Фиксики

Лайнап у фестиваля был прекрасный: Бутусов, половина из двух Самойловых, Пилот, ЧИЖ, и прочие, и прочие, и, конечно же, хэдлайнеры — Король и Шут. Андрей тихо радовался, что их как самых важных участников поставили в конец — можно было подумать обо всем еще разок, спросить у сессионных гитаристов, совсем юных ребят, точно ли они готовы, переодеться в концертное, надеть олимпийки, застегнуться на молнию. — Я, блин, против! — возмущался Миха, расхаживая по гримерке. — Ну хуйня же, Андрюх! — Решили же, Мих, — сказал Андрей, поправляя на себе на олимпийку с нашивками панк-групп. Было непривычно и неудобно. — Ты ж понимаешь, мне вообще вся тема эта не нравится! Протест… он не в дизайне ебаном, понимаешь, да? Это чисто капиталистическая тема — бабок нарубить на символах. Протест — это действия! — Мих, обсудили же с адвокатом. Миха тяжело вздохнул: — Ну почему, блин, все это должно выглядеть так по-уебански? — Панки грязи не боятся, Мих. Миха вздохнул еще раз. Лужники взорвались криками. Андрей, вздохнув поглубже, подошел к микрофонной стойке слева, Миха встал справа от него. — Привет, Лужники! Новая порция восторженных воплей. Андрей, ощущая мандраж сильнее, чем перед первыми их концертами, продолжил: — Сегодня замечательный день — День Флага России! Каждый из нашей группы разделяет правильные ценности. — Мы патриоты! — вклинился Миха. — Мы любим нашу Родину! — И поэтому мы надеемся, что наша любимая страна будет становиться лишь лучше, что нас ждет прекрасная Россия будущего! Он посмотрел на Миху — тот глядел на него с восторгом и гордостью. Кивнув друг другу, они быстро расстегнули олимпийки, скинули их на пол и остались в футболках в любимую Андреем широкую горизонтальную полоску. Футболки были бело-синие. — Все-таки дизайн полное говно, — сказал Миха Андрею, мимо микрофона, а потом заиграло вступление к "Леснику", и Андрей, конечно, ничего уже не мог ответить. Он присоединился к Михиному "лай-лу-лай" — надо было петь, пока их не повинтили.