Часть 15
19 января 2024 г., 03:21
В магазине Джози медленно толкает тележку по проходам, время от времени останавливаясь, чтобы взять с полок какой-нибудь товар. Пока что она взяла огромную упаковку салфеток, леденцы от кашля с медовым вкусом (она находит их забавными, потому что они покрыли ими спортзал) и немного того противного зеленого чая, который, как она знает, любит Хоуп.
Лиззи сидит на передней части тележки, как ребенок. Она выхватывает с одной из полок пакет с зефиром и бросает его в тележку. Джози кладет его обратно. Лиззи хватает его и кладет обратно.
Так происходит еще два раза, пока Джози наконец не отрывается от зефира.
— Я не буду покупать тебе зефир, — говорит Джози в ответ на взгляд, который Лиззи бросает ей через плечо. — У нас дома есть зефир. И ты не взяла с собой денег.
— Дома зефир черствый и крошечный, — Лиззи жалуется так, будто это самая большая трагедия во всей вселенной.
Джози закатывает глаза.
— Уверена, ты выживешь.
— Нет, не смогу. Купи мне зефир «Джамбо» или подари мне смерть! — резко восклицает Лиззи. Ей удается привлечь внимание многих проходящих мимо покупателей, но, похоже, ее это не волнует. Когда Джози лишь бросает на нее сухой, слегка смущенный взгляд, она глубоко вздыхает. — Почему Хоуп получает подарки, а я нет?
— Хоуп болеет.
— Я твоя сестра, — Лиззи кладет руку на сердце, обидевшись.
— Моя здоровая сестра, — Джози поправляет ее и встает на носочки, чтобы взять с верхней полки еще несколько вещей. Она взвешивает в руках пару домашних носков-тапочек. Она на девяносто два процента уверена, что Хоуп будет слишком горда, чтобы купить их себе.
Носки с кроликами или пряниками?
Кролики очаровательны, но у Джози уже есть эта пара, и она не уверена, что Хоуп захочет с ней сочетаться. Может быть? Это похоже на то, что делают…
— …парочки, — Лиззи заканчивает. Очевидно, она что-то говорила.
— Что? — переспрашивает Джози.
Лиззи слегка хмурится, и Джози чувствует легкую вину за то, что проигнорировала ее. Не то чтобы она хотела этого. У нее есть привычка теряться в своих мыслях, особенно когда она пытается вспомнить список покупок.
— Я говорила, что тебе стоит поторопиться и сделать свой выстрел в Хоуп. Ты уже делаешь то, что делаешь, когда кто-то тебе очень нравится, ты начинаешь заботиться о нем.
— Она больна, — Джози пожимает плечами и сосредоточивается на покупках. Носки с пряниками, так и есть. — Я не делаю ничего лишнего.
Лиззи фыркает, словно это лучшая шутка, которую она слышала за весь год.
Остаток пути проходит в комфортной тишине. К счастью, Лиззи больше не пристает к ней и не дразнит (правда, Лиззи закатывает глаза, когда на кассе им сканируют носки). Джози удается купить товары, выйти из магазина и без шума подбросить Лиззи в школу. Найти дом Хоуп сложнее, и только потому, что она никогда раньше там не была, но все равно это не очень трудно.
Переложив сумки на одну сторону, Джози свободной рукой звонит в дверь Хоуп. Звонок звенит и отдается слабым эхом в ее ушах. В этом эхе она слышит обвиняющий голос Лиззи и сама начинает немного беспокоиться.
Что, если это слишком много?
Джози принесла не только суп, но и носки, средства от кашля, салфетки и чай. Такую посылку она собрала бы для подруги.
(А что, если Хоуп это не понравится…)
Дверь внезапно распахивается, и этот звук с легкостью рассекает ее тревожные мысли. Хоуп щурится, когда на нее падает солнечный свет, и морщит нос, словно она слишком долго не выходила из дома и не хочет в ближайшее время возвращаться в мир живых. Джози быстро замечает, что Хоуп разделась до майки, и на секунду любуется мускулами ее рук и плеч, прежде чем отогнать эти мысли.
