Взгляни на меня, Бог!

— Что не так? — захлопал ресницами Юджин в недоумении. — Ну-у… Не важно, просто немного устал. Феликс решил не вдаваться в подробности, вздыхая и переводя тему: — Мы уже сделали, что хотели... Давай пойдем по домам? Юджин задумался, смотря на надпись. Затем он кивнул и поставил уши торчком, снова начиная тараторить от восторга: — Так не терпится снова пойти в школу! Правда, знаешь, директорша очень… — он наклонился к Феликсу, шепотом сообщив, — Страшная… — Некрасивая? — не понял Феликс. — Да нет же! — отмахнулся он, шмыгнув носом. — Она, конечно, красивая, но… Тебе не кажется, что она немного больше, чем нужно? Феликс издал тихий смешок, отвернувшись и прикрыв рот рукой. Он сделал вид, будто разминает свои крылья и ответил: — Может, и так. Наверное, это просто ненастоящее тело. — Это как? — склонил голову набок ангел. — Возможно, с помощью магии она могла управлять статуей, как хотела, — предположил он. «Это ведь был волшебный мир, — подумал он. — Наверное, так тут все и работает» — Ого! Это здорово. Ты так много знаешь… — Я просто предположил! — поспешил оправдаться Феликс.       Феликсу не нравилось, когда его «восславляют» и говорят, какой же он умный и хороший. Ему казалось, что это было бременем для него. Ненужная ответственность, навешанная другими. Лучше уж быть простаком, от которого никто ничего не ожидает и жить без забот. Вздохнув, он произнес: — Давай уже пойдем. Юджин, пожав плечами, расправил крылья и взметнул в воздух. Феликс последовал за ним, бросив последний взгляд на деревце. Поднявшись высоко над кронами деревьев, Юджин говорил, повысив голос: — А тебе в какую сторону? — Туда, — Феликс указал за гору. — Ох… — повесил нос ангел. — А мне совсем в другую сторону. Как жаль. Раз так то до завтра! — вздохнул он. — До завтра.       Феликс улыбнулся, смотря, как улетает его друг. Теперь он снова наедине со своими мыслями. На самом деле он не хотел домой, ведь там его ждёт лишь очередные тренировки — будь то с Цицерон или с его матерью, которая решит обучить его письменности. Хотелось уединиться где-нибудь и смотреть на ночное небо. Но Мишель будет волноваться. Его телу всего шесть, он не мог задерживаться и… Феликс остановил ход своих мыслей, когда, подняв глаза, увидел величественного Шестипала. И его жуткие, красные глаза.       В чем смысл его существования? Зачем Шестипал наблюдает за всеми? Ведь, даже если он и найдет что-то, что ему не нравится, он ведь простая планета… Не в его власти управлять людьми, верно? Наблюдать — так жалко. Просто смотришь и смотришь, не в силах что-то сделать. Феликсу казалось это мучением. Вздохнув, он поправил свою одежду и полетел в сторону своего дома. Вот он пролетает ту самую поляну, где все еще можно было увидеть прыгающих и летающих маленьких змеек. А вот виднеется густой туман. А вот и мост. Спланировав вниз, Феликс встал прямо перед мостом. Что же таится за ним? Собираясь сделать уверенный шаг вперёд, он услышал знакомый голос: — Куда ты собираешься? Обернувшись, Феликс увидел Билли, сидящего на деревянном бруске. Все те же опасные и глубокие красные глаза смотрели на него, не мигая. Феликс поджал губы и отчего-то виновато принялся объясняться: — Просто… Любопытно, что там. Билли, кажется, усмехнулся. — Там ничего интересного нет. Такой же мир, как и здесь, полный опасностей и вечной скуки. Он визуально другой, но суть остаётся той же. Феликс ошеломленно распахнул глаза, слушая ворона. Почему его взгляд на мир был таким… Серым? Отшагнув от моста, юноша заерзал на месте, пытаясь возразить. — Я не думаю, что это так. Тем более, что если пойти в новые места, то ты наберёшься опыта и… — И, вероятно, умрёшь, ведь суешь свой нос куда попало, — прервал его Билли, фыркнув. — Неужели ты, Феликс, грезишь о том, чтобы стать героем и спасать девиц из лап страшных