Лошадь под номером 5

      «Верь в него и он обязательно придёт. Даже когда ты не чувствуешь его, когда не знаешь, слышит ли он тебя или нет. Он рядом. Всегда. Так мне говорили. И все ещё говорят. Где же ты был? Почему тебя не было? Как ты мог…»       Сегодняшний день обещает быть тёплым и солнечным. Ветер слегка колышит высокую траву, раскинувшуюся на весь луг. Жеребец скачет, будто парит по воздуху, словно ястреб. Его грива развевается на ветру, хвост весело стучит по бёдрам. Копыта стучат по твёрдой земле, пыль медленно поднимается стеной. Как прекрасно: скакать вперёд, где никто и ничто тебя не будет останавливать. Сестра часто подшучивала, что у его жеребца грива такого же цвета, как его волосы: тёмный уголь. Парень спокойно держится в седле, наслаждаясь ветром, который мягко бьёт его по розовым щекам. Именно в такие моменты он считал себя вечным: он навсегда будет в этом моменте. И пусть это не правда, в детском мозгу все было именно так.       Но вот уже солнце начинает опускаться. Нужно возвращаться, а то мама будет переживать. Да и потом, надо почистить и покормить коня. Любишь кататься, люби и саночки возить. Любимая цитата бабушки. Кстати, ведь совсем скоро они поедут в деревню, где их уже заждались бабушка с дедушкой. Просыпаться от криков петухов и есть свежие булочки, которые только только сошли со сковороды. И что ещё нужно ребёнку для счастья? Ничего? Верно. Детям не нужен весь мир, они могут обойтись его частями. Этим и прекрасно мировоззрение ребёнка. — Арсений. Иди домой, я сам почищу коня.       Мужчина смело забрал из рук ребёнка поводы. Мальчик подозрительно посмотрел на своего собеседника. Сегодня какой-то праздник или особый случай? — Я сам могу. Мне не сложно… — Нет, Арсений. Не сегодня. Тебе надо домой. Там ты нужнее.       Слова звучали странно и пугающе. Почему его так ждут дома? Ведь сегодня не его день рождения. И не день начала каникул. О! Может ли это быть…       Мальчик широко улыбнулся мысли, которая проскочила в его голове. Папа вернулся! Арсений кивнул мужчине и побежал к дороге, ведущей в город. Отсюда пешком около получаса, бегом, конечно, быстрее. Попов бежал, редко останавливаясь на обочине, чтобы отдышаться. Через несколько секунд он тут же снова срывался с места. Папа приехал! Нужно поспешить! Вдруг он снова уедет? Вдруг он не успеет увидеть его? А Арсению столько всего нужно показать папе: новых роботов, которые пополнили его коллекцию, конструктор, из которого он собрал здание, похожее на сарай и из окон которого выглядывали лошадки. Да и потом, он должен похвастаться, что вырос на целых три сантиметра. Совсем скоро он обгонит своего папу и будет самым высоким в семье! Совсем скоро.       Арсений вбежал в город и сразу направился к своему дому, попутно выкрикивая приветствие своим соседям и знакомым. Люди молча оборачивались на мальчика, что показалось ему немного странным. Может они все не в настроении? Аа, или пытаются скрыть сюрприз, что папа приехал? Точно! Ребёнок прибавил скорости и через несколько секунд уже вбегал в подъезд своего дома. Поднявшись по лестнице на четвёртый этаж, он постучал в дверь, с нетерпением прыгая на месте. Замок внутри повернулся и перед мальчиком предстал высокий мужчина, лет 35, с бородой. — Дядя Коля! — мальчик бросился в объятия товарища своего отца. Если он здесь, значит точно: приехал папа! — Привет, Арсюш! Ух, как ты вымохал, а! — Да, мне столько надо рассказать папе! Ой, точно, у меня же в коллекции пополнение! Я и тебе покажу, дядя Коля! — Арсений отпустил мужчину и побежал в свою комнату. — А ещё, мы на ИЗО рисовали работу своих родителей, я папу и маму нарисовал, смотри!       Мальчик протянул рисунок, на котором яркими красками были нарисованы двое людей: у женщины были длинные волосы, она была одета в обычную одежду, а мужчина был с короткой стрижкой и автоматом в руках, одетый в зелёную куртку и штаны. Мужчина зашёл за ребёнком в комнату и взял рисунок. — Красиво. Арсюш, послушай… — Ой, сейчас сейчас! Вот ещё! Смотри, новые роботы! Вот этот, его зовут Сэми, а этот Орион-3000, помнишь у меня есть вот этот? — мальчик старался взять всех роботов в руки, но некоторые падали на пол. Арсений хотел быстро быстро показать все дяде, прежде чем зайдет папа и надо будет все показывать ему. — Вот этот! Орион-1000, он его предшественник! А знаешь как я вот этого получил? Я с Вовой обменялся! На другого робота, но он мне и не нужен был. — Арсений. — мужчина позвал мальчика чуть громче, чтобы тот наконец услышал его и замолчал. Из соседней комнаты раздались разговоры людей. Арсений не знал их и не понимал, почему именно в сегодняшний приезд папы так много людей. Вперемешку с людским шумом он различил странные звуки, похожие на вой и плач. Он непонимающе посмотрел на мужчину перед собой, продолжая держать в маленьких ручках своих роботов. — Кто-то плачет? Дядя Коля, почему кто-то плачет? — Арсюш, давай поставим твои игрушки на место, ладно? Не будем устраивать беспорядок. — А! А папе я могу и тут показать, не обязательно нести их ему. Папа, где ты? — мальчик положил свои игрушки на пол и с улыбкой начал выходить из комнаты. Он почувствовал резкую хватку на своём плече и как сильная рука затащила его назад. — Ай, дядя Коля! — Не надо, Арсюш. Не надо выходить. Прости, что больно потянул. Сильно? — Я хочу к маме. — тихо сказал Попов, испуганно смотря на друга своего отца. Он держал свое детское плечо, которое слегка покраснело. — Сейчас…не надо к маме, малыш. Не надо. Она…разговаривает с гостями. — А где папа? Почему он не заходит в мою комнату? Он с Юлей? Или с Сашей?       Мужчина сел на корточки перед мальчиком, отчего тот упёрся в дверь. — Арсюш, послушай меня. Ты ведь взрослый, да? Тебе уже почти семь? — Да, в следующем году уже семь. — Арсений с гордостью выпрямился и на время забыл о боли в плече. — Ух, совсем уже большой. Ну…тогда ты должен меня понять. Папа рассказывал тебе о пулях? — Да, он говорил, что с ними нельзя играть. Они делают больно. — Правильно. Все правильно… Арсюш…твой папа получил пулю…ты понимаешь меня?       Мальчик сжал плечо сильнее, впиваясь в светлую кожу детскими пальчиками. Папа рассказывал, что тот, кто получил пулю, ему всегда очень больно. Папе больно? — Ему больно? — вслух произнес Попов. Мужчина опустил голову и поматал ею. — Не совсем больно. Нет, Арсюш…там…все сложнее. Малыш, твоего папу…его убили. Ты знаешь, что это такое?       Арсений впился ногтями в свою футболку. Папа говорил, что убитый, значит тот, кто лежит в земле и не может встать больше никогда. Он почувствовал как маленькая капля скатилась по его щеке. Одна за другой, он не мог контролировать их. Николай подошёл к мальчику и прижал к себе. От него пахло странной примесью пыли и грязи. Но он был тёплым, таким тёплым, что мальчик начал тут же засыпать в сильных руках своего дяди. Слезы лились сами, но кажется, что даже сам малыш не мог понять почему именно. Что значит «умер»? Если понимать это, как объяснял папа, то умерший человек — это просто тот, кто лежит в земле и ему больно. Значит, Арсюша сможет принести свои игрушки и показать папе там, где он лежит. Ничего страшного, нужно просто положить все в рюкзачок и подождать, когда мама отвезёт его. Все будет нормально.       Через некоторое время мужчина поднял Арсения и понёс к его кровати. Он аккуратно накрыл мальчика одеялом и поправил тёмные волосы, которые прилипли ко лбу. Николай тихо встал и подошёл к роботам, лежавшим на полу. Он поставил все игрушки обратно на полку, осмотрел комнату и аккуратно вышел, прикрыв за собой дверь.

