Мой любимый учитель математики.

Открывая дверь уже готовя слова для извинений, он увидел там Никиту Андреевича. «Что? Он точно у кабинета физики? Да, вроде да.» — подумал юноша. Паша посмотрел на надпись на двери "кабинет №37. Физика." Всë верно, заглянул в помещение, класс вроде его, да и Лëха сидит на последней парте, точно сюда ему. — Вершинин, вы опоздали на двадцать минут от урока, могли бы уже вовсе не приходить, — сказал Никита Андреевич, довольно таки серьезно, посмотрев на часы, на своей запястье. От чего Паша просто не знал, что ему делать. Стоит ли пройти дальше? Или уже нет смысла? Он так и стоял в дверном проëме держа обеими руками рюкзак, прижимаясь к стене плечом, — ладно, проходите, но имейте ввиду, в следующий раз я имею полное право вас не пустить, — предупредил тот и перевëл свой взгляд на класс. — Спасибо, — единственное, что удалось промямлить Паше в этой неловкой ситуации, после чего он быстро дошëл до нужной ему пары, сел рядом с другом и спрятал руки под парту. Руки тряслись, ладони ужастно потели, коленки дрожали, отдавая еле слышным топотом кроссовок по полу. Павел безудержно тëр ладони рук о колени, пытаясь успокоиться, в горле стоял ком, что не давал спокойно говорить. Так, еще и окно рядом было открыто, что добавляло еще большего дискомфорта парню. — Пашк, ты чего молчишь? С другом поздороваться не хочешь? — сказал Горелов кладя руку на часть парты Паши. Друг буквально вывел бедного парня из оцепенения и транса, — а? Извини, Лëх, задумался. Привет, — он подал тому руку под партой для приветствия на что друг ответил взаимностью. — У тебя чего руки так трясутся? — он посмотрел на Пашу, — после вчерашней тусы что-ли? Павел заметил раздражённый взгляд учителя на них двоих. — Типо того, Лëх, давай на перемене поговорим, — он вновь убрал руки под парту и принялся слушать новую тему. Урок проходил довольно таки спокойно, для кого-то плодотворно, в частности для тех, кто ходил в школу действительно за получением знаний, например, для очкарика, что сидел за первой партой подпирая руками голову, подняв взгляд на учителя и не обращая внимания на других спокойно слушал, по возможности задавая волнующие его вопросы. А для кого-то этот же урок физики проходил максимально скучно и монотонно, например, для того же Пашиного друга — Лëхи, что болтал ногой под партой, попутно переписываясь со своей девушкой Настей и ловя на себе взгляды Перфиловой, которую Алексей готов был послать на все четыре стороны прямо сейчас, будь они в более удобной обстановке. Для Паши же эти грëбанные двадцать минут проходили ужасно, его будто бы ломало изнутри: он изнывал, руки так и не перестали потеть от волнения, его начинало трясти еще больше, как только он ловил на себе взгляд Никиты Андреевича, что объяснял тему пытаясь уловить на себе внимание каждого ученика, дабы убедиться что говорит не в пустоту. Паше, это было совсем не на руку, его словно в жар бросало от этого взгляда, хоть фактически Никита смотрел на него всего одним глазом, ибо большего ему не позволяла маска, за которой он прятал не пойми что. Паше так хотелось снять его и разглядеть, что же там под ней, увидеть Никиту Андреевича полностью, всë его лицо, его эмоции, чувства, ведь каждый день он и другие люди видят его скорее бесчувственным, нежели жизнерадостным или хотя бы просто сосредоточенным, людям иногда впринципе сложно выражать эмоции, а если еще и почти всë лицо закрыто маской, так вообще ужас как невозможно, ты практически общаешься с роботом, только с человеческими потребностями и желаниями. За всеми своими размышлениями Паша не заметил, как прозвенел звонок и им уже нужно было идти на другой урок. — Па-а-аш, Паша! — Лëха уже минуту пытался достучаться до парня, то и дело дëргал его за плечо левой рукой. Паша еле смог оторвать взгляд с Никиты, который вытирал доску влажной тряпкой и уже находился спиной к классу, в котором собственно остались только Паша и Лëха. — Паш, ты совсем уже головой поехал? Нам идти нужно, а ты тут