Круцио на десерт

***

Already Lost — Jay Glavany

— Гарри, доброе утро. Как настроение, как дела? Джерри, проверяющий на входе в крыло допросных комнат, машет рукой из своего кабинета с открытой дверью. Поттер отвечает ему натянутой улыбкой. О, настроение отличное. Я понятия не имею, где гребаный Прэтт и, если сейчас ничего не узнаю, то зацепок у меня больше нет. Еще Паркинсон вчера отказалась от помощи, отшив меня. Однако, несмотря на это, я подрочил после ее ухода, потому что сидеть спокойно из-за ее блядских дегустаций не получалось. Затем я попытался работать, потом еще немного. А после этого всего мне пришлось убирать поднос с чашками, потому что я наврал, что они исчезнут сами, а в шкафу я увидел блядские кексы, вспомнил ее рот… и подрочил снова. А потом я лег спать в пустом доме. Спасибо, что поинтересовался. — Все в порядке, Джер! Хорошего дня! — И тебе, Гарри! Ага. Конечно. Коридор он преодолевает за полминуты, приближаясь к нужному кабинету, где его уже должны все ждать. Гарри бросает взгляд на часы. Задержался. Интересно, все готово? Подойдя, он отчетливо слышит голос: — Я буду говорить только с мистером Поттером. Гарри открывает допросную и шагает к гостям. — Благодарю, что подождали, — Поттер протягивает руку мужчине. — Клод, — тот пожимает в ответ, кивая. Гарри переводит взгляд на его спутницу. — Агата. — Здравствуйте, Мистер Поттер, — красивая женщина изящно улыбается. Он быстро обводит помещение глазами. Николь здесь, как и в прошлый раз. Пэнси, Марсель и Питер, значит, за стеклом. — Они все там? — уточняет он у Райли и кивает на стену. — Да, трое. — Хорошо. Поттер присаживается за стол, который сейчас куда большего размера, нежели он был в прошлый раз. Стульев пять. Он занимает свободный, на еще двоих уже сидят родители Марсель. — Рад видеть вас здесь. Агата хмыкает. Гарри не реагирует на это, он знал, на что шел. — Наша договоренность, я полагаю, в силе? — Клод смотрит на Гарри внимательно и остро. — Разумеется, мистер Бернар, — он ухмыляется. — Если мы оба ее соблюдаем, конечно. — Мы сделали то, о чем попросила наша дочь. — Прекрасно, — Поттер откидывается на спинку. — Министерство магии Великобритании ценит ваш… вклад. И разумеется, учтет это в дальнейшем сотрудничестве, — он вскидывает бровь. Клод и Агата переглядываются, Поттер смотрит на зеркальную стену, а потом говорит, обращаясь к Николь. — Я озвучу некоторые факты для тех присутствующих, которые не в курсе ситуации. Мистер Клод и Агата Бернар — чистокровные французские волшебники. Семья мистера Бернара поколениями сотрудничает с французским филиалом Гринготтса. И более того, имеет деловые и дружеские связи с главным гоблином банка. — Сомневаюсь, что с ними можно иметь по-настоящему дружеские связи… — сдавленно бормочет Клод. — И тем не менее, вы можете позволить себе с ним гораздо больше, чем другие. Так ведь? Клод поджимает губы, не отвечая. Поттер вздыхает. Гоблины не любят и не хотят помогать людям, Гарри уверен, что его задачка далась Бернарам очень и очень непросто. Впрочем, мотивация у них имеется, плевал он на эти показательные недовольства. Сами виноваты. — Так вот, — продолжает он. — Главный гоблин Гринготтса является не только руководителем банков и хранителем всех доступов в филиалах по всему миру. Он также известен, как гоблин, носящий в себе королевские корни. Так скажем, наиболее высокопоставленный представитель своего народа в иерархии. Николь вскидывает брови. — Элфрик? Мы говорим о нем? Гоблин, который считается самым старым и обладающим исключительным авторитетом среди остальных? Гарри кивает. Почему-то ему кажется, что прямо сейчас за стеклом Питер точно сказал что-то типа: «О, король гоблинов». Хочется улыбнуться, но он серьезно произносит: — Николь, что ты знаешь о магии гоблинов? — Если честно, не так много, — Райли хмурится. — Потому что не так уж много о ней известно в принципе. Их магия специфическая, используют они ее без проводников и в основном для охраны ценностей. — Верно, — кивает Гарри. — А еще известно, что авторитет главного гоблина не подлежит оспариванию. Он способен отдавать приказы, которые рядовой гоблин просто не может не выполнить, как бы ему не старались помешать. Что-то на магическом уровне… — Да, думаю да. Я читала о таком. Внезапно Ники замирает, сведя брови. Она быстро смотрит на два пустых стула, потом на Гарри. Давай же, соображай. — Ты хочешь обойти Непреложный обет Забивикса? — произносит она ошарашенно. Поттер ухмыляется. — Я хочу его сломать. Теперь открывают рот оба Бернара. — Но обет на волшебнике невозм… — заученно тянет Райли. — А разве он волшебник? В допросной наступает тишина, которую Поттер нарушает только через минуту. — И для этого Марсель съездила к родителям, предложив им помочь нам. Господин Элфрик ожидает в соседнем кабинете. Мы попросим его поболтать с нашим Забивиксом и посмотрим, что из этого получится. Приведете друга, мистер Бернар? Клод кивает и вместе с Николь выходит из допросной. Агата же все время беззастенчиво изучает Гарри. — Столько власти, мистер Поттер, — Бернар улыбается так игриво, что не будь здесь ее мужа, Гарри бы решил, что она флиртует. Хотя кто ее знает… Его тут сейчас как раз и нет. — А вам еще нет и тридцати. Это… сложно? — Терпимо, миссис Бернар, — Поттер наклоняет голову вбок. Она хмыкает, разглядывая его. — Вы попросили об очень крупной услуге, — прищуривается женщина. — Надеюсь, что мы старались не зря, гоблины ненавидят идти на поводу у магов. Нам пришлось хорошо заплатить и даже вспомнить его некоторые давние долги, чтобы притащить сюда. — Надеюсь, что он окажется в должной мере полезен, — расплывчато говорит Поттер. — Вы обещали. — Я сказал, что пойду вам навстречу взамен на помощь. Мы ведь говорим о нарушении закона вашей семьей, миссис Бернар, давайте не будем об этом забывать. С вашего позволения, сначала я оценю насколько помощь актуальна. Агата недовольно складывает руки на груди. — Моя дочь уже помогла вам. Ах да, кстати о ней. — Ваша дочь выйдет отсюда, если еще раз попытается влезть в мою голову. Марсель, меня слышно? — он смотрит на зеркало допросной, прекрасно зная, что девчонка все хорошо поняла. Давление на череп тут же исчезает. — Большое спасибо, — так же громко добавляет он.

