу и двух наследников. Они находились в страхе от того, что этот орден разгневал какого-нибудь демона, раз на их землях появилась пара сотен лютых мертвецов. Было ли то просто случайным стечением обстоятельств?       — Ванцзы. — тихо позвал Лань Сичэнь, заставляя отвлечься от мрачных дум. — Лишнее беспокойство не принесёт никаких плодов, лишь тревогу в сердце.       Лань Чжань потупил взгляд, чувствуя себя по-настоящему маленьким мальчиком под взглядом старшего. Но маленьким мальчиком он уже не был. И думал он о делах отнюдь не мальчишеских умов.       Лань Сичэнь наверняка и сам был в не меньших раздумьях касательно произошедшего в Безночном городе. Но тревоги своей никак не показывал, добродушно улыбаясь и стремясь успокоить в первую очередь других.       — На обучение прибыли заклинатели из разных мест. Среди них есть и твои сверстники, Ванцзы. — тот легко сменил опасную тему, заметив направленный на него взгляд. — Попробуй подружиться с ними.       Брата всегда беспокоило отсутствие у младшего друзей или хотя бы приятелей. Он всегда ограничивался обществом Сичэня и дяди. И не представлял себя в общении с другими людьми. Но много ли он терял от этого? Лань Ванцзы считал, что брату не стоило беспокоиться о подобных вещах.       Так что идея касательного того, чтобы подружиться с кем-то, не понравилась сразу же, как только он её услышал.       Лань Хуань ничего не сказал, наверняка заметив чуть нахмуренные брови в ответ на его слова, а лишь перевёл взгляд на вход в Облачные глубины. Приглашённые на обучение заклинатели прибывали до сих пор. Они останавливались перед входом для проверки со стороны заклинателей, ответственных за встречу гостей. Те проверяли наличие у пришедших приглашений и выдавали пропуска. И только после этого позволяли заклинателям пройти внутрь через охраняющий Облачные глубины барьер.       Показавшиеся у входа заклинатели в фиолетовых одеяниях с узнаваемыми колокольчиками на поясе были замечены сразу. Адепты ордена Цзян несколько припозднились и прибыли только сейчас. Столь важных гостей стоило поприветствовать лично.       — Прибыли ученики из ордена Цзян, среди которых присутствует наследник Цзян. — сообщил Сичэнь, вглядываясь в лица учеников, а после многозначительно улыбнулся и сказал чуть тише. — Почти твой ровесник. — со стороны бы показалось, что Лань Ванцзы этого не услышал. Но ещё более нахмуренные брови выдавали его недовольство, которое мог бы заметить только брат и, возможно, дядя. Настаивать дальше было ни к чему. Но Лань Чжань прекрасно знал, что он наверняка вновь поднимет эту тему позднее.       Лань Сичэнь плавным шагом направился ко входу, привлекая внимание других заклинателей. И Лань Ванцзы тенью последовал за ним, чтобы соблюсти правила приличия и встретить гостей.       Во взглядах только что прибывших учеников ордена Цзян читалось нескрываемое любопытство. Они с интересом оглядывали медленно вышагивающих к ним господ. И от этого изучающего взгляда второму господину Лань было несколько некомфортно. Лишь только встретившись взглядом с его светлыми глазами, они склонили голову то ли смутившись, то ли испугавшись холода чужих глаз.       Лань Хуань склонился в уважительном поклоне, приветствуя заклинателей с привычной доброжелательной улыбкой. Лань Ванцзы отзеркалил этот жест, не произнеся и слова. В словах не было нужды, когда брат был рядом.       