Выше нас

К превеликому сожалению капитана пятого отряда, происходящее в рядах Готэй-13 совсем не отменяло их основной работы — патрулей. Двенадцатый отряд функционировать не перестал, конечно же, и внимательно наблюдал за брешами в пространстве. К еще большему сожалению Хирако, очередная брешь была зафиксирована на территории Руконгая, находившейся под ответственностью именно его отряда. Можно было бы отправить патруль во главе с Хинамори. Или Гином. Или Айзеном, чтобы убрать его со своих глаз. Но стоило подумать о том, что без его надзора погибнут люди, Шинджи начинал обливаться холодным потом. Поэтому сейчас он шел в составе небольшой группы шинигами через лес. Прямо за ним шагали двое из двенадцатого отряда с какими-то приборами в руках — Хирако даже вникать не хотел. Он знал, что этих двоих нужно охранять тщательно, чтобы они запечатали брешь в пространстве, и этого хватало. — Здесь было пять сигнатур, — подал голос один. — Маюри-сама сказал, что, скорее всего, эти пустые могут скрывать реяцу, поэтому на датчиках сейчас ничего нет. Хирако кивнул. Хорошо, что он сам пошел. — Остановимся здесь, закроем брешь и начнем прочесывать все в радиусе нескольких километров. Место, где зияла дыра в пространстве, было весьма удобным для небольшого лагеря. Деревья здесь росли реже, а через двести метров было лесное озеро, из которого, если понадобится, можно набрать воды. Отлично. — Капитан, не логичнее ли, что они впятером направились к ближайшему поселению? Если они могут скрывать реяцу… — Если они это могут делать, значит, они не настолько глупы. Охота в населенном пункте громкая и кровавая, мы бы это уже знали. Вероятнее они прячутся в этих лесах, — он указал на деревья. — Никто не обратит внимания, если несколько душ пропадут здесь. Возражений больше не поступало. Пусть в отряде Шинджи подчиненные свободно обращались к капитану и другим офицерам, субординацию совсем уж не нарушали. Раздав указания, Хирако огляделся и взял своего лейтенанта, которого, естественно, не собирался больше оставлять без присмотра, за предплечье, чтобы отвести чуть в сторону. — Не ты ли оставил проход после нашего… —Ты считаешь, я настолько неаккуратен? — Айзен улыбнулся, но Шинджи видел, что тот уязвлен. — Я считаю, что ты хитрый ублюдок, — честно ответил Хирако и вновь глянул, как подчиненные расставляют ловушки кидо по периметру. — Я схожу сначала один, посмотрю, есть ли смысл в патруле. Ты остаешься в лагере. — Один? — переспросил Соуске, просто чтобы выразить, насколько сомнительно звучала эта идея. Хирако вздохнул, посмотрел на верхушки деревьев и вернул взгляд на лейтенанта. — Попытаюсь выманить их своей реяцу. Если не выйдет, применю банкай. Никого рядом быть не должно, понял? — Да, капитан, — Айзен кивнул, сложив руки за спиной, и Хирако, окинув его скептичным взглядом, развернулся, чтобы в следующий момент исчезнуть в шюнпо. Ветки деревьев мягко пружинили под весом его тела, и Шинджи прекратил сдерживать духовную энергию, позволяя ей растечься свободно. Как только он перестал ощущать свой отряд, Хирако остановился, осмотрелся и принялся ждать. Если честно, он не очень-то надеялся поймать пустых на себя. Если те действительно были умны, они бы скорее напали на лагерь. С другой стороны, они могли быть достаточно самонадеянны. И будто в ответ на эти размышления слева раздался хруст веток, Хирако молниеносно достал Саканаде из ножен и рассек маску. Один есть. Второй тоже напал почти сразу, и, расправившись с ним, Шинджи сел обратно на ветку и принялся ждать. Применять банкай, не понимая конкретного радиуса, здесь было бы опрометчиво, рассудил он, да и эти пустые доставляли неудобство лишь тем, что могли скрывать реяцу, но не внешний вид, поэтому патрулирование было бы куда эффективнее. Поднявшись, Хирако еще разок осмотрелся и направился обратно в лагерь, но где-то на полпути его сердце пропустило удар, а реяцу скакнула. Пришлось вцепиться в ствол, чтобы не свалиться с ветки, пока в солнечном сплетении разливался знакомый холод. — Ты теперь