***

Пэнси с другой стороны стенки открывает рот. Марсель, похоже, тоже. — Святой Мерлин, я не знала, зачем ему этот противный, брюзжащий гоблин. Сломать Непреложный? — она смотрит на Пэнси. — Серьезно? Он сошел с ума? — А кто-то вообще пробовал делать подобное? — спрашивает Питер. Он сидит на скамье рядом. — Никогда не слышала, — Пэнси пожимает плечами и слегка толкает локтем Марси. — Прекрати играть с ним, он бросит тебя за решетку. Бернар только хмыкает. — Уже бросил бы, если б хотел. Тут лезь, не лезь — бесполезно, надо же какой упертый. Кто учил его окклюменции? — интересуется подруга. — Понятия не имею. — Не пробьешь. Абсолютно неприступен, — она вздыхает. — А что такого натворили твои родители, Марсель? — спрашивает Питер. — Почему он так смело держит их за… — стажер осекается. — Ну вы поняли… Марси закатывает глаза и кратко повторяет то, что рассказала Пэнси вчера вечером. — Они занимаются международными делами Гринготтса, как и уточнил твой начальник, поколениями. Семья отца всегда умела договориться с гоблинами, они довольно успешно продвинулись в коммуникации. Относительно других так точно. Питер кивает, Пэнси же разглядывает Поттера, думая о том, что чьи-то планы разбить Непреложный обет она назвала бы безумием. Чьи-то. Кроме его. Потому что Пэнси уже видела достаточно, чтобы сомневаться. Слишком уж спокойно он сидит на своем стуле. Мерлин, что он опять задумал? Марси тем временем продолжает: — Отец почти что руководит банком в Париже. И разумеется, филиалы всех стран так или иначе между собой сотрудничают. Несколько лет назад им нужно было что-то провернуть с Британией, я не сильно вдавалась в подробности, но время шло, а бюрократические издержки никак не решались, какие-то мелкие шероховатости. Ну… Отец дал кому-то золотишка. А твой босс, Питер, об этом узнал. Хардинсон вскидывает брови и присвистывает. — Родителей не посадили, конечно, — Марси пожимает плечами. — Насколько мне известно, это решалось на уровне министра магии, потому что люди они не простые, скандал был бы международным, сообщество волшебников не так велико. Отделались крупным штрафом. Но ваш Поттер остался недоволен таким исходом. Из-за этого мало того, что они несколько лет не могут носа сунуть в Англию, потому как он пообещал, что они не выедут отсюда, а связываться с ним будет только умалишенный… Так еще и все совместные дела филиалов теперь решаются в три раза дольше, чем у остальных. Ведь мистер Поттер пожелал, чтобы каждую бумажку из Парижа проверяли несколько его специалистов, — она ухмыляется. — Наказывает. Питер задумчиво чешет затылок. — Да уж… — И если с визитами проще, драккл с ними, — вздыхает Марсель. — То бюрократия, которая тянется неделями, даже при элементарных операциях… Это невыносимо и сильно вредит репутации банка. Отец почти поседел, стараясь крутиться в этих условиях. — А у тебя не было проблем, когда ты приехала? — стажер поворачивается к ним всем телом. — Нет, но думаю, Поттер сразу понял, кто я такая. Он допрашивал меня, перед тем как пустить к Пэнси, когда я заявилась в Лондон. Мерлин, три часа… Думаю, не будь я связана с ней, он бы вышвырнул меня и глазом не моргнув. И конечно, не забыл спросить про семью. А когда они поймали гоблина и оказалось, что на нем Непреложный… Поттер позвал меня сразу же. И предложил родителям… реабилитироваться. Я уехала, передала информацию. Разумеется, они сделали так, как он сказал, на кону слишком много, и крыть им нечем, отец ведь сам давал взятку. Несколько дней ушло на уговоры и торги с Элфриком. Отвратный старикашка, сейчас увидите. Я прекрасно понимаю, почему Поттер не захотел заниматься этим сам. Пэнси качает головой и прячет улыбку. Вот вам и Аврорат. Все они торгуются, используют связи и выкручивают обстоятельства в свою пользу. Поттер тоже далеко не святой, стоит вспомнить Томми из Азкабана. Почему-то она не сомневается, что камера старика Броуда совсем не похожа на лачугу. Прикормлены. Все нужные ему люди. Вопрос только в том, какие методы он использует и где располагаются его персональные границы во всех этих договоренностях. Как раз в этот момент Поттер бросает взгляд на стеклянную стену, а Пэнси вспоминает вчерашний вечер. Становится неловко, она вздыхает и опускает глаза. Допросная открывается, Питер, Марси и Пэнси напрягаются, внимательно глядя в проем. Мистер Бернар шагает первым, а затем придерживает дверь для… — Мерлин, — Пэнси вскидывает брови. — Я же говорила, — подруга неприязненно морщится. То, что гоблин неприятный, видно сразу. Ничем не примечательный рост или внешний вид, обычный себе представитель расы. Но выражение лица… — Ему будто дерьма подсунули, — озвучивает Питер мысли. — О, поверь, он так и считает. Кучка презренных магов, которым он что-то должен, немыслимо! — Марси злобно ухмыляется. Элфрик, задрав нос к небесам, проходит к стулу и не без усилий залезает на него. Разумеется, помощи он не просит. — Здравствуйте, Элфрик. Меня зовут… — Гарри Поттер. Руководитель всего силового блока Министерства магии Великобритании, вечный герой и спаситель всех и вся, — скрипучий голос гоблина звучит недоброжелательно. Его лицо, старое и покрытое какими-то бородавками кривится. — Не тратьте мое время, мистер Поттер, мне прекрасно известно, кто вы. И ваше громкое имя никак не меняет нашу ситуацию, я хочу убраться отсюда. Где предатель? Если Поттер и удивлен такому милому приветствию, то вида не подает. Питер качает головой, а главный аврор взмахивает рукой, голубой луч пересекает комнату и исчезает в стене. — Я не могу обещать успех, я никогда не занимался подобным, — хрипло добавляет гоблин. — Это смешение магических ветвей, я понятия не имею, как они будут себя вести. Может либо не произойти вообще ничего, либо катастрофа местного масштаба. — Я понимаю. — Я настаиваю на полной конфиденциальности. Полной. И моя часть уговора будет считаться выполненной независимо от того, что здесь произойдет и каков будет результат. — Разумеется, — говорит Поттер. — Кто может это гарантировать? — Я. Гоблин оценивающе разглядывает Поттера, смотрящего на него с невозмутимым видом. Довольным он не кажется, однако через пару секунд молча кивает. Как раз в этот момент открывается дверь. Забивикс выглядит паршиво. Он плетется, уставившись в пол и как будто даже не осознает, где находится. Просто идет, куда ведут. — Ему… что-то сделали? — осторожно интересуется Пэнси, пока незнакомый аврор усаживает его на последний свободный стул. Питер бросает на нее странный взгляд. — О чем это ты? — он поднимает брови. — Ну… Он выглядит плохо… — Пэнси, — голос Хардинсона звучит обиженно. — Здесь никого не мучают и не бьют просто так. Мистер Поттер не маньяк. — Я не говорила этого, — оправдывается она. — Угу, — Питер отворачивается, снова сосредотачиваясь на допросной. Но потом все-таки добавляет: — Гоблин болен. Он чахнет на глазах, нам уже докладывали это на днях. Возможно, потребуется лечение, но я не знаю… Как сказала мисс Райли, их магия очень своеобразна. Мне кажется, став изгоем за свой поступок, он как будто медленно умирает. Хардинсон не продолжает. Аврор удаляется, щелкая дверным замком. В комнате воцаряется тишина. Родители Марси сидят молча. Поттер рассматривает Забивикса, а Элфрик… — ГНУСНЫЙ ПРЕДАТЕЛЬ СВОЕГО РОДА, НЕМЕДЛЕННО ПОДНИМИ ГЛАЗА!!! Пэнси подскакивает от резкого крика, Марси от неожиданности выругивается. Забивикс дергается как от удара, его лицо тут же приобретает осознанное выражение. Видя, кто сидит перед ним, гоблин весь сжимается. — Господин Элф… — Заткнись, грязный изменщик, отщепенец, лжец! Гнусный отступник, продажная шкура! Пэнси моргает, смотря на то, как главный гоблин встает на стул и яростно тычет маленьким толстым пальцем в лицо испуганному Забивиксу, опершись рукой о стол и нависая над бедолагой. Поттер наблюдает за ними с интересом. — Вероломная паскуда! Паршивый грабитель, чердачник! Жулик, недостойный негодяй! Бернары переглядываются. — Взломщик, мерзкий карманник! Пусть будет проклят день, когда ты явился на свет! Позор родословной, противная мусорная крыса! Ты… — Нормальный у него словарный запас, — тянет Питер. Марси прыскает от смеха. Поттер кашляет в кулак, гоблин приходит в себя и замолкает. Он быстро бросает взгляд на главного аврора и выпрямляется, все еще стоя на стуле. — Ты ответишь на все вопросы, отвратительный клятвонарушитель, — Элфрик спокойно говорит это, сцепляя маленькие ладошки за спиной. — Сию же секунду. — Но я не… — пищит Забивикс. — Ответишь, я сказал! — давит на него Элфрик. — Обет, на мне обет, они знают, что я не… Внезапно радужки Элфрика загораются