монстров? — Нет, — покачал он уверенно головой. — Я просто хочу стать… Сильнее. Билли замолчал, задумавшись. Затем он вдруг начал раздражающим до тошноты дружелюбным голосом, так ему несвойственном: — Хочешь стать сильнее? Всех победить? Стать лучшим? Хочешь, чтобы я тебе помог? Юноша растерялся, опустив уши. Билли всегда казался подозрительным, когда вел себя как старый добрый друг, желающий помочь. Явно с корыстными целями. Было бы разумнее отказаться. Но… — Как ты можешь помочь? Феликс решился спросить. Чем раньше он станет сильным, тем лучше. Очень уж хотелось поскорее сбежать из столь опасного и неизвестного ему мира, и больше никогда не вспоминать. Поскорее хотелось и своего младшего брата увидеть, обняться с ним и поговорить на все доступные в мире темы. И, вероятно, Билли был верным способом достичь этого. — Хм… Как насчёт того, чтобы я обучил тебя магии? Я вижу, что ты очень хочешь этого. Каждый день медитации, этих бессмысленных тренировок, — склонил он голову набок как бы в насмешке. — Глупость все это, не находишь? — О-Откуда ты знаешь, что я занимаюсь медитацией? — заикался Феликс, удивленный. — Есть ли разница? Я знаю все, — усмехнулся ворон. — И это факт, сомневаться в котором ещё большая глупость, — он на мгновение замолчал, выпрямляясь. — Но не бойся, друг мой. Я не плохой, как ты мог подумать. Мы же с тобой друзья, не так ли? Феликс слабо качнул головой, бессознательно отрицая эти слова. Но сказать об этом он боялся — Билли сейчас казался кем-то опасным и явно не тем мудрецом, который утешал его историями других Нобфи. Лучше было бы потакать ему и выслушивать, не перебивая. Может, Билли действительно поможет ему. — Не так ли? Красные глаза впились в Феликса, словно проникая под кожу и бессовестно рыская там. Юноша сглотнул, отшатнувшись от него и пробормотав тихое «Да». — Молодец, — кивнул ворон в одобрении. — Давай я тебе помогу стать гораздо сильнее? — Я… — растерялся Феликс, пытаясь не смотреть на Билли. Но даже если он не смотрел, то все равно чувствовал пристальный взгляд на себе. — Да, давай. Только… Ты обещаешь, что обучишь меня всему? Феликс чувствовал себя по-настоящему ребенком. Почему-то угнетала его атмосфера, которую создавал Билли при каждом своем появлении. Не мог он противиться ей, даже если бы очень сильно захотел. Просто не мог. Ему казалось, стоило ворону лишь слово проронить или озвучить просьбу, как Феликс не сможет ей отказать. Конечно, тот будет сопротивляться, обдумывать все и колебаться, но, на сегодняшнем примере, все равно сделает так, как хочет Билли. Вот и сейчас он просил жалкое обещание, запинаясь и елозя, и прекрасно понимая, что оно не стоит и гроша. — Конечно, — усмехнулся Билли, словно подтверждая мысли мальчика. — Обещаю. Но почему-то у Феликса отлегло при этих словах. Почему-то верил он Билли, и это ничем не объяснялось. Может, он просто хотел верить. И это желание было настолько сильным, что унесло все его тревоги, заставляя облегчённо выдохнуть. — Так… — начал он неловко. — Как ты меня научишь? — Легко и просто: следуй за мной, и я кое-что покажу. — Что? Но ответа Феликс не получил, ведь ворон уже ловко вознесся к небу и летел в неизвестном мальчику направлении. Немного поерзав на месте, он последовал за своим опасным другом.       