Закадычный враг

      Мужчины вышли на улицу и направились в близлежащий парк. Выйдя на небольшую поляну, они остановились, став напротив друг друга. Господин Оннет лёгким движением вынул шпагу из ножен и стал в позицию. И сделал он это настолько буднично, что со стороны казалось, будто друзья пришли в парк всего лишь поупражняться в фехтовании.       —Эдгар, давай поговорим, — господин Кордиаль пытался решить всё миром.       —Мы поговорим, когда Вы, сударь, возьмёте в руки шпагу.       —Эдгар, прошу тебя! — тот всё ещё не поддавался на провокацию.       —Сударь, время разговоров прошло.       —Эдгар, мы же друзья! — не терял надежды соперник.       —Я понял, что жестоко ошибся, когда решил, что между нами может быть дружба. Если бы Вы, сударь, действительно были бы мне другом, Вы бы не встречались за моей спиной с девушкой, опекуном которой я являюсь, что Вам очень хорошо было известно! — он начинал терять терпение. — Шпагу, сударь, или, клянусь Богом, я проткну Вас безоружного!       —Эдгар, прошу тебя, выслушай меня сначала…       —Последний раз, сударь, предупреждаю, или Вы берёте шпагу, или я за себя не ручаюсь!       Понимая, что дело куда серьёзней, чем могло бы показаться сначала, Илиан со вздохом достал оружие и нехотя стал в позицию.       —Вы мне ответите за Ваши козни, сударь! — с этими словами господин Оннет, отсалютовав противнику, сделал первый выпад, который тот легко отразил.       —Эдгар, какие козни? О чём ты?       Но тот уже ничего не слышал и не говорил, он сосредоточился на поединке, стараясь найти у соперника слабое место, чтобы ранить его. Схватка была весьма ожесточённая со стороны одного и спокойно-рассудительная со стороны другого. Один всё время нападал, другой только защищался. Неизвестно, чем бы закончилась эта дуэль, если б в парке не появилась та, из-за кого она была начата.       —Илиан! — в мелодичном голосе звучал неподдельный ужас, и, отреагировав на этот зов, мужчина на миг отвлёкся, отведя взгляд в сторону, а в следующее мгновение его шпага отлетела на пару шагов и остриё шпаги противника уткнулось в грудь.       —Если это то, чего ты хочешь, Эдгар, то сделай это, — невозмутимо проговорил господин Кордиаль, глядя прямо в глаза дуэлянту и разводя руки, не пытаясь защищаться или отскочить в сторону.       —Эдгар, нет! — подбежала к ним госпожа Рависсон. — Оставь его, прошу тебя! Я люблю его!       —Камилла! — выдохнул её опекун, поражённый в самое сердце этим признанием и, опустив шпагу, невольно выронил её.       —Эдгар, — соперник за это время подобрал свою шпагу, спрятал её в ножны и, подняв шпагу друга, протянул ему, — идём поговорим. Прошу тебя.       Машинально взяв оружие и, не осознавая ничего вокруг, господин Оннет вложил его в ножны и позволил проводить себя в дом девушки. В этот момент он не видел и не слышал ничего, громким эхом в его голове звучали слова «Я люблю его!». Сердце бешено билось в груди, и с каждым новым ударом он всё более остро чувствовал нестерпимую боль. Заботясь годами об этом милом ангеле и потом получая от неё самую трогательную заботу, опекуну никогда и в страшном сне не могло привидеться, что она может полюбить когда-нибудь кого-то другого, кроме него. С ней он связывал своё будущее и уже готов был в скором времени предложить ей руку и сердце.       И вдруг все эти песочные замки, все эти воздушные мечты рассыпались, растаяли в одно мгновение. Ревность проскользнула змейкой в его душу и засмеялась адским смехом над его наивностью, но усилием воли он почти задушил её: Камилла любила Илиана, а значит, он должен её отпустить и позволить ей выйти замуж за того, кого она сама себе выбрала в мужья. Впрочем, для начала надо было ещё разобраться в ситуации. Однако удерживать девушку подле себя силой мужчина не собирался: любовь по принуждению — не любовь. Если эти двое действительно любили друг друга, он не сможет мешать их счастью, а сам он как-нибудь справится с чувствами, время ведь лечит.       Тяжело вздохнув, он опустился в кресло в гостиной и посмотрел на двух влюблённых, которые снова устроились на диване, правда, на расстоянии друг от друга. Девушка нервно теребила свой платок, глядя перед собой. Господин Кордиаль смотрел прямо на друга, ожидая, что тот скажет.       —Камилла, — наконец заговорил опекун не свойственным ему глухим голосом, будто каждое слово давалось ему с трудом, — будьте добры, оставьте нас.       —Эдгар, — с нотками протеста твёрдо произнесла госпожа Рависсон.       —Камилла, сделайте, как он просит, прошу Вас, — мягко вступил в разговор третий. — Не волнуйтесь, всё будет хорошо, — сдаваясь под напором любимого человека, девушка безвольно согласилась и вышла из комнаты.       —Ты хотел поговорить, — прерывая повисшую тишину после её ухода, начал господин Оннет. — Я слушаю.       —Эдгар, я виноват перед тобой, я этого не отрицаю. Я хотел поговорить с тобой тысячу раз, но Камилла каждый раз убеждала меня, что ещё не время, сначала нужно дождаться выплаты долга. Она боялась, что ты превратно меня поймёшь, если я расскажу тебе о наших с ней отношениях. Даю тебе слово, в моих намерениях не было ни капли злого умысла. Я люблю Камиллу так же, как она любит меня. И я хочу просить у тебя её руки.       —Почему ты не сказал мне об этом вчера? —глядя в сторону, устало спросил тот и в этот момент весьма ясно осознал, что, несмотря на чувство к девушке, не может противиться их отношениям.       —Я хотел сначала переговорить с Камиллой. Если б ты не пришёл сегодня сюда, я бы сам зашёл к тебе вечером.       —Посмотри мне в глаза, Илиан, это правда?       Когда взгляды друзей встретились, собеседник кивнул.       —Это правда, даю тебе слово.       Господин Оннет усмехнулся и вздохнул.       —Ты, сам того не зная, разбил мне сердце, бессовестный!       —Прошу прощения за мою бестактность, но ты в некотором роде сам виноват, — чувствуя, что друг окончательно оттаял, тот позволил себе говорить более свободно, — ибо сам принёс меня в дом этого ангела.       —Я беспокоился за твою жизнь, Илиан, мне было не до раздумий. Знай я заранее, чем это обернётся для меня… — он снова вздохнул. — Впрочем, у меня всё равно не было выбора, я должен был действовать быстро, иначе тебя было не спасти. Да и к чему теперь эти разговоры? Раз Камилла сама так решила, то так тому и быть. Я не намерен препятствовать вашим отношениям. Об одном лишь прошу: повремените с заключением брака.       —Почему? — искренне удивился господин Кордиаль.       —Потому что я так хочу, — хитро улыбнулся тот в ответ. — Пусть ваши чувства пройдут проверку временем. Скажем, через год будет в самый раз.       —Надеешься, что она ещё может вернуться к тебе? — съехидничал мужчина.       —Ты сам прекрасно понимаешь, что это невозможно, — в голосе не было ни капли обиды. — Я всего лишь хочу, чтобы потом вы оба не пожалели, что сделали это слишком рано и слишком быстро.       —Ну что ж, так тому и быть, как ты сказал. Благодарю тебя, друг мой! Может, скажем об этом Камилле?       —Илиан, погоди. Ещё кое-что. Прошу тебя, будь осторожен. Мой кузен люто ненавидит тебя и считает врагом нашего семейства. К тому же, он всё не теряет надежды добиться благосклонности Камиллы, хотя она сразу отказала ему. Не уверен, что он не выкинет что-нибудь из ряда вон.       —Я буду начеку.       —К слову сказать, это он надоумил меня заглянуть сегодня сюда, утверждая, что видел, как ты заходил в этот дом.       —Так вот кому я обязан твоим нежданным появлением, — рассмеялся бывший кредитор.       —Да, не будь я влюблён, я бы только посмеялся над этим. Но пока я не пришёл сюда, я думал, что вправе на тебя злиться. Я бы никогда не простил себе, если б ранил тебя. Хорошо, что Камилла отрезвила меня, — в этот момент в дверях показалась девушка.       —Вы позволите? — несколько робко, что было ей совсем не свойственно, произнесла она, глядя попеременно то на одного, то на другого.       —Проходите, Камилла, — жестом пригласил её опекун. — Илиан Вам всё расскажет. Я не буду больше обременять Вас ни своим присутствием, ни своими визитами, — с этими словами он поднялся.       —Эдгар, — с внезапно выступившими слезами проговорила та, — Вы нисколько не обременяете меня. Приходите, когда Вам будет угодно, я всегда Вам рада.       —Как сегодня? — хитро улыбнулся он, взяв протянутую ладошку и оставив на ней трепетный поцелуй.       —Сегодня и всегда, — улыбнулась в ответ она, в порыве нежности бросившись ему на шею. — Благодарю тебя, Эдгар!       —Ну полно, дорогая моя! — он отстранился и, вдруг отстегнув с пояса ножны вместе с кинжалом, протянул его другу: — А всё же ты был прав, Илиан. Держи! Надеюсь, он хорошо послужит тебе.       —Пари, — усмехнулся тот, принимая оружие. — Благодарю.       Пожав господину Кордиалю руку, мужчина покинул гостеприимный дом и отправился к себе, чтобы отдохнуть от потрясений сегодняшнего утра. К счастью, его родственник уже покинул жилище, так что для того, чтобы расслабиться в тишине и спокойствии, препятствий не было.