алым цветом, Питер наклоняется так плотно к стеклу, что рискует упереться в него носом. Все присутствующие округляют глаза, выпрямляясь на своих местах. Поттер не исключение, он медленно пододвигается ближе, чтобы рассмотреть. Забивикс замолкает и с открытым ртом смотрит в глаза своему господину. Он выглядит загипнотизированным, по подбородку медленно стекает слюна. — Задавайте, — не отводя взгляда от Забивикса, говорит Элфрик. — Имена, — Поттер ориентируется тут же. — Имена тех двоих. Гоблин мямлит неразборчиво, находясь под неизвестными никому чарами. — Уильям Прэтт и Николас Брам. Поттер кивает. Это они и так уже знают. — Кто-то еще? — Я слышал несколько имен тех, кто доставал им оружие. Участвовали. Забивикс называет фамилии, Поттер удивленным не выглядит. Значит, это те сотрудники отдела Абрамсона, которые помогали Браму. И тот сам же их и сдал на допросах ранее. Затем он дает еще немного обрывочной информации о том, как и сколько Уилл платил каждому из них через Брама, Поттер снова кивает. — Пока ничего нового, — Хардинсон подтверждает теорию. — Все это мы знаем от Брама и из других источников. — Что именно ты не мог рассказать нам в прошлый раз? Адреса, места сбора, какие-то еще зацепки? — Поттер приближается почти вплотную к лицу Забивикса, пока Элфрик не разрывает с тем зрительный контакт, впиваясь совершенно красными глазами. — Он как будто управляет им, ты видишь? — Марсель впечатлена. — Они действительно не могут не подчиняться главному. — С ума сойти, — бормочет Питер. Забивикс тем временем тянет: — Прэтт был со мной наедине дважды, не считая проникновение в банк и прежние встречи, когда он еще работал в Гринготтсе. Сначала когда впервые предложил отомстить Паркинсонам, потом в магловском доме. Один, без Брама. Поттер называет адрес, гоблин подтверждает. Дом, где они уже были вчера. Тот же, куда Уилл пригласил отца для встречи и отравил. — Он обмолвился о том, сколько расходует галеонов на свои дела, на подкупы, порталы… И я спросил его, откуда он берет столько золота. Сколько бы ни зарабатывал его отец, такие деньги просто так не вытащишь из дома… Тем более, если родитель был не в курсе… — Что он ответил? — Поттер прищуривается. — Он засмеялся и сказал, что сидит на золоте. Я переспросил, он ушел от ответа. В тот день он наложил на меня обет. — Брама с вами не было, он не пришел и потом. Он не был человеком, скрепившим Непреложный. Кто тогда? — Какой-то маг, — гоблин пожимает плечами. — Я видел его несколько раз. — Он просто пришел, закрепил обет и ушел? — Поттер вскидывает брови. — Думаю, он для этого и был приглашен. — Что значит «приглашен»? Он работает с Уиллом? — Прэтт убил его. Сразу же после ритуала, режущее. Я думаю, он был под Империо все время. Поттер растерянно моргает, но лицо остается беспристрастным. — Какое время? Гоблин поясняет: — Он сопровождал Прэтта в Америку, чтобы искать Паркинсон. Таскался иногда за ним. Но ни разу не заговорил и ничего не делал, выглядел словно какой-то немой или больной, я сразу подумал о заклятии. Так что да, человек фактически был, но я все так же считаю, что Прэтт работает один… — Где его тело? — Я не знаю. — Что еще? Забивикс некоторое время раздумывает. — Я не знаю. Я не мог сказать их имена в прошлый раз, сейчас я их озвучил. Я не мог сказать адрес заброшенного дома, я сказал. — Что-то новое о порталах? О Паркинсон? — Порталы покупались в Америке у типа по имени Биги, я уже говорил, — он пожимает плечами. — За Паркинсон присматривали. Несколько раз перед убийством ее родителей, насколько мне известно. Он что-то хотел уточнить о ней, я не знаю что именно. — Ты кричал, когда увидел ее в прошлый раз. Пытался что-то дать понять. — Да, потому что парень — сын ее семейного адвоката, а Брам работает под носом у Аврората. Я не мог этого сказать, но очень хотел. Всем вам. Внезапно из носа Забивикса вытекает струйка крови. Элфрик хмурится. — Мне тяжело контролировать его, заканчивайте. Человеческая магия борется. — Забивикс, напряги память. Дай мне наводку на то, где искать его. Ну же! — почти кричит Поттер, отчаянно глядя на гоблина. Тот мотает головой, кровь разбрызгивается вокруг. Внезапно Элфрик наклоняется вбок, рискуя свалиться со стула, красные глаза закатываются… Но Поттер перехватывает маленькую руку, выравнивая тело гоблина. В его радужках при этом отчетливо мелькает желтый. Марси присматривается и хмурится. — Ты видела? — спрашивает она резко. — Что такое? — Пэнси сглатывает. — Его глаза, — подруга неуверенно тянет, но потом замолкает. — Нет, наверное, мне показалось. Ничего, забудь. Элфрик как-то странно смотрит на Поттера, но решает промолчать. Он снова стоит спокойно, при этом руку Поттера не отталкивает. А сам Поттер ее не убирает. Что происходит? — Он не говорил, где живет, хотя Брам не единожды интересовался. Каждый раз Прэтт смеялся, когда речь заходила об этом, словно ответ лежал где-то на поверхности. Словно это какая-то шутка или что-то, что его чрезвычайно веселит. Я не знаю… я… Забивикса рвет кровью. Это происходит резко и неожиданно, родители Марсель машинально отскакивают, двигая стулья назад. Скрежет ножек по полу бьет по ушам. — Мерлин, да вы же убьете его! — Вскрикивает Агата. Гоблин падает на стол, плюхаясь лицом в собственную кровь. — Все, стоп, — Поттер бросает это раздраженно и отпускает руку Элфрика. Тот хватается за столешницу, сразу видно, что ему тоже плохо. Поттер взмахивает ладонью, голубой луч снова проносится через комнату и исчезает. Забивикс откашливается, а по вискам Элфрика стекает пот, его руки дрожат. — Что ж, — хрипит он. — Теперь мы знаем, что подобное возможно… Хоть и недолго. Лицо Поттера напряжено, челюсти сцеплены. Пэнси кажется, что он едва сдерживается от того, чтобы не ударить или не пнуть что-то около себя. Питер сбоку разочарованно вздыхает. — Ну… мы попытались. Пэнси опускает глаза. Ничего. Он не сказал ничего нового, никаких зацепок. По сути обетом Уилл защитил только имена и адрес того вчерашнего дома. Большего гоблину и не было известно. Спустя какие-то секунды Поттер поворачивается к Клоду и Агате. — Министерство магии Великобритании не имеет к вам никаких претензий. Я рекомендую в дальнейшем не нарушать закон, больше сделок не будет, мистер Бернар. Ограничения на сотрудничество с английским филиалом сняты с текущего момента, я передам приказ всем причастным в течение пятнадцати минут. Также вы можете посещать страну. Бернары резко вскидывают головы, глядя на него. Агата открывает рот. Клод же подскакивает и хватает его руку: — Конечно! Спасибо вам! Спасибо большое, — он счастливо трясет ладонь Поттера, словно не веря, что все закончилось удачно. — Вы свободны, — говорит Поттер, Бернары покидают помещение, рассыпаясь в благодарностях, Николь провожает их глазами. Дверь закрывается. Марсель встает с места и выходит в коридор к родителям. Поттер окидывает взглядом двух гоблинов. Забивикс снова сидит на своем стуле, уставившись в стенку. — Что за магия в вас? — внезапно спрашивает Элфрик. Поттер не отвечает, но гоблин продолжает. — Вы поддержали мои силы. Палочки нет, вы просто взяли меня за руку. Я почувствовал сильнейшую передачу энергии, когда уже был готов отключиться от перенапряжения, — он с интересом разглядывает Поттера. — Очень любопытно. Забивикс хрипит, глядя на Поттера, его глаза закатываются, а потом он начинает смеяться. Пэнси чувствует холодок, пробегающий по спине. Этот смех… Отвратительный хохот, рассекающий тишину допросной и эхом отражающийся от ее стен. В комнате появляются двое в халатах. — Гоблин болен и ранен. Проследите, чтобы он был стабилен, — Поттер кивает на Забивикса. А потом переводит взгляд на Элфрика. — Вы тоже свободны, благодарю за сотрудничество. Элфрик не отвечает, сложив руки на груди. Поттер засовывает ладони в карманы и шагает к двери, когда Забивикс поднимает голову. Его лицо не выражает эмоций. — Поттер, — бросает он хрипло и обессиленно. — Он знает, что ты не убиваешь людей. Он знает, что ты не станешь… Я слышал, как он говорил об этом. Он видел, что ты таскался с Паркинсон в банк и понял, что ты занялся делом. Он говорил, что точно не умрет, потому что ты не убьешь. Пэнси сглатывает, глядя то на главного аврора, то на обезумевшего гоблина с пеной у рта. Поттер останавливается и некоторое время смотрит перед собой, а потом разворачивается и улыбается, отвечая: — Том Реддл так не считает. Уилли спрашивал его? — а потом он щелкает пальцами. — Ах да, Том не ответит. Я же убил его, — Поттер выходит, у двери бросая аврорам в коридоре: — Уведите его обратно, когда состояние стабилизируют.