И снова пролетал он над деревьями, полянами, даже своим домом, глубоко сожалея о своем согласии следовать за вороном. Но теперь ничего не попишешь — отказаться нельзя. Вместе с тем, Феликсу было искренне интересно узнать, что же покажет ему Билли, даже если знал, что поступил очень опрометчиво. Следуя за черным, как ночь, вороном, юноша вскоре увидел на вершине одной из гор небольшую каменную постройку, почти что разрушенную до основания. К ней-то они и спустились. Оглядываясь вокруг, Феликс тихо спросил: — Где мы? Билли, садясь на вершину потрескавшейся и сломанной колонны, ответил спокойным голосом: — Это вход в Великую Библиотеку. — Великую Библиотеку? — мгновенно перевел он взгляд на ворона, интересуясь. — Мн, — кивнул он. — Разве ты не знаешь, что знания — это и есть сила? — Знаю, но… Разве это библиотека? Она же разрушена. Билли усмехнулся и указал клювом в сторону некогда красивой башни, дверь в которую была дряхлой и поломанной. Феликс непонимающе уставился на него. Тогда Билли неспешно пояснил: — Проход внутрь там. Хочешь пойти? — Хочу, — произнес Феликс, понимая, что выбора все равно нет. — Я один пойду? — Хм… Да. Ты сразу поймёшь, что тебе нужно, когда войдешь внутрь. Я буду ждать здесь. Феликс неуверенно посмотрел в сторону полуразрушенной башни и, вздохнув, твердым шагом направился вперёд, прямо к ней.       Со скрипом отворившись, дверь показала то, что таила за собой: небольшое пространство с круговой лестницей на второй этаж, несколько крыс и люк в каменном полу. Ступив на грязный пол, Феликс, оглядываясь, подошёл к люку. Там находится то, что он ищет? То, что поможет ему стать сильнее? Звучит как какая-то шутка. Надеясь, что это действительно не шутка, Феликс нагнулся и взялся за ручку-кноб, потянув на себя. Люк поднял тучу пыли, но все же открылся, явив жуткую лестницу вниз. Юноша сглотнул.       Было очень темно. Но он видел где-то далеко, на самом дне, слабый проблеск света, который хоть немного, но обнадеживал. Но прежде чем спускаться вниз, Феликс обратил внимание на лестницу наверх. Он обошел люк и начал подниматься по ней, но, увы, его встретили лишь обломки и преградившие дорогу колонны. Вздохнув и поняв, что выбора нет, он вернулся обратно к люку и начал аккуратно спускаться, держась как можно ближе к стене. Он прищурился, смотря под ноги, чтобы разглядеть ступеньки и не споткнуться.       Шаг за шагом он приближался к свету, который озарял его путь все сильнее и сильнее. Вскоре Феликс даже понял от чего исходил свет: это были маленькие феи, снующие туда-сюда и убирающие пыль из каждой трещинки в стене. Завидев его, они мигом разлетелись, прячась в тех же трещинах и со страхом смотря на юношу. Тот подошёл к двери, выглядевшей довольно ново, и потянул за ручку. Кроме двери, впрочем, здесь ничего и не было — пыль да феи. Взгляду Феликса предстали тысячи полок, заполненных книгами. Полки устремлялись далеко вперёд, и у того даже закружилась голова от такого зрелища. Но он упрямо вошел внутрь, оглядываясь и восторгаясь столь огромной библиотекой.       Вдруг он услышал громкий хлопок. Обернувшись, юноша обнаружил, что… Двери больше нет. В ужасе он подбежал к тому месту, где она была, и начал ощупывать стену. Ничего. Паника разъедала изнутри. «Выпустите! — повторял он сотни раз, пока стучал по стене. — Пожалуйста…» Из-за паники слезы неконтролируемо текли из его глаз. Он осел на пол, не в силах справиться с настигнувшим того страхом. Что ему делать? Он один, в огромной библиотеке, да ещё и без какой-либо защиты. Здесь не было даже намека на выход. Дверь буквально исчезла прямо перед носом. Хныкая и дрожа, он пытался вытереть слезы и взять себя в руки. Может быть, не все потеряно. Юноша не хотел сдаваться сразу. Только не сейчас, когда он ещё не покончил со всем этим и не вернулся домой, обратно к Энди. К любимому Энди. Со всей силы стукнув по стене, он встал на ватных от страха и тревоги ногах. Его заплаканные глаза уставились на тысячи полок с книгами. Он найдет отсюда выход, во что бы то ни стало.       Прошел час. Или минута. Феликс не особо понимал ход времени, плутая между стеллажами, конца которым видно не было. Вскоре он решил просто остановиться и осмотреть книги. Может, где-то он найдет карту библиотеки и она поможет ему выбраться отсюда.       