betelgeuse

во многих смыслах гепард просто такой хороший, такой большой мальчик, что его трудно воспринимать как-то иначе. мало что может по-настоящему скрыть его честность, преданность и не по должности доброе сердце — по крайней мере, не от сампо. поэтому он почти чувствует себя плохо, когда они снова трахаются. «почти», потому что он — сампо коски, а у гепарда большой член и неадекватная для обычного человека выносливость, а такое, как правило, трудно игнорировать, да и не то чтобы хочется. в самом деле. конечно, в глазах гепарда все еще слишком много доверия, даже несмотря на то, что он склоняется над сампо с намерениями, которые ни в одном из словарей не определят как «невинные»; даже несмотря на то, что его руки достаточно сильные и грубые, чтобы оставить следы на коже — и сампо ни в коем случаем не считает себя сильным человеком. он слаб и не против потакать своим слабостям, особенно таким, поэтому поворачивается на живот и, махнув бедрами, предлагает гепарду взять его сзади, и это работает безотказно. как и следовало ожидать. одна из причин. с гепардом так… просто. в любом из миров сампо должен был счесть его слишком доступным и скучным, и все же в этом конкретном мире сампо не может заставить себя оставить его в покое. как и не может оставить за спиной белобог и его, по ощущениям, бесконечные катастрофы. иногда он не может не задаться вопросом: справедливо ли то, сколько страданий приходится на это по своей сути отсталое от всей вселенной поселение и на его уставших жителей? ну, во вселенной вообще нет справедливости — напоминать себе об этом куда проще. и гепард. снова он. сампо полагает, что несправедлив по отношению к нему. и… ах. кажется, ему действительно не нравится думать об этом. — ты тихий, — вдруг тяжело раздается над его ухом, — все… в порядке? гепарду все еще неловко интересоваться как у него там дела. наверное, это кажется ему слишком личным или интимным, и это забавно. даже мило. сампо хочет усмехнуться, но в основном получается лишь простонать, потому что гепард снова толкается и — он большой, да. такое трудно игнорировать. — ты отлично справляешься, капитан, — выдыхает он и чуть сильнее прогибается в пояснице, — не стоит переживать за старого доброго сампо. гепард что-то недовольно пыхтит (ему не нравится, когда сампо тащит фразочки вроде «старый добрый друг» в постель, а сампо, в свою очередь, уж тем более не может отказаться от соблазна их использовать), но слушается. он послушный. это странно, наверное. но в то же время очень ему подходит. в любом случае, сампо считает, что ему не на что жаловаться, и… гепард начинает двигаться грубее и глубже — что само по себе говорит о многом: в конце концов, он никогда не был слишком нежным партнером — и сампо даже не пытается быть тихим. отчасти потому, что в этом нет нужды, отчасти — потому что он знает, что гепарду нравится его слушать. он хватается пальцами за подушку и двигает бедрами вперед, пытаясь получить дополнительную стимуляцию трением об матрас, но гепард — гепард замечает и протягивает руку, обхватывая его член самостоятельно. — о-ох! — сампо крупно вздрагивает, — рад, что ты всегда готов протянуть руку помощи, но… — помолчи, — выдыхает гепард ему в плечо, — просто… помолчи, пожалуйста. его дыхание горячее на коже сампо. он смущен. сампо решает послушать его — на этот раз — и оставить разговоры на когда-нибудь потом. в отличие от него, гепард тихий в постели. это не неожиданно — не с такой работой и семьей, и, что ж, сампо разбирается в этом вопросе куда больше, чем хотел бы. ему нравится дергать гепарда за ниточки и проверять его реакции и пределы, но еще ни разу он не переходил черту — и внезапно, он и не хочет этого. сампо не может сказать, что дорожит их отношениями — слишком много громких слов — но, наверное, ему действительно было бы обидно потерять эту связь. это не сложно. гепард — хороший партнер. он никогда не заботится только о своем удовольствии, даже тогда, когда находится в плохом настроении и сампо буквально предлагает ему «сбросить напряжение», использовав его как вздумается. для кого-то вроде сампо это смелое и неосторожное предложение — и так бы оно и было, имей он дело с кем-то другим, но это гепард. так или иначе, сейчас не тот случай, и гепард пытается удовлетворить их обоих не вопреки, а потому что — просто потому что он, вероятно, хороший. вот так просто. он выходит, как только сампо кончает. доводит себя самого до конца рукой, и сампо даже не пытается помочь — обычно он так и поступает, но в этот раз чувствует себя слишком уставшим. пока гепард отходит в ванную комнату, сампо садится и вытирает себя простынями — им уже все равно ничего не поможет. они не прощаются. как-то уж так повелось; может, потому что гепард прощания не любил — или потому что сампо решил думать именно так — может, потому что вскоре они увидятся снова, и ни один из них еще не знает, будет ли эта встреча по зову долга или же… потребностей. поэтому сампо быстр. он одевается под звук включенной воды из раковины и шагов гепарда возле двери. когда сампо слышит поворот дверной ручки, он в последний раз дергает ворот куртки и выскальзывает в окно. (он сдается и, находясь уже у самой границы города, оборачивается. как и ожидалось, ничего, кроме размытого темно-синего неба и вершин зданий, там нет. и не должно быть.)