Она проклинает себя за то, что вела себя так явно возбужденно, так отчаянно, за такое короткое время. Прошло всего несколько минут (секунд, если быть честным) с тех пор, как она увидела Хоуп, а она уже, уже дергается от желания, желая лишь обнять девушку и глубоко поцеловать ее в знак приветствия. Жалко. И все же она ловит себя на том, что бросает второй взгляд.
Хоуп выглядит уставшей.
Кожа ее лица приобрела бледный, тошнотворно белый цвет, словно из нее высосали всю энергию. Ее голубые глаза, как всегда, поразительны, но двигаются медленно и лениво, с легким интересом перемещаясь вверх и вниз по телу Джози.
Джози это совсем не нравится. У нее мелькает мысль, что Хоуп нужно как можно скорее отвезти в больницу, но потом она дважды думает об этом и решает, что это было бы чересчур. Суп и леденцы от кашля справятся с этой задачей не хуже, и при этом не доставят столько хлопот.
— Джози?
К ней слишком поздно приходит осознание того, что она молча стоит на пороге Хоуп уже как минимум целую минуту.
— Да. Я… — Джози резко вскакивает и поспешно шагает вперед. — Я принесла суп.
Хоуп приподнимает бровь, почти забавляясь, но при ближайшем рассмотрении выражение лица Хоуп оказывается скрыто чем-то гораздо более близким к нежности, чем к забаве.
— Я вижу, — Хоуп комментирует, ее губы приподнимаются в слишком знакомой ухмылке.
Грудь Джози слегка вздымается при виде этого. Если у Хоуп есть силы шутить, то, возможно, она уже на пути к выздоровлению.
— Ты собираешься пригласить меня войти? — Джози наклоняется чуть ближе и наблюдает, как глаза Хоуп поминутно расширяются, как будто она не совсем уверена, собирается ли Джози оставаться здесь или нет, но затем она кивает и отходит в сторону.
— Конечно, — Хоуп жестом приглашает ее войти. — Где мои манеры?
— У тебя есть манеры? Я не знала, — игриво говорит Джози.
Хоуп добродушно хмыкает и шлепает Джози по плечу, после чего закрывает за ней дверь.
— Очень смешно.
Ни с того ни с сего что-то мягкое щекочет ногу Джози, прижимаясь к ней. Джози удивленно вскрикивает и опускает глаза, но тут же успокаивается, увидев пухлого рыжего кота. Кот смотрит на нее сверху вниз, а она смотрит на него снизу вверх и быстро решает, что влюбилась в это животное.
— Ой, — Джози воркует, ее голос автоматически поднимается на октаву. — Привет, тебе. Как его зовут?
— Его зовут Йода, — сообщает ей Хоуп. Она звучит немного невесело, но это может быть просто из-за того, что она больна.
— Он такой милый.
Хоуп пожимает плечами.
— С ним все в порядке, я думаю.
— Он просто очарователен, — Джози опускается на колени и поднимает Йоду на руки. Он немного ерзает, но в остальном не протестует, и она начинает нежно гладить его крошечную головку. — Мне придется почаще приходить сюда.
— Да, — Хоуп слабо улыбается ей, в ее взгляде мелькает радостный блеск. — Обязательно.
Джози продолжает гладить кота, легко отвлекаясь на милое животное, и не обращает внимания на укоризненные взгляды, которые бросает на нее Хоуп.
— Ладно, ты здесь из-за меня, а не из-за кота, — Хоуп говорит через некоторое время, в голосе ее звучит странная, но несомненная ревность. — Это я нуждаюсь в заботе и внимании. Я больна, помнишь?
Хоуп громко кашляет, как бы доказывая свою правоту.
— Я помню, — Джози закатывает глаза, но опускает Йоду на землю. Он убегает рысью, взмахнув хвостом.
— Хорошо, — Хоуп хмыкает, довольная.
— Зачем тебе заводить кота, который тебе не нравится?