Взяв первую попавшуюся книгу, он открыл ее и увидел… Лишь безумные каракули по всей странице. Завитки, кружки и толстые слои чернил растекались по бумаге. И так по всей книге. Бросив ее на пол, Феликс спешно схватился за следующую, открыл и обнаружил то же самое. Другая книга — то же самое. Раз за разом он вытаскивал книги, листал их и брался за другие, если не находил ничего дельного. Вот так обыскав несколько стеллажей, он улыбнулся. Нет, это не было улыбкой. Это натянутая кривая линия на его лице, сложившаяся во что-то наподобие улыбки. Из его горла невольно вырвался нервный истерический хохот, когда он постепенно осознавал, что отсюда он не выберется. И что-то говорило ему: шансов нет. Он просто умрет здесь, в библиотеке бессмысленных книг, не найдя выход. Это бессмысленно. Бессмысленно! Он снова осел на пол, прислонившись к стеллажу и улыбаясь. Юноша смотрел на разбросанные книги рядом с собой и думал, был ли смысл приходить сюда. Был ли смысл… Зачем Билли отправлять его сюда? Что он сделал не так? Он просто жил своей жизнью, как вдруг появился этот общипанный петух! Он не мог сдержать свой смех. Просто не мог. Ситуация казалась настолько плачевной, что Феликс только и думал о смерти и ненависти к Билли, ворону, который привел его сюда. «Зачем?» — только и мог он спрашивать себя. Ответ пришелся неожиданно: «Просто так» А что ещё делать такому сумасшедшему существу, как Билли? Издеваться и наблюдать за жертвой. Да. Он же «Наблюдатель». Этим он и занимается. Наверное, этот злосчастный ворон сейчас смеётся над глупостью Феликса. Нет, даже плачет! Плачет от смеха! А ведь он обещал. Обещал, что научит, как быть сильнее. Да, конечно. Выжить в библиотеке — путь к становлению сильнейшим из сильнейших! Феликс охотно в это верил.       Стиснув зубы, он закрыл глаза. Что ему делать? Он не был готов к тому, чтобы сгнить здесь, среди книг. Все не было бы таким безнадежным, если бы они имели хоть какой-то смысл в себе. Но увы, смысла в них нет. Вот если бы он увидел Билли, то… То… То, наверное, насадил бы его на палку и пожарил на костре! Феликс поджал ноги к себе и положил на них голову, со слезами на глазах смотря перед собой. Нет. Это бред. Он бы попросил помощи. Просто… Кто-нибудь… Кто-нибудь, помогите ему. Он действительно не справляется.       Сам того не заметив, Феликс уснул. Он слишком устал. За весь день произошло так много событий, что его тело не выдерживало.       Школа, прогулка с Юджином, встреча с Билли и теперь это. Было бы страннее, если бы он, наоборот, был полон сил и энергии. Ему ничего не снилось. Может, оно и к лучшему. Если бы что-то ему и снилось, так это кошмары, которые преследовали бы того весь следующий день. Хотя Феликс не был уверен, что следующий день будет. Он мечтал, чтобы все закончилось. Хотелось проснуться и осознать, что тот просто напился и лежит в машине. Что Джеки со своим привычным холодным выражением лица пытается его разбудить. Что… Что… Что всего этого не было. Никаких Нобфи, никакого волшебства. Боги? Богов не существует. Магия? Жалкая выдумка и шарлатанство. Крылья? Это просто галлюцинации. Все это — не реально. Вздрогнув, юноша проснулся и обнаружил себя лежащим на полу. Он приподнялся и постарался сесть. Все тело ломило и болело из-за того, что он сидел на холодном каменном полу и тем более спал. Тот поджал губы, смотря на свои грязные от пыли руки. Он все ещё здесь. — Аргх… Черт побери! — он стукнул по полу, застонав от злости. Но вдруг юноша увидел краем глаза какое-то движение. Что это? Он обернулся и начал искать глазами то, что предположительно могло двигаться. И двигалось… Двигалась его тень. Искажалась, извивалась и сжималась, словно пытаясь выбраться из оков силуэта Феликса. Ахнув, юноша отполз от тени подальше, но, очевидно, это было бессмысленно — тень последовала за ним. Она разом замерла, словно боясь своего хозяина и выжидая удобного случая сбежать. Но Феликс не сводил с нее глаз. Он протянул руку и попытался