***

Не жаль — 104, Miyagi, Скриптонит

Гарри Поттер рассматривает кучу разбитых вещей на полу своего кабинета, бросает взгляд в зеркало, видя уже привычные желтые глаза. — Сука! Он пинает еще что-то. В голове бьется одно и то же: «Зря». Столько сил и зря. Гоблин не сказал ничего, чего они и сами бы уже не знали. Взамен на это он простил Бернарам грешок и потратил время утром, а еще довел Забивикса почти до смерти. Зря. Говоря откровенно, на Бернаров ему плевать. Насколько Гарри известно, Клод хорошенько потел эти годы, не имея возможности нормально работать после своего неосторожного поступка. Нужно быть полным идиотом, чтобы выкинуть что-то подобное в Англии снова, получив второй шанс. Гарри не сомневается, что теперь Бернар будет шелковым и проблем не создаст. А вот гоблин… Поттер понимает, что его мучения были напрасными. Вспоминаются кровавые глаза сошедшего с ума Забивикса. — …убил его сразу же после ритуала. Он засовывает руки в карманы. — …рассмеялся и сказал, что сидит на золоте. Поттер смотрит в одну точку на стене, соображая. Но в голове ничего. Ни единой идеи. Мэнор? Проверен и закрыт, эльфы на месте, это невозможно. Где можно сидеть на золоте? В Гринготтсе? Еще более невозможно. Поместье Паркинсонов? Под куполом Министерства, тоже без вариантов. Какое-то собственное место? Легко, но зачем скрытничать и создавать интригу? Почему гоблин обратил на это внимание? Или это специально и не следует тут искать никаких подтекстов? Деньги, деньги… Слишком много даже для сбережений адвоката, даже за годы, учитывая, что тот с неба звезд не хватал. Суммы, которые Уилл отваливал одним только сотрудникам Абрамсона, громадны… И это без порталов и других сопутствующих трат. Гарри потирает подбородок. Где же ты прячешься, маленький ублюдок? Он медленно вышагивает по кабинету и внезапно останавливается, заметив вещицу на столе. Поттер вздыхает. Еще один вопрос и еще одна проблема. Паркинсон пересказала опасения покойной Малфой на тему этой книжки. Он подходит к столу ближе. Гарри забрал ее из архива Министерства утром и ради интереса попробовал на ней парочку простых заклинаний. Таких, чтобы вернуть к обратному виду в случае успеха. Намочить, поджечь, расплавить уголок. Тщетно. Он замирает, глядя на древний фолиант перед собой. То, что книжка непростая, понятно стало сразу. Сегодняшние эксперименты догадку подтвердили. И что ты такое? Красивые узоры рассекают вдоль и поперек толстую оплетку, слова на латыни отпечатаны на ароматной коже. Гарри чувствует характерный запах, даже не принюхиваясь. — Малфой взяла с меня обещание уничтожить ее. Он медленно проводит пальцем по корешку. Уничтожить. Почему, Нарцисса? Дело в обрядах? Только ли? — Она считает, что книга каким-то образом могла повлиять на все эти смерти. — Что? — Я не знаю, Поттер. Она не сказала ничего конкретного, я думала… Думала, что у нас еще будет возможность вернуться к этому разговору. Думала, может, она в стрессе и немного не в себе… Я не знаю. Чары на страницах ощущаются физически. Он не уверен, все ли смогут обнаружить это или же дело в тонкой чувствительности его магии, но энергия, отдаваемая вещицей, почти обжигает. Вспоминаются и другие слова Пэнси: «Нарцисса сказала, что книга даже не давалась ей в руки, словно знала, что с ней хотят сделать». Вдруг он понимает, что именно ему это все напоминает. Палец застывает на корешке. Крестраж. Сердце громко бьется о ребра, Гарри сглатывает, чувствуя холодок, пробегающий по спине. Он резко отдергивает ладонь от прохладной кожи. Старые воспоминания отзываются болью где-то глубоко внутри. Спокойно. Нет больше ублюдка, который бы увлекся подобным. Спокойно. В голове пульсирует, Гарри медленно делает вдохи и выдохи, не замечая, как шагает от книжки назад. Хочется проглотить слюну, но он не может, горло свело. Ты больше не должен переживать это. Ты не будешь. Все давно закончилось. Ты же сам видел его труп. Ты сам убил его. Спокойно. Стук в дверь заставляет вздрогнуть и вынырнуть из оцепенения. Поттер собирается с духом, отодвигает ящик под столом и быстро толкает туда книгу, стараясь не слишком касаться ее. — Да? Аврор появляется на входе. — Добрый день, мистер Поттер. У меня бумаги на подпись. — Привет, Сэм. Давай. Зрение фокусируется, а стальной обруч, сжимавший грудь еще секунды назад, — ослабляется. Становится чуть легче. Игнорируя любопытный взгляд подчиненного, направленный на разбитые вещи на полу, он забирает папки. — Это все? — Э-э-э, нет. Парень неловко протягивает несколько конвертов. — Что это? — Гарри поднимает голову. — Из Азкабана, мистер Поттер. Как обычно письма Люциуса Малфоя семье. Поттер моргает. — Ты издеваешься надо мной? Зачем мне старая почта, кому я их передам? Сэм мнется на месте. — Но… это сегодняшняя, сэр. Мы же не можем забрать у него письменные принадлежности и право писать… — Как он пишет? Вообще-то, вопрос довольно идиотский, потому что надо очень постараться, чтобы убить себя пером, но кто знает этого Малфоя… Помня его глаза, Гарри не стал бы зарекаться. — С ним стоят в камере, пока он пишет. В кабинете воцаряется молчание. Поттер смотрит на белоснежные конверты. — Ладно, оставь тут, — говорит Гарри, понятия не имея, что с ними делать. — Ага. Хорошего дня, мистер Поттер, — улыбчивый Сэм покидает кабинет. — Угу… Хорошего, — бурчит Поттер себе под нос. Не успевает дверь захлопнуться, как открывается вновь. Кинсгли. — Привет, — угрюмо говорит министр. — Привет, как дела? На это друг просто отмахивается рукой. — Ясно, — произносит Поттер, а потом вспоминает, что сегодня вышел «Пророк» с новостями о Малфоях. Вот и ответ. — Атакуют? — Не особенно, мне кажется, все в шоке. Пока. Видел бы ты глаза Риты. — Да уж. — Мы дали минимум информации. Гриф «Секретно», проверки Министерства и все это стандартное дерьмо для отписок, сам знаешь. Гарри кивает. — У гоблина ничего. — Я уже знаю, — министр садится в кресло. — Но идея была хороша, ты молодец. Я никогда не слышал о подобных экспериментах. — Толку то… Друг осматривает остатки разных предметов на полу. — Нервишки? — Ага. Ничего больше не спросив, Кингсли взмахом палочки приводит кабинет в порядок. — Что будешь делать? — Закрою мэнор. А потом… понятия не имею. Теперь кивает Бруствер. — Сегодня? — Завтра. Но сегодня наведаюсь туда с Андромедой, хочу посмотреть, как ведет себя поместье, все ли готово. — Я думаю, проблем не будет, если Люциус подтвердил. — Я тоже, но хочу проверить. — Возьми Паркинсон с собой. Гарри вскидывает брови. — Зачем? — Я все еще надеюсь, что какой-то тайник или еще что-то среагирует на нее. Достали же вы шкатулку в ее поместье и книгу у Малфоев, в конце концов. Сам бы ты этого не сделал. Вторую шкатулку Нарцисса хранила у себя. Может, там есть что-то еще для Пэнси… Я не знаю. На самом обряде, конечно, ей делать нечего, а вот сегодня пусть поболтается там по залам. Мало ли… — Ладно, — Поттер пожимает плечами. — Завтра как и договаривались. Я тоже пойду на обряд, плюс авроры. Будем надеяться, что все пойдет быстро и нормально. Насколько сейчас защищен мэнор? — Наш купол. Ни войти, ни выйти. Эльфы подтвердили, что замок пуст. — Хорошо. Как Андромеда? — Готова. Кингсли кивает, а потом спрашивает мягче и тише: — А вообще? Гарри вздыхает. — В трауре. Паршиво… Она до последнего надеялась, что когда-то… Министр качает головой, глядя куда-то перед собой. — До сих пор не могу поверить. Даже когда увидел статью в «Пророке», которую сам же редактировал и одобрял. Как будто со стороны смотрю. Если уж я и думал, что что-то есть нерушимое и неизменное в этом мире, так это Малфои. — Кингсли, меня еще кое-что беспокоит, — тянет Гарри. Министр моргает. — Теперь и меня тоже, слыша твой тон, — он внимательно смотрит на Поттера. — Что случилось? Гарри достает книгу из тумбы и аккуратно кладет на стол перед собой. Бруствер узнает ее сразу. — Обряды чистокровных? — Да, — он молчит пару секунд, раздумывая, как бы объяснить. — Книжка злая. — Злая? — Она не давалась в руки Нарциссе Малфой, когда та имела помыслы уничтожить ее. И я чувствую в ней чары. Все время. Давно ты слышал, чтобы неодушевленные предметы защищались, зная о мыслях других? Министр напрягается. — И ты подумал о… Да. — Не совсем, — Поттер качает головой. — Но она злая. Малфой попросила Пэнси уничтожить ее. — Гарри, пожалуйста, скажи мне, что пришествия Темных Лордов не запланированы. — Думаю нет. Молчание длится не так уж и долго. — Бери у Паркинсон разрешение на уничтожение вещицы нашими руками. Попробуем сами, если у нее не выйдет. Можешь взять фолиант в мэнор, может, выдаст что-то. Гарри кивает. Тишину разрывает стук. Но не в основную дверь кабинета. Гарри удерживается от удивленного возгласа. Да ладно? И не ворвалась ураганом? Хотя… После вчерашнего… — Паркинсон? — интересуется министр. — Ага. — Я в любом случае ухожу, — он встает с кресла. — Вернетесь из поместья, зайди расскажи, как прошло. — Ага. Дверь тихо закрывается, Гарри поворачивается к другой. — Входи.

