Жёлтые пёрышки

Рокко придумал, как дать выход тёмному чувству, которое охватило его. Шансов на то, что его идею получится осуществить, было крайне мало, но попробовать стоило. Он направился в кабинет Рут и достал папку с делом Ленни из ящика стола. К счастью, он нашёл там то, что искал – адрес, по которому Ленни был прописан. Он позвонил Рут и отпросился на пару часов с работы. Она отпустила его. Дальше предстояло самое сложное – занять у кого-нибудь денег. Этого он делать не любил и обычно всеми силами избегал, даже в самые бедственные времена. Выбор пал на Мону – она казалась Рокко самым добрым и самым понятным человеком из персонала тюрьмы, хотя он общался с ней всего пару раз. Мона с радостью одолжила ему нужную сумму, и он помчался на остановку, чтобы не пропустить ближайший автобус и успеть добраться до темноты. Когда он нашёл нужный дом, он обошёл его вокруг в поисках мусорной площадки. Рокко собирался с духом, чтобы начать рыться в контейнерах среди бела дня, но ему не пришлось этого делать. На асфальте рядом с контейнерами стояла картонная коробка, в которой хаотично лежали вещи, похожие по описанию на то, о чём говорил Ленни – ворох тетрадей, подписанные бледным маркером диски в помятых файлах и большой старый плюшевый пёс, который смотрел на Рокко с наивной, сжимающей сердце тщетной надеждой, как смотрят все выброшенные мягкие игрушки. Слушая, как стучит в ушах ускоренный пульс, Рокко бережно взял коробку и пошёл с ней в сторону остановки. Он ехал в автобусе, обнимая коробку обеими руками и светясь от гордости, словно вёз настоящее сокровище. Вернувшись в кабинет, он привёл содержимое в порядок и посмотрел на мониторы. Ленни спал. Рокко расстроился, что не сможет порадовать его прямо сейчас, и стал ждать подходящего момента. Он не стал будить его к ужину, но попросил повара Сэма оставить для него порцию на случай, если он проснётся ночью, не сможет больше уснуть и будет голоден. Рут не требовала от Рокко дежурить круглые сутки – если он заменял её днём, то мог с чистой совестью спать ночью. Но он не хотел ложиться. Почти всю ночь он пил кофе и смотрел в мониторы, чтобы дождаться момента, когда Ленни проснётся, и зайти к нему с заветной коробкой, но Ленни не собирался этого делать, судя по тому, что лежал он так, будто был жидким, и забавно похрапывал. Под утро от избытка кофе, нехватки сна и перенапряжения у Рокко нестерпимо заболела голова, и он решил всё-таки лечь. Проснулся он почти в полдень. Рут была уже на месте. Она спросила о происхождении коробки, и Рокко рассказал ей всё, как было. В очередной раз Рут удивила его своей мудростью и добротой. Она не упрекнула его ни в чём, и даже то, что Рокко уделял Ленни намного больше внимания, чем другим заключённым, оказалось не оплошностью, а заслугой. По её словам, главной причиной нанять ночного дежурного для неё стало то, что сама она не могла уделять достаточно внимания именно Ленни, который нуждался в нём больше, чем все остальные. Тогда Рокко поделился с ней своим страхом разбить Ленни сердце, если вдруг совершит какую-то ошибку и будет уволен. И Рут дала ему самый ценный совет, который он получал в жизни. – Он в своей комнате, – сказала Рут, улыбаясь запредельно ободряюще, – Уже поел. Потом зайдёшь ко мне, обсудим пару рабочих вопросов. Рокко схватил коробку и поспешил к Ленни. – Здесь рылись, – Рокко заметно нервничал, стоя в дверном проёме с коробкой, – И здесь явно не всё, но вот. Ленни не сразу понял, что происходит. Он всё ещё был немного сонным и расслабленным. Рокко занёс коробку в комнату и поставил её на тумбу у телевизора. Ленни заглянул в неё, потом посмотрел на Рокко, опять на коробку и снова на Рокко. – Я подумал, что тебе захочется это знать, – сказал Рокко, – Твои вещи не были в мусорном баке. Они были рядом, в этой коробке. Чтобы люди вроде меня могли их брать. Всё чистое. Ленни достал собаку и прижал её к груди. – Су-у-уши, ты жив, мой дружок, – пролепетал