Призрак прошлой жизни

      В среду Петуния, как и обещала, отвела Гарри на кладбище к могиле родителей. Годрикова Впадина встретила своих гостей не очень приветливо. Редкие прохожие бросали на них косые взгляды и тихо шушукались между собой. На попавшейся по пути лужайке, Гарри собрал два небольших букетика, которые скоро лежали на ледяной мраморной плите. Надпись гласила о последнем поверженном враге, которым, как понял Гарри, должна была быть сама смерть.       — Идиотское изречение, — крайне сухо сказала женщина, но мальчик уловил украдкой вытертую слезу. Гарри совсем не знал чего ожидать и что должен был чувствовать, внутри как будто была пропасть, которая грозила утянуть вниз.        Остаток дня после возвращения Гарри с разрешения тёти гулял. В отсутствие Дадли район выглядел крайне тихим и спокойным, можно было не поджимать воображаемый хвост при малейшем шорохе. Чем больше мальчик думал о сегодняшней поездке с тётей, о родителях и дне когда они оставили его, тем сильнее было ощущение, что он помнит тот день. День, когда самые родные люди оставили его одного. Первое горе в жизни, как же забудешь? Однако воспоминание было мутным, блеклым и будто нарочно размытым.       Вот внизу раздаётся грохот. Вот мама дрожащим голосом просит пощады, но через секунду рыжие локоны касаются пола. Вот вспышка зелёного цвета, и по комнате разлетается пепел. Без того мутные образы заслоняют слёзы. А потом комната наполняется рыданием, но это кто-то другой. Кто-то, кто так же как и он остался в этом мире совсем один.       Мысли и наворачивающиеся слёзы прервал гулкий смех компании старших ребят, и Гарри поспешил убраться в безопасное место. Хоть обычно дом не являлся таковым, но только ступив на порог, он почувствовал волну любви и заботы. Такое необычное чувство согревало, и впервые за свои одиннадцать лет, Гарри уснул в спокойствии.       Уже прошла неделя, с тех пор как они с тётей отправили письмо в школу, но ответа так и не было. С раннего утра Гарри открывал окна и ждал, когда прилетит сова. Было так интересно, какая она будет. Та, которой было поручено доставить письмо в Хогвартс, не выглядела дружелюбной. Мальчик даже переживал, выполнит ли она вообще поручение. Спустившись в гостиную, Гарри приготовил завтрак на всех родственников. Свой он успешно съел сразу же и принялся мыть посуду. Минут через пять спустилась Петуния и, скупо похвалив мальчика, села за стол. Ещё через пару минут послышались крики. Дадли и Вернон о чем-то спорили. Когда завтрак был окончен, глава семейства объявил, что сегодня все едут в зоопарк. Гарри очнулся от шока, только когда они уже приехали. Животные поражали своей величественностью. Гордые павлины, расслабленные львы и сонные змеи. К одной из таких и прикопался кузен. Змея сочувственно посмотрела на Гарри.       — Эй! Эта змея должна развлекать меня!       Дадли отпихнул Гарри в сторону, а сам всем своим существом пытался стать единым целым со стеклом, так неудачно отделявшим Дадлипусечку и несчастную змею. Которое, впрочем, радостно приняло его в свои объятия, так и оставляя торчать наполовину тут, а на половину там, в компании змеи, которая теперь уж точно развлекала только его.       Утро следующего дня началось для Гарри с зализывания ран. Немного йода сюда, остатки спирта туда. Этот бинт тут, пластырь здесь. Футболка с длинными рукавами и воротом спрячет все перевязки. Дядя Вернон ещё ни разу не бил его с таким рвением. Наверное, потому что это было первое, действительно, заслуженное наказание. Хоть Гарри и не любил злорадство, но внутри было до ужаса приятно.       Около полудня в дверь постучали, а через несколько минут тишины раздался крик дяди.       — Мальчишка, бегом сюда. Это за тобой!       Ну, Гарри и пошёл. Внизу стоял великан, еле помещавшийся в тесной прихожей. Даже Вернон на его фоне выглядел неуверенно, что уж говорить про маленького, тощего, одиннадцатилетнего мальчика? Правильно, он был в ужасе.       — Гарри! — голос великана был добрым и радостным. — Так рад наконец снова тебя видеть!       — Здравствуйте, сэр. Вы меня знаете?       — Ох, конечно! Я вёз тебя сюда. И теперь увезу тебя отсюда! — великан притянул паренька к себе и почти шёпотом спросил. — Тебя тут не обижают?       — Нет, сэр. Они заботятся обо мне и воспитывают.       — Хорошо, рад это слышать. Что ж, нам пора за покупками. Идём скорее!       И Гарри пошёл за ним, за человеком чьё имя ещё даже не знал. Первым делом великан повёл его в банк.       — Это магический банк Гринготтс. Самое защищенное место в мире. Не считая Хогвартса, конечно!       — В Хогвартсе безопаснее?       — Да, Гарри. И ты там будешь учиться и жить. Если захочешь, на рождественские каникулы поедешь домой.       — А если не захочу?       — Останешься в замке вместе с другими детьми.       — Сэр, а каково это быть волшебником?       — Какие у тебя странные вопросы. Ты ведь и сам волшебник.       — Понимаете, сэр, я…       Но не успел он договорить, как великан бестактно перебил его, обращаясь уже даже не к Гарри. Перед ними сидел противный карлик, с удлиненными пальцами и заострёнными зубами. Глаза оценивающе смотрели на маленького мальчика, при этом обращалось существо явно к его сопровождающему. Как позже пояснил великан, это были гоблины. Независимая волшебная раса, которая когда-то очень успешно построила на этом бизнес и процветает до сих пор. Гоблин принял из рук великана ключ и повёл их внутрь по запутанным коридорам. Вскоре они вышли к транспортному средству, которое представляло собой вместительную вагонетку. Погрузившись, они помчали с невероятной скоростью, резко то подпрыгивая вверх, то падая вниз. Гарри до белых костяшек сжимал поручень, а иногда даже немного взвизгивал на очередном резком повороте. Наконец всё закончилось, и они остановились напротив массивной круглой банковской двери сейфа. Гоблин открыл её и, на удивление покорно склонив голову, отошёл в сторону. В лёгких застрял воздух, когда Гарри увидел аккуратные стопочки золотых монет, размещённые не только небольшой кучкой в центре, но и на всех остальных полках и поверх сундуков, в которых по объяснению гоблина хранятся книги и артефакты. Набрав нужную, по мнению великана, сумму, Гарри вернули в главный зал, а уже через несколько минут появился и его сопровождающий.       Дальше его повели за покупками школьных принадлежностей. Переулок так и фонил волшебством, от чего с непривычки даже немного закладывало уши. До каждой лавки его провожали, но внутрь он заходил исключительно один. В магазинчике было весьма тихо, а вокруг своими делами занимались тряпки и веники, самостоятельно наводя порядок. На звук дверных колокольчиков вскоре пришла женщина, хозяйка лавки. От женщины приятно пахло выпечкой и пряностями. Она оглядела мальчишку с ног до головы и, вскинув руки, запричитала.       — И это юный герой Магической Британии?! Кожа да кости! — в сторону Гарри полетели зачарованные сантиметровые ленты, показания с которых записывались парящим карандашом в парящий блокнот.       — Простите, мэм, вы меня знаете?       — Мальчик мой, тебя знает каждый волшебник этой страны! Не нужно так скромничать.       — Я только неделю назад узнал, что я волшебник, когда пришло письмо из Хогвартса. Мои родственники маглы, поэтому они не могли рассказать мне о таком.       — Ох, бедный ребёнок, будет познавать мир, как и все маглорождённые.       Зачарованные предметы отлетели в сторону и, проверив их, женщина тепло улыбнулась и сунула мальчишке пару пирожков.       — Извините, а можете сделать для меня ещё и несколько повседневных вещей? А то эти, — он головой указал на обноски, в которых стоял, — немного не моего размера.       — Конечно, мой хороший. С тебя будет одиннадцать галеонов. Возвращайся в следующем году, надеюсь, подрастёшь.       — Спасибо, мэм, до свидания.       Гарри вышел на улицу довольный, откусывая очередной пирожок. Великан сразу же потащил его дальше, приговаривая что-то о быстро летящем времени. Следующей остановкой стал магазинчик учебных сумок. Как позже оказалось, ещё и волшебных. Пожилой мужчина, слишком активно крутящийся вокруг Гарри, впарил ничего не понимающему мальчику небольшой по размеру чемоданчик, но в который по его завереньям влезет в десять раз больше. А так же предложил сумку с чарами уменьшения веса. И настоял на привязке вещей к хозяину, чтобы не потерялись. Но, разумеется, за отдельную плату. Что взять с маленького ребёнка, который только попал в волшебный мир и ходит один по магазинам? Правильно, ничего. Вот он и набрал ещё несколько запасных приспособлений, чтобы хранить деньги и наверняка найти все свои вещи.       