***

Ворваться в его кабинет она не решилась. После вчерашнего… Пэнси ловит себя на мысли о том, что она даже не помнит, когда стучала сюда в последний раз. — Входи. Она медленно ступает в помещение. — Привет. — Виделись, — говорит Поттер. Не столько раздраженно, сколько устало. Пэнси вздыхает, глядя на него. Он тоже. И все же добавляет: — Привет. Хочется улыбнуться, но она сдерживается. — Я хотела поговорить о похоронах Драко и Нарциссы. Я сделала наброски и заметки, но в них много пробелов в связи с моим… положением. Поттер откидывается на спинку стула и упирается подбородком в кулак. — Я пока не могу ничего сказать, Пэнси. Уилл на свободе, ты задержана за ключи. Независимо от количества новых фактов и всего случившегося, глобально и формально мы все еще на той же отметке, где и начинали наше сотрудничество. Глобально и формально… — Но они же не могут вечно лежать… — она осекается, не зная, как продолжить. — Где-то. — Не могут. Пэнси просто смотрит на него. Поттер выглядит действительно озадаченным. — Я поговорю с министром, я еще не думал об этом. Она кивает. — Спасибо. Потому что мне нужно получить хотя бы какие-то бумаги. Им нужно быть рядом, конечно же, склеп Малфоев я изучу от и до, потому что планирую для обоих… — Ты не сможешь. — Что значит не смогу, Поттер? — она закатывает глаза и продолжает: — Разумеется, я не говорю об одной могиле, я говорю тебе, что склеп… — Пэнси. Она только уставляется на него. Да что не так? — Нарцисса Малфой покончила с собой. — И что? — она не понимает. — К чему стремится любая родовая магия? Особенно чистокровная. — К продлению рода. Он кивает. — Нарцисса могла бы еще родить. Технически. Верно? Пэнси кривится, но неохотно соглашается. Попытаться, конечно, еще могла. — Таким образом, совершив самоубийство… — он не продолжает и смотрит на нее, ожидая продолжения. Ее лицо меняется за секунды. Пэнси открывает рот, а потом прикрывает его ладонью. — Предала магию и семью… Поттер, нет. Нет, не говори мне этого. — Только Блэки. Она сможет быть похоронена только там, потому что она кровно по рождению часть семьи. Малфой мэнор не пустит ее тело и на порог, Люциус это подтвердил. Мы, конечно, можем провести эксперимент, но у меня нет сомнений в его итогах. Она чувствует, как внутри разливается горячее разочарование. Нарцисса… — Но там ее сын… Он только пожимает плечами. — Мне жаль, Пэнси. — Ты же можешь что-то сделать? — Единственное, до чего она додумывается в эту секунду. Он же может?! Он ведь может почти все! Поттер же тем временем удерживается от того, чтобы невежливо хохотнуть. Это очевидно по выражению его лица. — Ты шутишь? Что? Пойти и сломать родовую магию мэнора? Выбить дверь склепа ногой, а перед этим не забыть выломать ворота поместья? Я еще нужен этой стране… — В тебе есть своя особенная магия, я же видела утром, ты… — Пэнси, остановись. Ты бредишь. — Ну… А Андромеда? — Забудь об этом. — Поттер… — Пэнси, это невозможно. Неужели ты не понимаешь? — совершенно искренне произносит он. — Забудь об этом. Мне жаль, повторюсь, но мы ничего не сделаем. — Внезапно он встает со своего стула. — Идем. — Куда? — В твою гостиную, конечно. — Зачем? — Валяться на диванах и распивать чаи. Что за перемены в настроениях и темах? — Поттер! — она практически бежит за ним по разделительному коридорчику. — Я же серьезно. — Я тоже, ближайший диван у тебя, а я устал. — Поттер, сейчас полдень. — Тем более. Время обеда. — О Мерлин. Что это с ним? Поттер и правда садится на диван. Он взмахивает рукой, отправляя уже знакомый голубой луч. Пэнси поняла, что это какие-то сообщения вызова или что-то в этом роде. Буквально спустя полминуты появляются Николь и Питер. — Что-то новое? — нетерпеливо допытывается Райли. — Нет, проходите. Они садятся на диван напротив, Пэнси опускается в кресло. — Сегодня мы посетим Малфой мэнор. Ритуал снятия прав с Прэтта запланирован на завтра, вы оба сможете присутствовать, это очень хорошая возможность посмотреть на древнюю родовую магию. Будет также присутствовать министр и часть Аврората. Но об этом позже, подробно указания я дам завтра. Пэнси, конечно же, замечает, что о ней он не говорит. — Сегодня же мы зайдем туда ненадолго, чтобы Андромеда проверила права. Сомнений в том, что они переданы корректно, нет, но осмотреться не помешает. Пэнси будет с нами в это посещение. Поттер заканчивает, не давая пояснений. Ну и ладно. — Мистер Поттер, а что насчет Прэтта? Ну… кроме прав, — тянет Хардинсон, выглядя так, словно побаивается начинать тему. Поттер откидывает затылок на спинку дивана. — Судя по невероятным успехам в нашем расследовании, ты можешь начинать расширять гостиную, чтобы уместить сюда свои платья, — вздыхая, бросает Поттер, косясь на Пэнси. Она закатывает глаза. — Я бы рада, но они сгорели в моей красивой квартире, если вы забыли. Точнее, вместе с ней. Все одновременно замолкают, неловко глядя на нее. Она ухмыляется. — Если я сама пошутила об этом, значит, можно посмеяться. — Тогда ладно, — осторожно начинает Николь и поддерживает шутку. — Ты могла бы использовать здешнюю спальню как гардеробную. — Туда влезут только мои брюки, ты меня недооцениваешь. — А дверь в кабинет к мистеру Поттеру останется? — подхватывает Питер. — Если да, то может, он мог бы пожертвовать немного места для твоих туфель? Туфель. Замирают трое. Николь делает вид, что ее страшно интересует барная стойка. Пэнси сглатывает, а Поттер, разумеется, смотрит прямо на нее. А потом тянет: — Думаю, мисс Паркинсон устанет бегать за ними туда-сюда. И придется ей ходить босиком. — Хотите воды? — Николь вскакивает с места. — Я закажу. — Стой, Николь, — тут же тормозит ее Поттер. — Что там Бернары? — Уехали, дочка с ними. — Да, она заходила попрощаться, — говорит Пэнси. — Хорошо. Закроем мэнор завтра и соберемся думать дальше, что делать с этим ублюдком, чтобы… Внезапно Поттер останавливает речь и вскидывает голову, глядя на Пэнси. Она же как раз рассматривает странно обволакивающий ее браслет, отдающий теплом в запястье. — Ты чувствуешь? — спрашивает он. Она чувствует. Пэнси делает глубокий вдох, понимая, что внутри, где-то в груди, тоже теплеет. — Я… да, но я не понимаю. Поттер ухмыляется. — Беспалочковая магия. Где-то рядом. Николь смотрит поочередного на одного и второго. — О чем вы говорите? Что происходит? Поттер только шире улыбается, изучая лицо Пэнси, а потом загадочно бросает: — Как интересно… Жар в запястье ощущается все настойчивее. Пэнси поднимает голову, чувствуя волну энергии со стороны окна, как вдруг… — Что за…? — Питер отскакивает от скользящей по полу змеи. — Успокойся, она не настоящая, — бросает Поттер и косится на Пэнси. — Эфа от Эфы, я полагаю? Так и есть. Хотя по размерам громадная животина напоминает анаконду-переростка. Мерлин, почему такая огромная? Вспоминается олень Поттера, гораздо превышающий размеры аналогичного животного в реальном мире. Рептилия останавливается и не сводя глаз с Пэнси, произносит полу-шипя:

Это очень занимательно, что мне прилетел патронус Поттера с твоим голосом, Пэнси.

Вам идет.

Ники поднимает бровь.

Правда он был бы слишком громадным для тебя.

Поттер, мои поздравления, судя по размерам этой зверюги, твоя магия в порядке. Он чуть не разнес мне дом, с ума сойти. Я благодарю за предупреждения и надеюсь, что у вас все в порядке.

Будь осторожна, Пэнси.

И змея растворяется в воздухе, словно ее здесь и не бывало. Поттер вскидывает бровь. — И только? «Спасибо, Пэнси, ты спасла мою шкуру. Я так благодарна…» Где это все? — Это же Эфа, — несмотря на сухое сообщение, Пэнси чувствует тепло внутри и улыбается. — Вежливая, прямо как я и помню, — он поднимается и идет в сторону своего кабинета. — Мы аппарируем в мэнор в шесть. Пэнси, займись чем-нибудь, хватит валяться на диванах и распивать чаи. Вот же засранец! Сам ведь привел! Она только успевает открыть от негодования рот, как он уже исчезает за дверью.

***

Пэнси стоит около себя самой, лежащей в груде каких-то обломков на полу. — Подвигай телом, скажи мне, все ли в порядке? — нависающий Поттер смотрит как-то отчаянно. — Я не чувствую ног. Она видит страх в его глазах, когда Поттер касается ее волос. Это настолько завораживает, что Пэнси забывает о рекомендациях изучать все вокруг. Почему-то кажется, что они на улице. Вспышка яркого света, и все пропадает. Она вскакивает на диване. Сердце бьется в глотке. — Мерлин… — Пэнси хватается за раскалывающуюся голову и протирает лоб от пота. Какие ноги, какая улица… Что это вообще такое? Видение! Но что за место? Она моргает, осматривая гостиную. Нужно сказать Поттеру. Но сначала в душ. Спустя пятнадцать минут она натягивает свитер в спальне, готовясь отправляться в мэнор. Хлопающая дверь гостиной оповещает о том, что кто-то пришел. — Минуту, — громко говорит Пэнси. — Я сейчас вый… Стук в спальню. Она вскидывает брови. Что за срочность? — Да? Поттер, одетый в черную водолазку и брюки, делает шаг в комнату и спрашивает: — Как ты намерена поступить с книгой? Пэнси даже не сразу понимает, о чем идет речь. — С обрядами? — уточняет она, растерявшись. — Да. Она не думает долго. — Я согласна с Нарциссой. Поттер кивает. — Я попробовал на ней поджигающее, разрушающее, воду, плавление, кислотное… Внутри становится тревожно. — И ничего? Он качает головой. — Я… — Я могу попробовать уничтожить ее. Но мне нужно разрешение, это твоя вещь. Пэнси вскидывает брови. — Ты? Зачем? Я имею в виду, тебе-то это зачем? — Она мне не нравится. К тому же, у тебя может не получиться, — как-то расплывчато отвечает он. Однако судя по виду, расспросы ни к чему не приведут. Впрочем… — Ладно, — она пожимает плечами. — Хорошо. Снова кивок. В гостиной слышатся голоса Николь и Питера. — Поттер, у меня было видение. Короткое, буквально пятисекундное. Он смотрит внимательно, когда Пэнси продолжает: — Я лежала на земле, а ты сидел надо мной и спрашивал что с моими ногами. Все. Поттер моргает. — А что было с твоими ногами? Где это было? Какие-то знаки? Что вокруг? — сыплет он вопросами. — Я вроде бы не могла двигать ими. И ты был… встревожен. И кажется, это было где-то на улице. Это все. То, что она пялилась на него в видении и поэтому ничего не успела рассмотреть, Пэнси предпочитает не озвучивать. Поттер же вздыхает. — Негусто. Сегодня ты на улице не будешь, так что полагаю все нормально. — Хорошо. — Что-то еще? — спрашивает он и смотрит ей в глаза. Пэнси ловит себя на понимании, что они вдвоем в ее спальне, куда он, кажется, раньше не входил, все ограничивалось гостиной. Он выглядит до ужаса уютно в этой своей мягкой водолазке и со слегла растрепанными волосами. За дверью его коллеги, а здесь — только они и тишина. А еще она вчера была резка и груба, о чем очень сожалеет. И отвергла его предложение, потому что… Мне страшно, Поттер. Я боюсь тебя и твоей настойчивости, потому что я никогда не могла ни на кого положиться. — Нет, мы можем идти. — Идем, — он разворачивается и открывает дверь. Пэнси семенит следом, когда он молча выходит в гостиную. — Все готовы? — Николь и Питер беспорядочно кивают. — Итак, мы с Андромедой отправимся к мэнору первыми, посмотрим, как работают чары. Если все благоприятно, я пришлю патронуса, а вы воспользуетесь этим порталом, — Поттер кивает на конверт в руках у Ники. — Он доставит всех троих прямо на первый этаж замка. Обратно оттуда мы отправимся все вместе, после того как осмотримся и найдем нужную для завтрашнего ритуала книгу. Все понятно? — Да, — почти в один голос. — Есть обновление, — добавляет он. — Никто ни под каким предлогом не выходит на улицу, пока мы все там. И тем более не тащит туда Паркинсон. Николь и Питер переглядываются, а Пэнси быстро пересказывает свое видение. — Негусто, — тянет Хардинсон. — Ну, не выходим, значит, не выходим, — Райли пожимает плечами. — Что тут еще сказать. — Угу, — Поттер смотрит на часы. Как раз в этот момент открывается дверь гостиной. Андромеда Тонкс появляется в сопровождении аврора. Черная мантия красиво тянется по полу позади. — Добрый вечер, — вежливо произносит она. Пэнси видит идеально ровную спину, отточено нейтральное выражение лица. А ведь эта женщина давно не живет среди чистокровных… А еще она потеряла родную сестру и племянника едва ли не вчера. Похоже, старые реакции просто так не стереть, особенно когда вокруг полно чужих людей. Уж Пэнси это точно знает. — Здравствуй, Андромеда, — Поттер кивает. — Добрый вечер, миссис Тонкс, — по очереди говорит каждый. — Ты готова? — Поттер подходит ближе к женщине. — Да. — А где Тедди? — Он с Кикимером, гуляют. У меня есть час. — Нам хватит, — Поттер протягивает ей руку, Андромеда кладет ладонь на его предплечье. Он поднимает взгляд и кивает на Пэнси, — смотрите за ней. И они исчезают.

