Призрак прошлой жизни

      Как и сказал Драко, было намечено проведение Турнира Трёх Волшебников. Только все распаковали чемоданы, как прибыли ученики из других школ. Распределение, приём гостей и торжественный ужин.       — Вечная слава победителю, а участвовать можно только от семнадцати лет. Ну и где справедливость? — Рон всё еще возмущался, что директор ограничил доступ к кубку. — Гарри, ты так не считаешь?       — Нет, Рон. Это слишком опасно для нас. Многие полезные заклятья мы даже не слышали.       — Я бы хотел участвовать, а вы ребят?       — Это исключено! — фыркнула девушка.       — Вынужден согласиться с Грейнджер, — Драко развел руками.       — Что угодно только не участие, Мерлин упаси! — Гарри на полном серьёзе и думать не хотел про участие.       Аластор Грюм занятия вел специфически. Даже его появление в большом зале было странным. Как только Гарри смотрел на него, шрам на лбу начинал неприятно ныть.       — Он же сам говорил, что большая часть узников Азкабана пойманы им. Из них многие пожиратели.       — Уизли, это звучит так, будто шрам боится.       И правда, звучало абсурдно. При возможности надо будет обсудить это с… А с кем? Дамблдор под подозрениями, Снейп в его сторону даже не смотрит. Хагрид слишком предан директору. Можно написать Сириусу, он же всё-таки родной человек. Букля была отправлена этим же вечером с весьма увесистым конвертом. Однако перед тем как получить ответ с предложением встретиться в Хогсмиде, случилось нечто невероятное.       Кубок огня выбрал его. Это ощущалось как сон, который резко превратился в кошмар. Квартет друзей аплодировал каждому чемпиону, который гордо выходил к директору. Дамблдор уже представил приз, который достанется победителю, когда кубок вновь заворчал красным пламенем и выплюнул бумажку с именем.       — Гарри Поттер, — произнес директор громче, но Гарри лишь вжался в пустое место между друзьями. — ГАРРИ ПОТТЕР! — завопил директор, и Гермиона выпихнула парня из укрытия.       Альбус вручил ему бумажку.       — Это какая-то ошибка, сэр. Это даже не мой почерк!       — Идите в комнату, Поттер.       И снова липкие взгляды поползли по спине парня. Тихие перешептывания превратились в громкий гул, гласящий, что Поттер обманщик. И только слизеринцы молча хлопали.       Учителя влетели вслед за парнем спустя несколько мгновений. Они спорили между собой о случившемся. Не успел Гарри моргнуть, как был прижат деканом к стенке.       — Вы кидали своё имя в кубок, Поттер?!       — Нет, сэр!       — Вы попросили об этом кого-нибудь?       — Нет, сэр.       — А если моя рука с этим случайно дрогнет над кубком с вашим соком? — Северус продемонстрировал темный пузырёк.       — Северус, мы не должны даже запугивать студентов веритасерумом, — вступился директор, и Снейп отстранился.       — Что такое веритасерум?       — Сыворотка правды. Барти, тебе решать, будет ли Гарри участвовать, — переключился Альбус на министра образования.       — У мистера Поттера нет выбора.       — Поттер! — взвыл Северус, привлекая внимания.       Гарри выхватил пузырек из ослабленной хватки и сделал глоток.       — Спрашивайте! — прокричал он дрожащим голосом, и слёзы полились из глаз. — Меня достало, что никто и никогда не верит мне. Вертел я эту вашу особенность! Выжил и выжил, не кичусь этим. Спрашивайте!       Все стояли в шоке. Альбус вышел вперёд и мягко начал.       — Тебя зовут Гарри Поттер?       — Да.       — Твой декан Минерва Макгонагалл?       — Нет.       — Ты причастен напрямую или косвенно к тому, что твоё имя очутилось в кубке Огня?       — Нет.       — Северус, дай ему противоядие. Думаю, мы все убедились в невиновности мальчика. Каков вердикт теперь?       — Всё тот же. Турнир Трёх Волшебников — это магический контракт, который нельзя разорвать.       