Error: Собранные в воспоминаниях

Остается обманывать себя

Что все забуду

В памяти снова всплывает лицо

И мне, кажется, становится больнее, чем раньше

Кажется, скучаю еще больше

Кажется, становится хуже.

      У Киры на лице - радость и слезы, что текут по щекам тонкими полосами вниз, расчерчивают бледную кожу. И это оказывается, неожиданно приятное ощущение. Не горькое, как последние пять лет: когда выть хотелось от безысходности и вскрыть собственные сосуды. Когда собственная квартира давила на неё серыми стенами.       Она шла к этому пять чертовых лет.       И вот сейчас... Внутри ураган эмоций, что, кажется, ощущался даже, стоящими в дали, Лу и Мишель. Они и сами улыбаются. И пускай парень не совсем одобрял эту затею, он все равно был рядом и сейчас на его душе, наконец, настало относительное спокойствие.       Девушка еле заставляет себя закончить с восстановлением контактов, прежде чем грудью прижаться к спине Лизы и носом зарыться в ее волосы. Ее дом вновь рядом с ней.       -Спорить с тобой я готова хоть всю жизнь. Только не покидай меня.       -Почему я должна покинуть тебя?       Вопрос очевидный для той Лизы, в чьей голове не было воспоминаний о мучительной болезни.       Для той Лизы, что не помнила собственную смерть. Не помнила всю боль, что испытала в последние дни своего существования. Так будет лучше. Так будет гуманнее.       Она не будет осознавать себя как робота, что сотворила Кира.       Она будет помнить себя той программисткой из отдела "Andromeda VI".       -Это просто на будущее, étoile. Просто на будущее.       Лиза вопросов не задает. У нее какой-то груз на душе, а еще ощущение потерянности. Девушка будто бы потеряла что-то...

***

      -Что ты натворила, Медведева? Что же ты черт возьми наделала... Ты же понимаешь, что теперь тебе срок грозит? - Петрова обреченно смотрит на свою подругу, рукой в яркие красные пряди зарывается и сжимает с силой - А о Лизе ты подумала? Это, черт подери, были ее воспоминания. Ты в пустышку поместила самое дорогое, что было у тебя. Этот робот не она! Это всего лишь машина без чувств. А Лу чем думал?! Мишель?!       Кира тихо вздыхает, прикрывая глаза. Она ожидала такой реакции от старой подруги. Но девушка даже и на секунду не представляла, что эмоции на чужом лице и в голосе будут разрушающими.       Настя должна была как ни кто другой понимать, что Лиза была всем для девушки. Жить без нее было сравнимо с тем, что ей имплантировали бы сердце без применения анестезии.       Темно-синяя ткань платья переливалась неоновыми вставками по последнему велению моды. Волосы девушка, все же, решила не срезать и оставить длинными. Будучи человеком она не могла позволить себе такую длину из-за здоровья, но она не помнила об этом.       Кира с полу улыбкой наблюдала за счастливой Андрющенко в окружении младшей дочери Петровой и ее жениха. У нее смех мягкий, сравнимый с тихой трелью колокольчика. Ульяна что-то увлеченно рассказывала - была рада видеть свою крестную мать спустя долгие годы. Даже такой: с механическим сердцем и проводами, вместо сосудов.

Иногда люди бывают чертовски эгоистичны.