расселся и ни на что не реагируешь! Я уже за тебя бояться начал, — обеспокоено говорил друг. — Лëх, извини, я чëт подзавис, видимо никак не отойду от вчерашнего, — говорил Паша поворачиваясь корпусом к другу, — слушай, ты иди, а я тебя догоню, мне еще кое-что узнать нужно. — Хм, ну ладно, как хочешь, — он пожал плечами, но всë же ушëл. Павел встал из-за парты и собрал все свои вещи в рюкзак, смотря на часы на своей руке — "Так, осталось десять минут" — подумал Паша прежде чем подойти к учителю. — Никита Андреевич, а можно вопрос? — натягивая ручку рюкзака на плечо и подходя к учительскому столу, интересовался парень. — Ну, по сути ты уже его задал, — Никита Андреевич, отвлëкся от каких-то своих важных документов, поднял голову и перевëл взгляд на парня, — говори, что хотел. — А, да я так, а можно узнать, что вы прячете под своей, этой маской? Что в вас уж такого таинственного, что нельзя никому видеть? — Паша будто осмелил на глазах, будто пару дней назад и не было этого тревожного Паши, трясущегося от страха перед педагогом. Никита даже немного опешил, за десять лет преподавания его никто из учеников не осмеливался об этом спросить, все лишь странно смотрели, но спросить не решались, да и объясняться перед ними не было сущей необходимости. — И ты считаешь что этот вопрос корректен по отношению к педагогу? — встав из-за стола и подходя практически лоб в лоб рядом с Вершининым, Никита остановился, — ты действительно считаешь, что я должен сейчас объяняться перед тобой? — по мужчине было видно, что его этот вопрос очень разозлил, он не любил поднимать тему его лица и этой дурацкой маски, к которой он фактически уже чуть - ли не прирос. — Нет, извините, я просто... — теперь уже, очередь опешить пришла Вершинина. — Что, ты просто? — с его большим напором возникал Антонов. — Я...я не подумал, — он опустил глаза в пол, — извините, — скрестив пальцы рук между собой вымолвил юноша. — Извиняю, а теперь иди прочь! — он указал на дверь, выход из класса, — и чтоб больше подобного я не слышал, я не обязан объясняться за свой внешний вид перед каким-то мальчишкой! — он фактически выгонял Вершинина из класса. — Хорошо, простите, — уже в третий раз извинялся Паша, буквально выбегая из класса под режущий уши шум звонка на урок. Ещë пару минут Паша стоял подперев дверь спиной и не мог отдышаться, прийти в себя, но все же нужно было собраться и идти на урок, последний урок — английский. Паша дошëл до нужного кабинета, сел по привычному, вместе с Лëхой. — О, Пашк, узнал, что тебе нужно было? — разчорачиваясь к Вершинину, спросил друг. — А, да, не свосем, — Паша, старался не думать, о том разговоре, но любопытство взяло вверх. — Лëх, а ты вот говорил, про Гошу, что он какой-то крутой айтишник, и типа, может ещë любую инфу про человека найти, если надо, правда? — интересовался Паша. — Ну да, мне когда что-то нужно, он всегда узнаëт и инфа верная, — говорил Алексей, — а тебе зачем? — Да, так, просто, — Павел задумчиво отвернулся от собеседника, в сторону классной доски. — Про Аньку свою решил у него вы выведать всë? — не унимался Алексей, задевая Павла плечëм, подыгрывая. — Лëх, да не моя она, ну, типа того, не важно, — Вершинин не хотел говорить другу о своих замышлениях, по крайне мере пока. — Ой, ну ладно, захочешь, твоя будет, у тебя есть отличный учитель по пикапу, в моем лице, — Лëха опëрся спиной на спинку школьного стула, и вальяжно раскинул руки на груди. — Я учту, — подыграл ему Вершинин. В конце урока, Паша, то и дело косился на Гошу, дабы не выпустить его из виду. Когда прозвенел звонок, Паша, сказал Лëхе идти домой без него, а сам направился к Гоше. — Гош, не против домой вместе дойти? Разговор есть, — подходя к своему недавнему знакомому, спросил Паша. — Да, кончено, что за разговор? — Выйдем, я все тебе объясню. Выйдя из школы, Паша наконец-то почувствовал некую свободу, теперь хотя бы можно говорить спокойно, без всяких заумных слов и не получить за это от проходящего мимо учителя. Они прошли с Гошей