даже не во время боя пытаешься вырваться? — шепнул он пустому внутри себя, хотя не был уверен, что тот понимает речь. Если кто-то из рядовых увидит на нем маску… Да не только рядовые. Если хоть кто-то, кроме Айзена или Хачи увидит, как он превращается в пустого, придется бежать в Генсей, потому что он не Соуске — свидетелей обдурить иллюзиями или вовсе их убить не сможет. Вдох-выдох. Холод отступил. Вдох-выдох. Шинджи перепрыгнул на следующее дерево и прислушался к собственным ощущениям. Вроде пронесло. Остаток пути до лагеря он с тревогой размышлял о том, что придется делать, если пустой полезет наружу перед его отрядом. Впервые Хирако пожалел, что отстриг когда-то волосы. Так бы он мог прикрыть ими лицо хоть на какую-то долю. Он спрыгнул с очередного дерева прямо позади Айзена, разговаривавшего с теми двумя из двенадцатого. — Брешь закрыта, — увидев Шинджи, они мгновенно отчитались, а Соуске повернулся, окидывая капитана внимательным взглядом. — Получилось? — Двое. Слабые, особой угрозы не представляют. Подождем немного, посмотрим, удастся ли их приманить на ловушки. Если нет, начнем прочесывать лес, — кивнул Шинджи. — Осталось трое, значит, — Айзен протянул руку — один из членов двенадцатого отряда отдал ему прибор, и Соуске продемонстрировал на нем карту капитану. — Вы были здесь. Получается, территориально нам следует начать с востока, потому что север занимает озеро, а с юга мы пришли. — Отлично, так и поступим, — Шинджи кивнул и хотел было направиться к остальным, чтобы сообщить об этом плане, но лейтенант тронул его за руку и качнул головой в сторону, чтобы отойти. — Я могу отыскать их и расправиться с ними один. Гарганта закрыта, больше дел не останется, вернемся в Сейретей быстрее. Хирако тихо прыснул в ответ на такую внезапную самоотверженность. — Ты куда-то торопишься, Соуске? — Ты бледный. Улыбка сползла с лица Шинджи, и он тяжело сглотнул. — Ты сегодня задался целью оспаривать все мои приказы? — Я пытаюсь тебе помочь. — Тогда иди и сообщи остальным… — Шинджи резко повернулся на звук пиликнувших приборов. Пиликанье повторилось, и капитан подбежал к бледнеющим на глазах членам двенадцатого отряда. — Что происходит? — Вокруг нас вот-вот откроются восемь проходов. Хирако осмотрелся и заметил, как воздух пошел рябью, а затем и трещинами. Соуске рядом с ним нахмурился и вытащил занпакто из ножен. — Вы не можете это предотвратить? — Шинджи обратился к этим двоим, сохраняя видимое спокойствие. В конце концов, он был здесь самым старшим офицером и не должен был допускать панику. Да и… Он и сам не понимал, почему продолжает надеяться на Соуске, если должен был наоборот ожидать нож в спину в любой момент. — Не вдвоем! — Шлите запрос на подмогу из двенадцатого, — Хирако выставил кидо-барьер вокруг первого прохода и стиснул зубы в негодовании. Вот тебе и патрулирование территории. — Соуске, помоги им. За их сохранность отвечаешь головой. Лейтенант коротко улыбнулся. В его случае эта угроза значила не буквальную угрозу убийства или разжалования. Это значило, что Шинджи опять начнет его игнорировать. Или опять перестанет появляться в казармах. Действительно было легче сохранять членов двенадцатого отряда живыми, чем потом разбираться с собственным негодованием и настроением капитана. Сам же Шинджи довольно резво скакал по периметру, рассекая маски пустых, полезших гурьбой из зиявших трещин в пространстве. Однако, как заметил Соуске, Хирако становился все медлительнее, а в его движениях больше не было сосредоточенности. То же самое он наблюдал и тогда в Уэко Мундо. Пустой рвался наружу? Айзен бросил взгляд на свой занпакто. Если начнутся проблемы, он попросту создаст иллюзию, а сам… А что он сделает сам? Будет ли пустой в Хирако настолько безжалостным, чтобы убить всех, кого видит? Использует ли он рядовых шинигами, чтобы не дать Айзену подобраться ближе? Соуске как следует задуматься над этим не успел: краем глаза он заметил движение со стороны леса. Два пустых попались в расставленные кидо-ловушки. Он прыгнул к ним