***

— Арсений? Арсений! Ты спишь, что-ли? Эй! Арсений!       Мужчина медленно открыл глаза. Он аккуратно убрал кепку со своего лица, которая прятала его от света палатных ламп. Улыбка украсила его губы. Он посмотрел на парня, который стоял перед ним и аккуратно дёргал за руку. — Ты уснул? — журналист закрывал за собой окно, через которое, очевидно, попал внутрь. Арсений вздохнул и сел поудобнее в койке. — Да, что-то задремал. Видимо, я не очень хорошо спал ночью. Как дела?       Антон удивлённо посмотрел на своего товарища. Не стоит и говорить, что Арсений никогда еще не задавал ему такой вопрос. Журналист прочистил горло. — Я в порядке, но думаю, что мне лучше спросить у тебя такой вопрос. Как у тебя дела? Как ты себя чувствуешь? — Отлично. Правда, я в порядке. — Ладно, как скажешь. Ну что, наверное, продолжим? — Антон с улыбкой сел на стул рядом с брюнетом. — Так, на чем мы там остановились? А, как я упал с велосипеда, точно! Самое глупое, что потом мои друзья решили поднять меня и…       Арсений неожиданно понял, что уже и не слушает своего собеседника. Он будто бы оказался в астрале, голос медленно пропадает. Попов молча смотрел на лицо журналиста и улыбался. Ему действительно сейчас хорошо. Он в компании человека, который стал очень близким для него за последние дни. В этот момент, мужчина почувствовал себя как много лет назад: вечным, будто никаких проблем и не существует.