мимо детской площадки на территории школы, где играли дети из младших классов, такие беззаботные, некоторые ждали родителей, кто-то просто не хотел идти домой; у них ещë было это время, время на веселье и жизнь без каких-либо проблем и лишних забот, они просто играли и ни о чëм не думали. Паше даже захотелось на миг вернуться в то время, когда он мог не думать, ни о чëм: о проблемах матери с отцом, на что им дальше жить, как и куда поступать, кем работать, как помочь маме... Из этих мыслей его вывел Гоша: — Паш, ты о чëм задумался? — Да, так не о чëм особо, — сказал Вершинин и продолжил движение. — Так, какой у тебя там ко мне разговор был? — интересовался Гоша. — А, да, Гош, ты можешь, узнать там инфу про конкретного человека, если особо нет никаких данных? — спросил Паша, смотря на парня, сквозь слегка опушённый капюшон зимней куртки. — Да, в принцы можно попробовать, а про кого информация нужна? — обернулся на него Гоша, продолжая идти и уже завернул на их с Пашей улицу, они жили рядом. — Да, про препода нашего нового, —Паша проговорил это слегка неуверенно, тихо. — Про Никиту Андреевича, что-ли? А тебе зачем? Если не секрет. — Да, просто, интересно, что у него за маска такая на лице, и в целом, странный он какой-то, мутный, что-ли, — Паша, не знал как и чем объяснить свою любознательность, сам не понимал, почему ему это так интересно, — я понимаю, что лезть в личную жизнь преподов мы не имеем право, и это не наше дело, но мне очень интересно, почему он такой, может с ним случилось чего. — Странный здесь скорее ты, ну маска, и маска, может у человека ожог на лице, — говорил Гоша, они уже стояли у подъезда Паши, а Гоша жил дальше, в частном доме, — что-то, когда к нам пришла училка с протезом ноги, ты так не переживал и не интересовался, — подметил Георгий. — Да я не переживаю вовсе, — ответил тому, Паша, — просто интересно и всë. — Ладно, Паша, я попробую, что-нибудь узнать, как найду всю инфу, тебе скину, — Гоша положил руку на плечо Паши, дав понять, что разговор подходит к концу. — Гош, спасибо, с меня пиво, — Паша снял капюшон и поднял взгляд на парня. — Да, не надо, всë равно, я пиво не пью, потом просто тоже мне с чем-нибудь поможешь. — Окей, договорились, — Паша протянул тому руку, дабы попрощаться. Гоша ответил тем же, попрощавшись, они разошлись по домам. Дома, Пашу встретила мама, которая только что пришла с работы. — Привет, Паш, — проговорила та, — ты голодный? — Привет, мамуль, очень, — Паша снимал обувь и вешал куртку в шкаф, в прихожей, — я сейчас, только переоденусь. Спустя пол часа, Паша уже сидел за одним столом с мамой, допивая свой чай, они обсуждали, что вообще произошло за день. — Паш, а я тебя из окна с каким-то парнем видела, это кто? — поинтересовалась женщина, отпивая немного напитка из своей кружки. — Мам, это Гоша, мой одноклассник, мы особо с ним не общались, а на последней тусе, нас Лëха познакомил. — Ну, ясно, а парень то хоть хороший? — спросила мать, немного беспокоясь за сына. — Да, мам, хороший, можешь не беспокоиться, всë нормально, правда, — Паша обратил внимание на кнопочный телефон, лежащий на столе, — Мам, а твой телефон починить так и не удалось? — Сказали ремонту не подлежит, ну ладно, мне и с этим нормально, — угрюмо произнесла женщина. Врëт, Паша знает. Чтобы, он не переживал лишний раз. Но Вершинин уже давно записал на подкорке своего мозга, что должен подарить маме новый телефон, ещë по лучше старого, разбитого. Тут на телефон Паши пришло сообщение от Гоши, он скинул информацию, "да так быстро",— подумал Паша. — Мам, ладно, мне уроки нужно делать, там опять по математике много задали, пойду, — мама одобрительно кивнула в сторону сына, котрый уже выходил из кухни. Зайдя в комнату Паша первым делом открыл ноутбук, заходя на свою страницу в социальной сети, зашëл в диалог с Гошей и увидел пару снинутых ссылок, фото и прочее. Заголовки открытых сайтов поразили Пашу с первого взгляда, он увидел там, чего уж точно не ожидал и даже представить боялся...