Взгляд Ванцзы остановился на одном из склонившихся в ответ юношей. Цзян Чэн, в быту — Цзян Ваньинь, наследник ордена Цзян. Он был немногим младше Лань Чжаня и не менее известным выдающимся заклинателем, первым учеником ордена Цзян. Выражение его лица сильно отличалось от стоящих за его спиной юношей, вызывая резкий контраст. Он был хмур, словно Облачные глубины были последним местом, в котором он хотел бы находиться, но тем не менее был здесь. У Лань Ванцзы не было сомнений в том, что его попросту заставили отправиться на обучение. Несмотря на выдающиеся способности, наследник Цзян был известен своим неуправляемым характером и привычкой сбегать из собственного дома, пропадая на неделю-две. Должно быть, глава Цзян питал не малые надежды на методы обучения Лань Цижэня.       — Для заклинателей Юньмэн Цзян огромная честь обучаться у учителя Лань. — вежливый тон несколько выбивался из его мрачного вида. Несмотря на свой негативный настрой, он держался достойно. Как и должен будущий глава великого ордена.       — Рад слышать, что вы так высоко оцениваете моего дядю. Думаю, он будет рад это услышать. — ответил Лань Сичэнь и обратился уже к рядом стоящему брату. — Ванцзы, не мог бы ты показать им тут всё? — от подобной просьбы Лань Чжань от неожиданности чуть вздрогнул, встречаясь взглядом с Сичэнем. Похоже, что в его голове зародилась навязчивая идея дружбы с наследником Цзян. Эту идею Лань Чжань совершенно не разделял, но всё же согласно кивнул головой.       — Не стоит. Не хочу доставлять неудобства второму господину Лань. — Цзян Ваньинь, похоже, также не желал этой прогулки, почти сразу же высказав свой отказ. Лицо его чуть дрогнуло в непонятной эмоции и сразу же вернулось к прежней хмурости.       — Не нужно так волноваться. — Лань Хуань, похоже, находил эту хмурость крайне забавной. — Думаю, моему брату будет не трудно составить вам компанию в прогулке. Не так ли, Ванцзы?       — Мгм. — отказаться было бы крайне невежливо.       Цзян Ваньинь замолчал, что-то обдумывая. Юноши позади него также притихли, не вмешиваясь в общение между наследниками. Не было понятно, были ли те рады перспективе провести некоторое время в компании второго господина Лань.       Лишь спустя несколько долгих секунд Цзян Чэн произнёс:       — Хорошо. Буду крайне благодарен за это.       Следующий час Лань Ванцзы был вынужден провести в компании адептов Цзян. Наследник Цзян был молчалив и, судя по всему, не вникал в то, что тот рассказывал, пребывая в своих мыслях. Адепты же Цзян увлечённо крутили головой, оглядывая каждый уголок Облачных глубин, слушая его достаточно внимательно. Лань Чжань слышал то, как за его спиной один адепт порывался его что-то спросить, однако тому поспешно закрыли рот, не дав произнести больше одного звука. На это он тактично промолчал, сделав вид, будто и не слышал. Люди боялись разговаривать с ним, чувствовали себя некомфортно, не видя эмоций на его лице. Лань Ванцзы это понимал и не имел ничего против.       Проведя адептов Цзян по всем основным местам, в которых им придётся часто бывать, Лань Ванцзы остановился рядом со строениями, отведёнными для проживания учеников. И испытал не меньшее облегчение, что и адепты, когда достиг этой конечной точки их прогулки. Обменявшись вежливыми поклонами и парой фраз, они разошлись.       Уже проходя мимо библиотеки, он заметил промелькнувшие рядом фигуры в бело-красных одеждах.       Одеждах, которые носят представили ордена Цишань Вэнь.       Это заставило его остановиться и оглянуться им вслед.       Со спины прибывших на обучение учеников из ордена Вэнь разглядеть было сложно. Но самые важные детали Лань Ванцзы выловил.       По выложенным белым камнем тропинкам шли три не сильно высоких человека. Двое из них имели среднее телосложение. Третий же был несколько полнее своих товарищей, выбиваясь из представления обычного заклинателя. Заклинателям было попросту сложно набрать лишний вес из-за постоянного самосовершенствования. Все вредные вещества из организма быстро выводились ци.       