и рассек маски. Четверо, значит. Айзен повернулся обратно и окинул взглядом оставшиеся гарганты, окруженные барьерами кидо. Шинджи выглядел неважно. Для капитана кучка пустых подобного уровня была даже не тренировкой, а простым развлечением, но Хирако явно тратил куда больше сил на пустого внутри. «Упрямец», — мысленно посетовал Соуске, направляясь к суетящейся парочке из двенадцатого, чтобы помочь запечатать бреши. — Никто не ранен? — голос Шинджи, несмотря на состояние капитана, все еще звучал четко и громко. — Никак нет, — послышалось в ответ, а следом Айзен услышал за спиной шаги. — Дождемся прибытия двенадцатого, пусть обследуют местность, — вновь произнес Хирако. — Разбейте шатер. Потом двенадцатому пригодится для оборудования. — Капитан, — Соуске привлек его внимание к себе, развернувшись, и отметил, что Шинджи уже выглядел так, будто вот-вот рухнет в обморок. — Еще два пустых из первоначальной группы были убиты. Остался один. — Отличная работа, — тот махнул рукой, жестом позволяя остальным разойтись, а сам оперся на плечо Соуске. — Следи за обстановкой. Мне… Надо отойти. Айзен придержал его за талию, желая возразить, но что именно сказать, не знал, а капитан не стал вырываться, только посмотрел устало. Их мысленный диалог длился не больше нескольких секунд, но за это короткое время Соуске понял, что давить не стоит: Шинджи все еще отказывался от его помощи, и как бы это ни раздражало, лейтенанту оставалось только ждать и наблюдать со стороны. Он убрал руку с талии и положил ее на прохладную щеку Шинджи, поводил большим пальцем по скуле, отмечая, что капитан не сразу отстранился. На мгновение ему показалось, что Хирако вот-вот сам прижмется к нему, но тот отступил и направился мимо рядовых к озеру. — Тайчо в порядке? — спросил один из них у Айзена. — Да. Только немного испугался за вашу сохранность, — улыбнулся лейтенант, складывая руки за спиной. Технически, он не соврал. Хирако всегда следил за состоянием своих подчиненных, только на этот раз опасность исходила от него самого. Рядовой тоже улыбнулся — приятно знать, что глава отряда заботится о своих подопечных, а Соуске снова взглянул в сторону озера — белое капитанское хаори заметно выделялось среди зелени леса — и наконец отвернулся, чтобы проследить за деятельностью отряда. Как только перестал ощущать на себе всевидящее око своего лейтенанта, Хирако рухнул на колени и зачерпнул воды ладонью, чтобы смыть с лица фантомное ощущение маски. Его отражение на глади лесного озера выглядело и вправду паршиво. Нужно возобновить тренировки с Хачи. Нужно понять, что вообще провоцировало потерю контроля. Нужно… Шинджи нахмурился, заметив движение в воде. С каких пор в лесных озерах водились такие крупные рыбы? Он только успел подскочить, как почва ушла из-под ног, и его окружило холодом. Щупальце обвило его крепко, не позволяя двигать руками. Вытащить занпакто Хирако не мог, но направил два пальца в сторону раскрытой пасти пустого, мысленно произнося заклинание кидо, но щупальце еще сильнее его стиснуло, и Шинджи раскрыл рот от боли в ребрах, выпуская оставшийся воздух из легких. Какой идиотский способ умереть. Однако пустой в нем явно был не согласен так быстро лишаться сосуда. Над левым глазом начала образовываться маска, а по жилам растекся холод, который напитывал тело Шинджи легкостью и силой. Он рванул руками в стороны, освобождаясь от щупальца, но больше ничего сделать не успел — атаковавшее его существо было рассечено на мелкие кусочки, а вокруг Хирако сомкнулись сильные руки и потянули его на поверхность. Шинджи жадно глотнул воздуха, вцепившись пальцами в ткань формы Айзена, пока тот давил на светловолосый затылок, уткнув капитана лицом в собственную грудь. — Нагрейте воды и принесите в шатер одеяла, — скомандовал он, и только сейчас Хирако понял, что на берегу были другие члены отряда. Когда в ответ раздались возгласы, а затем послышались отдаляющиеся шаги, Шинджи отстранился от груди своего лейтенанта и посмотрел на него. Маска, успевшая покрыть глаз и