— Это было не мое решение. Его взяли мои родители, только потому, что им нравится со мной возиться… Тебе стоит с ними познакомиться, вы бы хорошо поладили.
Джози сглатывает, нервы трещат и бурлят в горле.
— Твои родители сейчас здесь?
Она просто не может избежать тревожной дрожи, которая проникает в ее голос и прикрепляется к коже. В последний и единственный раз, когда она столкнулась с родителями Хоуп, она накричала на них в ресторане, а потом убежала. Она переживает, что произвела не самое лучшее впечатление.
— Нет, — Хоуп с любопытством смотрит на нее, в ее тоне проскальзывает нотка смущения и лукавства. — А что? Ты собираешься снова меня поцеловать?
— Нет! Конечно, нет, — Джози заикается, спотыкаясь о слова, а Хоуп стоит, самодовольно скрестив руки перед грудью и задрав подбородок вверх в той высокомерной манере, которую Джози ненавидит. — С чего бы тебе вообще спрашивать об этом? Мы же друзья.
Это звучит как ложь, даже для ее собственных ушей.
— Я просто пошутила, Зальцман, — Хоуп усмехается и придвигается ближе. Ее нос покраснел, и Джози сосредоточилась на его цвете. Если она опустит глаза, то они могут зацепиться за рот Хоуп, а если это произойдет, то они могут…
Джози сглатывает и пытается сделать шаг назад, чтобы перевести дыхание, но ее конечности парализованы и бесполезны. Она боится, что у нее откажут ноги, если Хоуп продолжит так смотреть на нее. Она напоминает себе, зачем вообще сюда пришла, что Хоуп больна, и что Джози должна заботиться о ней, кормить ее супом и поить чаем.
Суп обжигает ладони, тепло просачивается сквозь емкость, но это совершенно не отвлекает ее, когда взгляд Хоуп опускается к ее губам.
Они собираются…?
Хоуп чихает.
— Будь здорова, — Джози машинально произносит.
— Спасибо, — в ответ голос Хоуп срывается, и крошечная заноза быстро превращается в резкий кашель. Джози озабоченно хмурит брови, наблюдая за тем, как Хоуп хрипит и брызжет в свой локоть, а ее тело сотрясается от напряжения. Она тут же делает шаг вперед и начинает растирать спину Хоуп успокаивающими кругами, пока кашель не стихает.
Хоуп тяжело выдыхает, все еще дрожа, но Джози считает, что она справилась с самым страшным.
— Ты права. Как я могу устоять перед тобой? — Джози дразнится, позволяя своим пальцам продолжать двигаться вверх и вниз по позвоночнику Хоуп. Хоуп вздрагивает, почти незаметно, и Джози улыбается. — Это так заводит.
Хоуп слегка улыбается.
— Конечно. Ты являешься свидетелем первоклассной техники соблазнения.
— Конечно, — Джози вторит ей, наконец отдергивая руку и позволяя ей безвольно повиснуть на боку. — Давай уложим тебя в постель, хорошо? Я не хочу, чтобы твой суп остыл.
— Хорошо.
Они молча поднимаются по лестнице, пока не доходят до спальни Хоуп.
— Вау, — Джози вздыхает, когда они входят в комнату и смотрят на беспорядок внутри. Повсюду разбросаны салфетки и грязная одежда, некоторые из них собраны в небольшую кучку на незаправленной кровати Хоуп.
— Да… — Хоуп почесывает затылок, щеки окрашиваются в насыщенный розовый цвет. Джози вовсе не считает, что она сейчас выглядит мило. Ее румянец не очарователен, и сердце Джози не сжимается от умиления при виде этого. — У меня не было времени привести все в порядок.
— Все в порядке, — Джози уверяет, отчаянно желая избавить Хоуп от смущения. — Все не так уж плохо.
— Ну если ты так считаешь, — Хоуп отвечает, все еще выглядя немного неуверенно, и забирается на кровать, на ходу бросая в корзину для белья несколько своих вещей. Джози пользуется возможностью осмотреть комнату.
На самом деле она довольно милая.