Волосы одного из юношей были собраны в пучок и закреплены дорогой заколкой с красным солнцем. Шея была бледной, словно лучи солнца никогда на него и не падали. Другой отличался высоко собранными в хвост волосами и видными даже со спины веснушками на щеках. У третьего на пухлых щеках виднелся кривой шрам, наполовину скрытый выбившимися из пучка прядями волос.       Ванцзы нахмурился, отмечая про себя развязную и шумную походку, будто тех никогда и не учили ходить. Интерес к этим людям пропал на этом моменте, и он развернулся, продолжив свой путь. Стоило встретиться с братом и дядей до отбоя.       Старший брат обнаружился рядом со своими покоями. Он стоял, всматриваясь куда-то в постепенно темнеющее небо, и был полностью погружён в свои мысли. Лицо его было бесстрастным, а руки сложены за спиной. Он заприметил приближающую к нему фигуру не сразу.       — Ванцзы. — дверь в покои была открыта. Сичэнь жестом пригласил его внутрь и вошёл после сам, стоило младшему переступить порог. Дверь с лёгким стуком закрылась за ними.       — Ученики из Цишань Вэнь. — произнёс Лань Чжань, занимая место за низким столиком. Не нужно было гадать с самого начала о том, почему он пришёл и что хочет обсудить.       — Ты уже видел их, да? — на этот вопрос он лишь кивнул, отстранённо наблюдая за тем, как брат быстрыми движениями наливает ему и себе чай. Старший заранее знал, что к нему придут.       — Думаю, нет причин для волнений. — улыбнулся Хуань, спокойно отпивая горячий чай. Лань Чжань же испытывал всё ещё сомнения на этот счёт. Но брат точно не мог ему соврать.       — Среди прибывших учеников есть младший брат нынешней главы Цишань Вэнь, Вэнь Цин. — Ванцзы заинтересованно повёл бровью, услышав столь важное заявление. Вэнь Цин была весьма известной целительницей, получившей титул «Золотые руки» за свой невероятный талант. О ней слышал почти каждый. И он не был исключением.       — Его зовут Вэнь Нин. Имя в быту — Вэнь Цюнлинь. Весьма скромный и застенчивый молодой господин. Прибыл и сын одного из старейшин. Другие также занимают не меньшее положение в ордене. — сделав ещё один глоток горячего чая, Лань Сичэнь продолжил. — Раз нам доверили обучение столь важных для Цишань Вэнь людей, возможно, что это может стать первым шагом к налаживанию взаимоотношений между нашими орденами.       И Лань Сичэнь был в этом прав. При правлении Вэнь Жоханя взаимоотношения между орденом Вэнь и орденом Лань были весьма натянутыми. Тот никогда не присылал адептом на обучение, считая учения Лань низкопробными и не боясь регулярно высказываться об этом каждый год. А после его гибели и появления новой главы орден Вэнь впервые за столько лет принял приглашение и действительно отправил своих людей в Облачные глубины. Возможно, что при Вэнь Цин орден сменит свой враждебный настрой. Для неконфликтного ордена Гу Су Лань это будет самый лучший исход.       — Вижу, что ты успокоился, Ванцзы. — улыбка Сичэня приобрела нотки радости при виде наконец-то притронувшегося к чаю брата. — Сегодня ночное патрулирование?       Лань Чжань кивает. Он действительно собрался патрулировать. Сегодня он не будет ложиться спать, а посвятит себя наблюдению за спокойствием Облачных глубин. Приехавшие на обучение адепты могут не последовать комендантскому часа и разгуливать в позднее время. Случаи, когда адептов в первый же день ловили и наказывали за это, не были такой уж редкостью.       