***

Погода отвратительная. Гарри ежится от ветра, как только ноги нащупывают каменную насыпь перед воротами Малфой мэнора. — У тебя есть конкретный план или мы просто идем? — Андромеда набрасывает широкий капюшон мантии на голову. — Просто идем. Если ты хозяйка, то что бы ты ни делала, все дастся легко и без препятствий. Ты бывала здесь? — Только в юношестве. — Что-нибудь помнишь? — Почти ничего, может, какие-то залы на первом этаже, там проходили приемы. И то… Он кивает вперед. — Пробуй. Андромеда смотрит на высоченные врата, вдыхает и делает шаг вперед. Потом еще один. Следующие даются ей проще. Как только она подходит вплотную, Гарри ощущает магию, которая буквально окутывает его. Она проникает в каждую клетку, каждую мышцу тела, прощупывая, проверяя… — Чувствуешь? — Да, — отвечает Андромеда. — Ты уверен, что права передались благополучно? Гарри вспоминает слова Люциуса, а также то, что все эльфы пришли к Тонкс на поклон. — Да. — Что ж. — И она делает еще шаг, гордо подняв голову. — В таком случае, с какой стати я жду? — добавляет она громко. Ветер разносит твердый голос по территории. Поттер вскидывает брови, слыша тон, который, вероятно, передается по наследству. Потому что даже ему становится слегка неловко, стоит ей отдать приказ. Замки щелкают тут же, невидимые силки отпускают тела, что очень кстати, потому как его собственная магия внутри уже была готова давать отпор такому вторжению. Ворота медленно распахиваются, Андромеда двигается вперед. Когда она проходит сквозь них… ничего не происходит. Гарри выдыхает. — Идешь? Он кивает и входит следом, магия спокойно пропускает. Когда они ступают по насыпи, он ухмыляется: — Очень эффектно и устрашающе. Я почти бросился открывать их для тебя. Андромеда отвечает легкой улыбкой. — О, нас этому учили с младенчества. В основном тренировки проходили на эльфах. А где они, кстати? — интересуется она. — У Забини. Убрали их на время нашего визита. Завтра на ритуале будут здесь в полном составе. — Хорошо. Огромные распашные двери поместья приказов не ждут. Они отворяются как только Андромеда и Гарри приближаются к замку метров на двадцать. — Что именно мне следует сделать? — Откроешь и закроешь камины, призовешь эльфа. Это могут только хозяева. И книга, Нарцисса призывала ее, просто так эта вещица на полке не стоит. — Но как? — Скорее всего будет достаточно подумать о нужном фолианте. — Ладно, попробуем. Гарри, разве здесь нет министерского щита? — Есть. — Хм, я ничего не ощутила. И магия не спорит. — Он обволакивает территорию вокруг ворот, поэтому не пересекается с магией мэнора. А зашла ты спокойно, потому что я тоже здесь. Он точно на месте. — Ясно.

***

Когда время отсутствия подходит к почти к получасу, Николь не выдерживает. — Все, я отправляю им патронус или… — Мисс Райли, но у нас не было приказа, — говорит Питер, который уже трижды пересел с дивана на диван и сейчас листает какой-то журнал. Ники поджимает губы, а Пэнси вздыхает. Похоже, Поттер был абсолютно уверен в том, что в мэноре все пройдет как по маслу, и никаких внеплановых ситуаций не возникнет. Но их нет уже… Она поднимает взгляд на циферблат… — Двадцать семь минут, — озвучивает Николь. — Еще три и я иду к министру. Гарри не давал распоряжений, но… Громадный олень появляется ярким шаром прямо перед ними. Все трое облегченно выдыхают.

Используйте портал. Здесь все в порядке.

Животное испаряется. Ники открывает конверт и достает открытку, пергамент подсвечивается. — Давайте. Пэнси берется за уголок, следом — Питер… Рывок. Малфой мэнор. Она открывает глаза, стоя в том самом зале, где неделями ранее произошел взрыв. Пока в желудке неприятно оседает обед, Пэнси осматривается. Часть стены и потолка огорожена полупрозрачными щитовыми чарами. — Места обрушений? — кивает она вверх. — Ага, — отвечает Поттер, подходя ближе. — На всякий случай. — Гарри, почти полчаса, — Ники отряхивает брюки. — С вызовом домовика пришлось повозиться, — поясняет он, а потом смотрит на всех по очереди, говоря громче: — Итак, Андромеда успешно призвала семейного эльфа, который подтвердил ее права. Также она свободно открыла и закрыла каминную сеть, а перед этим без каких-либо препятствий вошла на территорию поместья, а следом — и в сам дом. — Что могут делать только хозяева, — добавляет Питер. — Совершенно верно. Мы сейчас отправимся в библиотеку, чтобы найти книгу для завтрашнего ритуала. Пэнси, — он смотрит на нее. — Ты приглашена сюда, чтобы какие-то предметы, которые, возможно, были оставлены для тебя, могли среагировать. Потому что вторая шкатулка, как вы помните, была именно здесь. — Хорошо. — Я чувствую дом, — Андромеда легкой походкой приближается к ним со стороны громадного камина. — Я успела подзабыть это ощущение, потому что в последний раз испытывала его в поместье Блэков еще в юности, и то не в полную силу, ведь полноправной хозяйкой я не являлась. Но тем не менее. — Мы переживали, что Уилл может быть здесь… — тянет Ники. Андромеда сразу же отрицательно мотает головой: — Поместье пусто. Райли кивает. — Идем, — Поттер делает приглашающий жест в сторону двери. Питер и Николь шагают вперед, за ними — Андромеда. — Мне нужно что-то делать? — негромко спрашивает его Пэнси. — Нет, — отвечает он. — Я сомневаюсь, что ты здесь нужна, но министр настоял. Так что просто подожди, мы достанем книгу и обратно. — Ладно. — Ты выронила в гостиной, я подобрал, когда вошел сегодня, — он протягивает ладонь, на которой лежит маленькая розовая конфета Элизабет. — Мерлин, как я… — Пэнси забирает сладость, сжимая в кулаке. — Я, наверное, снимала мантию или переодевалась. Он кивает. — Поттер, у меня нет карманов, — добавляет она, осматривая свои джинсы. — Сможешь подержать у себя? Потом отдашь. — Конечно, — он забирает конфету, аккуратно касаясь кожи теплыми пальцами, а потом кладет в карман. Коридоры поместья безлюдны и тихи, однако здесь не ощущается запустения. Камины и факелы разожжены. — Эльфы поддерживают в доме жизнь, — она вздыхает. — Как будто ждут, что кто-то вернется с минуты на минуту. — Да, им бесполезно объяснять. Мы пробовали. Может быть, они рассчитывают на Андромеду и Тедди, но я сильно сомневаюсь… — он не заканчивает, а следом громко говорит: — В эти двери! Райли и Хардинсон исчезают в библиотеке, а Андромеда замирает у стены с бессчетным количеством фотографий в тяжелых рамах. Они подходят ближе. Глаза женщины скользят с одной карточки на другую. Объяснения здесь излишни — фигура Нарциссы виднеется на каждой. — Я не сомневалась, что когда-то настанет момент и мы сможем обняться, — шепчет она в никуда и ни к кому конкретно не обращаясь. — Думала, что смогу приблизиться к своей сестре. Что ж, я смогу. На ее похоронах. Наверное, нужно как-то осторожнее формулировать свои желания. На этой фразе Поттер бросает на нее быстрый взгляд, а Андромеда отворачивается и, не проронив больше ни слова, уходит в библиотеку. — Сколько нужно денег, чтобы убить столько людей? — негромко произносит Пэнси и качает головой. Поттер, который не сразу понимает, к чему это она, находит фотографию, занимающую внимание Паркинсон. Лисса и Нарцисса стоят рядом на каком-то очередном приеме. Где же еще. Фантастические платья, потрясающие осанки, не менее вдохновляющее окружение. Парочку светских дам рядом Пэнси, кажется, даже узнает. — Его часть должна была составить что-то около двухсот тысяч, — поясняет Поттер. — Это много, — выдыхает Пэнси. — Хватило бы на всю жизнь. Почему он не убил ее, Поттер? Как же так?

