Подарок Судьбы

Сколько длилась эта зрительная дуэль, никто из них и не заметил. Лишь когда Ямато встал со скамейки, слегка потянувшись, Хибики как будто отмер. - Так я спрашиваю тебя, Кузе Хибики, что ты тут делаешь? Интонация, с которой была сказана эта фраза, заставила юношу улыбнуться. - Тот же вопрос и я хочу задать тебе, Ямато. Что ты тут делаешь? Губы главы "JP’s" растянулись в довольную усмешку. Мальчишка смел, да он никогда его и не боялся. Открыто смотрит в глаза, ни тени страха или неуверенности. -Я всего лишь наслаждаюсь природой. Она ведь так прекрасна в эту пору. Хибики оцепенел снова, от удивления даже приоткрылся рот. Слова поразили его в самое сердце. Он никогда не ожидал таких слов от Хотсуина. Воспользовавшись замешательством парня, Ямато подошел вплотную. Как же хотелось поцеловать этого ангела, ворваться в приоткрытый ротик языком, изучая и пробуя на вкус. Слегка испугавшись своего же желания и трепета, что охватил его, Хотсуин отступил на шаг. Кузе уже пришел в себя и, обнаружив так близко любимого человека, покраснел и отвел глаза. Это действие не ускользнуло от взгляда Ямато, бровь изогнулась от удивления. Неужели он испытывает то же что, и я? Хибики, ты любишь меня? Вопрос так и замер на губах, не родившись на свет. Страх сковал Хотсуина, он испугался, что этим все испортит и потеряет единственного близкого человека. Хибики хватило одного взгляда, чтобы заметить страх, что промелькнул в глазах его друга. А друг ли уже? Он любил этого хмурого, не идущего на компромиссы, не верящего в чувства Ямато. Только отчего этот страх? Никогда ранее он не видел, чтобы Хотсуин чего-то боялся. Такой страх зарождается лишь у тех, кому есть, кого терять. - Хотсуин Ямато, ты... ты любишь меня? Глава JP’s"" отшатнулся от Кузе. Он никак не смел ожидать такого вопроса. Ямато пребывал в шоке, вот какая разница между ними. Спросил прямо в лоб. Не ходил вокруг да около, не задумываясь спросил. Что ж, этого следовало ожидать от Хибики Кузе. Оба они смелые на поле сражения, ну а того, чтобы признаться в чувствах, он, глава, струсил и испугался.