Гарри почувствовал себя обманутым, только когда вышел на улицу. Однако впереди был ещё книжный магазин, канцелярский и, как сказал великан, магазинчик старика, через который проходит каждый волшебник хотя бы раз в жизни. Вот и пришлось дальше ходить без настроения. Книжек нагрузили так, что казалось, что это на весь период обучения, а не только на первый год. Тут-то впервые и пригодился чудесный чемоданчик. Неимоверно обрадовавшись, что вес ручной клади не увеличился, Гарри более воодушевлённо поспешил за канцелярией. Куча письменных принадлежностей тоже весьма удачно расположилась в чемодане. Гарри немного путался в расширенном пространстве и не знал, как лучше положить всё так, чтобы не помялось. И вот настал момент для той самой знаменитой лавки. Внутри было тихо и очень пыльно. За прилавком никого не было, и мальчик даже немного растерялся. Гарри подошёл вплотную к прилавку и, немного оглянувшись, нажал на колокольчик. Несколько бесконечных секунд была тишина, а потом послышались чуть шаркающие шаги, и перед ним предстал старичок. Не совсем старый, но и уже явно не молодой. Он прищурился, осматривая своего гостя, и, наконец, выдал.       — Ах! Гарри Поттер! Как же я долго ждал вас.       — Меня, сэр?       — Конечно, вас. Даже и не верится, что с того дня минуло уже десять лет. Наверняка, вы станете великим волшебником. Ох, вы же пришли за палочкой. Сейчас-сейчас, я принесу их.       И старик скрылся за многочисленными пыльными полками, вновь оставляя мальчика одного. Но на этот раз тишина не давила, она мерно нарушалась причитаниями старика и шуршаниями коробочек. Вскоре мужчина вернулся и положил на стол несколько коробочек. Одну из них он достал и после долгих объяснений из чего она сделана, наконец, положил её в руку Гарри.       — Просто взмахните ей, — пояснил хозяин лавки, заметив недоумевающий взгляд.       Гарри выполнил указания и, попавшаяся под руку лампа разлетелась вдребезги. Он испуганно выронил палочку. Старик успокоил его и пояснил, что это совершенно нормально, ведь не волшебник выбирает палочку, а совершенно наоборот. Ещё несколько палочек навели беспорядка в лавке, а одна просто убрала всю пыль вокруг. Хоть такая своенравная палочка и понравилась Гарри, но он ей не особо. Поэтому ему в руку вложили последнюю из принесенных палочек, и она, наконец, подошла. Пока мужчина вновь кидался непонятными терминами и рассказывал о сестре этой палочки, которая служит тому, кто убил родителей Гарри, сам мальчик держал палочку в руках и восхищался силой, которая протекала через палочку и резонировала с его собственной. Не впасть в глубочайший транс помог старик, который нацепил на его руку кобуру для палочки. Мальчик быстро расплатился за покупку и выскочил из магазинчика. Великана нигде не было видно, и Гарри, надеясь на память, побрел обратно. На пол пути его окликнули и сунули под нос клетку с чем-то живым.       — Теперь у тебя будет собственная сова, которая отыщет тебя где угодно.       — Ух ты, спасибо большое, сэр!       — Не стоит, Гарри, я рад видеть тебя. Сейчас придётся проводить тебя домой, но совсем скоро тебя заберут в Хогвартс.       — Хорошо, будет время ознакомиться с учебниками. Ох, а как же мне доставят форму? Я не сказал, где живу.       — Так же как тебе доставили приглашение в Хогвартс, совой.       — Совы сами знают, куда им лететь?       — А, ну… конечно! Они ведь совы. Не просто так ведь волшебники выбрали их для общения.       Неуверенный ответ явно взрослого человека смутил Гарри, поэтому до конца их пути он молчал. Великан тоже не собирался начинать диалог, и это успокаивало.       Когда Гарри вернулся, всё семейство ужинало, и, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, мальчик тихонько поднялся в свою комнату и, довольно потянувшись, уснул после насыщенного дня.