***

Гарри Поттер хмурится и пытается поймать какую-то мысль в голове. Та размахивает хвостом и капризно ускользает, стоит только потянуться к ней. — Почему он не убил ее, как же так? Нарцисса и Драко аппарировали к воротам. Они столкнулись у входа. Увидели парня, тот быстро аппарировал к ним. В Драко летит Авада, Нарциссу только ранит. И он исчезает. У входа. Авада. Одна. Случайная встреча. Доступ в поместье. Наследство. — Почему он не убил ее, как же так? Он буквально физически чувствует, как складывается что-то внутри головы. Догадка возникает и кажется такой простой, что хочется истерически хохотнуть. Но ему нужно подтверждение. — Идем, — Гарри хватает Пэнси за локоть и тянет в библиотеку. Войдя внутрь, он видит троих, внимательно оглядывающих бесконечные ряды с книгами. — Вы можете подождать меня? Мне нужно кое-что глянуть в Министерстве. — Мы… — удивленно тянет Николь. — Да, наверное, да. Здесь ведь безопасно? Он смотрит на Андромеду. Та кивает. — Я скоро вернусь. Поттер аппарирует сразу в Аврорат. Пересекая зону, закрытую для немагических перемещений, он хмурится и повторяет одно и то же про себя. У входа. Авада. Одна. Случайная встреча. Доступ в поместье. Путь к архиву не занимает и десяти минут. — Здравствуйте, мистер Поттер. — Арчи, покажи мне папку Малфоев. Описания с места преступления. Нужные бумаги оказываются у него в руках почти мгновенно. Он листает страницы, разглядывая колдографии. Вот оно. — Спасибо, Арчи. Не дождавшись, пока аврор ответит, он вылетает из архива и останавливается в коридоре. Ответ все время лежал на поверхности, если он прав. Но тогда есть еще кое-что… Случайная встреча. Доступ в поместье. Как так вышло, что они вообще столкнулись? Как можно было настолько точечно посетить мэнор, так одновременно… Он замирает. Горло стискивает невидимая рука, а внутри все холодеет. Поттер срывается с места и несется по коридорам. Гребаный запрет на аппарацию. Почти насквозь мокрый он врывается в подвальный этаж. — Мистер Поттер, добрый де… — Брам. Мне нужен Брам, сейчас! — он кричит на охранника. Тот дергается и показывает рукой. — Дальняя. Камера Николаса ничем не отличается от всех остальных. Парень сидит на застеленной койке и листает какую-то книжку. Слыша шаги, он поднимает голову. — Мистер Поттер, — произносит он ровно. — Чем обя… — Что представляет из себя процедура, которую применили к подвалам в Малфой мэноре? — Гарри задает вопрос, еще даже не полностью закрыв дверь. — Магически. — Ну, мы… — Четко и по делу, Ник, — рявкает Поттер, парень вздрагивает. — Уничтожить их было невозможно, они — часть замка, там громадное количество магии. Так что мы сделали что-то вроде «отсечения». — Отсечения? — Поттер прищуривается. Тревога внутри растет с каждой секундой. — Да. Засыпать, застроить или как-то еще забить их тоже не вышло. Требования Малфоев сходились на том, что они не хотят ощущать эту часть замка. Не хотят туда ходить и чувствовать темные чары, которые не изгнать, слишком уж сильны. Это не требовало физического ограничения. Поэтому совместно с ними и их родовой магией мы как бы отделили подвалы от основного замка. — Что это значит? По-простому. — Хозяин дома не ощущает их, эльфы не ощущают их. Они существуют, но никак не беспокоят владельцев поместья. — Малфои проверяли их? — Судя по настрою Нарциссы Малфой на это дело, она не желала даже видеть дверь, хотя та конечно осталась. Дверь, которая ведет из подвалов в замок. Сильно сомневаюсь, что они туда ходили, да и зачем им? Поттер сглатывает. Горло не слушается. — Оттуда были вынесены все ценности? — Нет. Там полно золота, антиквариата и прочего. Но Нарцисса Малфой запретила трогать что-либо, побоялась влияния темной магии. Все осталось на местах. В голове вспыхивает утреннее воспоминание и слова Забивикса. — Он засмеялся и сказал, что сидит на золоте. Ладони Гарри дрожат, он прячет их в карманы. — То есть. Если кто-то, кроме них, имеет доступ в поместье и, например, сидит в подвалах… Брам соображает за секунды. Его лицо белеет. — Они могут об этом даже не знать… Ни они, ни эльфы… Поттер застывает, глядя прямо перед собой, а Брам громко глотает. — Вы… Вы думаете, Уилл там? Николас роняет журнал на пол. — Он не говорил, где живет, хотя Брам не единожды интересовался. Каждый раз Прэтт смеялся, когда речь заходила об этом, словно ответ лежал где-то на поверхности. Словно это какая-то шутка или что-то, что его чрезвычайно веселит. В голове пульсирует. — Так быстро среагировал, когда узнал, что Пэнси Паркинсон явилась на прием в мэнор. Мысли накладываются одна на другую. — Гарри, разве здесь нет министерского щита? — Есть. По спине пробегает озноб. Если Прэтт там… Если… Тогда Поттер сам же закрыл ублюдка вместе со всеми, кто прямо сейчас находится внутри. Дыхание обрывается.

***

Бабушка громко отчитала Кикимера, ведь тот перенес Тедди в какой-то большой замок. Виноватый эльф сослался на то, что бабушка приказала доставить внука прямо к ней в нужное время, и он просто послушно выполнил приказ. Она смешно закатила глаза и отправила Кикимера домой. Тедди познакомился с двумя красивыми девчонками, бабушка сказала называть их Пэнси и Николь. И еще высокий парень по имени Питер. Он даже поздоровался с ним за руку, как со взрослым. Тедди понравился Питер. Прямо сейчас Тедди сидит в небольшой комнате, пока все ждут Гарри. Бабушка попросила дать ей минутку, чтобы «попудрить нос». И почему женщины все время пудрят нос? Его всегда смешило это выражение. Тедди любит свою бабушку и Гарри. Еще он любит волшебные мыльные пузыри. И, конечно, когда Гарри разрешает поиграть с магией. Это очаровывает его. Он очень хочет вырасти таким, как Гарри. Сильным, смелым. Он хочет быть героем и спасать людей. Он не боится трудностей. Гарри ведь всегда рядом. Это он однажды сказал маленькому Тедди, что не позволит ему бояться. Никогда и никого. Лицо этого мальчишки, с которым его не знакомили — он тихонько вошел в комнату сам несколько мгновений назад — не нравится Тедди, почему-то хочется убежать к бабушке и попросить ее уйти отсюда. — Очень приятно, Тедди. Меня зовут Уилл, — парень протягивает руку. Но малыш прогоняет невеселые мысли, ведь Гарри сам отправил их сюда. Значит, здесь безопасно. Он пожимает руку маленькой ладошкой. Уилл улыбается.