он со слезами на глазах и поцеловал плюшевую голову собаки. – Почему Суши? – усмехнулся Рокко и почувствовал, что у него дрожит подбородок. – А почему нет? – сквозь слёзы улыбнулся Ленни, – Смешно же. – Смешно, – сказал Рокко, стараясь не расплакаться. – Как ты это сделал? – его голос дрожал, – Почему ты это сделал для меня? – А почему нет? – борясь с накатывающими слезами, ответил Рокко, – Решил, что тебе нужны хорошие воспоминания. Ленни пристально посмотрел на Рокко, и у него забегали глаза, как будто он импульсивно пытался принять какое-то решение. Потом, не отпуская собаку, он вдруг упал на колени перед Рокко. – Спасибо тебе, – сказал Ленни. – Э-э-э… Что ты делаешь? – Рокко не знал, как реагировать на этот жест и не совсем понимал, что он значит. Ленни посмотрел на Рокко, встал, замотал головой и закрыл лицо рукой. – Не знаю, – он выглядел растерянным и немного испуганным, – Я хотел обнять тебя, понял, что не смогу, и хотел сделать хоть что-то. Нелепо вышло, да? – Странно немного, – Рокко тоже был растерян. Ленни положил собаку на свою кровать и погладил её, а потом сел на край кровати напротив Рокко, который всё ещё стоял у телевизора. – Я тоже хочу сделать что-то для тебя, Рокко, – сказал Ленни пугающе серьёзно, – Есть что-нибудь, что я могу сделать для тебя? Попроси меня о чём-то. Только не проси что-то абстрактное, вроде «береги себя» или что-то такое, я обижусь. Рокко понял, что лучшего момента для того, чтобы последовать совету Рут, и не придумаешь, хотя он совсем не планировал делать это прямо сейчас. Он не был готов, не успел придумать правильных слов, но такой момент нельзя было упускать. – Выходи за меня, – сказал Рокко. – Ты шутишь сейчас? – Ленни смотрел удивлённо и сердито, как будто готовился отражать атаку. – Нет, – тихо сказал Рокко, – Мне сейчас нечего тебе дать. Я не знаю, как оно у вас заведено, но я так понимаю, что мы вроде как на равных – придумаем что-нибудь вместе, – его сердце так громко колотилось в ушах, что он всерьёз испугался, что сейчас у него лопнет какой-то сосуд в голове. – У кого – у вас? – спросил Ленни, недоумевая. – Ну, у геев, – смутился Рокко. Ленни захлебнулся смехом и упал на кровать. Рокко ждал, когда он прекратит смеяться, но его смех был таким заразительным, что ему тоже стало смешно. – Да хватит уже ржать, – Рокко чувствовал себя как школьник у доски. – Ты только что сделал мне предложение, – Ленни снова сел на край кровати, продолжая смеяться, – И говоришь «у вас, у геев»! – Ты согласен или нет? – Рокко спросил серьёзно и немного раздраженно. – Рокко, я никогда не смогу заниматься с тобой любовью, – Ленни внезапно стал абсолютно серьёзным, – Я даже прижаться к тебе не смогу. – Я как бы догадался уже, – нелепо отшутился Рокко. – И я того, нервный, – по интонации Ленни Рокко не мог понять, действительно он переживает за него, или издевается. – Это я тоже заметил. – И вообще я убил человека и сижу в тюрьме, Рокко. Тебя это устраивает? – Ну, такое. С пивом пойдёт. Что-то ещё? – Боже, – Ленни закрыл лицо руками, – А так можно вообще? Что Рут скажет? – Если бы Рут не сказала мне, что так можно, я бы не додумался, – Рокко устал стоять в ожидании и сел на пол у ног Ленни, – Я люблю тебя, Ленни, – шутить Рокко тоже устал, – И я хочу всегда быть рядом с тобой. Я понимаю, что легко не будет. Но я готов становиться лучше и сильнее, чтобы выдержать всё, что может случиться. Если вдруг что-то пойдёт не так, и меня уволят, то официальный брак даст мне право посещений, и я смогу быть рядом хотя бы иногда. Если тебе это нужно, конечно. – Да чем я такое заслужил?! – Ленни начал плакать и смеяться одновременно, – За что ты так любишь меня?! – Ты согласен или нет? Заебал. – Конечно, я согласен, о чём речь вообще? Спрашиваешь ещё. Смешной такой, – Ленни продолжал смеяться и плакать. – Ну и славно, – выдохнул Рокко, – Мне надо идти, меня ждёт Рут. – Иди, – послушно сказал Ленни. – На обеде увидимся. – Угу.