Гарри дали противоядие и напоили успокаивающим чаем. Надо было написать дополнительное задание, но настроения не было совершенно. В дверь тихо постучали. Поттер молчал. После второго стука дверь открылась, и показалась белобрысая макушка.       — Гарри, привет.       — Чего тебе?       — Пришел проверить как ты. Ну и спросить, как там всё прошло.       — Я не бросал свое имя в…       — Так я же и не утверждаю обратное. Но вы же о чем-то разговаривали в комнате чемпионов.       — Я под веритасерумом ответил, что непричастен к этому. Но мистер Крауч всё равно сказал, что я обязан участвовать.       — Но это неправильно.       — Это никого не волнует. На выходных встречусь с Сириусом в Хогсмиде, обсудим заодно и это.       — Ты написал эссе?       — Нет. Не хочу этим заниматься.       — Ладно. Держись, я пойду к себе. Спокойной ночи, Поттер.       — Сириус!       Парень влетел в крепкие объятия.       — Рад тебя видеть, Гарри. Пойдем, присядем где-нибудь, — они немного прошлись и остановились в кафе напротив Сладкого Королевства. — Итак, что именно тебя беспокоит?       — Думаю, нужно начинать по порядку. Первое, Грюм очень странный. На первом же занятии показал нам все три непростительных заклинания на жуке.       — Прям показал?       — Именно. Ещё меня смущает, что он всё время что-то пьёт из фляжки, однако перегара нет.       — Даже легкого шлейфа спирта?       — Да. Ну и как я упоминал, шрам ноет, когда я на него смотрю. Не сильно, что прям нельзя ни о чем думать, но заметно.       — Что ты думаешь по этому поводу?       — Я хотел у тебя спросить.       — Тогда мне нужно время. Есть ещё новости?       — Да. У нас проводится Турнир Трех Волшебников. В замке очень много людей и … — Гарри посмотрел на крёстного, который воодушевляюще улыбался, а затем продолжил. — И кубок огня выбрал меня.       — Ого, это же здорово.       — Нет. Там стоял ограничитель по возрасту, и я не прохожу. А ещё я четвёртый чемпион.       Лицо Блэка резко изменилось. Неприятности начались как-то резко. Ими ещё не пропах воздух, а цветы уже начали зреть в плоды.       — Гарри, послушай меня внимательно. Ты должен поговорить с Альбусом. Он сейчас единственный, кто сможет тебе помочь в критической ситуации. И если ваши подозрения будут оправданы, это поможет пустить пыль в глаза.       — Хорошо, Сириус.              Ночь после разговора выдалась беспокойной. К привычному недомоганию из-за погоды добавился жар. Всё это подарило жуткие кошмары с Волдемортом. На обеде Драко рассказал, что сдал их сочинения по истории магии. На изумленный взгляд Поттера, белобрысый только самодовольно хмыкнул. Гарри не только пропустил занятие из-за плохого самочувствия, но и ничего не написал. Драко показал себя как настоящий друг, и это несомненно грело.       — Что это? — когда мальчики уже собирались уходить, в Гарри врезался зачарованный бумажный самолетик.       — От директора, — сказал Поттер, развернув самолетик, и тяжко вздохнул. — Сириус как раз сказал, что мне следует поговорить с Дамблдором. Ведь только он сможет помочь, если что-то внезапно произойдёт.       — Тогда приходи в библиотеку, как освободишься. Буду сидеть на наших местах. Если Рон не настолько глуп, то позову и этих двоих.       — Хорошо, до встречи.              Беседа с директором прошла не то что хорошо, а просто отлично. Старик не просто делал заинтересованный вид, но и в самом деле беспокоился за мальчика и прислушивался к нему. Также сказал, на какой день назначено первое испытание и посоветовал заглянуть к Хагриду.       — Гарри! Ты не можешь так много пропускать занятий, — набросилась девушка на него сразу же, как только он пришёл.       — Гермиона, я вполне успеваю сдавать все задания в другие дни.       — Например, сегодня у него будет отличная возможность отработать зельеварение, — заступился Драко.       — Вот именно, спасибо, Малфой. Стоп, что?       — У нас сегодня вечерняя пара. Чтобы на следующей неделе уделить больше времени уроку танца.       — Жуть, — посочувствовал Рон. Однако тут же переключился на то, что интересовало его больше. — Ещё не выяснили, как твоё имя попало в кубок?       — Спасибо, что хотя бы не обвиняешь меня.       — На самом деле я вначале ужасно обиделся, что ты так ухитрился и нам ничего не сказал, но потом посмотрел, как глупо выглядят остальные с этими дурацкими значками, и мне стало совестно, — тут Гермиона больно пихнула парня локтём.       — Какими значками?       — Поймёшь при первой же возможности, — в этот момент мимо проходили студенты Пуффендуя со значками, гласящими, что Седрик — чемпион. Но тут изображение завертелось, и теперь значок сообщал, что Поттер вонючка. — Например, сейчас.       — Многообещающе.              Сразу после вечернего урока зельеварения Гарри пошёл к Хагриду. Неожиданный визит нисколько не смутил лесничего и тот взял парня с собой в лес. Прогулка дала много новых знаний, пусть и не все были не то что не важными, а абсолютно ненужными. Например, зачем ему знать, что Хагрид и мадам Максим тайно встречаются? Драконы, конечно, парня впечатлили сильно. Да так, что всю ночь ему снилось, как эти твари гонялись за ним. Даже Молния, на которой Гарри тщетно пытался улететь от крылатых, ни капли не спасала. Однако резко вокруг разлился запах полыни, бергамота и мяты, прогоняя монстров, в которых превратились драконы, и подарил спокойные часы сна перед рассветом.       Ещё неделя прошла спокойно. Друзья раздумывали, как бороться с драконом, перебирая различные варианты и тренируя новые заклинания.       — Гарри, нельзя полагаться на то, что ты увидел во сне.       — Но я ведь и правда хорошо летаю.       — Почти так же хорошо, как Крам, — подшутил Уизли.       — Мерлин всемогущий. Грейнджер, что ты только в нём нашла?       — Ты просто завидуешь, что мне уже не надо искать пару на бал, Малфой, — завелся Рон.       — Блин, я про это уже и забыл, — признался Поттер, пытаясь переключить всех от начинающейся ссоры.       — Ты никого не пригласил?       — Конечно, нет. У меня и без этого много проблем. Кроме турнира у меня ещё скоро бой с драконом.       — Ладно, не заводись. Найдём кого-нибудь. С тебя многие глаз не сводят.       — Лично я рада, что Гарри не забывает про учёбу. Это важнее.       Раздался колокол, оповещающий о скором начале нового урока.       — Что у вас сейчас?       — Травология, — сдавленно ответил рыжий.       — А у нас история магии.       — До встречи тогда, — Гермиона уже была готова сорваться с места.       — Не думаю, у нас уроки танцев сегодня, — напомнил Драко, и Гарри сморщился.       — Что ж, удачи, — насмешливо отозвался Рон.       До класса, куда стекались все слизеринцы, Гарри дошёл на негнущихся ногах. Ну не чувствовал он себя танцором, что поделать?       — Так как на балу будут присутствовать все, тренироваться тоже надо всем. Особенно вам, мистер Поттер, — Северус ядовито ухмыльнулся.       Второй чемпион Хогвартса приуныл. Никто не спешил верить в то, что мальчик непричастен к своему участию. Некоторые с его факультета гордились, что Поттер сжульничал настолько, что никто не заметил и не может ничего изменить, и это огорчало парня ещё сильнее. Они хвалили его за пакость, которую он не делал.        — Сейчас попрошу двух добровольцев: парня и девушку, выйти ко мне для примера.       Со стороны девочек добровольно вышла Пэнси, а вот Драко выпихнул вперёд Поттера, и Снейп засчитал его кандидатуру. Вначале мужчина показал, как нужно вести даму, а после подал пример, как вестись.       — Девушка должна довериться партнёру и следовать за малейшим порывом его движений. Однако если ведущий сбился, дама должна подхватить былой ритм и помочь восстановить движение. Поттер без всяких навыков, будет отличным примером.       