Атлантида

Спустя пять лет после второй магической войны аврорат смог обнаружить последнюю лабораторию Тёмного Лорда по созданию проклятий. Этот день история запомнила надолго. Группа авроров стремительно двинулась к заброшенному замку. Ноги утопали в грязи, в глаза заливалась вода, но храбрым волшебникам было всё нипочём. Разделившись на две группы: одна штурмующая, вторая оцепляющая здание, они ждали команды. Как только все авроры были на позиции, мощное диффиндо выбило хлипкие двери и, оказавшись внутри пустого старинного холла. Они сначала опешили. Ни сигнала тревоги, ни начавшейся суеты и в помине не было. Так тихо, что слышно, как капли разбивались о поверхность воды, эхом отражаясь от полуразрушенных стен. Командир штурмующей группы Стефан Блейк сначала решил, что сигнал оказался ложным, но чувство тревоги не покидало его, поэтому он рукой дал команду проверить все комнаты, а сам двинулся к зияющей дыре на полу. Каменная лестница ввела к открытому входу в подземелья. Дождавшись рапорта о том, что здание пусто, он скомандовал: — Трое со мной. Остальные, ждать наверху. Если мы не вернёмся через 15 минут, вызывайте подмогу. Старший аврор Уиллиям Бладроуз остался за главного, пока четверо волшебников спускались в подземные лабиринты. Минуты шли, шум капель бил по вискам, раздражая нервную систему и без того напряжённого Бладроуза, но четверых солдат, как и след простыл. Он поглядывал на наручные часы, заставляя себя не смотреть на напряжённых солдат. Всё внимание было приковано к тьме, что сгущалась за тюремной решеткой. Сильно сжав в руке палочку, он неотрывно смотрел вниз, ожидая возвращения своего наставника и задаваясь вопросом, почему он позволил им разделиться. Должно быть, в подземельях находился не один десяток выживших пожирателей смерти и работников лаборатории, которые, несомненно, несли ужасную опасность. Никто не знал, какие проклятия они изобрели и как с ними бороться. Но, стало быть, в одном командир Блейк был прав — снаружи у них было больше шансов завершить миссию с минимумом потерь среди своих. — Время, — произнёс он, наконец открывая взгляд от минутной стрелки часов. Он только собрался дать команду аппарировать аврору Риз, как из подземелья послышались шаги. По меньшей мере, четыре человека приближались к ним, но их образы оставались неразличимы. Рукой подав знак держать-палочки-наготове, он ждал. Как же он сильно он желал, чтобы командир вернулся и сказал, что всё чисто, и наконец, тень вышла на свет. Стефан Блейк шёл обрывисто, словно был ранен в окружении трёх своих верных солдат. Определённо, что-то опасное исходило от него. Всем своим телом Бладроуз ощутил тёмную магию. Она всё сильнее давила на него, спирая воздух в лёгких, но он ждал команды от своего командира. Два шага. Три. Командир споткнулся на лестнице, и старший аврор стремительно спустился, помогая тому встать. А затем Уилльям Бладроуз ощутил жгучую боль в области шеи, и мир перестал существовать.