Она не совсем уверена в том, какой представляла себе спальню Хоуп. Во всех своих мечтах об их совместной постели она не обращала особого внимания на то, какой будет мебель или декор. Теперь же, выйдя из фантазий и прочно обосновавшись в реальности, Джози отмечает, что комната гораздо уютнее, чем она могла бы предположить, и полна фотографий семьи Хоуп, гантелей, футбольных принадлежностей и коллекции фильмов. Джози сопротивляется желанию закатить глаза на захламленную полку с футбольными трофеями Хоуп (такое эго) и обращает свое внимание на Хоуп, которая ложится в постель и натягивает простыни до подбородка.
Джози неуверенно садится на кровать рядом с Хоуп и начинает распаковывать суп, аккуратно кладя контейнер и ложку на колени Хоуп.
— Спасибо, Джо… — она прерывает себя очередным чихом и хмурится. — Спасибо, Джози.
— Без проблем, — Джози неловко сцепляет руки, не зная, что еще с ними делать. — Так кто о тебе заботится?
Хоуп отправляет в рот немного супа и шумно сглатывает, прежде чем ответить.
— Никто. То есть мои родители, возможно, придут позже, но сейчас они оба на работе… не то чтобы я нуждалась в заботе.
— Ммм… — Джози понимающе хмыкает, наблюдая за тем, как Хоуп ест. Хоуп приостанавливается, ложка висит в дюйме от ее рта.
— Я не нуждаюсь.
— Хорошо, — Джози соглашается и сдерживает улыбку, когда лицо Хоуп подергивается от раздражения. Кажется, она слишком устала, чтобы сдерживать это раздражение, ее глаза опускаются и открываются с задержкой в секунду. Джози чуть сильнее впивается зубами в губу, пальцы болят, но потом она сдается и поднимает руку ко лбу Хоуп, проверяя температуру. Хоуп замирает. А вот лоб — нет. — Ты горячая.
— Ты горячая, — Хоуп отвечает шутливым тоном, слабая ухмылка медленно растягивает ее рот.
— Нет, Хоуп, — Джози говорит, растягивая губы в гримасу. Она снова крепко прижимает пальцы ко лбу Хоуп и чувствует, как нагревается кожа. — Ты вся горишь. Какие у тебя симптомы?
— Ну кашель, очевидно. И заложенность носа, плюс я простыла, — Хоуп делает паузу, чтобы съесть еще супа, заглатывая его большими глотками. — И у меня ужасно болит голова.
В груди Джози все сжимается от беспокойства. Ей хочется нажать на волшебную кнопку и заставить Хоуп почувствовать себя лучше, но она знает, что это невозможно, поэтому вместо этого она начинает распаковывать посылку, раскладывая вещи на кровати.
— Я принесла носки, средства от кашля, салфетки и чай. Леденцы от кашля со вкусом меда.
Хоуп закатывает глаза, уловив шутку.
— Ты просто умора.
— Я знаю, — Джози терпеливо ждет, пока Хоуп доест остатки супа, а затем разрывает пакетик с леденцами от кашля. — Открой рот.
— Сказал, — Хоуп кашляет, — он.
— Просто сделай это.
— Босс, — Хоуп ворчит, но делает то, что ей говорят: принимает леденцы от кашля и сосет их. Она слабо улыбается, что-то в ее выражении лица ошеломляет и почти радует. — Вообще-то я очень люблю мед.
— Хорошо, — Джози говорит медленно. Она гадает, не бредит ли Хоуп. Может, ей стоит выключить свет, чтобы Хоуп могла отдохнуть?
— Мне очень нравится, — Хоуп продолжает все тем же веселым тоном, как будто она только что выиграла футбольный матч или что-то в этом роде.
— Хорошо, Хоуп, — Джози на мгновение плотно сжимает губы, чтобы подавить хихиканье. — Тебе нужно немного отдохнуть. Заканчивай рассасывать леденец от кашля и можешь спать.
Хоуп открывает рот, чтобы возразить. Джози успевает первой.