      -Я подарила ей жизнь, которую она не могла позволить себе из-за болезни.       На лице Анастасии глубокие тени проступают, и она сжимает руки в кулаки. Злилась. Можно было сказать, чтобы в полнейшей ярости от слов подруги.       -Ты не подарила ей жизнь. Ты создала фальшивку, которая никогда не сможет стать нашей Лизой. Как бы ты не старалась. Это невозможно.       -Нет, возможно. - Кира хмыкает, откидываясь на стул. Ее расчеты всегда верны. Она одна из самых лучших механиков десятилетия. Гордость Андромеды. Она не может ошибаться.       Петрова губы поджимает, когда взгляд переводит на робота, что смеется так же, как и ее погибшая подруга. Да, внешне они идентичны, но... Никто и никогда не сможет заменить ей родного человека. Даже самая точная копия.       Особенно, когда девушка умирала у нее на руках от сокрушительной боли в сердце.       -Просто держи у себя в голове - я не донесу на тебя только по причине того, что я дорожу нашей дружбой. Вот только... Если я увижу, что ты забываешься из-за этого: я собственными руками сверну ей шею, будь уверена.       -Насть, ты, кажется, что-то путаешь.       -Я не путаю. Просто между тем, чтобы тешить себя искусственно созданным идеальным миром и принятием, я выберу второе.       В воздухе повисает напряжение. Того и гляди - молнии начнут лететь в разные стороны, а в воздухе будет витать запах озона.       Незаметно для них, рядом появляется Ульяна, что смотрит грустными глазами. Мать была права... Невозможность еще раз быть рядом с почившим родным человеком подарили редкие мгновения радости и мотивацию идти вперед.       Девушка поправляет свои розовые волосы и аккуратно кладет руку на плечо Киры, едва заметно сжимая.       -Даже если это иллюзия идеального мира, мама... Вспомни, как было плохо крестной.       -И ей будет становиться хуже. Только она своими мозгами изобретательскими все никак это не понимает. - Петрова отворачивается, сжимает с силой кулаки. Не смотрит, боится наговорить лишнего. - Где твоя сестра?       -Она скоро придет. - девушка неопределенно пожимает плечами. Ната никогда особо не рассказывала ей о своих планах на день.       -Настя, я могу взять у тебя пару книг из тех, по которым занимался Лу? - Андрющенко спрашивает это и улыбается, пытаясь не замечать напряженную атмосферу между близкими людьми.       -Можете забрать все его записи. Все равно, он уже больше двух лет тут не живет.       Розоволосая недовольно смотрит на мать, фыркает как можно громче, выражая абсолютно все свое отношение к разводу родителей.       Да, она любила мать, но черт его дери - она была невыносимой женщиной время от времени. Вспыльчивой. Периодами грубой. Но Петрова до сих пор любила отца. Ульяна была уверена в этом: совместные фотографии лежали в прикроватной тумбочке, новые отношения Настя не искала и не собиралась. И периодически женщина спала в тех вещах, которые оставил бывший супруг. Что уж говорить о том, что обручальное кольцо она носила на тонкой цепочке. И ведь свято верила, что дети ни разу не замечали эту подвеску на матери.       И вообще, Ульяна собирается искать поддержки у крестных. Вот уж кто кто, а они совершенно точно знали, каким образом можно было бы примирить бывших супругов. В конце концов, жить в полной семье - это то, чего хотелось бы и ей, и Нате. Младшая особенно резко переживала развод, ведь к отцу она была привязана слишком сильно.       -Ма, я бы сказала, но промолчу. - Пак скрещивает руки на груди. А Лиза не понимает, как так вышло.       Она не помнила о том, что Хань и Настя развелись. Как и не помнила то, каким образом Кира стала одной из ведущих механиков. В голове слишком много провалов. Что-то тут было не чисто. Неправильно.       Когда крестница успела так вырасти и обзавестись любимым человеком? Когда Ната стала подмастерьем в мастерской Киры?       Девушка с подозрением осматривает всех присутствующих, вздыхает тихо. Она все равно не может сложить все части паззла воедино.

***

      -Как-то в последнее время мне тревожно, étoile.       -От чего же?       Лиза смотрит в кофейную радужку своей возлюбленной и улыбается едва заметно.       Кира окидывает взглядом изрядно похудевшую Лизу, губы поджимает, когда в поле зрения появляются круги под глазами. Ее милая Лиза явно что-то недоговаривала и это начинало очень сильно нервировать.       Не от того, что у девушки появились секреты. Совсем не от этого. В конце концов каждый из них имел право на слова и мысли, которые не хотел бы озвучивать.       Просто болезненность и постоянная вялость любимой явно бросалась в глаза. А тут уже было ни до шуток, ни до секретов.       -Ты слишком сильно похудела. Лиз, я знаю, что ты ходила в больницу к Насте. Но она мне ничего не говорит, сказала, что ты сама должна со мной поговорить.       Лиза отводит взгляд в сторону. Не хотела говорить, оттягивала, как только могла. Все же она переживала о том, как воспримет эту новость Кира.       Насколько сильно это подкосит ее? Девушка только-только начинала вставать на ноги и успешно продвигаться по карьерной лестнице. Она не хотела, чтобы любимая впадала в отчаянье.       -Кирюш... Я не могу сейчас рассказать тебе об этом. Только не сейчас. Ты бросишь все то, к чему так долго шла.       -Важнее тебя нет ничего. И я все равно докопаюсь до истины. Ты же знаешь.       И выхода, совершенно точно, не остается.       -Дай мне пару дней. Я прошу тебя, всего лишь пару дней, и я все расскажу.