***

Чёрное такси быстро неслось по узким улочкам пригорода, вздымая колёсами клубы пыли. Полностью лишённый слуха водитель невпопад подпевал современной певице, которую крутили по местному радио так часто, что она успела надоесть чуть ли не каждому жителю городка, а сидящие сзади мальчишки тихонько хихикали, тайком передразнивая горе «певца». Кевин чувствовал себя на редкость воодушевлённым. А как же? Очередная школьная поездка прошла для него идеально. Он впервые попробовал алкоголь, подрался со своим главным врагом, а в последний день урвал поцелуй первой красавицы школы - Агаты. И плевать, что девчонка после этого отвесила ему звонкую пощёчину и убежала обсуждать его дерзкий поступок с подружками, — Кевин и без того был счастлив. Его друг Лиам, такой же пятнадцатилетний подросток, как и он сам, вёл себя куда скромнее, но стремление Кевина стать взрослым поддерживал и даже прикрывал перед учителями. И именно отец Лиама встретил их на вокзале и сейчас отвозил домой. — Кевин, а почему твоя мама тебя не встретила? — спросил мужчина и тут же закашлялся, прикрывая рот ладонью. — Она позвонила мне вчера днём и сказала, что плохо себя чувствует. Видимо, заболела, раз так и не приехала, — пожал плечами подросток и отвернулся к окну. Чистые улочки тихого города ничуть не изменились за время их недельного отсутствия. Разве что людей было видно чуть меньше, чем прежде, но Кевин списал это на жаркую погоду — вряд ли кому-то захочется покидать дома с кондиционерами. Впрочем, проезжая мимо дома Гринов, мальчишки убедились, что далеко не все предпочитали прятаться в прохладе. Глава семейства и по совместительству начальник местной полиции Дэвид Грин вышел из калитки своего дома и, не отрывая взгляда от проезжающей мимо машины, спустил домашние штаны, принявшись мочиться прямо на тротуар. — Что он делает?! — восторженно хохотнул Кевин, обернувшись к другу. — Лиам, скорее снимай его на камеру! — Пап, чего с ним такое? — Не знаю, может, выпил лишнего? — продолжая смотреть на Дэвида в зеркало заднего вида, хмыкнул мужчина. Через пять минут они остановились напротив дома Кевина, и мальчишки попрощались, пожав друг другу руки. — Спасибо, что подвезли, — улыбнулся подросток, но так и не дождался ответа от вновь закашлявшегося мужчины. Хлопнув дверцей, Кевин толкнул калитку родного дома и с воплями помчался по аккуратной дорожке прямиком к крыльцу, мимо буйно разросшегося сада. Вот только поднявшись по трём ступенькам, тут же заметил сидящего в кресле-качалке деда. Старик даже не посмотрел в его сторону — продолжил бесшумно раскачиваться и смотреть в одну точку, улыбаясь своим мыслям. — Деда, привет, — громко поздоровался подросток. Не дождавшись никакой реакции, мальчишка поднял свалившийся на пол клетчатый плед и накинул его обратно на скрюченные от давней болезни колени дедушки. Но даже оказавшись в доме, Кевин понял, что и здесь его никто не собирался встречать. Раздражённо стянув запылённые кроссовки, подросток заглянул в гостиную, где в обнимку с приставкой сидел старший брат. Итан даже не повернул голову, продолжая с упоением драться с монстрами на экране, жадно впитывая в себя звуки стрельбы и стоны поверженных врагов. — Звук убавь! — крикнул Кевин, тут же тише добавив: — Вот придурок. Мать нашлась на кухне. Она сидела за столом в окружении целой горы блестящих фантиков, а ещё несколько пустых коробок из-под конфет лежали на кухонной тумбе. — Привет, сынок! Как добрался? — невнятно прочавкала женщина набитым шоколадом ртом. Кевину хотелось схватить салфетку и вытереть испачканный рот матери, но он лишь неодобрительно покачал головой. — Мам, ты же хотела сидеть на диете. Женщина пожала плечами, отправив в рот очередную конфету. — Есть что на обед? — спросил Кевин, но открыв дверь пустого холодильника тут же её захлопнул. — Поделись хоть! Но стоило протянуть руку к коробке, как мать ударила по пальцам с такой силой, что подросток невольно взвыл, прижимая к груди вспыхнувшую болью конечность. Понимая, что извинений ждать бессмысленно, Кевин бросился на второй этаж, где и заперся в своей комнате, раздражённо швырнув в угол рюкзак. Голодный, растерянный, он подошёл к окну, глядя на ещё более тихий, чем прежде, будто вымерший город, и остановил взгляд на соседском доме. Там, прямо посреди залитой солнцем лужайки, испачкавшись в сочной зелёной траве, исступлённо трахались супруги Гаррисоны. Смотреть на секс парочки, возраст которых уверенно стремился к пятидесяти, желания не было, и Кевин поспешно опустил жалюзи, растирая отчего-то слезящиеся глаза. — Да что тут у них происходит? — опустившись на кровать, выдохнул подросток. Происходящее начинало его тревожить всё больше и больше. И если дед уже давно был немного не в себе, то за всеми остальными Кевин никогда не замечал ничего подобного. Ну хорошо, Итан всегда был зависим от компьютерных игр, а мать от сладкого, но раньше они никогда не игнорировали его столь явственно, отдавая всю себя любимым занятиям. Гаррисоны, к слову, вообще были образцом идеальной семьи, не позволяли себе даже целоваться на людях, не говоря о чём-то большем. А уж начальник полиции Грин, всю жизнь борющийся с местными хулиганами, а сейчас справляющий нужду на виду у всех, и вовсе находился за гранью понимания. Вот только додумать мысль мальчишка не успел — с первого этажа раздались истошные вопли брата и треск ломающегося пластика. Не долго думая, Кевин выскочил из комнаты и вихрем сбежал вниз, затормозив на пороге гостиной. Итан яростно пинал голой пяткой приставку, не замечая, что из кожи давно торчал острый кусок пластика, а весь пол был залит кровью. Судя по застывшей на экране картинке и монотонному гудению, игра зависла. Такое случалось и раньше, нужно было просто перезапустить стрелялку, но впавший в истерику Итан явно игнорировал наиболее простой путь решения проблемы. — Мам, иди сюда! Успокой его! — крикнул Кевин, но мать продолжила невозмутимо шуршать фантиками на кухне. Обернувшись к брату, подросток понял, что Итан уже не доламывал приставку, а внимательно смотрел на него, не пряча абсолютно стеклянных и безэмоциональных глаз. — Эй, брат, ты в порядке? — сделал шаг ему навстречу Кевин. И он совсем не ожидал, что, оскалившись и сжав в ладони выдернутый из ноги осколок, Итан бросится с диким воплем прямо на него.