коснуться ее, любопытствуя. Его рука прошла сквозь тень, из-за чего юноша в ужасе отдернул руку. А вот она, наоборот, словно в восторге, начала дёргаться и извиваться, пытаясь дотянуться до рук хозяина. Феликс подскочил и попытался хоть как-то от нее сбежать: бросал в странную тень книги, пытался спрятаться за стеллажами и в общем как-то избавиться от нее. Но тень оставалась тенью и была рядом с ним, не получая никакого урона. Наоборот, она с удовольствием поглощала брошенные в нее книги. — Ч-Что за чертовщина?! — воскликнул Феликс, когда увидел, что очередная книга исчезла в тени. Тень замерла, будто ожидая ещё немного лакомства. Юноша неуверенно протянул руку к полке, вытягивая оттуда книгу и осторожно бросая ее в «пасть» собственной тени. Книга успешно пропала. Не понимая, зачем, Феликс бросал туда все больше и больше книг. Толку в этом было никакого, но то было лучше, чем просто лежать на полу. Но вдруг он заметил, что тень увеличивалась в размерах после десяти и более поглощённых книг. Вздрогнув, он отдернул руку от полок. Избавиться от своей тени не получится — он был уверен. Поэтому лучше смириться. Феликс присел на корточки и ещё раз тыкнул туда пальцем. На самом деле это было приятным ощущением — как только его палец исчезал, ему казалось, будто он засунул его в холодную освежающую воду. Ему даже казалось, будто он избавился от грязи. Но несмотря на приятные ощущения, тот все равно не собирался трогать тень больше положенного. Вдруг она и его съест. Решив больше не обращать внимание на свою тень, юноша медленным шагом направился вдоль стеллажей. Всяко лучше, чем сидеть на месте. Может, он даже найдет выход. Усмехнувшись наивным мыслям, Феликс убрал свои крылья, которые казались тяжёлым грузом для него. Все же, крылья весят немало. Сложно таскать их с собой. Как только он их убирает, то сразу понимает, как же без них легко. Среди кромешной тишины слышался лишь топот его ног. Он здесь один. В этом нет сомнений. Благо, тут есть небольшие светильники из кристаллов. Так хотя бы не столь страшно. Он хоть что-то видит. Но что интересно, так это то, что Феликс прекрасно видел и без света — вероятно, это один из плюсов Нобфи. Он же кот. И птица… Погодите! А что, если он взлетит над стеллажами и осмотрится в поиске выхода? Как же ему это раньше в голову не пришло! Расправив крылья, он аккуратно вспорхнул наверх, чтобы случайно не повредить чего, и начал оглядываться. Но вместо ожидаемого выхода или хотя бы конца библиотеки он увидел лишь тьму, которая медленно распространялась по всему помещению. Какой-то животный ужас закрался в его живот и начал царапать и ворочаться, крича и умоляя: «Убегай! Убегай!» Юноша даже потерял равновесие. Тот упал на пол и… Исчез. Тень поглотила его. Она явно ждала этого момента. Ждала, когда же он облажается.       Прикрывая рукой глаза от яркого солнца, Юджин счастливо вилял хвостом. Какой хороший день! Он встретится с Феликсом и они будут учиться весь день. Он так счастлив! — Юджин, постарайся стать лучшим, — прозвучал за его спиной низкий голос. — Или я больше никогда не позволю тебе выйти из дома. Понял? Опустив взгляд, мальчик спокойно ответил: — Да, отец. Он привык к этому. Так было каждый день. Отец всегда требовал от него идеала, но Юджин не винил его ни в чем. Конечно! Родители всегда хотели, чтобы их детей уважали и хвалили! Это нормально! Юджин не огорчит своего отца. Это было его единственной целью, ради которой он пойдет на все. Папа будет гордиться им. Взметнув в воздух, тот уверенно направился в сторону школы. Он уже наизусть знал дорогу туда, чтобы не обременять отца сопровождением. Возле школы сновали туда-сюда ученики его возраста. В девять утра, в основном, приходили только дети. Взрослые, насколько он знал, приходили около семи. Юджин не мог представить себе такой ранний подъем.       