Мальчики Genshin Impact

Тарталья, с ловкостью кошки, пробрался в глубь дома, обыскивая каждую комнату. Девушки нигде не было. Сохранять хладнокровие и внимательность в данный момент было приоритетом. Юноша, бесшумно ступая по деревянному полу, осматривал каждый уголок в доме. Он уже был обустроен для жизни, значит, остаться здесь она собиралась надолго. Тарталья сжал кулаки от обуявшего его гнева. Променяла их дом и совместную с Тартальей жизнь на эту лачугу и одиночество? Неужели это намного лучше, чем быть с ним? Он настолько противен ей? Поддавшись эмоциям, Чайльд ослабил свою защиту, и лишь хорошая реакция помогла ему отразить удар сзади. Девушка сжимала двумя руками тонкий кинжал, стараясь хоть немного ранить незваного гостя. Но, увидев лицо Тартальи, освещённое лунным светом, идущим из окна, она тут же отступила, создавая дистанцию между ними. — Ты… — тихо сказала она, не веря, что её палачом выбрали его. Девушка грустно усмехнулась, взглянув на нож в руке. — Как же глупо было надеяться, что это будешь не ты. Царица в своём репертуаре, меньшего можно было и не ждать. Тарталья прикусил губу от негодования, резко подойдя к девушке вплотную. Длинные пальцы рыжеволосого вцепились в тонкую девичью шею, прижав тело к стене. — Прояви уважение, как ты посмела предать свою страну? Как ты посмела сбежать！— голос Чайльда был переполнен гневом. Юноша тихо шипел, словно змея, готовая вонзиться в глотку своей жертве. Тонкие пальцы парня впивались в шею с неудержимой жаждой расправы. Девушка кашляла, хватаясь за мужское запястье, но всё было напрасно. Его хватка была каменной и выбраться было невозможно. Видя искажённое от боли женское лицо; видя слёзы, выступающие в уголках глаз и медленно стекающие по разгорячённым щекам; видя этот полный умоления взгляд, Тарталья поддался. Юноша разжал ладонь, подхватывая готовое упасть ослабевшее женское тело. Чайльд крепко прижал к себе девушку, не позволяя ей двинуться. Она, закашливаясь и вдыхая такой желанный кислород, смотрела в синие, словно безграничный океан, глаза Тартальи. Взгляд юноши был пропитан сожалением о только что содеянном им. Никогда за свою жизнь он не позволял себе сделать больно своему хрупкому цветку. Возлюбленная была для него словно принцесса, которую Тарталья любил безгранично, готовый всю жизнь носить её на руках, словно своё бесценное сокровище. — Прости… — тихо прошептал Чайльд, утыкаясь лбом в мокрый лоб девушки. Слёзы, словно маленькие хрусталики, скатывались из глаз юноши. — Прости меня, я не должен был делать тебе больно… Мне так жаль, прости меня… Голос парня дрожал от накатившего сожаления. Ладони Чайльда обхватили мокрые щёки девушки, притягивая столь любимое лицо ближе к себе. Горячие губы Тартальи примкнули к дрожащим девичьим губам, утягивая девушку в пучину нежности. Язык юноши проник в податливый женский рот, с любовью обласкивая язык возлюбленной. Предвестник всеми силами пытался передать через этой чувственный поцелуй всю ту безграничную любовь, которую он испытывал к ней. И пусть Царица покарает его, пусть небеса разверзнутся над ним и Боги Селестии пронзят его тысячью копьями за неподчинение Архонту, ему было всё равно. Единственное, о чём он думал, о чём он желал — его любимая девушка, которую он должен уберечь от всех опасностей. Лишь когда воздуха стало катастрофически мало, горячие губы Тартальи оторвались от женских. Юноша взглянул в глаза девушки. — Мне было так больно, когда я узнал, что ты сбежала, — тихо сказал Чайльд. — По началу, я думал, что это глупая ошибка. Думал, сейчас я вернусь домой и там будешь ты, как всегда встретишь меня своими тёплыми объятиями. — Руки юноши обхватили девичью талию, прижимая девушку к себе как можно ближе. Сердце парня бешено колотилось под девичьей ладонью, готовое было сломать рёбра. — Но когда я вернулся, в доме было пусто и одиноко. А на следующий день мне приказали поймать тебя и устранить, как предательницу нации. Но, как видишь, это единственный приказ за всю мою жизнь, который я не смог выполнить и не выполню даже под изощрёнными пытками нашей страны. Девушка молча выслушивала откровения Тартальи, тонкими пальчиками поглаживая бедро юноши. Предвестник наблюдал за возлюбленной с трепетом, нежностью и любовью. — Я не бросала тебя… — прошептала девушка, взглянув в глаза парня. — Я сбежала из страны, режим которой больше не в силах принимать… Меня, как профессионального медика, заставляли ставить на людях жестокие опыты. Пытались слепить безвольную куклу, что будет резать направо и налево лишь по одному приказу. Я не такая, как другие наши сослуживцы. Заставить окаменеть своё сердце я так и не смогла. Тарталья был поражён её словами. Она никогда не делилась с ним своими тревогами и проблемами. Рядом с ним она всегда улыбалась, была счастливой и, казалось, не знала, что такое боль. Он всегда находил утешение в ней, не подозревая, что она как никто другой сама нуждалась в нём. В конечном итоге, человек с добрым сердцем обязательно сломается. Так и случилось с ней. Она сбежала, не в состоянии испытывать душевные терзания от содеянного её руками. Предпочла обречь себя на смерть, перед этим хоть на мгновение ощутив, что такое настоящая свобода и мирная жизнь.