— И я не хочу слышать, как ты говоришь, что о тебе не нужно заботиться, потому что я все равно буду это делать, — она говорит это, поскольку знает, какой упрямой может быть Хоуп и как редко она ставит себя в уязвимое положение.
— Ну пока меня грубо не прервали, — Хоуп бросает на нее легкий взгляд, рассасывая леденец, и Джози сужает глаза в ответ. — Вообще-то я собиралась сказать, что я…
— Да? — Джози просит, не в силах оставаться терпеливой, сидеть и ждать, пока слова не сорвутся с языка Хоуп.
— Я очень ценю то, что ты здесь, — голос Хоуп звучит очень мягко, пока она пристально смотрит на свои руки. — Это… очень мило с твоей стороны, что ты делаешь это для меня. Я, конечно, этого не заслуживаю. Так что спасибо.
Джози задерживает на ней взгляд на долгий, томительный миг и кивает.
— В любое время.
Хоуп смотрит на нее секунду, которая кажется вечностью, пока ее глаза не начинают закрываться. Она несколько раз моргает, пытаясь не заснуть, но это бесполезные усилия, и вскоре ее веки снова становятся тяжелыми. Она откидывается на подушку и устало вздыхает, наконец-то позволяя сну овладеть собой. Джози осторожно, чтобы не создавать лишнего шума, ложится на кровать рядом с Хоуп и берет книгу, чтобы почитать.
Проходит несколько тихих часов, и они мирно лежат рядом, их дыхание синхронизировано, а сердце Джози замирает каждый раз, когда их руки и ноги соприкасаются.
Со временем книга ей надоедает, и она переводит взгляд на спящую девушку рядом с ней. Она наблюдает, как Хоуп медленно вдыхает и выдыхает, как поднимается и опускается ее грудь, как воздух нежно проходит через ее приоткрытые губы.
Джози хочется протянуть руку и провести по ним пальцами, но она воздерживается, пользуясь возможностью просто наблюдать за Хоуп в этот редкий момент, когда Хоуп не может скрыть себя.
Слабый звук звонка выводит ее из оцепенения, и она с запозданием понимает, что в кармане вибрирует телефон. Девушка проверяет, кто это.
Это ЭмДжи.
Хоуп просыпается рядом с ней и вяло шевелится, приподнимаясь и осматривая окружающее пространство. Ее затуманенные глаза встречаются с Джози, она моргает и говорит сквозь зевоту:
— Кто это?
— Это мой друг ЭмДжи, — Джози подносит палец ко рту, чтобы Хоуп замолчала, прежде чем ответить на звонок. — Привет, ЭмДжи. Как дела?
— Ничего особенного. Я просто хотел вернуть комикс, который ты одолжила, но заглянул к тебе в комнату, а тебя там не было, — он делает паузу, и его тон становится лукавым. — Лиззи сказала мне, что ты ушла к своей девушке.
Он произносит это слово дразняще, как ребенок.
Джози дотрагивается рукой до щеки и обнаруживает, что кожа на ней сильно покраснела. С трудом сохраняя ровный голос, она отвечает:
— Сколько тебе? Пять лет?
— Вообще-то шесть, — ЭмДжи отвечает сразу же, не пропуская ни одного удара. — Так…
— Так?
— Могу я поговорить с ней? Никто из нас не был представлен ей должным образом. Мы хотим с ней познакомиться.
— Она болеет, — Джози неловко бормочет, понижая голос, но, к сожалению, Хоуп все равно удается ее услышать.
Хоуп недоверчиво поднимает брови.
— Ты говоришь обо мне?
— Нет, — она лжет.
— Это она? — ЭмДжи спрашивает громко и совсем некстати. Джози в досаде бьет себя по лицу, придумывая различные способы проклясть мальчика за этот конфуз. Рядом с ней Хоуп с самодовольным выражением лица. — Позови ее к телефону. Пожалуйста.
Джози встречает взгляд Хоуп и говорит ей: «веди себя хорошо». Хоуп хмурится, но кивает в знак согласия, и Джози вздыхает и нажимает кнопку громкой связи, смиряясь со своей участью.