Не увидев Феликса среди толпы, он торопливо направился в класс, надеясь увидеть его там. Но и в классе его не оказалось. Подергивая белыми ушами на макушке, Юджин сел за свое место и решил подождать. Проходили секунды. Минуты. Профессор Аркейн вошёл в класс. Феликса не было. Хвост мальчика начал беспокойно покачиваться. Но затем он расслабился: Феликс, наверное, просто проспал или заболел. Ничего страшного. — Итак, дети, — начал преподаватель, — как мы вчера и говорили, зарядку мы делаем первым уроком. Поэтому следуйте за мной.       Дети разом встали и спокойно направились за профессором следом. Юджин не исключение. Он помахивал хвостом без забот, предвкушая весёлый день. Без Феликса, конечно, скучно, но ничего. Он подружится ещё с кем-нибудь на один день! В итоге они вышли из школы и направились к площадке, спрятанной за садом. Площадка была ограждена прочным забором. К ней вела аккуратная дорожка с красивыми ровными кустами и маленькими цветами. Профессор Аркейн шел вниз по дорожке, остановившись только тогда, когда отворил врата к площадке для детей. — Здесь мы будем заниматься. Бег, полет и зарядка. Каждый день в течение получаса, — отчеканил он, заложив руки за спину. — Итак, начнем с зарядки. Делайте, как я говорю Они прошли к центру площадки и встали на небольшом расстоянии друг от друга, как указал им профессор, и внимательно слушали его его приказов. Первым делом они разминали крылья, расправляя и складывая их ритмичными движениями. Затем они разминали остальное тело с помощью множеств разных команд. Юджин пытался их запомнить — некоторые из них были ему незнакомы. Отец учил его всему, чтобы сделать из мальчика лучшего на свете Нобфи. Но вещь, которой он научил сыра прежде всего, это: изучай новое. Оттачивай старое. Так и только так он станет лучше. Эти четыре слова укоренились в голове Юджина и он говорил их каждую ночь перед сном, мечтая о том, чтобы действительно стать идеальным. Именно это и было его целью в жизни. Так сказал его отец. Как только урок закончился, они пошли в класс. Перед Юджином лежала небольшая книга. «Летний ручей» Склонив голову набок, он пытался понять, о чем эта книга. Мальчик не мог открыть книгу без разрешения профессора. Тот, в свою очередь, сидел за своим рабочим столом, держа книгу в руках. Он отчеканил: — Будем читать по очереди. Открывайте книги. Начнем с тебя, — он указал на ученика, сидящего перед ним. — а дальше идут остальные. Вот так, читая по цепочке, и прошел их урок чтения. Затем был урок письма. Но он не был интересным: профессор просто попросил их выписывать одни и те же буквы раз за разом. А на уроке счета профессор старался им объяснить цифры. Юджину все нравилось. Это так интересно и необычно! Его первый день в школе. Конечно, он не так весел, как казалось, не все же! Интереснее всего было в столовой — они приходили в красивое огромное помещение и садились за столы, где уже приготовлена еда. И очень вкусная! В общем, день прошел идеально. Почти! Если бы здесь был Феликс, то было бы гораздо лучше. Выйдя за ворота школы, Юджин наткнулся на известного всей Хокаме лекаря — Миру. Точнее, это она наткнулась на него и, присев на корточки, предложила: — Юджин, как насчёт того, чтобы помочь мне? Я набрала несколько цветов и трав, и мне надо донести их до моего дома. Но у меня не хватает рук, чтобы нести ещё одну корзинку… Поможешь? Юджин кивнул, махая хвостом. Конечно же он поможет! Тогда Мира поблагодарит его и скажет отцу, какой он хороший. Он последовал за миниатюрной девушкой и она вручила ему небольшую корзинку. Даже не тяжёлую! Он дёрнул ушами, следуя за ней. Насколько он знал, дом миры был глубоко в лесу. Мама говорила, что она живет там лишь потому, что так удобнее собирать необходимые материалы для лекарств. Вполне логично. Но Юджину казалось, будто таким образом Мира лишь отгородилась