Зато после этого они вели себя прилично и правил более не нарушали.       — Тогда не буду тебя более задерживать.       Пожелав брату спокойных сновидений, Лань Ванцзы покинул его покои.       В глаза больше не бросались разноцветные одеяния прибывших из других орденов заклинателей. Их одежды сменились на белые ученические, делая их практически неотличимыми от друг друга. Лишь изображённые на белых одеяниях гербы говорили о том, какому ордену заклинатели принадлежали.       Близился час отхода ко сну, поэтому заклинателей можно было встретить всё меньше и меньше. Они спешили вернуться в отведённые для них комнаты, почти нарушая правила своим торопливым шагом. Лань Ванцзы провожал их взглядом некоторое время, а после забрался на одну из смотровых башен, из которых была хорошо видна практически вся территория Облачных глубин. Именно отсюда как всегда он и намеревался наблюдать за всем этой ночью.       Прозвучали звуки колокола, достигая ушей всех, кто находился сейчас здесь. Никого из людей уже нельзя было заметить на улице, они готовились ко сну. Свет в зданиях постепенно тух, погружая всё вокруг в загадочный полумрак. Лишь луна освещала всё пространство, давала рассмотреть все очертания и не пропустить ни единой неправильно двинувшейся тени.       Стояла умиротворяющая тишина, приносящая чувство покоя. И Лань Ванцзы это нравилось.       Поэтому прозвучавший в час быка неожиданный стук вызвал у него крайнее раздражение.       Он перевёл взгляд туда, откуда он его услышал. И привыкшие ко тьме глаза смогли чётко рассмотреть ногу, закинутую на ограждающую Облачные глубины стену. Та была затянута в чёрный сапог, который бы Ванцзы и не заметил, если бы не услышал характерный стук.       Кто-то пытался проникнуть в Облачные глубины в столь позднее время.       Он нахмурился, считая это крайне возмутительным. И бесшумно спустился с башни на крышу стены.       Послышалось ещё несколько тихих стуков. Вместе с нарушителем на стене оказалось два пузатых сосуда… вина?       Нарушитель, как будто почувствовав на себе прожигающий взгляд, повернул голову в сторону. И увидев стоящего неподалёку Лань Ванцзы, расплылся в широкой улыбке, обнажая ряд белых зубов. От неё веяло таким теплом, словно само солнце спустилось сюда в столь поздний час. Будто это не его сейчас застукали за злостным нарушением правил.       Лань Ванцзы замер, не зная, как реагировать на это. Замечание о нарушениях с губ так и не слетело, забылось.       Незнакомец же улыбаться не перестал. Он лишь сощурил свои серые глаза при взгляде на него, поправляя слезшие с правого плеча белые ученические одеяния. Один из сосудов с вином схвачен его тонкими шаловливыми пальцами. А в нос бьёт стойкий запах алкоголя, который и выводит из транса Лань Ванцзы.       Ванцзы открыл уже рот, чтобы высказаться. Но говорить первым начал не он.       — Будешь? — предложил незнакомец. — Тут на двоих как раз хватит.       От подобного Лань Ванцзы возмущённо вдохнул носом ночной воздух. Практически со свистом.       Сидящий на холодной крыше юноша, которому не больше, чем ему самому, всё также лучезарно улыбался и протягивал ему сосуд вина. Поза его была далека от пристойной. Широко расставленные ноги, ссутулившаяся спина, плохо поправленная одежда, которая едва ли держалась на чужих плечах. И взгляд серых глаз, который без стеснения рассматривал его лицо.       — Тому, кто возвращается позднее часа ночи, запрещено входить. — всё же нашёл в себе силы заговорить Лань Ванцзы. — Алкоголь запрещён. Сидеть в неблагопристойной позе и сутулиться запрещено.       