— Хорошо, ЭмДжи, ты на громкой связи.
— Отлично! — он, как всегда, звучит слишком жизнерадостно, но на этот раз его энтузиазм вызывает у нее чувство вины. Она ненавидит ложь, ее тошнит от нее, но лгать такому милому и искреннему человеку, как ЭмДжи, гораздо хуже. Он взволнованно произносит: — Привет. Меня зовут Милтон, но все зовут меня ЭмДжи.
— Привет. Приятно познакомиться, — Хоуп отвечает на удивление вежливо. — Я Хоуп. Все зовут меня просто… Хоуп.
— Это неправда, Хоупи-кинс, — Джози перебивает ее, просто чтобы позлить.
Хоуп хмурится и сужает глаза, ущипнув Джози за бок, когда та начинает трястись от беззвучного хихиканья. От этого прикосновения у нее по позвоночнику пробегает огонь.
— Ну, милая, — практически мурлычет Хоуп, ее голос тошнотворно сладок внешне и ядовит внутри. Джози чувствует, как по ней пробегает еще одно возбуждение, но на этот раз более низкое, и в ней вспыхивает тот же самый огонь, что и раньше, и она становится странно раскрасневшейся. Она едва не давится собственной слюной, когда Хоуп наклоняется ближе, и их глаза встречаются. — Ты, конечно, не просто кто-то.
Джози сглатывает, в ушах нет ни звука, кроме стука ее бесполезного сердца.
Она проклинает себя за то, что такая жалкая, что так легко поддалась на это представление. Ей приходится напоминать себе, что все это понарошку, не более чем фарс, что, даже попробовав губы Хоуп, она все еще не открыла ключ к ее сердцу, и есть шанс, что никогда не откроет. Она напоминает себе об этом, напоминает, но боль не покидает ее тело ни на секунду.
Мысль о том, что Хоуп никогда не будет полностью принадлежать ей, уничтожает ее.
Она крепко зажмуривается, и мир продолжает двигаться вокруг нее, не обращая внимания на ее боль, а Хоуп и ЭмДжи продолжают свой разговор, сами того не подозревая.
— Ты должна пойти с нами, — говорит ЭмДжи, когда Джози наконец снова включается.
— Конечно. Я буду там, — Хоуп радостно соглашается и кивает, хотя его тут нет, чтобы увидеть это. Джози в панике. Куда пойти? Что они могли запланировать в последнюю минуту звонка? — Увидимся там.
Хоуп кладет трубку.
Джози поворачивается и недоверчиво смотрит на нее.
— Что? — Хоуп смотрит на нее в ответ, растерянно моргая. На ее лице появляется внезапное понимание. — Ой, прости, я должна была дать тебе попрощаться с другом.
Джози качает головой.
— Нет. Все в порядке. О чем вы, ребята, говорили?
Хоуп поднимает бровь, скорее всего потому, что телефон был включен на громкую связь, и Джози должна была слышать каждое слово, но чудесным образом она не высмеивает и не расспрашивает Джози об этом.
— Он пригласил меня на ужин с тобой и твоими друзьями.
— Что? — Джози бледнеет. Как он мог? Как она могла? Сердце колотится от паники при мысли о том, что придется провести ночь под пристальными взглядами друзей и сестры, но Хоуп, похоже, это совершенно не беспокоит. Джози внимательно смотрит на нее, стараясь придать своему лицу пассивное выражение. — Ты не против?
Хоуп с любопытством наклоняет голову.
— А почему бы и нет?
— Я не знаю, — бормочет Джози.
Она ненавидит себя за заботу, за то, что находит смысл в вещах, которых нет. Ей нужно остановиться. Ей нужно взять себя в руки, найти хоть какое-то подобие контроля, перестать быть такой глупой, просто перестать.
Она разглядывает свои руки, не желая смотреть Хоуп в глаза.
— Выпускной — это одно. Роман все равно будет там. Но встреча с моими друзьями — это…
— Нет, я понимаю, — Хоуп добродушно улыбается.