от всех. А если что-то случится? Никто не услышит и не придет ей на помощь! Он покачал головой, твердо решив, что будет защищать ее всю дорогу. Он — лучший! Он справится со всеми! Даже со страшными монстрами! Представляя яркие бои с воображаемыми опасными зверями, Юджин даже и не заметил, что они уже подошли к дому Миры. Прежде чем он успел поставить корзинку, та попросила: — Занеси ее в мой дом, малыш. Юджин без задней мысли открыл дверь и вошёл внутрь, собираясь поставить корзинку на стол, как вдруг почувствовал тошнотворный запах. Он поджал уши и принюхался. Откуда исходил этот запах? Впрочем, он не собирался искать его, убежав к Мире и говоря: — Мира, а у тебя там… — Юджин вдруг замолк. — Что у меня? Мира закрыла дверь и улыбнулась ему. Улыбка эта была жуткой, неестественной. Юджин сделал шаг назад, чувствуя, что что-то не так. — Мира… Почему ты… Девушка протянула к нему руку, но Юджин быстро отскочил, нутром понимая, что лучше не позволять ей касаться себя. Мира нахмурилась и последовала за ним, пытаясь поймать. — Юджин, постой… — говорила она, раздражаясь. — Да остановись же ты! Юджин испугался. Мира всегда была доброй и следила за ним. Никогда… Она никогда не вела себя так. Вдруг его схватили за руку со всей силы. Мальчик вскрикнул: — Отпусти! Он пытался сопротивляться, но Мира была сильнее. Она притянула его к себе и резким толчком повалила на пол, наступая на живот ногой, чтобы он не смог сбежать. Юджин пытался сопротивляться, но силы были неравными. Он, плача, смотрел на Миру и умолял ее остановиться, но она не слушала, хватая со стола нож и безумно улыбаясь. — Все будет хорошо, Юджин, — заверяла она его. — Мы просто поиграем в игру! Занеся нож над головой, она со всей силой обрушила его на грудь ребенка. Кровь брызнула ей на лицо. Но она улыбалась, повторяя свои движения раз за разом, и наслаждаясь истерическими криками Юджина под собой. — Услада для ушей! — пропевала она, покачивая в удовольствии хвостом. Юджин не мог себе представить, что такое произойдет. Боль казалась невероятно сильной. Неприятной и странной. Нож был таким холодным, вызывая безумный ужас каждый раз, когда опускался вниз, к его груди, и разливал его кровь по всему полу. Он всего лишь хотел, чтобы отец гордился им. Он всего лишь хотел, чтобы его любили.       Всю его жизнь отец был к нему строг по одной простой причине: он был не такой, как все. Эти уши… Уши в неправильном месте. Его все считали слабоумным. Поэтому тот старался показать, что может все. Что может даже больше, чем кто-либо другой. Он даже подружился с Феликсом, как ему и сказал отец. Они ведь хорошие друзья, верно? Друзья на вечность. Они даже вырезали свои имена на дереве. Может быть, он бы понравился ему и тогда отец подружился бы с родителями Феликса. Тогда отец был бы счастлив. Он бы погладил его по голове и сказал: «Молодец, я горжусь тобой» Но теперь в этом не было смысла. Вскоре Юджин затих. Скука мигом обрушилась на Миру. Она цыкнула и отбросила нож, облизывая губы. Приятный металлический привкус крови ободрил ее. Встав, девушка взяла труп на руки и отнесла на стол, предварительно сметя с него все лишнее. Она ухмыльнулась и взяла тонкую руку, с жадкостью осматривая ее. Зачем она его убила? Не только ради удовольствия. Но и чтобы хорошенько подкрепиться. Острые зубы отрывали все ещё теплую плоть с тела Юджина, быстро пожирая ее и направляясь за следующей порцией. Мерзкие хлюпающие и чавкающие звуки разносились по комнате, а кровь стекала со стола и пропитывала деревянный пол. Где-то в углу комнаты, разнося тошнотворный и отвратительный запах, лежали наполовину обглоданные человеческие кости. Сгнившая плоть отваливалась и с мерзким шлепком падала на пол, привлекая внимание мух. Внутри извивались личинки. Юджин явно не первая жертва Миры.

В тот день домой не вернулся ещё один ребенок.