✶ ✶ ✶

      Прошло несколько недель, и король решил устроить во дворце бал. Это был первый бал, на котором Илиан танцевал с Камиллой. Весь вечер они были вместе, наслаждаясь обществом друг друга, а Эдгар наблюдал за ними издалека, чувствуя, как ревность всё ещё даёт о себе знать, но уже не так сильно и не так остро, как раньше. Он смирился с тем, что проиграл в этой борьбе без боя, если не считать той опрометчивой дуэли. Позже он признавался сам себе, что, если бы девушка и не появилась тогда, он бы не смог убить более удачливого соперника, даже не зная о том, что он мил сердцу госпожи Рависсон. Если бы он в порыве злости ранил господина Кордиаля, то потом бы долго корил себя за это. Ему и нынче было слегка не по себе, что поддался ложным чувствам, послушав своего кузена, и в ярости стремился причинить боль своему другу.       Погружённый в свои мысли, он бродил по залу, не замечая ничего вокруг и очнулся, лишь когда случайно столкнулся с девушкой. Подняв голову, он было начал извиняться и, опешив, остановился.       —П-простите, сударыня… — заикаясь, выдохнул он.       Её глаза цвета весенней травы, казалось, ласково смотрели ему прямо в душу, на губах играла милая улыбка, каштановые кудри с лёгким оттенком рыжего приятно обрамляли её лицо.       —Адэль, — улыбнулась девушка, протягивая свою тонкую ладошку с длинными пальчиками.       Он, на миг оторвавшись от прекрасного зрелища, запечатлел на её руке поцелуй.       —Эдгар, к Вашим услугам, сударыня.       —Потанцуем? — предложила она.       —С удовольствием, — он не стал противиться, и они отдались во власть музыки.       Весь вечер мужчина не отходил ни на шаг от своей новой знакомой. Они болтали о каких-то пустяках, смеялись, рассказывая друг другу разные забавные истории, пили шампанское, танцевали и оба ощущали лёгкость и наслаждение от общения друг с другом. Для господина Оннета эта встреча представлялась судьбоносной, он вдруг напрочь забыл о своих переживаниях по поводу девушки, которую опекал, и всецело погрузился в новые ощущения, чувствуя, как сердце освобождается от прошлого и открывается навстречу чему-то новому. Благодаря Адэли он довольно быстро достиг гармонии с собой, здраво рассудив, что потерянного не вернёшь, тем более, их отношения с Камиллой длились уже столь давно, что теперь казались ему скорее привычкой, нежели подлинными чувствами, возможно, он просто поверил в то, что любит её больше, чем сестру, нежели на самом деле испытал это. Сейчас же его сердце наполняла эйфория, блаженство разливалось в его душе целительным лекарством, излечивая от всего того, что ещё вчера обременяло её. Как же сладко было находиться в обществе девушки, которая, словно загадка, неожиданно возникла перед ним и повела за собой.       За этой встречей последовала вторая, и третья, они встречались при дворе, ходили вместе прогуляться в парк и постепенно с каждым новым разом Эдгар всё яснее и чётче понимал, что в его сердце рождается любовь, искреннее, светлое чувство, которое исцеляет любые старые раны и приносит наслаждение, если оно взаимное. А судя по благосклонности к нему девушки, он вполне мог рассчитывать на это.       Прошёл месяц с момента знакомства. Однажды на очередном балу во дворце господин Оннет, встретив Адэль после того, как они целую неделю не виделись, позволил себе вольность. Уединившись в одной из комнат, он на радостях закружил её в объятиях под её звонкий смех. Неожиданно дверь открылась и в проёме появился господин Кордиаль.       —А, это ты, Илиан, — с облегчением проговорил влюблённый мужчина, отпустив девушку и увидев, кто их побеспокоил. — Как же ты нас напугал!       —Немудрено, — вдруг как-то жёстко прозвучало в ответ. — Эдгар, Вы решили мне отомстить таким образом?       —О чём ты? Я не понимаю, — с искренним удивлением произнёс тот, рассудив, что переход на «Вы» произошёл неслучайно.       —Не понимаете? Вы решили скомпрометировать мою сестру за то, что я увёл у Вас Камиллу?       —Сестру? — поражённый и пытающийся осознать ситуацию, в которой оказался, эхом повторил мужчина, глядя то на одного, то на другого. — Адэль Кордиаль? Илиан — Ваш брат? — девушка, не до конца понимая, о чём говорил её ближайший родственник, кивнула.       —Адэль, оставь нас, — она, подчиняясь властному тону брата, вышла. — Итак, Эдгар, я жду объяснений.       —Илиан, даю тебе слово, я не знал, что она твоя сестра! Мы представились друг другу по имени. И… — он хотел сказать о своих чувствах, но наткнувшись на жёсткий взгляд друга, передумал и замолчал.       —И? — повторил за ним господин Кордиаль, внимательно наблюдая за собеседником.       —Если ты против наших отношений, я подчинюсь, Илиан, — со вздохом, опустив голову, проговорил тот, чувствуя, как бешено начинает биться в груди сердце от нового удара судьбы.       Обычно дерзкий и идущий до конца, чтобы добиться своего, в этом случае Эдгар стушевался, потому что неожиданно понял, как данная ситуация могла выглядеть для брата девушки. Он не знал, кто его возлюбленная до нынешнего момента, но даже беря в расчёт это обстоятельство, он не мог быть уверен в том, что господин Кордиаль даст согласие на то, чтобы они породнились. Дружба дружбой, но готов ли брат вверить свою сестру заботам того, кто до недавнего времени считался его врагом? Взвесив всё это за считанные секунды, чувствуя себя без вины виноватым, мужчина умолк, словно ожидал оглашения приговора, который должен был решить его дальнейшую судьбу.       —И это всё, что ты намерен мне сказать? — глядя в упор, спросил его друг.       —Я люблю её, Илиан, — решился всё же признаться Эдгар. — Она мне очень дорога. Ещё пару минут назад, я готов был поклясться, что нашёл своё счастье. Но… — он тяжело вздохнул, словно боялся произнести роковые для него слова.       —Но?.. — уже более мягким тоном произнёс брат девушки, начиная понимать состояние собеседника.       —Но я не буду противиться твоей воле.       —Вот как? — он добродушно улыбнулся. — То есть ты опять сдаёшься без боя?       —Что ты хочешь этим сказать? — с надеждой в голосе прозвучало в ответ.       —Что рассчитывал на то, что ты будешь более настойчив, чтоб убедить меня в своих чувствах.       —Смею ли я надеяться на то, что ты захочешь иметь меня своим родственником? — осторожно, будто ступая по тонкому льду, заметил господин Оннет.       —Эдгар, мы ведь друзья?       —Безусловно!       —По-моему, нам обоим пора привыкнуть к тому, что мы можем доверять друг другу, а не ждать подвоха.       —Не могу не согласиться! — на губах заиграла довольная улыбка.       —Но имей в виду, если ты её посмеешь обидеть…       —Не посмею, Илиан, — всё ещё улыбаясь, с облечением проговорил Эдгар. — Даю тебе слово.       —Отлично! Тогда, стало быть, через год поговорим и, возможно, сыграем сразу две свадьбы, — подмигнул господин Кордиаль, протягивая руку, и за крепким рукопожатием последовали такие же крепкие объятия, после чего друзья вернулись в общий зал, чтобы успокоить своих спутниц.