И Хоуп нужно перестать быть такой чертовски понимающей и милой. Что случилось с грубой, высокомерной девчонкой, которая так бесила ее на поле?
— Было бы трудно объяснить все… — Хоуп неловко жестикулирует между ними. — Это.
Да.
Это, конечно, трудно объяснить. Что это такое? Что они делают? Она никогда не думала, что этот план будет продолжаться так долго, как сейчас. И все же в глубине души она придумывает, как сделать так, чтобы он продолжался.
— Что ты читала? — спрашивает Хоуп, сворачиваясь в клубок под простыней. Ее тяжелые веки трепещут и почти закрываются, прежде чем она заставляет их широко распахнуться.
— «Кладбище домашних животных» от Стивена Кинга.
— Но я думала, что ты не любишь ужасы, — бормочет Хоуп, ее поникшая голова опускается в опасной близости от плеча Джози.
— Я не люблю фильмы ужасов, — она мягко поправляет ее почему-то шепотом.
Похоже, что Хоуп скоро снова погрузится в сон, едва ли она сможет держать глаза открытыми, несколько прядей ее волос прилипли к небольшой капельке пота на лбу.
— В чем разница?
Джози смотрит на нее, ожидая, что сейчас начнутся препирательства, но хмурый взгляд сползает с ее лица, когда она видит, что Хоуп спрашивает искренне.
— Ну чтение отличается от просмотра, как взгляд отличается от прикосновения. Например, сейчас ты смотришь на меня, но прикоснуться ко мне было бы… — она делает паузу, слишком поздно осознав подтекст своих слов, и ее лицо пылает. Она моргает и прочищает горло, внезапно обнаружив, что ей трудно дышать. — Это было бы по-другому.
— Да, — Хоуп соглашается, тяжело сглатывая. Это громко звучит в тишине комнаты. — По-другому.
Джози смотрит, как Хоуп наблюдает за ней. Ей интересно, думает ли Хоуп обо всех тех случаях, когда они прикасались друг к другу, когда целовались, так же, как и она. Ей интересно…
— Ммм… — Хоуп хмыкает, сонно улыбаясь, и, кажется, не замечает внутреннего беспокойства Джози. — Почитаешь мне?
— Хорошо, — если бы кто-нибудь увидел ее, Джози бы смутилась от того, как легко она поддается, но ничего не может с собой поделать. Хоуп выглядит такой милой. И эти щенячьи глаза. Боже, эти щенячьи глаза.
Итак, она читает.
Джози открывает книгу на той странице, на которой она была, и начинает говорить вслух. На середине главы Хоуп теряет всякое благоразумие и прислоняется к Джози, обхватывая ее руками. Джози выдыхает, когда Хоуп прижимается лицом к чувствительному месту на ее шее, но каким-то образом ей удается сохранять спокойствие и ровный голос, пока она читает.
Немного погодя она оглядывается и замечает, что Хоуп крепко спит. Джози приятно хмыкает и протягивает руку, чтобы заправить короткую прядь волос Хоуп за ухо, теперь, когда Хоуп уже не проснется и не сможет расспросить ее об этом.
— Ты мне нравишься, — Джози произносит эти слова, ее голос — испуганный, задыхающийся шепот. Мир за окном продолжает шуметь, птицы щебечут, люди движутся, а Хоуп продолжает спать, совершенно не обращая внимания на Джози и ее быстро бьющееся сердце. Она повторяет слова, чувствуя, как тяжесть их проникает в горло и опасно покидает язык, словно она нарушает правило. — Ты мне нравишься, Хоуп. Очень нравишься. Мне нравится, как сжимается твоя челюсть, когда ты напряженно думаешь о футболе. Мне нравится, как ты ставишь знаки препинания во всех своих сообщениях, хотя никто так не делает, даже мои родители. Мне нравится, какая ты милая, когда не пытаешься это скрыть. И ты мне нравишься вот так. Так что, когда я говорю тебе, что ненавижу тебя, когда говорю, что ты задница, знай, что на самом деле это значит, что ты мне нравишься.
Хоуп начинает посапывать.