Снейп подошёл вплотную к парню, водрузил одну его руку к себе на талию, а вторую зафиксировал в воздухе и сверху положил свою. Гарри замер. Чужая ладонь была такой тёплой и нежной, а ощущения казались ужасно правильными. Мальчик задумался на столько, что провёл большим пальцем, пару раз поглаживая выточенную талию. Даже сквозь одежду Снейп почувствовал это и с силой опустил руку на плечо Поттера. Тот вздрогнул и немного сжал чужую руку.       — Поттер, можете начинать вести.       Как Северус и предполагал, танцор из мальчика никудышный. И списать всё на неловкость момента не получилось, Поттер был неуклюж и с другими партнёрами. По итогу парень остался без пары и уселся на лавочку, пристально наблюдая за другими.       — Гарри, ну извини, пожалуйста. Не подумал я, что ты так растеряешься. Неужели, это было так ужасно? — нагнал Драко парня на выходе из кабинета.       — Отстань, Малфой. Знал бы ты, скольких нервов мне стоило, стоять так близко к нему.       — Ты прав, я не знаю. Но если ты мне расскажешь, я постараюсь понять.       — Это было ужасно сложно. Меня высмеивали за каждый неверный шаг. Я практически не дышал. А ещё приходилось вечно смотреть ему в глаза, а в них так и читается: «Ненавижу тебя, Поттер.»       — Тебе нужно попросить его потренировать тебя. Иначе как ты будешь выступать?       — Может мне даже не с кем будет. Я всё ещё не знаю, кого пригласить.       — Пэнси? Она с тебя глаз не сводила.       — Она, конечно, милая, но это не то.       — Тогда ты не против, если я приглашу её?       — Да при чём тут вообще я?       — Всё-всё, не горячись. Но с деканом поговори, ты чемпион, тебе открывать вечер.       — То есть пара обязательна?       — Ну, или кто-то просто согласится станцевать с тобой в начале.       — Уже больше похоже на правду.       Ночь наступила неожиданно. Гарри засиделся за книгой, пытаясь самостоятельно понять суть вальса. Силы сдавали, разум мутнел, и вскоре парень откинулся на кровать. Блаженная прохлада постели нежно укутывала, лесной запах тянул глубже в забытье, а перед лицом вырисовывался чёрный силуэт. Гарри сталкивается с гордо расправленными плечами, но вместо того, чтобы упасть, он летит. Его подхватывают надёжные руки и кружат по воздуху. Вокруг появляется лесная поляна, залитая лунным светом, и ночной ветерок путается в непослушных кудрях. На талию ложится рука, осторожно прижимая к чужому телу. Гарри кладет руку на плечо, и за другую свободную руку его ведут в танце. Парень поднимает глаза и сталкивается с двумя обсидианами, в глубине которых скрыто жаркое пламя.       — Профессор Снейп?       — Гарри… — голос Северуса был тихим, спокойным и даже нежным. Бархат, исходящий от его слов, укутывал полностью и безвозвратно. Мужчина отпустил его руку, крепче прижал за талию и, коснувшись пальцами подбородка, призвал Гарри смотреть ему в глаза.       — Профессор?       — Нет.       — Кто же вы? — чёрные омуты утягивали глубже, не оставляя и шанса на здравую мысль.       — Я Северус. Сможешь угадать чей? — голос немного сорвался на хрип, и по телу мальчика пробежали мурашки.       — Мой Северус?       — Да, Гарри, — мужчина нежно поцеловал его в висок.       — Как такое возможно?       — Что не так?       — Вы… то есть ты, нет, даже не так. С тобой, да. С тобой так приятно.       — Глупый мальчик, — нежно произнёс Снейп, проводя рукой по растрёпанным волосам.       — Это ведь сон? — глаза мужчины резко налились печалью. — Почему-то я не хочу, чтобы он заканчивался. Раз я сплю, поцелуй меня.       Северус слегка улыбнулся и легко прикоснулся к губам парня нежным поцелуем. Ноги Поттера подкосились, и он полетел в вечную бездну, падая всё ниже и ниже. Когда он открыл глаза, обнаружил себя в своей комнате. Всё тот же потолок, те же стены. Прежняя мебель и зачарованное окно. Но внутри самого Гарри что-то изменилось.       — Хэй, парень, ты сам не свой. Что случилось за ночь?       — Драко, а с тобой бывало так, что вот ты знаком с человеком, и всё нормально. Ты воспринимаешь его абсолютно спокойно, как друга, как учителя, смотря, кто он тебе, а потом тебе снится прекраснейший из снов, и ты понимаешь, что всё… — Гарри замолчал, мечтательно уставившись в потолок. Драко немного подождал, но продолжения не следовало.       — Даже не знаю. Ты хочешь сказать, что влюбился в кого-то из-за сна?       — Оу, так вот, что это за чувство. Никогда бы не подумал, что это именно так.       — Слушай, ты меня пугаешь. Тебе четырнадцать, а ты ни разу не был влюблён?       — Видимо, да.       — Странный ты, Потти. Скажи хоть, кто это?       — Не думаю, что это хорошая идея. Может позже? Вдруг, я просто ошибся?       — Хорошо. Не опоздай на зельеварение, а то Снейп тебя прибьёт, не успеешь в любви признаться, — пошутил Драко и пошёл на выход, а Гарри залился краской.       Зельеварение проходило как обычно. Гарри сосредоточился на лекции и не отвлекался даже на тычки Рона. На полях постепенно появлялись зарисовки трав, пузырьков для зелий и рук Северуса, которые нарезали ингредиенты.       — Хорошо рисуете, Поттер, — за спиной появился профессор. — Раз у вас есть время, чтобы рисовать на моих лекциях, значит, будет и для того, чтобы прийти вечером на отработку.       — Хорошо, профессор. Извините, сэр.       Трансфигурация прошла без снятых баллов и назначенных отработок. Так же как и остальные предметы. На ужине Гарри вяло ковырял рагу, предчувствуя тяжелый вечер отработки. Бросив быстрый взгляд на зельевара, парень покрылся мурашками, которые разносили по телу неизвестное тепло. Заметив на себе взгляд, Северус повернулся в сторону смотрящего и наткнулся на зеленеющие глаза. Наверное, именно в этот момент он понял, что это не второй Джеймс и вовсе не Лили. Это просто Гарри, мальчик, который остался совсем один и постепенно познаёт магию, заводит друзей и находит неприятности. Абсолютно такой же, как и любой другой ребёнок. Только этот уже подрос и может думать. Северус невольно ухмыльнулся, вспоминая свои же слова о скудных способностях Гарри к мышлению. Тут зелёный взгляд спрятался за распущенные волосы, и Северус подумал, что можно и прислушаться к просьбе крестника. Вместо отработки будет урок вальса.       — Как, вальс? — не понял ошарашенный Гарри.       — Вы были настолько ужасны на прошлом занятии, что я решил, что вам просто необходимы дополнительные занятия, — Гарри было открыл рот, но профессор продолжил. — Но если вы так желаете, котлы ожидают вас в дальнем углу.       — Нет, сэр. Я готов!       — Отлично. Вы ещё помните, чему я учил в прошлый раз?       — Конечно, профессор.       — Давайте повторим на практике. Начнём сразу с ведения. Не забудьте про приветствие. Вы должны будете вывести даму элегантно. Как вы должны встать? — Гарри встал прямо, расставил ноги на ширине плеч, поднял руку на уровне середины плеча, а вторую руку завел за спину. Впрочем, тут же получив по этой руке газетой, невесть откуда взявшейся.       — Насмотрелись магловских фильмов и творите какую-то чушь! Руку нужно опустить, практически полностью расслабить и только на пару сантиметров отвести кисть от прямой оси, — Гарри попытался выполнить указания. В груди что-то трепыхалось, отвлекая и заставляя ошибиться. — Уже лучше. Теперь покажите мне походку. Гарри прошёлся до стены напротив и плавно развернулся.       — Хоть что-то у вас получатся само по себе. Если нужно будет спешить, советую, чуть согнуть колени и увеличить сам шаг на пару сантиметров. То же самое можно использовать и в самом танце. Ваша спешка не будет слишком заметна, и баланс не нарушится. Теперь пригласите меня на танец.       