Юношу эти замечания нисколько не расстроили и не уменьшили его хорошего настроения. Он лишь поднялся с крыши, вставая напротив него и хватая за завязки два сосуда, и взглянул прямо в глаза.       — Надо же! Ты сказал «запрещено» целых три раза! — рассмеялся он, видимо, находя это достаточно забавным. При этом он ловко откупорил один из сосудов. Не отводя взгляда от Лань Чжаня, он вылил содержимое прямо в рот. Несколько капель очертили линию по подбородку, шее и спрятались за тканью одежды.       Выдох, наполненный наслаждения, сошёл с его губ, а взгляд блеснул озорством. Лань Ванцзы схватился за меч, не в силах терпеть подле себя столь злостного нарушителя.       Юноша без особых усилий увернулся от сверкнувшего рядом с его лицом клинка и ушёл в сторону, отбрасывая опустевший сосуд куда-то за стену. Лань Чжань замахнулся мечом ещё раз, намереваясь выбить сосуд из чужих рук. Но промазал, дав возможность проскользнуть мимо себя.       Нарушитель кружился вокруг него, виртуозно избегая меча. Улыбка сверкала не его губах, а сосуд всегда ускользал в последний момент, когда клинок уже должен был его разбить.       Это раздражало Лань Ванцзы ещё сильнее.       А промелькнувшая мысль о том, что тот просто с ним игрался, внесла ещё больше раздражения.       Юноша, казалось, не испытывал никакого дискомфорта, уворачиваясь от выпадов, изгибаясь так, как не смог бы каждый заклинатель. Он наверняка намеренно ускользал в последний момент и сиял улыбкой ещё больше, когда клинок вновь пролетал совсем рядом.       Лань Ванцзы, к своему сильному раздражению, признал, что способности этого заклинателя были невероятны.       — Не устал? — рассмеялся тот, чуть нажав тремя пальцами на пронёсшийся рядом клинок, отводя его в сторону от сосуда. — Ты так сильно хочешь разбить этот бедный сосуд? Что же он тебе такого плохого сделал?       Ванцзы уже не знал, как подступиться к юноше. Он чувствовал то, как горят от стыда уши. Его дурачил его же сверстник!       — Давай я тебе помогу! — всё болтает тот, хватаясь за второй сосуд и откупоривая его. Резкий запах тут же разнёсся по округе.       Лань Ванцзы вновь занёс клинок, когда только увидел, что тот снова стал вливать себе в рот алкоголь. Но и в этот раз меч пронёсся мимо, а юноша изогнулся в талии, не переставая пить вино. Он отскочил в сторону, возмущённо что-то пробурчав на следующий резкий выпад в свою сторону.       Второй сосуд также быстро опустел, и нарушитель откинул его вновь куда-то за стену. Через пару мгновений послышался соответствующий звук. Сосуд был разбит.       — Вот! Я помог. — рассмеялся он, разглядывая выражения лица Лань Чжаня, а после обиженно надул губы. — Я и подавиться мог, знаешь ли.       — Т-ты…! — Лань Ванцзы до боли сжал свой меч, чувствуя клокочущую в груди злость. Мысль о том, чтобы применить ци и наконец-то схватить наглеца, не казалась такой уж плохой.       — Я? — серые глаза сверкнули, глядя прямо в глаза напротив. Он невинно хлопал ими, будто это и не он только что уворачивался от чужого меча несколько долгих минут. Будто и не он так нагло осушил два сосуда с вином, несмотря на предписанные правила.       — Я Вэй Ин. Имя в быту — Вэй Усянь. — представился юноша с широкой улыбкой, будто нарочно оправив кусок ткани с вышитым на нём гербом. — Запомни хорошенько. Тебе же нужно знать, кого наказывать утром.       Так называемый Вэй Усянь шустро спрыгнул со стены на территорию Облачных глубин и обернулся, смотря на застывшего в недоумении Лань Ванцзы.       Пара секунд осознания, и Лань Ванцзы тут же следует за ним со стены.       Когда он приземляется и поднимает взгляд, рядом уже никого нет.       Лишь тишина без намёка на человеческую тень.