левую скулу, осыпалась и растворилась в воздухе духовными частицами. Лицо Айзена было спокойным и, казалось, не выражало ничего, но в его взгляде читалось негодование. «Почему ты позволил слабому пустому застать тебя врасплох?» Шинджи хотел бы и сам знать ответ на этот вопрос. Они оба упрямо молчали, пока Айзен, не спросив и не желая слушать возражений, нес капитана на руках до лагеря. За ними оставался мокрый след на земле и траве, и Шинджи запоздало подумал, что сухой формы на смену точно не найдется. Когда прибудет исследовательская группа из двенадцатого, придется встречать их либо в мокром, либо с голым задом. В шатре он молча разделся, игнорируя тяжелый взгляд Соуске на себе, и укутался в принесенное одеяло. — Хочешь что-то сказать, говори уже, — Шинджи обернулся и тоже уставился на лейтенанта. — По крайней мере, на этот раз тебя никто не проткнул, — Айзен не стал скрывать смешок, из-за чего Хирако раздраженно цыкнул и закатил глаза. — Ты мне до конца жизни припоминать тот случай будешь? Айзен теперь смотрел внимательно и цепко: Шинджи все еще злился на него, это было видно, и доверие с его стороны, если оно вовсе осталось, трещало по швам. Но эти неаккуратно брошенные фразы говорили куда больше, чем Хирако хотел показать. — Да, если ты так предлагаешь провести с тобой всю жизнь, — Соуске жадно следил за сменяющимися на лице капитана эмоциями: тот округлил глаза в удивлении, затем на мгновение в них промелькнуло что-то уязвимое, но Хирако тут же попытался это скрыть, нахмурившись. Айзен взял его лицо ладонями, вновь пытаясь отыскать ту эмоцию, но Шинджи стойко терпел его взгляд, пытаясь выглядеть угрожающе, хотя чем дольше они стояли вот так, тем сильнее он чувствовал, как начинает щипать в носу. Он взял Соуске за запястья и отстранил его руки от своего лица, опуская голову. — Перестань, — голос Хирако звучал едва слышно. — Как раньше, уже не будет, Соуске. Я твой эксперимент, а ты… Он взял ворот мокрой формы лейтенанта и попытался сглотнуть застрявший в горле ком. — Сними, а то простынешь, — Шинджи отступил, но Соуске схватил его за край одеяла, останавливая. — Договаривай, — потребовал он, и Хирако мгновенно вспыхнул. — Что договаривать? Ты так хочешь услышать весь список того, кем я тебя считаю? Зачем? Мое мнение тебя никогда не волновало. — Это не так, и ты это знаешь. Хирако раскрыл рот и зло прищурился, готовый начать спорить, но вместо этого медленно выдохнул, выпрямился и прикрыл глаза. Перед кем он распинался? Все равно переубедить Айзена не выйдет. Не получится исправить то, что уже произошло. — Я так хочу тебя ударить, Соуске. — Ударь, — Айзен шагнул ближе и, когда Шинджи действительно замахнулся, не повел даже бровью, отчего капитан расслабил руку и слабо стукнул кулаком по лбу лейтенанта. — Сними форму, я сказал. Соуске тихо усмехнулся, после чего послушно разделся, а Хирако накинул на него еще одно одеяло и тихо охнул, когда лейтенант крепко обхватил его и притянул к себе. Шинджи оставалось только тяжело вздохнуть и прижаться лбом к его плечу. Ладонь он положил на грудь, холодную и все еще немного влажную. Ногти впились в кожу — Хирако думал, может ли вырвать это мерно бьющееся сердце голой рукой, стиснуть его и чувствовать, как угасает чужая жизнь. Но вместо этого он вслушивался в ритм и прижимался к Соуске. То, что он так спокойно стоял в объятьях своего лейтенанта, ощущалось, как предательство всех его друзей. Однако Урахара сказал ему продолжать держаться к Айзену близко, чтобы произошедшее с Хиери больше не повторилось. Он думал, что это будет тяжело, но оказалось, что вот так льнуть к Соуске и чувствовать его руки на себе было проще всего. Куда проще, чем контролировать пустого. — Ты говорил, что можешь завершить процесс, — тихо произнес он в шею лейтенанта. — Да, — незамедлительно ответил тот. Сердце под ладонью все еще билось ровно, и Шинджи провел рукой вверх по ключице, шее, поводил большим пальцем по щеке Соуске и отстранился, чтобы посмотреть в карие глаза, наполненные ожиданием. — Как?