***

      -Лу.. Тебе бы с Настей поговорить не мешало.       Лиза испытывающее смотрит на брата своей девушки и руки на груди скрещивает. Мучиться в поисках истины и пытаться понять, что же тут не так - она чертовски устала. Плюнула на все это так же, как на изучение органической химии в школе. Все эти карбамидные полимеры и прочие страшные вещи вгоняли ее в тоску и уныние.       -Все уже давно решено. Да и видеть она меня, собственно, не особо хочет - мужчина вздыхает, снимая с себя очки - Скоро Ната придет, давай не будем сильно мусолить эту тему. Она не очень хорошо пережила наш развод. При ней лучше вообще ничего не говорить.       -Ты бежишь от проблемы. Ты же любишь ее. – девушка скрещивает руки на груди и осуждающе смотрит на Лу. Тот лишь вздыхает и продолжает перебирать микросхемы.       -Она меня нет.       -Вранье и провокация.       -Любила бы - мы бы не развелись.       -У каждого бывают тяжелые периоды.       -Лиза...       -Ну что, Лиза? Что Лиза? Честное слово, два взрослых лба, долбятся в одни кибернетические ворота и понять не могут, куда дальше идти. - Андрющенко голос повышает, в глазах ее огни полыхают - Я вас со школы знаю. Ну в конце то концов. Что один, что второй - два эмоциональных инвалида. Ради прогресса, вы хоть что-то дальше своих профессиональных примочек видите?       -Что за шум, а драки нет?       Кира появляется в помещении резко, словно бы голограмма. Лиза от неожиданности вздрагивает, но тут же выдыхает и возмущенно смотрит на возлюбленную. Та руки для объятий протягивает, улыбается ярко. Это на пару градусов снижает ярость на лице Лизы, и она с охотой ныряет в кольцо татуированных рук.       -Твой брат - беспросветный дурак. О таких только в книжках писать, как о плохих примерах межличностных отношений и неправильной идентификации собственных желаний и эмоций.       -Годы идут, а Лиза отсчитывает Ханя все за то же самое.       Мишель головой качает, выглядывая из-за рабочего компьютера. Она была тут с самого начала гневной тирады подруги. Так странно... Подруги. Она в моменте забывает, что это не та Лиза, которую она знала когда-то. Слишком уж все это было по-старому.       Роботы, что смогли познать человеческие эмоции - забывают о том, что внутри них механическое сердце. Они воспринимают себя как людей, что состоят из плоти и крови. Только, разве что, не чувствуют голод. Хотя, вполне могут принимать человеческую пищу.       -Я же не виновата, что ума в этой голове не прибавляется?       -Андрющенко!       -Что Андрющенко? Я, вообще-то, Медведева давно.       -Невыносимые женщины.       Китаец страдальчески закатывает глаза и утыкается носом в сложенные руки. За этим то и застала его рыжеволосая девушка. Она с интересом посматривает на окружающих, когда помещает свои вещи в межпространственную капсулу.       Иметь свой собственный пропуск в мастерскую Киры – это чертовски удобно.       -Па? Что у вас тут за споры?       -Солнышко, не обращай внимания. Твоя крестная, кажется, головой стукнулась.       -Я тебе сейчас так стукну, что к Насте тебя повезут скорой медицинской помощью!       Ната делает вид, что не слышит последней фразы и раскладывает на столе свои чертежи, которые хотела показать отцу и крестной. Но глаза ее выдают: она была расстроена темой разговора взрослых.       Голограмма одна за одной появляются на темной каменной поверхности: маленький дроид-котенок в различных проекциях. Лиза с интересом поглядывает на изображение через плечо любимой.       Когда-то и ее Кира начинала с таких незамысловатых малышей. Несмотря на то, что они были достаточно маленького размера, в них было огромное количество микросхем, проводов и других деталей.       -Ты доделала? - на вопрос Киры девушка кивает, после чего старшая осматривает все. - Вот тут контакт не пройдет. По теории ты правильно все сопоставила. Но на практике оно будет работать с помехами.       -Почему?       Дальше послушать Андрющенко не удалось. Да и, честно сказать, она знала только основы конструирования роботов. Вдаваться во все детали и аспекты ей было особо незачем – не ее компетенция работы.       -Ох уж эти механики. Когда они начинают углубляться во все эти тонкости, мне начинает казаться, что я глупая. - Мишель нервно смеется, подходя ближе к Лизе. - Жаль, что Кристина больше не работает с нами... Роботы были ее жизнью.       Лиза хмурится от фразы подруги и смотрит на нее с интересом. Очередная выбивающаяся деталь из ее списка.       -Что с ней?       -Ты ведь не знаешь... У нее периодически отказываются двигаться пальцы. Паралич нервов. Врачи не дают гарантий, что, если восстановят все с помощью механизации, это не перестанет повторяться. - девушка грустно улыбается, опираясь поясницей на стол. - Это может произойти в любую секунду. А если она будет в этот момент работать с электроникой? Если пострадает? Кристофер предложил ей альтернативу - читать лекции в частной школе "Andromeda". Отказываться Крис не стала.       -Меня пугает, что в моей голове огромные провалы в памяти и мысли путаются. - Лиза хмурится, как только слышит рассказ Гаджиевой. - Развод Лу, скорая свадьба Ульяны, Кира вошла в десятку лучших механиков столетия... Теперь еще и Кристина. Я ведь не могла все это забыть.       -Все не вечно, даже великий прогресс.       Слова Мишель Лизу не успокаивают. Они заставляют ее нахмурится только сильнее и с еще большим усилием цепляться за воспоминания в своей голове. Только вот одна из мыслей ускользала каждый раз, как только ей казалось, что она ухватила ее за хвостик. От досады хотелось зашипеть, но выходит только прикрыть глаза.       Кира точно знала все, как и остальные ребята в мастерской. Одна она была в дураках и не понимала.