И Гарри замер. Это прозвучало так сладко и слишком пленительно.       «А можно ли будет танцевать с ним на балу?» — промелькнуло в голове парня.       — Ну и чего вы там застыли, Поттер?!       Парень подорвался с места и подошёл к Снейпу. Только он поднял руку, как тут же получил по ней газетой. Опять.       — Не та рука, мистер Поттер, — Гарри поднял другую, но произошло то же самое. — Вы посмеете приглашать на танец даму, с которой ещё даже не поздоровались?       — Но мы же выйдем вместе.       — Поттер, это знак вежливости для публики. Вы можете быть супругами, но обязаны сделать приветственный жест перед танцем.       — Понял, сэр.       Гарри сделал аккуратный поклон, на который Северус ответил красивым реверансом. Только он расслабился и поднял руку для приглашения, вновь получил газетой.       — Слишком высоко. Вы будете тыкать даме рукой в лицо!       — Но сейчас вы моя дама, я ориентируюсь на вас! — возмутился Поттер и тут же пожалел. Глаза профессора выражали что-то неописуемое. Однако очень скоро последовал удар газетой, заставляя зажмуриться. Когда Гарри открыл глаза, лицо профессора уже было прежним.       — Ещё раз, Поттер.       Гарри вновь поднял руку, приглашая на танец. На этот раз Снейп положил свою руку сверху, давая согласие. Весь оставшийся вечер Гарри учился вести партнёра и не наступать ему на ноги. С чем проблем было больше, не смог бы сказать и сам Мерлин. Бедный старик, наверное, икал в посмертии весь вечер. В свою комнату Гарри вернулся ближе к отбою, не в силах что-либо делать. Усталость перекрывала даже радость того, что он провёл вечер в компании Северуса и пусть даже в пределах тренировки, но все же держал его за руку.       Когда всех собрали для репетиции, пара была у всех, кроме Гарри. Северус походил, повозмущался и сказал, что пока он будет репетировать с ним. Всё было хорошо, но ровно до тех пор, пока дело не дошло до поддержки.       — Мистеру Поттеру нужна пара. Он чисто физически не сможет вас поднять, Северус.       — Думаете, я не знаю этого, Минерва? Я уже не первую неделю твержу мальчишке про пару.       — Не называйте так студента в его же присутствии. Гарри, почему вы никого не нашли?       — Не знаю, профессор. Будто что-то мешает мне. Хочется, чтобы можно было и после танца хорошо повеселиться с человеком. Однако никто не хочет со мной просто так разговаривать. И я стесняюсь, если совсем уж честно говорить, — Минерва тяжело вздохнула.       — Мистер Поттер, мы найдём вам спутницу для танца.       — Думаю, будет лучше, если я не буду с ней знаком.       — Проблематичней, но мы постараемся. Пока возвращайтесь к своим делам, эссе само себя не напишет.       Гарри попрощался со всеми и послушно покинул кабинет Минервы. А ведь он уже готов был сказать, что может быть ведомым в танце. Тогда он остался бы танцевать с Северусом?       — Северус, нам придётся прибегнуть к трансфигурации.       — Как пожелаете, Минерва, — согласился зельевар, а потом будто пришёл в себя. — Что вы имеете ввиду?       — Вы тренировали его почти два месяца, а он до сих пор норовит наступить вам на ботинок. Вы привыкли вовремя уклоняться от его неверных шагов и вовремя помогаете. Кого бы мы ни нашли, мы не успеем добиться слаженной работы.       — Вы хотите трансфигурировать меня в девушку? — Минерва сдержанно кивнула. — Хорошо.       — Рада, что ты так легко согласился. Однако у меня есть к тебе ещё несколько вопросов, — Северус остановился у двери и обернулся. — Первый само собой про твоё самочувствие, а второй касается подавителей, которые ты пьёшь.       — Минерва, я не хочу с вами это обсуждать.       — Северус, пойми, ты просто угробишь себя, а ваша связь останется, причиняя мальчику боль.