***

      Приступ боли, что разливался по левой стороне ее груди, заставлял воздух покинуть легкие, а саму Лизу упасть на колени. В последнее время боль становилась все сильнее и привычные обезболивающие препараты хоть и помогали, но терпеть те секунды, пока резь утихнет было тяжело.       На улице ночь, яркие огни большого города в панорамном окне. В квартире кроме нее самой никого: Кира осталась в мастерской, чтобы закончить срочный заказ. Помощь Андрющенко там уже не требовалась и механик отправила ее домой. Переживала, что Лиза в один момен перетрудится.       Они так и не поговорили о природе плохого самочувствия девушки. Все никак не находилось подходящего случая, чтобы вновь завести разговор.       В этот раз что-то было совсем не так, как обычно. Это было странно. Нужно дотерпеть до прихода Насти. Они договорились, что, когда Кира находилась на работе, Петрова наблюдала за состоянием подруги и находилась рядом.       -Твою мать…       Рука тянется к устройству связи, но оно с грохотом падает со столика и дотянуться до него становится практически невозможным. По крайней мере, не в положении Андрющенко, что скрючилась в три погибели.       Стук входной двери означал спасение. Или, хотя бы, облегчение.       -Лиза!        У Петровой волосы взъерошены от ветра, который был на улице. Лицо бледнеет практически сразу, как в поле зрения оказывается Лиза. Глаза лихорадочно мечутся по комнате в поисках препаратов, которые она сама же и выписала девушке. Но вот только блистер с таблетками в руках у Андрющенко, а это значит, что она его уже приняла.       -Дыши глубоко. Постарайся.       И Лиза действительно пытается, сгорая в агонии и пытаясь всеми силами хвататься за утекающее от нее сознание. Перед глазами двоилось и плыло от ощущений, которые она испытывала.       -Ну же, Лиза. Твою же мать, где эти чертовы лекарства?!

Блаженная… темнота?

***

      В современном обществе было не принято проводить пышные похороны. Не было возможности похоронить человека так, как бы он этого заслуживал. Кладбища постепенно ушли далеко назад. И начало это происходить тогда, когда природа медленно начала затухать.       Кира уже не помнила, когда последний раз выходила из их квартиры после… После того, как Лиза покинула ее.       Неужели она не могла ничего сделать? Почему же любимая молчала? Они так и не успели поговорить о происходящем. И Медведева жалела, что в последние ее минуты не смогла быть рядом.       Жизнь – череда хитросплетений и случайных событий. И они, увы, не всегда хорошие.       -Кира… Тебе стоит поесть.       Лу практически всегда рядом: успокаивает после очередной истерики. Спасает от необдуманных поступков. Ночует у сестры чаще, чем дома.       А Кира, кажется, медленно умирает каждый раз, как видит обеспокоенное лицо брата и маленький камень, в который заточены воспоминания Лизы.       В этом мире после смерти люди оставляют драгоценные камни, которые ассоциируются у родных и близких с ними. И каждый этот камень – маленький внутренний мир. Скопление эмоций и переживаний погибшего.       Иронично. Больно.       Кира больше не хочет так жить.  

***

      Лиза просыпается резко, неотвратимо. Внутри заседает тревога. Так странно и непонятно.       Кира лежит со своей стороны кровати: белоснежные волосы разметались по постельному белью, свет с улицы отсвечивал на умиротворенное лицо. Андрющенко с удивлением отмечает, что на брови появился шрам, про который она не знала. И будто бы Кира повзрослела намного сильнее. Она помнила ее другой.       Мысли сжирали Лизу изнутри. Что-то не вязалось. Она вздыхает и поднимается с кровати, чтобы немного пройтись по дому, но взгляд ее цепляет тонкую серебряную цепочку с маленьким камнем. Обсидиан.       -Что это?       Андрющенко аккуратно касается пальцами блестящей поверхности и вздрагивает. По голове бьет резкая боль. Тысячи картинок проносятся перед глазами.       -Это… этого не может быть. Не может быть… Нет…       -Лиза?       -Почему… Зачем… Для чего ты сделала это?       -О чем ты?       -Я умерла… Зачем ты создала меня?